Башня Богов IV. Эхо Ривеннора

Глава 12 Баллада о Ривенноре

— Дай мне пару минуток.

Ориана изображала одновременно джедая и Минерву МакГонагалл — с помощью Силы и магии со скоростью света чинила зал, пострадавший от боя. Вжух, и трещины на стене разгладились, камень сросся без следа; отдельным заклятьем восстановила штукатурку, которая легла влажным слоем и стремительно засохла под алыми отсветами плазменной печати. Многофункциональная штука в опытных руках.

— Итак, что мы знаем? — спросила княжна, отряхнув ладони, — ну прямо заправская мастерица из строй-бригады.

— Сначала, 106 лет назад, Светоносный союз уничтожил свободный город Ривеннор и низверг Брана Отступника, — ответил я, как на уроке. — Для справки, я в этой истории на стороне Брана, а не ваших богов.

Ориана посмотрела на меня пристально и сдержано, почему-то у неё каждый раз была осторожная реакция, когда речь заходила о городе шпилей и башен.

— Яр, но ты не стал забирать Силу из сострадания к людям Антара. Выходит, ты и на нашей стороне.

— Одно другому не мешает. Жители княжества, тем более в четвёртом поколении, не виноваты в делах их прадедушек и богов, которые заварили всю эту кашу. К тому же, как выяснилось, вы в той же мере потомки Ривеннора.

— Согласна. Что дальше?

— Твой прадед Реджинальд как ключевой представитель завоевателей и Изольда как олицетворение выживших в Ривенноре — основали династию, и кровь местных народов смешалась.

— Истинно так.

— В 39-м году после падения города, то есть почти семьдесят лет назад, художница под именем «Д.» написала эту картину и посвятила её нам с тобой. Сначала она рисовала её в Храме помнящих, что логично для картины о городе, воспоминания про который боги активно пытались стереть. Видимо, в том храме было можно сохранять память и рисовать безопасно. Но в конечном итоге Д. зачеркнула название храма и написала, что картина написана в хорошей компании и в изрядном подпитии… хм, не в Харчевне ли Жруни? Тогда понятно, почему Силен знает про картину, наверняка она рисовалась в его присутствии, а может, даже участии.

— Меня больше интересует, как Д. столько лет назад узнала про нас с тобой?

— Возможно, она была художницей-пророком, — предположил я, вспомнив Фавна, греческую мифологию и Дельфийского Оракула, который, между прочим, тоже Д. — Увидит будущее и зарисует, удобно. Вот провидела нас и решила помахать кисточкой.

— Ну, раз она предсказала, что мы совершим невозможное, значит, мы в любом случае победим и можно не напрягаться? — саркастически усмехнулась Ориана.

— Если бы это было так просто, — вздохнул я, вспоминая античные мифы с их подборкой «Топ-10 самых коварных и обманчивых пророчеств».

— Ладно, примем версию о прорицательнице и идём дальше, — согласилась княжна.

Она грациозным жестом подняла рой стеклянных осколков, вернула их в книжные шкафы и плавным движением рук сделала большой ДЗЫНННЬ — стёкла срослись как новенькие.

— Классно владеть божественной силой! — завистливо сказал я снизу, ибо всё это время Ориана висела на высоте верхнего стеллажа. Кстати, под алым платьем таки были пышные нижние юбки — сплошное кружево, из которого выглядывали две изящных ступни в красных туфельках.

— Великолепно, — улыбнулась она. — Особенно когда никто не бьёт со всех сторон серпами и копьями и не мешает воплощать то, чего хочет моя светлость.

— Например, ремонт, — я помедлил, но всё же спросил то, что занимало мысли. — А что был за бог, частицу которого в тебя вложили? Его Сила может совершать такие разные вещи: сражаться десятком стихий, исцелять виталисом и оперировать материалами…

Ориана посмотрела на меня сверху вниз, но неуверенно, задумчиво прикусила губу.

— О мой дорогой невоспитанный землянин, ты пытаешься заглянуть за занавес прежде, чем началось представление, — мягко сказала она. — Откровенность подобна редкому вину: её букет раскрывается лишь тем, кто умеет ждать. Наши же с тобой отношения ещё недостаточно созрели.

Я подумал, что такие ответы нужно преподавать в школе куртуазного диалога.

