Академия Правителей – 4

Глава 12 Нелегальный рейс

Индийский океан, Архипелаг Чагос

Антон Цепелин

Мы всё ещё находились в недрах кибер-паука. Вокруг царил грохот, пол под ногами ходил ходуном. Давление мира и Треволнение Небес уже справились с «доспехом духа». Теперь они взялись за планомерное уничтожение само́й ходячей крепости и её обитателей.

Пока я пробивал нам путь наружу, Каа продолжал удерживать наноматерию, сжав её в трёхметровый шар. Змей поступил мудро! Он использовал «Управление весом» для снижения массы наноматериала. Эта техника доступна только тем, кто достиг B-ранга [4]. Заодно Каа поместил трофей в тонкий «Гранитный Кокон», чтобы ничего не потерять.

[Свою позицию Старшего в стае змей точно заслужил!]

Наконец мой «Луч Огня», направленный в пол, перестал встречать сопротивление.

— Есть проход! — говорю питомцам и первым прыгаю в проделанное отверстие.

Через единое сенсорное поле я ощутил, как Каа и Матроскин забрались на Петра. Осьминог, задействовав своё фирменное «Парение», выступил в роли парашюта.

Активировав «Тягучесть» в момент касания земли, я поглотил импульс от удара. Затем, сделав сальто вперёд, погасил заряд. Рядом спокойно приземлилась стая.

Бабах!

Висящая над островом огроменная туша кибер-паука пошатнулась. Ещё чуть-чуть, и она рухнет. Пара лап получила колоссальный урон из-за непрекращающихся ударов молний.

— Времени в обрез! — указываю питомцам на здание со сбитой тарелкой. — Надо найти пса. Потом покинуть остров.

Вокруг нас полным ходом разворачивалась картина эвакуации работников научной станции. Местные учёные знали назубок план на случай «Прорыва Врат». На моих глазах бабуля божий одуванчик с телёнком на плечах перемахнула через метровый забор и побежала на пристань. Паром до соседнего острова до сих пор стоял около причала.

[Может, она йогой раньше занималась? Или ходила на пилатес?]

Ориентируясь на чуйку Зверя, я нашёл пса в ближайших кустах от здания. Убежать… Точнее, отползти дальше собаке не давала цепь. Дворняга легла на здоровый бок и, кажется, готовилась встретить здесь свой конец. Экзоскелет, созданный симбионтом, не подавал признаков жизни. Пёс настолько ослаб, что не реагировал ни на что вокруг.

[Понятно. Управляющее ядро кибер-паука больше не активно. Симбионт-механиод никому не подчиняется. Потому протезы и отключились.]

Снова выпустив ауру, я активировал «Связь» на псе. Дворняга уже ступила двумя лапами за грань.

— [Зарыл косточку! Хочу гулять… Прошу диалога… Погладить… Хочу запечатлеть мир таким, каким вижу его только я… ]

Хаос из обрывков мыслей пса кардинально отличался от того, что было раньше. Нет ни слов молитвы, ни зова… Только страх дворняги, знающей о том, что такое смерть. Началось отторжение симбионта, а это едва ли не половина его собачьего тела.

Присев рядом, кладу руку на голову пса.

— [Тише-тише. Ты больше не один. Я рядом… Стая пришла за тобой, лохматый. Это ведь ты звал на помощь?]

— [Я… Мы… Прошу диалога… Хочу запечатлеть мир… ]

У пса задёргались здоровые лапы. Открыть глаза и посмотреть на нас ему сил уже не хватило.

— [Имя есть?]

— [Свистом… Нас звали свистом… Оно… Другое… Себя не называло… Просило диалога… Мешало думать… Скрывало силу… Делало нас обычным псом, чтобы двуногие нас не распознали… ]

— [Понятно.]

Захваченный симбионтом пёс оказался таким же, как мой Каа, Матроскин и Пётр. То есть обладателем некоего благословения. Потому чуйка Зверя и заметила дворнягу, несмотря на термооптическую маскировку симбионта и «Сокрытие».

Пришлось проводить срочное сканирование тела пса аурой. Сразу стало ясно: если оставить всё как есть, пёс не выживет. Идёт отторжение синтетических мышечных тканей, нервов и имплантов. Чтобы поддержать в дворняге жизнь, напитываю её ауру своей маной. Теперь благодаря аж пяти сотням Осколков Первородной Маны подобный фокус даётся мне легко.

Задействовав Связь, снова обращаюсь к псу.

— [Ты можешь подписать Контракт со мной. Только тогда появится шанс выжить.]

