Она не столько падала, сколько одновременно снижалась и парила.
«Планирую», – заключила Алиса.
Быстро и неумолимо, но вместе с тем безмятежно и тихо. Кувыркаясь, переворачиваясь, медленно кружа, словно листик, неторопливо спускающийся с ветки на землю. Юбки развевались вокруг неё, и она отметила с некоторым сожалением, что вместо удобного костюма, который ей дала Королева Крестей, одета она в то, в чём была в Англии. Зато, пока Алиса продолжала путешествие вниз, слои ткани раздувались и трепетали, словно прелестные лепестки.
Она взмахнула руками, пытаясь перевернуться правильной стороной вверх. Задрыгала ногами, чтобы быстрее продвигаться по воздуху, но безрезультатно. Гравитация неторопливо, в своё удовольствие, увлекала Алису вниз, словно зёрнышко чертополоха. Она проходила сквозь низкие пухлые облака и воздушные карманы разной температуры, пропархивала сквозь стаи быстро летящих птиц.
– Прочь на правую полосу, эта только для быстрых летунов и спешащих! – гаркнул на неё сердитый гусь.
Далеко-далеко внизу, как на одной из тех удивительных картин, для которых вам нужна лупа, чтобы как следует рассмотреть все детали, было огромное поле для настольной игры. По обе стороны выстроились враждующие войска. Выстроились буквально, хотя, конечно, не как забор, а как карточные солдаты. Эти красные и чёрные карты стояли аккуратными рядами и шеренгами, в то время как десятки других патрулировали границы, организовывали поддержку, пытались шпионить и проверяли оружие.
Алиса задумалась: «Интересно, где бубны и пики?»
– Ну да ладно. Полагаю, это я выясню в следующий раз.
На стороне красных карт высились защищаемые ими гигантские, медленно тлеющие кучи мусора... и одна по-настоящему гигантская гора игрушек.
Казалось, всех игрушек в мире.
Там были куклы на любой вкус: простые, без лиц, и ангельски красивые из французского фарфора, у которых закрываются глаза, когда их укладываешь спать. Там были тележки, модели поездов, крошечные велосипеды для малышей и фургоны, обручи и такие деревянные утята на верёвочке, за которую тянешь, и их клювы открываются и закрываются, а головы кивают на ходу. Там были наборы для игр на открытом воздухе, таких, как, например, крокет и дартс, и много красивых лошадок-качалок. Волчки и стеклянные шарики, музыкальные шкатулки и табакерки с чёртиками. А были и такие, которые Алиса не могла отнести к определённой категории, потому что аналогов этим чудостранным игрушкам в её мире не было, и они не поддавались классификации английским воображением.
А на самом верху, жутко ухмыляясь, дрыгая ногами и радостно тряся злодейским изогнутым чёрным мечом над головой, стояла Королева Червей.
Алису мгновенно охватила такая ярость, что ей больше всего на свете захотелось спуститься к глупой маленькой карточной королеве и трясти ту до тех пор, пока её голова не оторвётся, словно цветок.
– Ах ты... глупая... жестокая... маленькая... капризная негодница! – закричала Алиса, подбирая самые плохие ругательства, которые знала. – Я тебя уничтожу!
План был прост: раздавить гадкое созданьице, приземлившись на него сверху, даже у повзрослевшей Алисы случались моменты, когда она действовала не думая.
И поэтому хорошо, что у неё есть друзья.
Почуяв неладное, Королева Червей перестала смеяться. Она подняла большие, навыкате, глаза, которые округлились ещё сильнее, когда королева увидела, что надвигается на неё с небес. Рот широко открылся, шире, ещё шире, пока она решала: закричать или проглотить приближающуюся опасность.
Алиса почувствовала, как её собственный рот растянулся в сухой усмешке. Все зубы были обнажены.
На самом деле это случилось не в последний момент, в действительности ей оставалось преодолеть ещё несколько метров, но ближе к концу что-то вроде сильного ветра пронеслось и схватило Алису, сбивая её с курса и унося в сторону.