— А что, ты уже жалеешь, что не отобрал Силу? — улыбнулась Ори, легко перейдя в казуальный стиль.

— Нет, не жалею. Тебе идёт быть крутой.

— Благодарю за комплимент, на который я столь бесхитростно напросилась. Но продолжай сводку, Яр, у тебя хорошо получается.

— Картина попала к вам в галерею, наверняка есть какие-то записи, в которых указана дата. Но сложно сказать, когда в пейзаж подселили магией двоих мраконосцев.

— На самом деле не сложно! — вдруг просияла Ориана. — Сейчас выясним.

Она поманила рукой — и ко мне, с достоинством покачивая слегка пыльными боками, подлетела крупная и тяжёлая книга в синем переплёте с серебряной вязью.

— Это каталог галереи, в нём отмечены даты появления всех полотен, указаны имена дарителей или продавцов, а также приведён репринт на момент покупки. Найди нашу картину в алфавитном указателе… пока я чищу потолок и занавески.

Мы усердно принялись за работу, и я справился первым:

— Хм, картину принял в дар лично дядя Бенджи, всего-то пятнадцать лет назад. Источник: Базарат, скорее всего, она неоднократно была у перекупщиков и коллекционеров. Но цена прямо символическая: тысяча воронов, наверняка её истинная ценность куда выше.

— О, безусловно. Продавец явно хотел, чтобы она оказалась внутри Закрытой секции, и теперь мы знаем почему: чтобы мраконосцы могли атаковать меня без свидетелей. Кто продал картину?

— Некий Лаурентис Д.!

— Д.? Потомок художницы с той же фамилией? — предположила Ори.

— Очень похоже.

— Тогда проверь репринт: есть там две маленьких крылатых фигуры на фоне туч?

— Есть! — ответил я через минуту.

— А на изначальной картине Д. их не было! — торжественно подняла палец княжна. — Она их не рисовала, значит, добавил Лаурентис.

— Откуда ты знаешь?

— Потому что изначальное изображение есть в другой книге, которую я читала в детстве. Сам посмотри.

Она подозвала небольшой и скромно выглядящий томик в потёртой обложке, который выскользнул из далёкой и неприметной полки в самом углу зала. Обложка была пустой и тёмной, без названия и регалий автора — только с вытертым пропечатанным символом, который я тут же узнал, хоть ни разу в жизни не видел. Шпиль башни проходил сквозь круг, словно разрывая границы и оковы, очерченные высшими силами. Это был символ ордена хранителей, который основал Бран — осколок души потянулся к эмблеме, меня охватили одновременно радость и печаль.

Я быстро открыл и пролистал книгу: в ней повествовалась история Ривеннора от очерка по молодым годам Брана до осады города и последствий его крушения. Список богов Союза с портретами, их основные противники — кратко, поверхностно, но очень информативно. Книга была обожжена: её пытались сжечь и вытащили из огня, кто-то стёр надписи на обложке, оставив лишь символ, хотя убрал из него серебрение, чтобы тот стал малозаметен. Внутри, на потемневших страницах, виднелись небольшие рисунки и пометки, сделанные чернильным пером, каракули, похожие на детские. Не рука ли этой юной Ори?

В конце книги нашёлся рисунок нашей картины — очень точный, совпадали все детали, только без двух маленьких крылатых фигур. Собственно, сейчас передо мной висел в точности такой пейзаж, какой был запечатлён в старой книге.

— А можно взять этот томик напрокат? Обещаю вернуть.

— Милостиво дозволяю, — улыбнулась Ориана, домовито спалив паутину, которая скопилась в углу под потолком.

— Ну и крамольные же книги вы читали в детстве, ваша светлость.

— Нет уроков важнее уроков истории. И эту книгу мне дал дядя Бенджи.

— Значит, он был наш человек? — удивился я. — Вот как, не зря Силен пришёл ему и тебе на помощь. Ори, но получается… ты тоже на стороне Брана? Ты понимаешь, какими лицемерами был Гелион Разящий и его коалиция? Они просто защищали своё право на тиранию смертных, а Брана, который освобождал людей, превратили в чучело для пугалок. Светоносные совершили чудовищное преступление, уничтожив Ривеннор.