Открыв глаза, дворняга уставилась на меня.

— [Зачем я вам, Великий Зверь?.. Вы пахнете, как двуногий… Но ощущаетесь, как нечто во много-много-много раз опаснее, чем та грохочущая штука в небе… Я хочу запечатлеть мир… И никогда не наврежу другим двуногим… Даже если мир от меня отвернётся, я не отвернусь от мира!.. Лучше прикрою глаза и отправлюсь в тёплую конуру… В которую уходят все собаки, в последний раз закрывающие глаза.]

Матроскин во все глаза уставился на пса.

— [Надо же, мряу! Пётр, смотри. Тут «собака с принципами»].

Согласен с котом. Думал, после демона, выбивающего скидку на авиабилеты, меня уже ничего не удивит. А тут… пёс-пацифист!

— [Ты ничего не знаешь о мире, который «хочешь запечатлеть»,] — качаю головой. — [Есть люди страшнее всяких монстров. Их устранение может спасти миллионы… Или даже миллиарды жизней. Ты же лозунгом «не наврежу» избегаешь личной ответственности за мир, в котором пребываешь.]

Дворняга опустила морду, отводя глаза.

— [Такова… Участь пса, охраняющего дом, Великий.]

— [Да ты что⁈] — смотрю в глаза хитрому пацифисту. — [Чего тогда не впился зубами в ту штуку, которая заменила тебе отсутствующие лапы? Спас бы кучу двуногих в будущем!]

Пёс тихо фыркнул, не удостоив меня ответа. Надо дожимать.

— [… Забудь про тёплую конуру, в которую уходят все собаки. Если ты и впрямь «хороший мальчик», сначала поживи и посмотри на мир, который хочешь запечатлеть. Расскажешь потом в собачьем раю, насколько разными бывают двуногие. Сейчас у тебя есть только ничем не подкреплённое мировоззрение пацифиста.]

Секунд пять дворняга пыталась осмыслить поистине сложную мысленную конструкцию. Это Каа у нас гений. У Петра голова большая. А Матроскин слышит только то, что хочет. В одно кошачье ухо влетело — из другого со свистом вылетело.

Функция «думать» обычно лежит на мне, как на лидере стаи.

— [Я… Не могу ходить, Великий… Тело отказывает. Зачем я вам?]

— [Контракт Призыва — это твой последний шанс, лохматый. Как бы тебе объяснить… ]

В редких случаях Контракт заключается с главным существом и идущей за ним стаей. У насекомых с коллективным сознанием контракт заключается с ульем. Королева инсектоидов — это «лицо» улья.

Аналогичная ситуация возникает, когда есть главное существо, подписывающее Контракт, и его симбионты.

[В прошлой жизни, будучи Карлайном «Коллекционером», у меня имелось три таких питомца. Нюанс в том, что у них должна быть одна стихия. Либо симбионт должен иметь нейтральную стихию.]

Пса спасёт только Контракт и моё Клеймо Зверя. Оно послужит проводником и переводчиком между сигналами от тела собаки и симбионтом… А это случится, только если дворняга сменит стихию с нейтральной на техноманта.

[Учитывая степень взаимной интеграции пса и симбионта, шансы высоки.]

Выслушав мои доводы, дворняга зависла на долгих полминуты.

— [Эй! Ты тремя лапами на том свете,] — тыкаю пальцем в бок собаки. — [Хвостом тоже. Чего тут думать?]

— [Страшно… Вдруг Оно вернётся?]

Где-то над нами громыхнул очередной мощный удар Треволнения Небес. Ходячая крепость накренилась, потеряв ещё одну лапу. Остались считаные минуты до её падения в воду… Или на остров.

— [Пфф! Нашёл о чём волноваться,] — перевожу взгляд на пса. — [У симбионта может быть только один хозяин. Клеймо — это гарант того, что ТВОИ команды для него будут в абсолютном приоритете. Пока я жив и действует Контракт Призыва, ни одна тварь из Техноцентра не сможет достучаться до тебя и тем более симбионта.]

— [Тогда я согласен.]

— [Молодец… Хороший мальчик.]

Поднявшись с земли, надкусываю палец для создания капли крови. Именно она будет нести в себе моё Клеймо.

— [… Пока тебя осматривал, успел придумать имя,] — смотрю на пса. — [Оно ведь должно отражать личность своего владельца. Раз ты хочешь запечатлеть весь мир таким, каким видишь… ]

Послушав мои мысли, кот взвился!

— Не-е-ет, Великий! Только не это имя!

