Церковь и разведка. О чем рассказали рассекреченные документы

Бухарест содрогнулся от ужаса

Скромный американский врач-стоматолог Чарльз Кремер, у которого в тот вечер уже слипались глаза от усталости, собирался было выключить телевизор и идти спать, но вдруг… На экране был тот самый человек! Его поздравляли с избранием викарным епископом Румынского архиепископства Америки и Канады.

Сюжет телеканала NBC от 5 июля 1951 года о прошедшем в Чикаго конгрессе православных румын-эмигрантов резко изменил жизнь дантиста Чарльза Кремера. Он понял, что теперь в его жизни появилось главное дело.

За десять без малого лет до выхода в эфир этого сюжета, 20 января 1941-го, в Румынии, в то время союзнике нацистской Германии, был убит майор абвера Деринг. Это стало поводом для восстания легионеров ультраправой румынской организации «Железная гвардия». Виорел Трифа, руководитель молодежного крыла легиона, распространил листовки с воззванием, в котором, обвиняя румынских евреев в убийстве Деринга, писал: «Мы требуем замены всех ожидовившихся представителей власти». Вечером 20 января на митинге Трифа пафосно заявил: «Национал-социализм, проповедуемый старыми закаленными солдатами Германии, нашел место в сердцах румынского народа и восторжествовал благодаря усилиям немецкой молодежи!»

На следующий день, 21 января, примерно в три часа пополудни триста легионеров, одетых в зеленые рубашки с серебряными крестами, выкрикивая лозунг «Смерть масонам и евреям!», колонной двинулись по бухарестской улице Виктории к префектуре. Без сопротивления они ворвались в здание и установили пулеметы на балконах. Таким образом «железногвардейцы» взяли под контроль прилегающие районы румынской столицы.

Затем в Бухаресте полыхнул страшный еврейский погром, который продолжался три дня. Чарльз Кремер, тогда еще подросток, жил с родителями в США, но был в ужасе от рассказов старших об этой бойне. Легионеры выталкивали евреев из домов и гнали на окраину Бухареста, к скотобойне, где зверски убивали. Трупы несчастных подвешивали за крюки и ждали, когда вытечет вся кровь, тем самым издеваясь над традициями приготовления кошерной еды.

Американская пресса много писала о тех событиях. Репортер Лейг Уайт свидетельствовал:

Толпа из нескольких сот человек атаковала еврейский храм. Они выбивали камнями окна, вышибали двери. Все ритуальные предметы: молитвенники, платки, талмуды, торы, алтарные скамейки и гобелены были вынесены наружу, собраны в кучу, облиты бензином и подожжены. Согнали нескольких прохожих-евреев и заставили их танцевать вокруг костра. Когда они упали в изнеможении, их облили бензином и заживо сожгли.

Среди тех, кто закончил свою жизнь на крюках скотобойни, были родные и близкие Крамера. И вот теперь на экране, в вечернем выпуске теленовостей он увидел в архиепископском одеянии того, кто подстрекал «железногвардейцев» на погром. Он узнал его по фотографии из хранившегося дома довоенного румынского журнала — там он красовался в портупее и украшенном свастикой галстуке. Теперь же на груди его был великий омофор, а звали его не Виорелом, а Валерианом Трифой.

Румынский извод фашизма

У страшного бухарестского погрома была политическая и интеллектуальная предыстория. Православное (так было заявлено) движение «Железная гвардия» возникло в Румынии в 1927 году. Ее создатель Корнелиу Кодряну надеялся при поддержке Румынской православной церкви и нацистской Германии призвать своих соотечественников к «духовному очищению».

В отличие от германских нацистов, проповедовавших атеизм, но не чуждых эзотерике, фашисты Румынии делали ставку как раз на традиционную религию. Кодряну был глубоко верующим прихожанином Румынской православной церкви. Сменивший его в 1938 году Хория Сима несколько приглушил церковно-религиозную составляющую идеологии «Железной гвардии», но от нее не отказался. Лозунгами «железногвардейцев» были ультранационализм, антикоммунизм, антикапитализм и антисемитизм.

