На первое УЗИ собрались всей толпой. Я с ужасом наблюдала, как из машины родителей показались мои мама и папа, затем отец и мать Матвея. Следом подкатила машина Егора с Верой, одно радует, что без детей.
— Вы издеваетесь, — заныла я, когда меня за белы рученьки ввели в кабинет диагностики.
— Тааак, — врач-мужчина сдвинул сердито брови, — Все лишние на выход.
Вера вышла.
— А остальные? — Егор потоптался и бесшумно исчез за дверью, — А это кто?
Палец врача уперся в родителей.
— Мы не лишние, — возмутилась мама.
— Мы заинтересованные, — прокряхтел папа, усаживаясь на стул, рядом с кушеткой.
— А отец кто? — хмуро поинтересовался врач.
— Я, — выдвинулся из-за своих родителей Матвей.
— Вот, — ткнул в него снова пальцем врач, — Он основной, остальные на выход.
— Можно мы останемся, — заголосил мой папа. Грозный бизнесмен смотрел умоляюще на властного врача.
— Ну, ладно, только расположились у стеночки и хоть один звук!
— Нет, нет, мы тихо.
— Так, посмотрим, что тут у нас, — врач нанес на мой еще плоский живот гель и начал водить пластиковой штукой.
— А это не вредно? — забеспокоился Матвей, — Радиочастоты там, излучение…
— Цыц, — огрызнулся врач, — Ну что, все пока в норме, кроме одного.
— Чего? — испугалась я.
— Точнее, кроме двоих. У вас два зародыша или… А нет, точно два. Фото нужно?
— Как два? Мы одного хотели! — возмутился Матвей.
— Берем обоих, — тут же высказался сияющий папа.
— Да не может быть! — взвилась я на кушетке, — Посмотрите лучше. У моего брата первые двое и у меня-то с чего?!
— Наследственность, — оторвал лоскут от бумажного полотенца врач и шмякнул мне на живот, — Следующий осмотр через месяц, если все хорошо будет. Остальное у вашего врача получите.
— Черти что, — возмутилась я, — Мы к другому врачу пойдем. Не может быть, чтобы два ребенка было. Я не согласна!
— Машунь, два хорошо, чем один, — попытался уговорить меня папа, — Сразу опа, и отделалась.
— Папа, ты лучше вообще молчи, — погрозила ему пальцем, вставая с кушетки.
Матвей молча подал мне руку, находясь в каком-то анабиозе.
В коридоре нас с расспросами окружили Егор с Верой. Радостно улыбаясь, поздравляли. Егор дружески хлопнул Матвея по плечу, который даже не заметил:
— Ну что, будущий папочка, пересматривай Звездные войны, пригодится, — заржал брат.
— Зачем? — испугался Матвей.
— Потом объясню.
Я шла рядом с мужем, пребывая в полном шоке. Какой два, я на одного-то не согласна была. Посреди пути остановилась.
— Хочу, чтобы из меня это вынули, — сказала опешившим родителям.
— Ни за что! — возмутился отец Матвея.
— Только через мой труп, — согласился с ним папа.
— Нет, вы не понимаете, — заголосила я на весь коридор, — Двое! Это… С ума сойти! Куда мне столько детей?!
— Машенька, мы поможем, — успокаивающе обняла мама, — Приезжать будем, забирать к себе, все хорошо. У Егора замечательные детки.
— Так это у Егора с Верой, им можно, а у нас что? — стояла я на своем, — Так, срок еще маленький, я пошла, — повернула обратно к кабинетам, когда на моем пути возник Матвей.
— Развернулась и домой, — зарычал он.
— Чего?!
— Домой, живо! И до самых родов будешь у меня сидеть под замком! Не позволю моего ребенка убивать, да еще и двоих.
— Ты представляешь, что с нами будет? — слезы так и брызнули горячими потоками по щекам, — Мы не справимся, Мотя. Я не справлюсь!
— Справимся, вырастим, выкормим, воспитаем.
— Как?! У нас с тобой все ни как у людей, какие дети?
— Обычные, хотя нет. Наши будут самые лучшие, вот увидишь, — Матвей обнял меня за талию и повел мимо притихшей толпы родственников, — Мы домой, всем спасибо.
Дома я обреченно опустилась на диван в гостиной, а Матвей присел рядом.
— Так, Машунь, все наши договоренности отменяются. Никакого фиктивного брака, никаких фиктивных детей, поняла? — хмурится муж.
— Угу, — киваю я, — Но ты обещал, когда я теперь буду свободной?
— Боюсь, что никогда, — соглашается Матвей, — Все, свободная и безбашенная молодость закончилась.
— Но я не хочуууу, — взвыла я, пока руки Матвея уже пробирались под моей футболкой, забираясь в джинсы.
— Зато представь, сразу сделаем двоих и свободны. Можем жить в свое удовольствие. Не нужно будет больше рожать, беременной ходить.
— Да я и не собиралась больше, — невольно отвечаю ему на поцелуй, тут же загораясь от ласк мужа.
— Ну тогда, выполним план по рождаемости, дадим бабушкам и дедам, что они ждут и разведемся.
— Как это разведемся, — отталкиваю от себя Матвея, — Ты меня бросишь с двумя детьми?!
— Ну хочешь, одного возьму себе, — кивает муж.
— Ты совсем с ума сошел?! — визжу, практически сиреной.
— Вот видишь, выхода нет, — смеется Матвей, — Придется воспитывать, а пока… Иди-ка сюда.
Бурный секс сменяется блаженством, когда оба лежим, переплетаясь ногами и руками. Матвей, что-то там мурлыкает мне на ушко, а я счастливо улыбаюсь.
— Имена нужно придумать, — наконец выныриваю из невесомого состояния, — Это очень важно. Нужно посмотреть лунные календари, свериться с солнечной активностью, китайским новым годом.
— Угу, — сонно тянет Матвей, — Давай еще чуть-чуть подождем ответа из космоса.
— Чего? — удивленно распахиваю глаза.
— Ну, вдруг там из вне озарит кто-нибудь нас. Не зря Егор посоветовал мне Звездные войны пересмотреть.
— А зачем их смотреть? — возмущаюсь я.
— Не знаю, вот посмотрим и поймем, — руки мужа тянутся к пульту, включают телевизор, отыскивая нужный фильм.
— Это надолго, — смотрю на внушительный список серий.
— А мы не торопимся, у нас еще почти восемь месяцев, — позевывает муж, а я согласно киваю, закрывая глаза и собираясь проспать всю первую часть.
Но вдруг распахиваю их, чувствуя изменения в своем желудке.
— Чем от тебя пахнет? — принюхиваюсь к Матвею.
— Как обычно, шампунь, дезодорант и парфюм, — хмурится тот.
— Гадость какая, — чувствую, меня начинает мутить не по-детски, — Иди, помойся или это реакция на фильм?
Матвей со вздохом встает и бредет, жалуясь себе под нос в душ, куда я тоже влетаю через пять минут, падая на колени перед унитазом. Так я и узнала, что такое токсикоз, а мой муж перестал мыться сначала с шампунем, потом пользоваться дезодорантом, а затем и парфюмом, но тошнило меня от всего. Идеальное начало беременности.