— Ой, — Пётр аж щупальца опустил от удивления.

Каа, ничего не сказав, ударил хвостом о землю.

— [Шарик!] — смотрю на дворнягу. — [У легендарного адепта-приручителя Дяди Фёдора был такой пёс. Про их стаю даже фильм сняли. Тот пёс ходил везде с фоторужьём, делая снимки того, как видит мир.]

«Шарик» печально вздохнул.

— [Эх… Великий, я лучше прикрою глаза и отправлюсь в собачий рай.]

— [Поздно, Шарик!] — зловеще хохоча, смотрю на пса. — [Ладно. Ещё есть вариант Киловатт, Фарадей и Пиксель. Последнее — это единица разрешения у цифровых фотографий.]

Услышав последнее, фото-собака дёрнулась всем телом.

— [Пиксель, Великий! Я точно хочу имя Пиксель… В тёмную яму старого Свиста! И закопать… Я все зарытые кости отдам за это имя.]

Довольно потираю ручки.

[Хе-хе! Попался. Матроскин с Петром молодцы. Подыграли ровно так, как я просил.]

— [Вот и определились. Держи Клеймо.]

Приняв каплю моей крови, пёс тут же потерял сознание. Аура пса-нейтрала раздулась и забурлила. Духовное тело начало меняться, показывая первые признаки перехода на D-ранг [2]… Процесс смены стихии начался. Если Пиксель выдержит трансформу, выживет и станет в разы сильнее.

Бабах!

Получив ещё один удар Треволнением Небес, ходячая крепость механоидов стала падать на северную часть острова. То есть аккурат в то место, где находился я со стаей.

— Бежим к пристани! — поднимаю дрыхнущего пса на руки. — Каа! Не вздумай потерять наноматерию. Это сырьё в сто раз дороже золота в том же весе. Во всём мире Тейлур его больше нигде не найти.

К моменту, когда мы добежали до пристани, последние учёные давно поднялись на борт. Паром отплыл от берега на триста метров. Передаю собаку Петру.

— Лети над водой к парому.

Подхватив змея, я применил «Тягучесть», «Усиление» и «Ускорение». Затем разбежался и прыгнул так далеко, как только могу. Уже в полёте размахнулся и метнул Каа на верхнюю палубу судна.

— Змей! Не вздумай утопить наноматерию!

За миг до касания ногами воды применяю технику «Минус» и только потому не ухожу на глубину. Плетение создало аналог плёнки сверху, увеличивая площадь взаимодействия подошвы и воды. Однако есть ещё и «Тягучесть».

Блюм!

Меня словно на батуте подбрасывает в воздух… Аккурат в сторону парома. Пока я находился в воздухе, мимо пыхтя промчался Пётр с Матроскиным на голове и Пикселем в щупальцах.

В несколько батутных прыжков я добрался до парома. Где-то сзади на остров рухнула ходячая крепость механоидов. Холмы в тот же миг раскалились докрасна из-за задействованной техники «Кальдера». Находящийся посреди океана клочок суши вдруг превратился в действующий вулкан SS-ранга [7].

За следующие сутки Треволнение Небес и давление мира не оставят от тела кибер-паука ни единого кусочка.

Антон Цепелин

Пока паром плыл до острова, появилось время обдумать сложившуюся ситуацию.

[Полный швах!]

Нынешний расклад — хуже некуда. Самолёт «НеБеды» официально не садился в аэропорту Архипелага Чагос. Паспортный контроль не пройден. Значит, мы с питомцами незаконно проникли в страну. Потом так же незаконно вломились на научную радиолокационную станцию. Следом там появился киберпаук SS-ранга [7] и началось Треволнение Небес.

[На кого местное правительств попытается повесить все грехи? На меня.]

Никто не станет слушать аргументы в духе «мы уничтожили ловушку SS-ранга, сделанную механоидами».

Вывод? Надо рвать когти с Архипелага Чагос. В мои планы не входит арест местными властями под предлогом «до выяснения причин». Это же бывшая британская колония. У меня с англичанами и так натянутые отношения. Играть в их политическую игру «мы вас, может быть, простим» мне совершенно не с руки.

Едва сойдя на берег, мы под «Ускорением» рванули в отель. Расплатились на рецепции за сутки пребывания, собрали вещи и рванули обратно на пляж. Тот самый, где несколько часов назад совершили вынужденную посадку.

Местная администрация вызвала на береговую линию пару эвакуаторов. На наше транспортное средство уже навешивали буксировочные тросы.

