Церковь и разведка. О чем рассказали рассекреченные документы

Литерный борт

26 января 1949 года в стамбульском аэропорту приземлился борт № 1 США, на котором обычно летал президент Гарри Трумэн. Но на этот раз с трапа сошел 63-летний новоизбранный патриарх Константинопольский Афинагор, который до этого свыше восемнадцати лет был архиепископом и экзархом Северной и Южной Америки. 27 января 1949 года, на следующий день после прибытия Афинагора в Стамбул, в Фанаре (историческом районе Стамбула, где расположена резиденция владыки), в соборе Святого Георгия, состоялась его интронизация.

Избран на этот пост он был еще 18 октября 1948 года, 11 голосами из 17 членов Синода патриархата. Избранию не помешало то, что он не был гражданином Турции, хотя это противоречило турецким законам. Поступили просто: префект Стамбула накануне избрания выдал Афинагору турецкий паспорт, миновав все формальности и длительные процедуры.

Так началось 23-летнее служение Афинагора (в миру Ари-стоклиса Спиру) на посту патриарха Константинопольского, которого еще называют Вселенским. В историю он вошел в первую очередь как инициатор сближения с Римско-католической церковью и снятия с нею взаимных анафем, которыми стороны одарили одна другую еще в XI веке. Но произошло это не сразу, а в 1965 году.

Обстоятельства, связанные с восшествием Афинагора на патриарший трон, до сих пор рождают головоломные конспирологические конструкции и вызывают споры в церковных и светских кругах.

Кто похитил патриарха?

В статье, подготовленной в качестве доклада для конференции «Всеправославное совещание 1948 года и духовная безопасность современной России» (состоялась 1 июня 2018 года в Москве, в Аналитическом центре святого Василия Великого), протоиерей Андрей Филлипс (РПЦЗ) пишет:

…В 1948 году личный самолет президента Трумэна приземлился в Стамбуле. На борту находились безжалостные правительственные агенты, прилетевшие, чтобы похитить патриарха Константинопольского Максима V (Вапордзиса). Как рассказал мне его тогдашний архидиакон и очевидец событий, епископ Бирмингемский Ириней (ум. 2009), отстаивавшему православное Предание патриарху, угрожая, приказали войти в самолет, иначе он, в лучшем случае, навсегда исчезнет. Поэтому он был отправлен в ссылку в Швейцарию до своей смерти в 1972 году. Он был заменен американской марионеткой, амбициозным греческим архиепископом Америки Афинагором, греческим националистом, экуменистом и модернистом. Вскоре он, когда было нужно, прилетел в Стамбул на том же президентском самолете. Очевидно, неканоническое низложение патриарха-традиционалиста Максима и его неканоническая замена с тех пор привели к порабощению Константинопольского патриархата государственным департаментом США.

Андрей Филлипс изложил настоящий сюжет триллера: тут и группа захвата, и похищение. Трудно при этом судить о свидетельствах очевидца, на которого ссылается протоиерей, но которого уже нет в живых. Не менее детективную версию можно прочесть, например, на сайте «Русь-Фронт» (Православный информационный вестник), где в статье «ЦРУ и Все-православный собор: некоторые интересные факты» утверждается, что избрание Афинагора Вселенским патриархом было во многом заслугой американских масонов и разведчиков. Попробуем отделить зерна от плевел. Обратимся к свидетельствам не голословным, а подкрепленным документами. Для начала рассмотрим ситуацию с предыдущим владыкой, которого потом сменит Афинагор.

В 1947–1949 годах американские спецслужбы внимательно следили за непростой ситуацией в Фанаре и докладывали о ней в Вашингтон. Вот цитата из рассекреченного доклада стамбульского резидента ЦРУ от 20 марта 1947 года, еще до избрания Афинагора, но уже после появления информации о психическом нездоровье Максима, который фактически отошел от дел, но формально продолжал возглавлять Константинопольскую церковь:

Информированные турецкие круги признают, что если медицинская комиссия обнаружит неизлечимую болезнь патриарха, то турецкие власти будут настаивать на его отставке и немедленном избрании преемника, чтобы положить конец нынешней амбивалентной ситуации на Фанаре… В настоящее время правительство Турции стремится к тому, чтобы Фанаром руководил сильный человек, который смог бы справиться с (Московским. — А. К.) патриархом Алексием и религиозной политикой, проводимой Россией.

