Адвокат Секса

32. Тусовки местной богемы

Однако спокойная жизнь Бена продолжалась недолго: примерно два с половиной года. А потом Бену неожиданно позвонила Розмари и потребовала сразу двух вещей. Во-первых, она хотела с ним официально развестись. Во-вторых, Розмари решила вернуться домой и пожелала, чтобы Бенджамин немедленно оттуда убрался. Мистер Брукс давно не говорил с Мари и был поражён тем, как она изменилась. Его де-юре жена говорила нервно и резко, нимало не заботясь о том, нравится ли Бену то, что она говорит, или нет. Как предположил Бенджамин, Мари рассталась с художницей Джессикой Кэмпбелл и теперь пытается начать свою жизнь заново.

Со своей стороны мистер Брукс попробовал отговорить Мари от спонтанных решений и дать ему шанс стать самым лучшим супругом на свете. В ответ Розмари расхохоталась и, сообщив, что она даёт Бену три дня, чтобы он освободил её дом, бросила трубку.

Адвокат Брукс скрепя сердце был вынужден признать, что он проиграл очень важное для себя дело, причём задолго до начала судебного процесса. Папаша Роджерс в своё время позаботился, чтобы всё, что он заработал, досталось его дочери и внуку. В той ситуации у Бена выбора не было. Он мог рассчитывать только на любовь к нему Розмари. Но любовь неожиданно закончилась.

Бенджамин съехал из добротного особняка в Пасадене, арендовал небольшую квартиру рядом со своим офисом и, чтоб кто-то о нём заботился, забрал к себе мисс Хейз. Простушка Пэм была в восторге. Ведь она была уверена, что скоро Бен сделает ей предложение руки и сердца. Но мистер Брукс не имел никакого желания связывать себя узами Гименея. Порой Бенджамин звонил Энтони узнать, как у сына дела, и считал, что он вполне справляется со своими отцовскими обязанностями.

Между тем Розмари переехала в свой дом. Сын встретил её не то чтобы холодно, а скорее безразлично. Но мисс Роджерс, а Мари вновь взяла себе девичью фамилию после развода с Беном, это нисколько не смутило. Как сразу заметил Бенджамин, Розмари действительно очень изменилась. С Джессикой Кэмпбелл её жизнь не удалась. Причины их расставания Мари, разумеется, не озвучивала и вообще старалась не вспоминать об этом периоде своей жизни. Но, судя по некоторым оговоркам, художнице домохозяйка быстро приелась, и она предложила Розмари съехать.

Мисс Роджерс арендовала ранчо в одном престижном районе Лос-Анджелеса Бель-Эйр, где стала устраивать шумные вечеринки, а в промежутке между ними она писала картины. Однажды, устроившись на одном из живописных холмов, Розмари решила изобразить на холсте восхитившую её местность. Кто-то из новых друзей сказал Розмари, что у неё просто неоспоримый талант. Розмари тут же поверила этим словам. Очень обиженная на Джесс, которая спустя полгода после начала их романтичных отношений, вдруг заявила, что она от Мари устала, мисс Роджерс захотела взять реванш в творчестве, утерев нос мисс Кэмпбелл.

Представление о том, как создаются картины, Розмари имела. Их знакомили с основами изобразительного искусства в колледже, а потом ей представилась отличная возможность наблюдать за работой настоящей художницы вживую. Поэтому мисс Роджерс смело взяла в руки кисть и краски, ещё ранее приобрела профессиональный мольберт, и отправилась на облюбованный ею холм, так как Мари пришло в голову, что её истинное призвание — это стать художником-пейзажистом. К тому же, множество парков, садов, лесов, великолепных холмов, буквально усеянных роскошными зарослями карликового дуба, характерные для Бель-Эйр, просто просились на холст. На холме мисс Роджерс продержалась у мольберта несколько дней. Затем она заявила, что тут слишком холодно и перешла работать в лес. Так начинающая художница сменила в Бель-Эйр множество мест для изображения природы.

Не всё, что ей хотелось изобразить, у Розмари получилось написать, но кое-какие свои работы она повесила на стенах холла в ранчо. Некоторые из них даже удостоились похвал. Но почему-то ни один из журналистов, которые теперь также входили в круг новых друзей Мари, не изъявил желания написать о ней, как о подающей большие надежды художнице, хотя бы маленькую заметку. А просить самой об этом мисс Роджерс было как-то неудобно.