Ориана слетела вниз, как Мэри Поппинс без зонтика, и приложила палец к моим губам.

— Тише, — сказала она сдержанно и серьёзно. — Да, мы под максимальной доступной защитой, дядя Бенджи не просто так её поставил, и твой Силен наверняка ему помог. Они много лет готовились к этим событиям. Но нельзя недооценивать богов Союза. В конце концов, Свиток Лексора находится в этом комплексе! Конечно, очень вряд ли божеству есть дело до маленького княжества, которое он сотню лет назад бросил на произвол судьбы. Но нам лучше проявлять сдержанность и выбирать слова.

Зелёные глаза смотрели мягко и предупреждающе, теперь стало ясно, почему княжна с самого начала так сдержанно и нейтрально рассказывала про ужасного убийцу Брана и доблестных богов! Зачем так тщательно подбирала слова.

Внутри меня вспыхнуло ликование: всё это время я полагал, что Ори, как глава Антара, по определению находится в числе людей с промытыми мозгами и считает Брана воплощением зла. Хотя он и был спорной личностью, но уж точно не убийцей и злодеем. А оказалось, что некоторые потомки завоевателей прекрасно понимают свою роль в истории и всю неоднозначность их рода, в котором смешалось столько линий и народов после гибели города. Выходит, юная хранительница библиотеки с самого детства читала правильные книги — и сложила собственную картину исторического процесса, отличную от официальной антарской пропаганды.

Меня это очень порадовало.

— Я прочла всё, что было по теме, — словно оправдываясь, развела руками княжна. — И даже девчонке стало ясно, как трагична история Ривеннора. Как равнодушно и по-хозяйски боги Союза относятся ко всем смертным: своих армий и чужих. Люди для них лишь послушное стадо, а Безбожник определённо был не так плох, как они его малевали. Так что… если ты на стороне справедливости, Яр, то мы с тобой на одной стороне.

— Лучшая новость за сегодня.

В глазах Орианы вспыхнули искры, а на щеках румянец, ей было приятно. Она отвернулась, чтобы не демонстрировать свои чувства, и сказала наставительным тоном:

— Продолжайте свой вдумчивый анализ, милорд.

— Потомок художницы Д. или служит демону чёрной крови, или просто действует с ним заодно. Он заключил в картину двух мраконосцев и продал её в Планарную библиотеку, зная, что полотно с запрещённым в Антаре сюжетом обязательно будет храниться в Закрытой секции.

— Звучит логично.

— И два полудемона пятнадцать лет ждали в стазисе, а сегодня сработал какой-то триггер, по которому они освободились и напали на тебя. Зачем? По их собственным словам, чтобы забрать «прекрасное» и «высшее» внутри тебя и отнести хозяину. Но что это может быть?

— Сила? — помедлив, Ориана озвучила единственный напрашивающийся ответ.

— Вроде и да… только не логично. Знали бы мраконосцы, какая внутри тебя прячется мощь, они бы не напали. Вспомни, эта пара считала тебя обычной смертной. Нет, они не понимали, какая Силища в тебе дремлет, для них это стало сюрпризом. Значит, их демонический хозяин тоже не понимал, иначе бы не отправил ценных слуг на убой.

— Чего же тогда они собирались забрать изнутри меня? — озадаченно моргнула княжна.

— Думаю, станет понятно, когда мы узнаем, каков был триггер, почему они пробудились. Ты же и раньше приходила к картине, смотрела на неё, касалась?

— Множество раз.

— Вот именно. И ни разу ничего не случилось, а сегодня они проснулись, почему?

— Из-за тебя, — тихо сказала княжна.

Внутри дрогнуло, ведь она была права, именно я — новый фактор, который изменил ситуацию. Стоп, неужели слуги демона тьмы хотели получить осколок души Брана? Эта догадка встала прямо на своё место в пазле, который собирался у меня в голове, я практически услышал сухое деревянное «щёлк». Вот за чем охотится демон, вот что должны были достать изнутри меня мраконосцы и принести своему владыке. Но они перепутали смертного и атаковали княжну!

Но если так, то опять получается темпоральная путаница: тогда демон чёрной крови каким-то образом за годы до моего появления должен был знать, что к картине придёт человек с осколком души Брана. Конечно, если Д. была провидицей, то её прорицание могло попасть и в чужие руки, а может, потомок с той же фамилией унаследовал и дар.