Патриарха Максима обвиняли в русофильстве и даже в со-ветофильстве. Упреки, в первую очередь со стороны властей, умножились после поездки делегации Константинопольской патриархии на празднование 500-летия автокефалии Русской церкви. В Москву поехал экзарх патриарха Константинопольского по Европе митрополит Фиатирский Герман (Стринопулос), но объясняться пришлось самому Максиму. Летом 1948 года он делился своими огорчениями в интервью турецким журналистам: «Некоторые меня называют коммунистом. Может ли им быть настоящий священник? Это значит отрицать Бога! Утверждают, что я поддерживаю связь с Москвой. Должно быть, известно, что в Москве есть церковь, с которой я поддерживаю отношения». Но оправдываться было поздно: Турцию, где была резиденция патриарха, он не устраивал.

Недовольны были и турецкие греки. В марте 1947 года в Лэнгли поступил такой рапорт:

…Некоторые члены греческой общины в Турции утверждают, что они являются противниками патриарха Максима еще с того времени, когда тот был митрополитом Халкидонским, и требуют вмешательства турецких властей в вопрос о психическом состоянии патриарха. Эта группа заявляет, что, как члены греческого сообщества, они действуют в пределах своих прав, требуя такого вмешательства… Они указывают на определения в турецком Гражданском кодексе, где предписывается, чтобы в случае таких требований была создана медицинская комиссия по решению компетентного суда. Комиссия изучит состояние пациента и сообщит о своих выводах, после чего суд примет решение о назначении опекуна.

Фанарские круги чрезвычайно обеспокоены новым поворотом в развитии ситуации и искренне надеются, что линия на возможное назначение турецкого попечителя побудит греческое правительство санкционировать Священный синод принять отставку патриарха, что не раз предлагалось в течение последнего месяца и что по политическим соображениям греческим правительством не принималось.

Правительство Греции изучает вопрос выбора преемника патриарха Максима, и Священный синод, как ожидается, проведет заседание во время предстоящей греческой православной Пасхи, чтобы избрать нового патриарха.

Не устраивал Максим и Грецию, влиятельного игрока в деле избрания Вселенского патриарха. Греческие власти были разочарованы тем, что во время официального визита в мае 1947 года в раздираемую гражданской войной страну патриарх Максим, встреченный с большим почетом королем Павлом I, не заявил ему о своей безоговорочной поддержке и не встал однозначно на сторону монархистов. При этом он не осудил и вторую сторону конфликта — коммунистов, а лишь в обтекаемой форме призвал греческий народ прекратить «братоубийственное бичевание». Такая нерешительность, мягкотелость и невнятность позиций оттолкнули многих священнослужителей и прихожан от Максима.

21 мая 1947 резидент ЦРУ докладывал в Вашингтон:

Появилась информация о том, что греческое правительство желает назначения Хрисанфа, бывшего митрополита Трапезунд-ского, преемником Максима в качестве патриарха Православной Церкви в Стамбуле. Хрисанф характеризуется как греческий националист, настроенный антитурецки. Вероятней всего, турки никогда не примут назначение Хрисанфа… Патриарх Максим отправляется в Афины по просьбе греческого правительства, чтобы проконсультироваться со специалистами в связи с его болезнью. Если ее сочтут неизлечимой… его отставка в качестве патриарха будет принята.

Все шло к тому, что Максим уйдет со своего поста. Так и случилось. В мае 1947 года он уехал в Афины, а 18 октября 1948 года Священный синод Константинопольской церкви принял его отставку по причине болезни. Официально было объявлено о его психическом расстройстве. Из Греции он уехал в Швейцарию на лечение, а впоследствии был назначен титулярным митрополитом Эфесским, каковым и оставался до конца жизни.

