Бабник

Глава 29

Свадебный салон всегда привлекал меня своими сказочными нарядами. Еще в детстве по дороге из школы я обязательно останавливалась у витрины такого салона, который так удобно располагался по пути. Открыв рот, смотрела на пышные юбки в блестках, кружевные корсеты. Мне представлялся наряд невесты и обязательно у меня должно было быть такое платье, как у всех невест. Но мое будет особенным, самым красивым, самым воздушным, но не сегодня.

Я сижу и скучаю, разглядывая наряды, которые перебирают мама с Верой, восторгаясь их красотой.

— Маша, ну посмотри какая юбка, — Вера крутит передо мной белоснежную юбку с мелкими строчками стразов и атласный корсет.

— Угу, — тяжко вздыхаю я, бросаю короткий взгляд.

— А тут, смотри, интересная форма какая, — мама восхищенно осматривает длинное платье из нежно-серебристой тафты, — Себе что ли купить…

— Угу, — поддакиваю им, подперев подбородок рукой и закинув ногу на ногу.

— Нет, так не пойдет, — упирает руки в бока Вера, — Ты совсем замуж не хочешь?

— Не сейчас, — ворчу я, — Когда-нибудь потом, в следующей пятилетке.

— Ну вот, что с ней делать, — всплескивает руками мама, — Ну хоть что-то тебе нравится?

— Вон то, — ткнула наугад в сторону вешалки, где на данный момент висело одно единственное платье.

— Только через мой труп, — недовольно крикнула мама, а я заинтересованно уставилась на наряд и прибалдела. То, что нужно.

— Машунь, ты серьезно? — усомнилась Вера.

— Более чем, пошли мерить, — я вскочила с бархатного пуфика и заспешила в примерочную.

— Нда, папа нас убьет, — протянула испуганно мама, а Вера открыла от удивления рот:

— Ты не можешь пойти в этом!

— Еще как пойду, какая свадьба, такое и платье, — ответила, удовлетворенно рассматривая себя в огромном зеркале.

Платье было длинное кружевное и узкое. Ниже колен из тех же кружев шла широкая оборка с приклеенными розовыми стразами в разных местах. Этакий русалочий хвост с длинным шлейфом метра на два. По кружевному корсету опять стразы, а верх обшит пышными белыми перьями с розоватыми кончиками. На спине широкая шнуровка, уходящая на попку.

Я выглядела странно, словно сбежала с какого-то карнавала, осталось только нанести соответствующий макияж в розовых стрелках. На голову обязательно присборенную короткую фату и диадему, да, точно, всю в драгоценных типа камнях.

— Машунь, может не надо? — пропищала мама, — Папа нас убьет, а что скажет Матвей.

— О, вот ему точно понравится, — улыбаюсь я, — Особенно, если у него будет розовый костюм.

— Думаешь, Матвей наденет такой? — засомневалась Вера, — Я, конечно, все понимаю в данной ситуации, но розовый…

— Наденет, еще как наденет, — грозно произношу я, направляясь обратно в примерочную, — Берем, а еще те розовые туфли, белые чулки и подвязку. Все, можно в ЗАГС. И чем быстрее, тем лучше, пока я не передумала, — фыркнула напоследок и скрылась за тяжелой бархатной шторой.

Далее был торт, хотя я так и не поняла, зачем его нужно выбирать здесь, если будут заказывать в Санкт-Петербурге.

— Ты главное определись со вкусом и формой, а мы все передадим, — уговаривала мама, пока я разглядывала пять миниатюрных тортов в пластиковых коробочках.

Менеджер свадебного агентства прямо лезла из кожи, предлагая мне попробовать, только вот я была необычной невестой, которая свадьбу не хотела от слова совсем.

— Вот этот, в виде красного сердца, — пододвинула ко мне коробочку девушка, — Начинка красный бархат, самый популярный торт на данный момент. Его заказывает каждая вторая пара.

— Не нужно, — отодвигаю от себя.

— Тогда этот, ореховый в виде золотого кольца.

— Гадость, — морщусь я.

— Чернослив с шоколадом…

— Фу.

— Миндаль и карамель.

— Вообще не мое.

— Маша, ну хватит, — останавливает меня мама, — Так мы не придем к согласию. Давайте нам миндаль.

— Отличный выбор, — радуется менеджер, — Оформление арки будем выбирать?

— Да ну на фиг, — тут же ворчу я, за что получаю нагоняй от мамы, которая сердито выпроваживает меня из офиса агентства:

— Иди, погуляй, мы с Верой сами, — предлагает она и я вылетаю из офиса, облегченно выдыхая.

Ну не хочу я ничего, никак. Гуляю по парку рядом с Деловым центром, разглядывая уток в пруду. Так и хочется просто взять и сбежать из страны, выкинуть телефон, пусть делают, что хотят. Это желание зреет во мне с удивительной силой, и я тянусь к замочку на сумочке, машинально проверяя наличие заграничного паспорта в ней, кредитных карт и визы в Лондон.

Все что мне нужно на месте, поэтому воровато оглядываюсь на вход в здание, откуда должны выйти мама с Верой и… Ускоряю шаг. Да катись оно все широкими шагами. Сейчас сяду на первый попавшийся самолет и свалю из страны месяца на два. Все это слишком далеко зашло. Свадьба, наряды, подготовка, не для меня.

Иду к выходу из парка, чуть ли не подпрыгивая от счастья. Мне бы еще шарик в руку, и я веселая, маленькая девочка, которой нет дела до жениха, ресторанов, свадебного торта. Улыбаюсь во все тридцать два, встаю у тротуара, чтобы поймать такси в аэропорт. Мне все равно какой, лишь бы тот, что ближе.

Рядом со мной останавливается матовый черный Порше и открывается окно.

— Далеко собралась? — смотрит на меня Матвей, — Подвезти? Твоя мама позвонила, сказала, что мы едем в туристическое агентство. Выбирать, где проведем медовый месяц. Садись.

— Нет, нет, — мотаю головой, словно увидела призрака, — Ты мне снишься, ты не настоящий, — отбегаю чуть в сторону, снова пытаясь поймать такси.

— Машунь, не дури, — подъезжает Матвей, — Поехали, выберем себе самый крутой отель и страну, отдохнем, коктейли выпьем.

— Я сваливаю, а ты женись, — ворчу на него, — Любую бери и женись.

— Не, Машунь, я на тебе хочу, — смеется мажор, — Поехали, Антарктиду себе закажем, там медведи белые и тюлени.

— Тюлени? — заинтересованно смотрю на будущего мужа, — Пингвины?

— И пингвины, садись, — открывает Матвей дверь, и я плюхаюсь рядом.

— Поехали.