(Конечно, очень сердитая и расстроенная Алиса не могла видеть реакцию Королевы Червей, достаточно сказать, что тиранка на мгновение просто приобрела озадаченный вид, а затем приняла это как должное. «Наверное, собиралось полить как из ведра, но дождю выписали штраф», – решила она. Вполне разумно для Страны чудес.)
– Нет! – воскликнула Алиса. – Отпустите меня!
– Убив себя и королеву, мир уже не спасти. Его не спасти, даже убив королеву и слегка поранившись самой, – раздался голос схватившего её существа.
Алиса увидела, что её держат четыре сильные лапы: по две львиных и орлиных. Однако, как только она заметила это, они снова быстро сменили направление, и ей пришлось сосредоточиться на том, чтобы удержать внутри немалое количество бутербродов, которые она съела ещё в Англии.
Стоило желудку выправиться, как полёт подошёл к концу: ветер стих, и Алису выпустили из когтей. Алиса некрасиво упала на землю, а Грифон просто встал рядом и принялся молча чистить перья (в конце концов, он был наполовину львом).
Алиса неуверенно поднялась на ноги. Они находились в крошечном лесу, выходящем на поле боя. На странном маленьком полуострове деревьев и зарослей, который казался защищённым и безопасным. А ещё тут была (пряталась) небольшая группка чудостранных существ, включая Шляпника, Соню, Додо и Билла.
– Шляпник! – вскричала Алиса. Она подбежала и обняла его. – Додо! – добавила она так же радостно. – Соня, Билл, – сказала Алиса, осторожно беря их крошечные лапки и пожимая их аккуратно, но горячо. – И Грифон. Извини, что сопротивлялась, но...
– Не беспокойся. Мои спасательные операции всегда оскорбительны. Таков уж фамильный стиль.
– Я так рада, что все вы в безопасности, – сказала Алиса.
– Мы не все, – произнёс Шляпник. – Но мы рады, что ты не истекла кровью до смерти, или как оно там происходит в твоём мире.
– Вижу, план сработал – Королева Крестей здесь, чтобы спасти положение! – сказала Алиса, приглядываясь к войскам противников вдалеке. Её монаршая подруга сидела верхом на гигантском пушистом существе, которое Алиса решила назвать шершебухой на будущее. В основном создание просто стояло, но время от времени рыло землю мохнатыми передними копытами. На королеве был чёрный шлем с блестящей чёрной эмблемой крестей сверху и длинным чёрным плюмажем из конского волоса сзади. На плече у неё сидел советник (сова с шеей-гармошкой, та, что постарше), оперившийся по случаю в чёрное, его птенец, или крошечный близнец, примостился рядом. Войско крестей рассредоточилось по обе стороны от королевы, насколько хватало глаз, некоторые сидели верхом на чёрных свиньях.
Самым любопытным Алисе показалось то, что Королева Крестей была внизу со своими людьми, в то время как Королева Червей возвышалась над своим войском.
На другой стороне Труляля и Траляля наматывали круги вокруг горы игрушек, носясь в противоположных направлениях и что-то напевая. Периодически они, конечно, врезались один в другого и падали вверх тормашками. Затем вскакивали, гораздо ловчее, чем можно было от них ожидать, пожимали друг другу руки, кланялись, сцепляли ладони и кружились друг вокруг друга. Рубиновые значки в форме сердечек поблёскивали в слабом свете.
Алиса не могла решить: забавны их выходки или пугающе.
– Сейчас же сдавайся! – приказала Королева Крестей, поднимая палицу. – У тебя нет шанса победить в «Тянуть душу».
– О чём это ты? Победа? В «Тянуть душу», и только? Я собираюсь победить во всех играх! В самой последней! Я стану той, у кого больше всего игрушек! – крикнула в ответ Королева Червей, недобро смеясь. Она едва не порезалась о собственный кривой чёрный клинок, театрально кривляясь.