— Это наше крыло самолёта! — заорал Матроскин, вводя всех в ступор. — Лапы прочь. И руки тоже, человеки!

Каа забрался в носовую часть, создавая геомантией руль по высоте в виде знака «/». Змей взял на себя технику «Управление Весом», снижая вес крыла самолёта в десять раз.

Матроскин запрыгнул на двигатель. Местные пацаны ещё не успели пустить его на запчасти. Кот направил хвост на реле питания.

— Великий, всё готово к запуску! Вроде ничего не сломано.

Осьминогу пришлось тяжелей всего. Он, словно атлант, держал на себе каменную сферу с находящимися внутри наноматериалами. Пётр щупальцами схватился одновременно за крыло и за свой багаж.

Положив Пикселя около осьминога, я рванул по песку к хвостовой части нашего крыла. Там схватился за край и развернул «транспорт» на сто восемьдесят градусов, направляя в море.

— З-запуск семнадцать «А-а-а-а», — завопил кот, когда двигатель резко заработал. — Работает, Великий!

Я успел вытолкнуть крыло самолёта в воду и сам запрыгнуть на него. Наша доска для сёрфинга с двигателем на всех парах рванула в сторону открытого океана.

[Пока обойдёмся без руля.]

Опустив руку в воду, создаю «Территорией» небольшую плоскую область. Доска для сёрфинга медленно развернулась на север. На горизонте пока ничего не видно.

Блюм-вжух!

Подскочив на очередной волне, крыло взмыло в воздух… И мы полетели.

Повезло! Пётр с тяжеленным багажом оказался в центральной части крыла. Именно он уравновесил крыло, не дав перевернуться.

Каа взял на себя роль управляющего рулём высоты. Змей изменил угол передней лопасти, созданной из камня «—». Полёт перешёл в горизонтальную плоскость.

Достав из кармана телефон, я кое-как сориентировался. Если продолжим лететь на север, то через восемьсот километров доберёмся до другого острова. Он находится в международных водах. Там нас не достанут… Сначала надо кое-кого в Петрограде предупредить о случившемся.

Сидя на крыле самолёта, набираю Дроздова.

— Алло.

— Анаболик! Мне срочно нужны контакты Когана. Кое-что случилось. Долго объяснять.

— Тебе повезло, Зверь. У нас сейчас собрание по проекту «Спираль». Коган сидит рядом со мной.

— Тогда лучше включи громкую связь.

Секунду слышался треск, и затем из трубки прозвучал незнакомый голос.

— Слушаю.

— Эмм… Уважаемый глава Ассоциации. Я решил слетать в отпуск.

— Мы знаем, — Коган фыркнул. — Из-за тебя поднялась шумиха. Кое-кто в верхах не хотел тебя за границу отпускать.

— «Не хотели»⁈ Если бы не разрешили, я всё равно бы поехал.

— Потому и дали добро на вылет, — усмехнувшись, добавил Дроздов. — Зверь, нам час назад пришло сообщение, что твой самолёт пропал где-то над Индийским Океаном.

— Да. Террорист от «Аль-Лама» пронёс на борт бомбу. Сразу после взрыва мы перехватили крыло самолёта и сами долетели до Архипелага Чагос… Алло?

На том конце трубки царила гробовая тишина.

[Странные они… Как будто никогда в отпуск не летали.]

Кашлянув, перехожу к делу.

— Дроздов! Не считая террориста, никто не пострадал. Мы через час на крыле приземлились на пляже курортного острова Архипелага Чагос. Заселились в отель и сразу поехали изучать сигнал, который мой кот поймал в радиоэфире.

В трубке послышался шум и следом голос Когана.

— Какой ещё кот? Что за сигнал?

— Там… Радиосигнал, замаскированный под Белый Шум. Его удалось расшифровать как «прошу диалога», с указанием координат. Так мы вышли на остров в районе Архипелага Чагос. Сигнал оказался ловушкой от кибер-паука SS-ранга [7] размером с целый остров. В общем, мы случайно уничтожили этого паука. Он также случайно упал на остров. Теперь Треволнение Небес уничтожает остатки паука и сам остров. Звоню предупредить, что, возможно… Меня будут искать.

Голос Когана стал напряжённым:

— Дело пахнет международным скандалом! Зверь… Тебе хватило ума нигде не засветиться?

— Как сказать… В отель мы заселились официально. Мы сейчас снова запустили крыло самолёта и летим в район других координат.

— Каких ещё координат⁈ Цепелин, не вздумай… Пшш…

Связь оборвалась. Мы вылетели за пределы Архипелага Чагос.