Меня больше парил вопрос: как высказать эту догадку, не выдавая Ориане, что внутри меня спит осколок Брана? Я был совсем не уверен в том, как она отреагирует. А ещё, хоть я и не мог в такое поверить, но оставался шанс, что она притворяется и разводит меня, а на самом деле предана Гелиону.

— Что парализовало твои мысли? — живо поинтересовалась княжна. — Или онемел лишь язык?

— Не подумай, что я отвечаю так из вредности, но… наши отношения ещё не дозрели до таких откровений.

— Вот как⁈

В зелёных глазах вспыхнули искры, а на щеках — румянец от удивления и гнева. Как бы неформально ни вела себя княжна с инопланетным гостем, ей было трудно привыкнуть к наглой независимости, которую я себе позволял. Ни один её подданный не рискнул бы отказать госпоже в ответе, тем более по вопросу госбезопасности. Но Ориана понимала, что я — не её подданный.

— Что ж, каждый хранит свои тайны, — кивнула она, не поддавшись эмоциям. — Надеюсь, со временем уровень нашего доверия превысит каждую из них.

— Было бы здорово.

— В библиотеке мы закончили. Тебе нужны какие-нибудь ещё исторические данные?

— Вроде нет. В этой книге есть общая хронология событий и список потенциальных богов-врагов. Нам остаётся вычислить владыку мраконосцев.

— Я займусь установлением личности демона и поиском информации про храм Помнящих. Пока ты отправишься в Базарат, отыщешь Д. Лаурентиса и проведёшь ему допрос с пристрастием.

— Хороший план, — оценил я, потому что собирался предложить ровно то же самое. — Тогда отправляюсь.

— Погоди, дай приведу тебя в порядок, — улыбнулась красавица. — Ты весь в пыли, крови и порезах, Яр, не слишком блистательный облик для разговоров.

Она забыла, что за пределами этого мира меня накроет проклятое облачение и следы боя станут не видны. Но я не стал напоминать, потому что Ори шагнула ко мне, по привычке действуя решительно и непринуждённо, посмотрела в глаза, но тут же застеснялась и отвела взгляд. А я любовался княжной, которая не чуралась простой работы.

Её ладони летали, как легкокрылые птички, за считанные секунды я стал чистым, целым и с экипировкой без единой царапины. Она без малейшего напряга починила магический глазастый доспех, что в обычной ситуации требовало работы опытного чароманта. Хотя конкретно этот доспех умел медленно чиниться сам, и Ори просто в разы ускорила процесс.

— Спасибо, ваша светлость.

— Но почему насмешки? Я просто хотела помочь.

— Вообще не думал насмехаться. А удивился, какой простой и отзывчивой может быть высокая княжна.

— На этот комплимент я не напрашивалась.

— Завязываю с куртуазностью и лечу в Базарат.

— Если… ты не хочешь увидеть ещё одну достопримечательность нашего княжества, — сказала она, и её дыхание сбилось.

Не будь я женат и не люби другую женщину, сейчас бы взял Ориану за плечи и стал целовать, наслаждаясь цветочным дыханием и роскошным сочетанием алой парчи и гладкого бархата её кожи. Изучать главную достопримечательность Антара, пользуясь тем, что мы под защитой купола и снаружи никто не увидит. Эта мысль казалась самой естественной и правильной, ведь мы явно нравились друг другу и княжна не желала, чтобы я уходил; судя по всем реакциям и языку её тела, Ориану так же сильно тянуло ко мне.

И хоть на деле я и подумать не мог о таком поступке, но все чувства пели хором, какой он логичный и правильный. Такой странной ситуации у меня в жизни ещё не бывало.

— Достопримечательность?

— Планарный обелиск в центре лабиринта, внутри него висит копьё Гелиона.

— Разумно ли нам, заговорщикам, приближаться к реликту? — спросил я, на самом деле опасаясь, что копьё каким-то образом почувствует осколок Брана и может дать знать хозяину.

— Разящий не связан со своим бывшим копьём, иначе бы уже давно… проявился, — она опять подбирала слова. — Но есть причина, по которой я хочу показать тебе обелиск.

— Какая?