Вполне возможно, что патриарх Максим был введен в заблуждение коррумпированными медиками и своим ближайшим окружением, его могли убедить в том, что он неизлечимо болен, хотя на самом деле он был здоров, разве что нервы были расшатаны. Косвенно это подтверждают следующие строки в аналитическом обзоре «Позиция коммунистического государства по отношению к православной церкви», составленном в 1952 году для американской разведки:

Тот факт, что патриарх Максим был вынужден подать в отставку, объясняется не только причиной нездоровья, но и политическими мотивами, так как, по мнению турецкого правительства, он не придерживался антисоветского направления[2].

«Двадцатый век Фокс»… благословляет Тайные механизмы

В мае 1948 года председатель Совета по делам РПЦ Георгий Карпов подал докладную записку заместителю председателя Совета министров СССР Клименту Ворошилову:

…Начиная с 1946 г. американцами при содействии греческого правительства разными путями ведется подготовка к тому, чтобы на Вселенский патриарший престол в Константинополе поставить своего человека, враждебного Советскому Союзу, тогда как Вселенский патриарх Максимос высказывался в свое время в пользу сближения с Русской церковью. На его место намечается архиепископ Нью-Йоркский Афинагор, грек по национальности, американский подданный.

В Москве было известно, что в США включились тайные механизмы, помогавшие Афинагору на его пути к трону Вселенского патриарха. Цепь зубчатых шестеренок этого механизма вела, как выяснилось, в кинематографический Голливуд.

На борту президентского самолета, прилетевшего в 1949 году в Стамбул, Афинагора сопровождал американский продюсер, киномагнат и владелец киностудии «Двадцатый век Фокс» Спирос Скурас, грек по происхождению. В то время он, один из столпов кинопроизводства в США, был вхож не только в круги бизнес-элиты, но и в Белый дом.

Спирос Скурас долгое время был самым влиятельным греческим лоббистом в США. В первые же дни после нападения фашистской Италии на Грецию он при активной поддержке и непосредственном участии архиепископа Афинагора и вместе со своими родными братьями и партнерами по бизнесу Джорджем и Чарльзом создал «Общество помощи грекам в войне». Афинагор, со своей стороны, основал движение «Греческая православная молодежь». Эти две организации оказывали гуманитарную помощь Греции в годы Второй мировой войны.

ЦРУ обнародовало фрагменты переписки архиепископа Афинагора с директором УСС Уильямом Донованом, а также с другими работниками этой спецслужбы. В письмах обсуждалось участие американской греческой диаспоры в войне против фашизма.

26 марта 1942 года Донован получил рапорт от одного из своих подчиненных. Это был отчет о встрече американского агента с Афинагором, который попросил передать руководству УСС следующее:

У меня есть три епископа, триста священников и большая и разветвленная организация. Каждый из них по моему приказу поступит под ваше руководство. Вы можете назначить их на любую службу, которая потребуется. Не будет задано никаких вопросов, и ваши указания будут точно исполнены.

14 мая 1942 года Донован пишет Афинагору:

Ваше Святейшество!

Отчеты, касающиеся греко-американской молодежи призывного возраста, любезно подготовленные Вами, поступают в полном объеме.

Внимание, которое Ваше Святейшество уделяет этому важному делу, отражает большой интерес к нашим Вооруженным силам, и я хочу выразить свою глубокую признательность за Вашу лояльную и патриотическую помощь.

Искренне Ваш,

Уильям Донован

16 июля этого же года Афинагор шлет Доновану письмо, где, в частности, говорится:

Я готов взять на себя любые обязательства и пожертвовать чем угодно, чтобы сделать все возможное для нашей любимой страны, которая борется за всеобщее освобождение, справедливость и за Новый День, который обязательно наступит… Будьте уверены в том, что при первой возможности я приеду в Вашингтон, чтобы встретиться с Вами лично и выразить свое искреннее восхищение Вами.

Афинагор, надо отдать ему должное, сделал много полезного в период своего служения и для Америки, и для Греции. Количество общин в США возросло со 119 до 350, появилась Семинария Святого Креста в Бостоне и другие православные учебные заведения. Под руководством Афинагора был разработан и введен в действие новый устав архиепископии, действовавший до 1977 года. Греки ценили его за помощь во время войны и разрухи. Репутация Афинагора была высока. И, естественно, многие хотели видеть его на посту Вселенского патриарха. Как, вероятно, и он сам.

