Артек. Сквозь столетия

Дружеская ничья

А в палатке директора тем временем царил полный восторг!

– Какого пламенного оратора нам прислали, да, товарищи? – радовался Зиновий Петрович.

– Знать бы поточнее, кто прислал и откуда, – с сомнением произнёс Фёдор Егорович.

– А вы разве не знаете, товарищ Клюев? – удивился Шишмарёв.

– Я думал, вы знаете, – отозвался Клюев.

Как выяснилось, этого не знал никто. Бдительный Фёдор Егорович пообещал съездить в Симферополь и уточнить, а заодно пообещал привезти микстуру для Тамары. Впрочем, эти сомнения не могли испортить приподнятого настроения Зиновия Петровича. Ему очень понравились идеи и планы загадочного Птичкина и особенно мысль о том, что артековцем быть почётно всегда. Он несколько раз произнёс её так, словно пробовал на вкус что-то исключительно приятное, и в конце концов придумал свою версию:

– Артековец сегодня, артековец всегда! А? Как вам, Фёдор Фёдорович?

– Хорошо-то как, Зиновий Петрович! – поддержал его Шишмарёв. – А давайте ещё приветствие придумаем? Всем-всем добрый день!

– Прекрасные традиции закладываете, Фёдор Фёдорович! – ответил Соловьёв.

Товарищи по руководству Артеком и не подозревали, что именно в этот момент зарождается уникальная лагерная культура – кричалки. Что очень скоро короткие, ритмичные речёвки станут частью Артека и будут поднимать командный дух.

Руководители лагеря с вдохновением продолжили выдавать креатив, как сказали бы в наше время. Соловьёв предложил коллеге съездить в Симферополь и донести до руководства Исполнительного комитета, что лагерь активно развивается и детям нужны не только муштра и пропагандистские лозунги, но и солнце, воздух «да в море с разбега». Шишмарёв с воодушевлением поддержал эту идею. Затем коллеги взглянули на шахматную доску и, решив не вдаваться в подробности, кто выигрывает, крепко пожали друг другу руки и согласились на ничью. Фёдор Фёдорович отправился готовиться к важной встрече с руководством ЦИКа – так назывался Центральный исполнительный комитет СССР, от которого зависело любое решение.

Размышляя о поездке в Симферополь, Фёдор Фёдорович Шишмарёв мог рассчитывать на успех. Он был доктором, известным и в Санкт-Петербурге, и Крыму. Работал с Красным Крестом, заведовал здравотделом в Гурзуфе и санаторием для красных командиров. Когда ему предложили возглавить Артек и стать его директором, он взялся за дело с душой. Как врач следил за здоровьем детей, а как организатор – делал так, чтобы ребятам было интересно и комфортно. Его очень любили и дети, и вожатые. Он был спокойным и добрым, никогда не кричал, но мог одним строгим взглядом навести порядок. Зная это, Зиновий Петрович не сомневался, что и руководство ЦИКа прислушается к его словам.