— Боюсь, что действия демонических ветвей связаны. Обычно они соперники, нередко даже враги друг меж другом, но тварь из тени герцога Лэнгвара, которая сегодня напала на моих телохранителей, была из демонов чёрной крови — как и мраконосцы. Точно ли это совпадение? Алые только недавно потерпели разгром, но они сотню лет пытались проникнуть к Обелиску и осквернить солнечное копьё. Что, если проигравшие обратились к своим соперникам и теперь они действуют вместе?

— Звучит слишком опасно, чтобы не проверить, — кивнул я.

— Вот я и хочу показать тебе Обелиск и Копьё, чтобы ты взглянул на них непредвзятым взглядом. Ты умный и опытный, это видно.

— Но я всего двадцать четвёртого уровня…

— Которого ты достиг с нуля за пять дней. Это поразительный результат.

— Откуда ты знаешь?

— Среди божественных сил есть и аспекты восприятия. Я хотела понять тебя, Яр, ведь наши судьбы связаны, поэтому осмотрела проникающим взором и поняла, что ты выдающийся… на языке вашего мира: «гейм-дизайнер», создатель и толкователь самых разных смысловых систем. Ещё я вижу метку Башни Богов о твоём эпическом потенциале — и, глядя на всё это, понимаю, что Фавн не случайно избрал тебя мне в напарники.

К счастью, её проницательность не дотянулась до главной причины этого выбора.

— Антару не помешает твоё мнение по важному вопросу.

— Ладно, тогда идём.

На обратном пути мы прошли мимо картины, которую я в прошлый раз не заметил, а теперь с удивлением показал на неё, ибо с портрета смотрела Ориана: моложе нынешней, в простом платье и почти без украшений, но с той же самой причёской, когда волосы не уложены аккуратной лаковой линией, а лежат свободно. И с теми удивительными звёздчато-ромбическими зрачками.

— Портрет по случаю совершеннолетия?

— Яр, это не я, а моя прабабушка Изольда Эшен. Я просто на неё похожа. Изольде было двадцать, когда Реджинальд привёз её в поселение на месте будущего замка Каро. Тогда местный художник и нарисовал её портрет.

— А почему у неё и у тебя такие необычные зрачки? — пользуясь случаем, наконец спросил я.

— Никто не знает! Прабабушка, по слухам, знала, но никому об этом не рассказывала, хотя многие спрашивали и пытались вызнать. Я тоже искала ответ на этот вопрос через Свиток — интересно же, почему родилась необычной! Но без результата, и Ори потом тоже пыталась, но во всех библиотечных фондах не нашлось объяснения этой странности.

— Я однажды видел этот символ: точно такой формы была плита смерти, висящая над бездной в одном необычном мирке.

— Смерти? На что ты намекаешь? — возмутилась княжна.

— Абсолютно ни на что, но вот такое любопытное совпадение, я подумал, тебе будет нелишне его узнать.

— Хм-м-м. Смею надеяться, это не зловещее свидетельство того, что на самом деле Изольда и следом за ней я — как-то отмечены силами тьмы? Например, ветви демонов чёрной крови?

Мы покинули библиотеку, и свежий воздух почти выветрил безумные желания у меня из головы. Я наконец смог отдышаться и успокоиться, а Ори просто улыбалась и вела меня вперёд. Она поняла, что посланник Силена не заберёт её силы и не оставит беззащитной перед атаками демонов, не важно, какой ветви и крови. Мы с ней успели за пару часов спасти друг друга и сто раз похвалить, а ещё узнать и понять так, что обоим казалось, будто мы всю жизнь знакомы. Радость и хорошее настроение искрились в глазах княжны, она взяла меня за руку и повлекла в лабиринт из густых зелёных стен с цветочными россыпями.

— Красиво? — спросила посередине дороги. — Тебе нравится?

— Очень.

И речь была не только про раскинувшийся вокруг парк.

— Ори, я должен сказать тебе важное.

— Да? — она обернулась со ждущим сияющим взглядом.

— У нас на Земле полагается сообщать новым друзьям, а тем более, напарникам, когда… когда…

— Я не слепая, Яр, и не глупая. Я вижу, что ты любишь и любим.

— О. Это хорошо. Просто я должен был тебе сказать.

Её пальцы сжали мои, словно хотели передать что-то важное.