– Она ведь может одержать победу? Я про Королеву Крестей? – спросила Алиса с некоторым волнением. – Там столько карт. Более чем достаточно для игры в «Тянуть душу».
– Это ты нам скажи, – сказал Додо беззлобно. – Ты ведь всё это организовала.
– Я? Да, организовала, но я не могла знать точно, чем это обернётся... и что ещё мне оставалось? Никто мне так и не ответил, – сказала Алиса слегка раздражённо. – В голову мне пришло только такое решение, которое я была в силах осуществить.
– Речь вовсе не о тебе, – сказал Шляпник загадочно. Или, возможно, не так уж загадочно, если принимать во внимание бровь, которую он поднял, словно дуэльный пистолет.
– И зачем ты только пришла? – крикнула Королева Червей своей сопернице. – Просто засвидетельствовать, как Моё Королевское Величество одержит победу в последней игре вчистую?
– Мы здесь, чтобы освободить твой народ и забрать любые мирские блага и ценности, которые у вас есть, в качестве награды, – крикнула Королева Крестей в ответ (малость чересчур откровенно, по мнению Алисы). – Ты запятнала титул правительницы. Ты запугивала, пытала, убивала, хватала и сажала своих подданных в тюрьмы. Вынуждала их расставаться с имуществом волей-неволей, безо всякого ордера или объявления об этом в газете. Словом, ты не годишься на роль королевы. Сложи с себя полномочия добровольно, и мы не будем слишком сильно тебя казнить.
Услышав это, Королева Червей запрокинула голову и рассмеялась.
– Сложить полномочия? Когда я вот-вот выиграю? Мы проведём последний подсчёт, и игра будет окончена: я стану победительницей навеки! Кролик! Кролик! Где список? Сколько у меня сейчас игрушек? Кролик?.. – Королева Червей огляделась по сторонам, сначала с раздражением, а затем в полном недоумении. – Валет! Где этот чёртов Кролик? Он должен проводить для меня ревизию!
Алиса увидела Валета у подножия горы игрушек вместе с несколькими ближайшими советниками королевы (одним из которых был Валет Счетов: конечно, кто ещё мог отвечать за списки игрушек). Однако среди них не было Кролика, и все качали головами, недоумённо пожимали плечами и выглядели в целом очень встревоженными и взбудораженными.
– Кролика казним вдвое сильнее, – заявила Королева Крестей. – За то, что он предал собственный народ, а также за то, что исполнял твои омерзительные приказы.
Однако никто не обращал на неё внимания.
Валет неохотно поставил ногу на основание груды игрушек, а затем и вовсе отказался от попыток взобраться на шаткую конструкцию.
– Никто не знает, где он, – признался Валет громко.
– ЧТО? – крикнула Королева Червей, прикладывая ладонь к уху.
– Он ушёл в САМОВОЛКУ! – крикнул Валет в ответ. Затем маленькое существо, чем-то похожее на полёвку, но с более длинной мордой, красными глазами и перепончатыми лапами там, где обычно располагаются уши, залезло к Валету на плечо и шепнуло что-то ему на ухо. – Судя по всему, он отправился к великим часам... что? – спросил Валет в удивлении, перебив сам себя. Он задал вопрос, быстро и тихо. Существо кивнуло. – Так. Судя по всему, он уже отправился на равнину Времени, чтобы перевести часы вперёд.
– Но это нелепо! – заметила королева настолько рассудительно, насколько это возможно в её случае. – Мы не провели окончательный подсчёт. Я ещё не знаю, достаточно ли у меня игрушек.
– Они всё равно скоро станут моими, – любезно заметила Королева Крестей.
– А как же Билетмейстер? – крикнула сова Королевы Крестей. – Его вы проверили? Он собирает игрушки с начала прошлого века. Табакерок у него явно больше, чем у кого бы то ни было, целые акры.