Тем не менее она продолжала писать пейзажи, теша себя надеждами, что у неё всё ещё впереди, и когда-нибудь в одной из галерей Лос-Анджелеса состоится выставка её картин. Вот тогда Джессика Кэмпбелл пожалеет, что отказалась от любви Розмари!

А ведь Джесс зря свой нос задирает. Как узнала уже после их расставания Мари, Джессика обманула её в своё время. Художница затащила в постель скромную домохозяйку, вызвав у неё чувство жалости рассказом о погибшей подруге по имени Грета. Но потом их общая подруга Рита рассказала Мари по секрету, что девушка, памяти которой Джесс посвятила картину под названием «Шторм», в действительности не умерла.

Молодая, красивая Грета сбежала на Гавайи с одним старым чудаковатым миллионером. Джесс очень переживала эту потерю и придумала легенду о том, будто её возлюбленная умерла после шторма. А Мари ей поверила и искренне сочувствовала! Однако Джесс этого не оценила и, пресытившись их отношениями, попросила Розмари съехать из студии. Мари не захотела возвращаться домой и арендовала ранчо в Бель-Эйр, где назло художнице, с которой у них появилось много новых общих друзей, она весело проводила время.

Так прошло два года. И вдруг однажды Мари с компанией друзей оказалась в Пасадене на уютном бульваре Оранж Грув. Когда они проезжали мимо её дома, Розмари со смехом заметила, что ещё не столь давно она жила в таком скучном месте. Однако реакция друзей очень удивила Розмари. Все они в один голос заявили ей, что у неё прекрасный дом, и зря Мари здесь не живёт. Поскольку мисс Роджерс по жизни прислушивалась к мнению других людей, то и эти слова она также взяла себе на заметку. Уже на следующий день Бенджамин Брукс был поставлен перед фактом, что Мари хочет с ним как можно быстрее развестись, а заодно требует, чтоб он освободил её дом. Мари очень спешила, так как у неё заканчивался срок аренды ранчо в Бель-Эйр, и ей нужно было либо его продлевать, либо освобождать помещение. Бен выторговал у Розмари неделю, чтобы найти себе подходящую квартиру.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍И вот однажды Мари опять появилась в Пасадене. Энтони не узнавал мать. От скромной и неуверенной в себе женщины не осталось и следа. В своё время Альфред Рассел, встретив юную Мари, сразу уяснил для себя две вещи. Мисс Роджерс — девушка очень внушаемая и податливая, как глина. С такими людьми приятно иметь дело, поскольку они управляемы.

Вместе с тем, стареющий ловелас разглядел в Розмари большой сексуальный потенциал и темперамент, что обещало Расселу немало приятных сюрпризов в постели. Собственно, все эти надежды Альфреда Мари сполна оправдала. Проблема в том, что счастье Рассела длилось недолго. Но это, как говорится, совсем другая история.

Однако раннее сиротство и общение с гувернанткой мисс Райт, страдавшей психозом в ярко выраженной форме, оставили отпечаток на характере и мировосприятии Мари. Рассел сумел пробудить скрывавшийся в юной девушке вулкан страстей. Потом вулкан потух. Но, оказалось, что это — временное явление, к которому, сам того не ведая, приложил руку муж Мари Бенджамин Брукс. А дело в том, что у жеребца Бенни не хватило мозгов разглядеть сексуальный потенциал своей жены. Бен воспринимал Мари, как бездонный кошелёк, и не более. Кошелёк, который всегда был к его услугам.

Правда, его несколько смущал её диплом искусствоведа, поэтому в первое время после женитьбы он старался хоть как-то соответствовать своей интеллигентной супруге. Но так как люди ко всему привыкают, то и Бенджамин также привык к покладистому характеру Мари и стал вести себя, как полноценный глава семьи в понимании плебея. Иначе говоря, до того времени, как Брукс сумел получить поочерёдно диплом, адвокатскую лицензию, а потом наработать своих первых клиентов с учётом жёсткой конкуренции в сфере оказания юридических услуг, он сидел на шее у Розмари, но при этом требовал уважительного к себе отношения, послушания и денег, которые Бен тратил на девочек.

Безответственность, самонадеянность Бенджамина вылезли ему боком. Розмари сначала от него ушла, но при этом она по привычке продолжала снабжать своего непутёвого супруга деньгами. Спустя два с половиной года после её ухода из дома новые друзья объяснили ей, что так делать неправильно, и миссис Брукс ситуацию переиграла. Она добилась развода с Бенджамином, вернула себе девичью фамилию и выставила неблагодарного Бена из дома, романтично увитого дикими розами, в зелёной и очень уютной Пасадене. Ведь согласно их брачного контракта, на котором в своё время настоял покойный отец Мари Пол Роджерс, в случае развода Бенджамин Брукс не мог претендовать на имущество и деньги Розмари.