— Благодарю за честность, и не переживай. В конце концов, взрослые люди могут просто нравиться один другому; раз нам так выпало, стоит наслаждаться обществом друг друга — тем более, про нас с тобой даже сложили пророчество.

Она улыбнулась, а у меня словно гора свалилась с плеч. Всё стало разумно и правильно, теперь между нами чёткая непресекаемая линия, мы оба знаем границы и будем держаться их. И это совместное знание внезапно нас обоих раскрепостило. Мы шутили, смеялись, отвешивали друг другу комплименты и искренне флиртовали, заранее зная, что это безопасный флирт.

Я осмотрел Обелиск, в очередной раз подивившись тому, какой крутой был этот Бенджи и как он умело устроил оборону Антара. Проверил Чистотой защитные контуры и выслушал рассказ Орианы о протоколах безопасности, которые окружают реликт. Дал пару советов, которые пришли в голову, хотя они были чисто косметические, у местных за сотню лет защиты от демонов кристаллизовался реальный практический опыт. Но всё же я смог удивить Ориану идеей о том, что демоны могут внедриться в число садовников и постепенно вымрачить одну из рун копья, а потом через вымраченную руну влиять на его свет, чтобы рано или поздно осквернить и превратить в копьё разрушения или тьмы.

— Я сообщу смотрителям, — кивнула она с уважением. — Не знала, что существуют такие вещи, как вымраченные руны.

— Это закрытое знание, а мне известно в силу многолетней практики гейм-дизайна.

— Видишь, я не зря привела тебя сюда. Спасибо!

Она коснулась меня рукой, а после не выдержала и потрепала за волосы.

— И где твой княжеский этикет и высокая неприкосновенность? — поддел я, за что Ори начала гневно атаковать меня веером, угрожая казнить, я перехватил ей запястье и обезоружил, прижав к кудрявой зелёной стене, она засмеялась и смирно сказала:

— Вот и вся божественная мощь, Яр, против тебя я слабая женщина.

От её слов и взгляда у меня всё внутри сжалось, воздух между нами стал плотным, будто мы уже прижались друг к другу, глаза Ори расширились от переполнивших чувств, она высвободила руки я тут же отпустил, но княжна споткнулась о корень — и я подхватил. Мы застыли, сжатые в объятиях, мой взгляд инстинктивно возвращался к её губам, и нас влекло друг к другу, как теряющие сознание от жажды тянутся к воде.

— Яр, — прошептала она пересохшими губами в ту секунду, когда я хотел отстраниться. — У людей нашего княжества есть тайный праздник, день ветра и волн, и на рассвете хранящие память поют песню, слова которой известный немногим. Балладу о Ривенноре. Погоди, не отпускай меня, чувствуешь, как бьётся наше сердце, как будто оно у нас одно?

— Чувствую. Но мы не можем…

— Не можем, я знаю, просто в балладе есть слова: «Ривеннорское эхо разносят века и моря; и в сердцах наших бьётся извечной волной. В тишине, и в ветрах, и в сказаниях слышим его…»

— «Ведь мы помним и любим тебя, Ривеннор», — произнёс я чужим голосом.

— Ори! — хотел я воскликнуть, но губы сказали другое имя, — Изольда, любовь моя.

Сильные руки сжали её и привлекли теснее, и я осознал, что Изольда Эшен, чей муж погиб при падении Ривеннора, была невестой Брана.

Ненависть и жажда мести, ставшие сутью Бесцветного и год за годом позволявшие осколку его души продержаться в кошмаре Душеворота, отступили. Бран сжал Ориану в объятиях и поцеловал, а она замерла, как зверёк, неспособная сопротивляться силе его любви и своих мечтаний, слабый стон сорвался с её губ, получивших то, чего они так желали.

Эти пару мгновений я рвался, как пёс с цепи, пытаясь вернуть себе контроль, но поцелуй оглушил меня так же, как Ори и Брана: на мгновение мы оказались в сбывшейся мечте и всё остальное потеряло смысл. Любовь целовала меня изнутри, вселенная казалась полной гармонии, и все физические основы были против того, чтобы кто-то нарушил это блаженство.

Но спустя три секунды я разрушил его.