– Да, в конце света нет никакого смысла, пока мы не будем уверены, – согласилась Королева Червей. – Возможно, вообще не будет никакого смысла его заканчивать. Этот Кролик предатель! Он всё испортит! Отрубить ему голову!
– Внезапная атака! – заголосила вдруг Королева Крестей.
Чёрный карточный солдат выбежал вперёд и бросился на землю посреди поля боя, прямо между двумя войсками. А затем он перевернулся на спину.
Это была девятка.
Все зрители (откуда только они взялись?) внезапно оказались на трибунах, охая в восхищённом удивлении. Толпа представляла собой идеальный срез Страны чудес. Существа из Наврядли и владений Крестей вели себя оживлённо, у них блестели глаза. Они были хорошо одеты и передавали друг другу мешочки с едой для перекуса. В то время как обитатели владений Червей были уставшими, в крови, печальными, израненными, замотанными в бинты и с повязками на глазах. Однако они с надеждой смотрели на поле боя.
– Ставки, принимаю ставки на войну, на конец света, на количество игрушек, – кричал добродушный поросёнок в кепи, расхаживая между рядами взад-вперёд и размахивая в воздухе фунтовыми банкнотами.
– Ставлю семь к одному против Королевы Крестей, – заявила утка, протягивая нечто, похожее на маленький мешочек с пуговицами.
– Лимонад, пунш, ребусы и фрукты в сахаре. Печенье и хлебные мушки, – кричала женщина с подносом.
– Через несколько мгновений нас всех ждёт конец света, – напомнил ей Грифон. – Никто не успеет доесть фрукты из кулька.
Женщина пожала плечами.
– Это ужасно! – воскликнула Алиса. – Не понимаю! Я же всё решила! О, ну зачем Белый Кролик торопится устроить конец света, если Королева Червей не готова?
– Из всех вопросов, относящихся к данной ситуации, действительно ли этот самый назревший? – спросил Шляпник.
– Но два войска... разве не они определят победителя? А как же Кролик? Что нам делать... – Алиса оглядела их ожидающие лица. Друзья смотрели на неё так, словно она сейчас вытащит из шляпы Мартовского Зайца. – Нет, что мне делать, – сказала она медленно. – Только я могу всё исправить. Вы твердите мне об этом всю дорогу. Просто до сих пор я не верила в это. В то, что могу предложить Стране чудес хоть что-то... в отличие от ваших соотечественников.
– Говорил вам: девчонка не глупа, – сказал Додо мягко, помешивая чай. – Ей просто требуется время, чтобы найти правильный ответ. Она медлительная, вот и всё. Но, думаю, в Англии все такие. Не будьте к ней строги.
– Где равнина Времени? – спросила Алиса.
– О, путь к ней полон опасностей, – сказал Грифон, хмурясь. – Сперва нужно пройти лабиринт сдвигающейся хурмы. Затем пересечь Тонущее озеро. Если выживешь, тебя ждёт земля...
Пока он говорил, Соня скатился с цилиндра Шляпника с большим печеньем, покрытым глазурью, чтобы обмакнуть его в чай Додо.
– Да-да-да... Нет, – сказала вдруг Алиса, выхватывая печенье из лап бедного мышонка. Она отправила угощение в рот. – Извини. Оно мне нужно для срочного дела.
Затем он соединила все пальцы вместе, словно держала очень крошечный, очень липкий шарик, и развела их в стороны. Созданное ей пространство открывало вид на удивительно безмятежную, пускай пустую и бесконечную, прерию. Посередине вырастало нечто очень похожее на Биг-Бен, будь у Биг-Бена не двенадцати-, а тринадцатичасовой циферблат.
– Пожелайте мне удачи, – сказала Алиса, проходя внутрь.
– Мы рассчитываем на тебя, – сказал Додо, поднимая кружку с чаем.
– Всего один кролик, – сказала Алиса, прекрасно понимая, как глупо это звучит. – Наверняка ничего сложного.