В старинном добротном доме, который как минимум последние четырнадцать лет (что тут было, пока дом принадлежал Чарльзу Бейли — одному из основателей порно-индустрии Лос-Анджелеса, сложно сказать) жил спокойной и размеренной жизнью, всё в одночасье изменилось. Розмари Роджерс, страдавшая долгие годы от своей человеческой и женской невостребованности, после знакомства с Джессикой Кэмпбелл вдруг превратилась в очень раскованную общительную женщину. В её доме теперь часто проходили весёлые шумные вечеринки, на которых можно было встретить подающих надежды голливудских актёров, начинающих писателей, художников, журналистов и даже моделей с обложек глянцевых журналов. Можно сказать, Мари вела богемный образ жизни.

В личной жизни у неё тоже всё было отлично. Распробовав однажды лесбийскую любовь, Мари решила от неё не отказываться, и встречалась, как с мужчинами, так и с женщинами. К своим сорока годам мисс Роджерс превратилась во всеядную самку. Возможно, подобно Альфреду Расселу, Мари на подсознательном уровне готовилась к старости и торопилась успеть попробовать всё, о чём раньше она не смела даже мечтать. До Бенджамина Брукса доходили, конечно, слухи об оргиях в доме бывшей жены, но, обиженный, что в результате развода он остался ни с чем, Бен в жизнь Мари не вмешивался.

Их сын Энтони оказался предоставлен сам себе. Почувствовав вкус свободы, что чревато в подростковом возрасте, Тони начал изображать из себя взрослого: научился пить, курить, стал нередко нецензурно выражаться. К счастью, у Тони хватило мозгов не злоупотреблять алкоголем и не пробовать наркотики. Парень по-прежнему хорошо учился в школе, играл в американский футбол и в шахматы, увлекался фотографией.

Образ жизни матери Тони категорически не нравился. Она ушла из семьи, не сказав ему, что нуждается в нём и будет скучать, даже не поцеловав его, как будто он приходился Мари не сыном, а, например, соседским мальчиком, который помог загрузить в багажник её вещи. И всё равно первое время Тони тосковал о матери, ждал, что она заедет увидеться с ним или хотя бы просто позвонит, чтобы узнать, как у него дела. Но Розмари не пыталась его увидеть, не звонила, из чего Энтони сделал вывод, что он матери не нужен.

Его отец как всегда жил своей жизнью. При живых родителях Энтони почувствовал себя сиротой. Однако перед глазами Тони был пример его друга Дэниела Торреса, где все члены семьи очень любили друг друга. Ситуация, сложившаяся в семье Бруксов, была абсолютно ненормальной. Тони было очень больно думать об этом, поскольку ненормальная семья, помимо всего прочего, предполагала некую ущербность её членов, а значит, и лично его.

Энтони понял, что единственное, чем он мог бы привлечь к себе внимание родителей, и даже заставить их вокруг себя объединиться — это, если он добьётся в жизни значительных успехов. Безусловно, Тони знал об оставленных ему покойным дедушкой деньгах, но хотел сам добиться успеха. А к чему могут привести незаработанные деньги, Энтони прекрасно видел на примере собственной матери, которая тупо прожигала жизнь.

Вечеринки в их доме проводились не меньше двух раз в неделю. В остальные дни недели Мари Роджерс посещала подобные мероприятия в домах своих многочисленных друзей, либо отправлялась посидеть в бар или ресторан. Сидеть дома Розмари разучилась. Обеды и ужины теперь готовила кухарка, за домом следила горничная, за садом — садовник, так что Мари не представляла, чем она может заняться дома. Мисс Роджерс вернула в дом их прежнюю горничную Берту, которой она доверяла, отказавшись от прислуги Бенджамина.

Порой, когда у Розмари было лирическое настроение, она могла запереться в кабинете бывшего мужа, который Розмари переоборудовала под студию, чтобы начать рисовать очередную картину. В мастерской стояло четыре мольберта с незавершёнными работами, но Мари это нисколько не смущало. Друзья твердили гостеприимной хозяйке из Пасадены, что у неё несомненный талант, и Мари надеялась, что однажды она проснётся знаменитой. А пока она набиралась творческого вдохновения в обществе своих творческих друзей.