Внимание, вы получили ультра-бонус: +7 к воле за преодоление одновременно идеального соблазна и более сильной чужой воли! Это выдающийся бонус, поздравляем.

— Нет, — выговорил я и шагнул назад, подавив волю Брана и вернув себе контроль. Моя левая рука держала правую, и я ощутил, что сжимаю золотое кольцо на безымянном пальце. — Прости, Ориана, тебя целовал не я, а…

— Бран⁈ — воскликнула княжна, отступая назад, и закрыла губы ладонью. Её взгляд полыхнул изумлением, и наваждение разом сошло с нас обоих, а возможность мыслить здраво вернулась.

Наваждение.

— В тебе тоже осколок его души! — воскликнули мы абсолютно синхронно, указывая друг на друга, и наконец-то все странности встали на свои места, а недомолвки стали ясны.

Вот почему нас так необратимо тянуло с первого взгляда, как мы увиделись лицом к лицу! Вот почему Сила внутри Орианы была такой многообразной и способной на столько разных вещей — ведь Бран был мета-мистиком: он всю жизнь собирал силы разных богов и после создания Ривеннора десятки лет копил мощь в башне, которая выросла выше всех в городе свободы. Эту силу Фавн и принёс умиравшей девочке, чтобы спасти её и Антар, чтобы сохранить и спрятать наследие, которое искали Светоносные, — у них под носом.

— Когда Силен брал с меня клятву, он не хотел, чтобы ты забрал Силу, — поняла Ориана, хлопнув себя ладонью по лбу. — Он лишь хотел, чтобы мы увидели и узнали друг в друге… близнецов души!

— А мраконосцы приходили не за самой мощью, а за осколками души Брана, и триггер на их пробуждение был, когда у картины сошлись сразу два пробуждающихся осколка! Но их хозяин и они понятия не имели, что твой осколок так силён, в этом была их ошибка.

— И старый хитрец не просто так сказал нам поцеловаться: он знал, что Изольда была невестой Брана, а я так на неё похожа, что несчастный обрывок души перепутает… и точно проснётся!

— Но Силен был мудр и взял с тебя клятву поцеловать его посланника В ЗАКРЫТОЙ СЕКЦИИ! — воскликнул я, указав на Планарный Обелиск, руны которого начали резко пульсировать и вспыхивать одна за другой. — А МЫ ИДИОТЫ и сделали не как он задумал, вышли из-под защиты и умудрились совершить самое глупое и неправильное действие: активировать оба осколка ПЕРЕД РЕЛИКТОМ нашего смертельного врага!

— О боги, — ахнула Ори, осознав, что сейчас произойдёт.

Сотрясающая молния ударила из поднебесья и междумирья прямо в Копьё, обелиск лопнул и взорвался на сотни камней, усыпав пространство вокруг, княжна успела взметнуть Силу и закрыть нас от удара и каменного града сферой. Но за прозрачной стеной уже виднелась ослепительная пятиметровая фигура воителя из света, который ткался прямо на наших глазах. Его рука лежала на древке Копья.

Гелион Разящий шёл на зов своего Копья, которое ни разу за годы не различило спящий осколок в Ори, но моментально среагировало на два пробуждённых осколка, когда они потянулись друг к другу и на мгновение соединились.

Убийца Брана и разрушитель Ривеннора вот-вот войдёт в этот мирок, и когда он воплотится, мы уже ничего не успеем сделать. Время словно замедлилось, я распахнул панель квеста и крикнул Ориане:

— Соглашайся!

«Вы хотите добавить напарника в свой уникальный квест для совместного выполнения задачи? Да/Нет»

— Да, — выдохнула княжна, я схватил её за руку и подтвердил добавление в группу; перед нами оформилась чёрная дверь. Фигура Гелиона вспыхнула по контуру и обрела плоть, его воплотило спиной к нам, но он тут же понял, где мы, и рывком развернулся…

Я рванул Ори в черную дверь — и в миллисекунду, когда Разящий вскинул копьё, чтобы швырнуть его и окончить наши короткие жизни, Башня Богов взяла нас обоих непререкаемой хваткой и бросила в Изнанку.

Слушать Балладу о Ривенноре: https://t. me/starfoxs/659?comment=9190

Конец Книги IV

Книга V: https://author.today/work/578850

Телеграм автора: https://t. me/starfoxs