ЦРУ рассекретило и обнародовало примечательные документы, которые позволяют построить интересную гипотезу. Это не агентурные донесения и не аналитические сводки, а письма на служебных бланках с логотипами кинопрокатных компаний. Вот письмо Уильяму Доновану от Спироса Скуроса, который, помимо прочего, вместе с братом владел крупной кинопрокатной сетью «Fox West Coast Theatres Corporation». На бланке корпорации магнат пишет 22 августа 1941 года Доновану:

Дорогой полковник Донован!

Позвольте выразить благодарность за Вашу доброту по отношению к господину Апостолидесу и ко мне, которую вы проявили вчера.

У меня сложилось впечатление, что, с учетом проделанной вчера работы, предлагаемый план помощи Греции — это большой шаг к его реализации, и скоро мы сможем реально осуществить поставку материалов для этой многострадальной страны, не опасаясь их перехвата или потери в пути.

Между тем, полковник, я надеюсь, что Вы сможете что-то сделать для г-на Апостолидеса, бывшего министра финансов Греции. Я знаю, что это в Ваших силах и Вы никогда не будете испытывать ни малейшего сожаления об этом, а скорее будете гордиться тем, что помогли этому талантливому человеку.

С наилучшими пожеланиями…

А вот еще одно письмо, написанное значительно позже, 26 августа 1950 года. Оно адресовано тогдашнему главе ЦРУ, генерал-лейтенанту Уолтеру Беделлу Смиту. Автор — Джордж Скурас, родной брата Спироса Скураса. На бланке сети кинотеатров «Skouras Theaters Corporations» он пишет:

Дорогой генерал!

Словно веяние свежего воздуха я почувствовал, когда прочитал в газетах о том, что Вы дали согласие занять пост главы Центрального разведывательного управления.

Я служил в УСС в Греции и на Ближнем Востоке в 1944 году и я осознаю важность наличия жесткой организации для выполнения определенной цели.

Полагаю, что Вам предстоит огромная и сложная работа, и если Вам в любое время понадобится объективная информация или другое содействие, я буду искренне рад быть полезным Вам и Центральному разведывательному управлению.

В ответном письме генерал Смит благодарит Джорджа Скураса за теплые слова и сообщает, что надеется на его поддержку и помощь.

Сам факт эпистолярного общения Скурасов с Донованом и Смитом, дружеская интонация и раскованная стилистика писем, — все это говорит о достаточно близких отношениях киномагнатов и руководителей спецслужбы. И это позволяет нам предположить, что бывший сотрудник УСС Джордж Скурас вполне мог пролоббировать в США кандидатуру Афинагора, используя свои связи не только в спецслужбе, но и во влиятельных кругах бизнеса. К этому, очевидно, подключился брат Джоржда — Спирос, тоже не чужой для ЦРУ человек. О его участии в деле говорит уже то, что он сопровождал Афинагора на борту летевшего в Стамбул президентского самолета.

Спирос Скурас был лично знаком не только с бывшим руководителем УСС Донованом, но и с президентом США Гарри Трумэном, который, кстати, провожал его и Афина-гора к трапу самолета.

Не было никакой спецоперации по похищению предшественника, не было никаких голливудских шпионских страстей (даром, что братья занимались кинематографом).

Все решалось закулисно — по дипломатическим и разведывательным каналам: это была обычная лоббистская работа, без которой не обходятся ни политика, ни бизнес, ни церковь. Но как бы то ни было, ЦРУ, пусть и косвенно, участвовало в продвижении Афинагора на трон Вселенского патриарха.

США выиграли у СССР эту партию — Афинагор подтвердил свою репутацию антикоммуниста уже 27 января 1949 года, во время интронизации. Он призвал к сотрудничеству христиан различных направлений и мусульман «для борьбы против коммунистической опасности, которая угрожает личной свободе и всему цивилизованному миру». В этом заявлении содержались зерна будущих двух основных направлений деятельности патриарха — антикоммунизм и экуменизм.