Некоторые интеллектуалы румынского происхождения, ставшие впоследствии всемирно известными, «переболели» увлечением этой версией фашизма с псевдохристианской риторикой, в том числе философ и религиовед Мирча Элиаде. В своих дневниках Элиаде не без гордости называл себя «легионером». Американский историк Рауль Хильберг в своей книге «Палачи, жертвы, свидетели» утверждает, что Элиаде был одним из главных идеологов «Железной гвардии» и в 1936 году призывал Румынию стать «националистской, пылко шовинистической, вооруженной и сильной, безжалостной и мстительной». Фашиствовал в молодости и другой знаменитый румын — мыслитель, писатель, драматург, основатель «театра абсурда» Эжен Ионеско.

Трифа окончил теологический факультет Кишиневского университета и философский — университета Бухарестского, а потом получил диплом историка и журналиста в Берлине. В 1940 году, в 26 лет, он стал председателем Студенческого центра в Бухаресте и возглавил Национальный союз студентов-христиан Румынии. Звучит красиво, если не знать, что под водительством Трифы большинство членов этих студенческих союзов вступили в молодежное боевое крыло пресловутой «Железной гвардии». То самое крыло, что участвовало в бухарестском погроме 1941 года.

Падения и взлеты

Но в событиях января 1941 года погром был, как бы цинично это ни звучало, побочной задачей «Железной гвардии». Легионеры ставили перед собой цель свергнуть фактического правителя Румынии — маршала, премьер-министра и кондукэтора (то есть руководителя, — румынский вариант фюрера) Иона Антонеску. Румыния была монархией, но молодой король Михай I был лишен реальных полномочий. Шла борьба за верховную власть в стране. Однако силы были неравны: Антонеску заручился поддержкой Гитлера, и румынские правительственные войска при поддержке частей германского вермахта подавили мятеж «железно — гвардейцев».

Начались расправы. Антонеску немедленно распустил правительство, в котором находились сторонники «Железной гвардии». Организация была запрещена, а большинство ее лидеров бежали из Румынии.

Уже известный нам Отто фон Болшвинг, тогда представитель СД в Румынии, тайно переправил в Германию руководителей легиона, переодев их в нацистскую форму. Среди бежавших были Хория Сима и Виорел Трифа. В рейхе их определили в лагерь, но это больше выглядело как помещение важных персон под усиленную охрану ради их же пользы. В лагере они пользовались привилегиями, полагавшимися немецким офицерам: особым питанием, медобслуживанием и др. Отсюда Трифа пытался как-то уладить конфликт между запрещенной в Румынии «Железной гвардией» и разогнавшим ее Ионом Антонеску. Но неудачно.

После обретения свободы Трифа побыл недолго секретарем бежавшего из Румынии после прихода туда Советской армии митрополита Румынской православной церкви Виссариона (в миру Пую), которого позже, в 1946 году, румынские власти заочно приговорили за коллаборационизм к смертной казни. А в самом конце войны перебрался в Италию, где устроился преподавателем античной истории. В 1950 году экс-«железногвардеец» эмигрировал в США.

Умело выстроенный имидж Трифы в прессе и антикоммунистические настроения румынской эмиграции — все это позволило провокатору и погромщику стать в июле 1951 года викарным епископом Румынского архиепископства Америки и Канады. Он, по сути, занял чужое место. Дело в том, что номинально бывший во главе Румынского архиепископства Америки и Канады епископ Поликарп (Морушка) в годы войны находился в Румынии и после 1945 года не смог вернуться в США, так как выезд из страны ему запретили коммунистические власти Бухареста.

Положение было запутанным. Из-за отсутствия епископа Поликарпа еще в 1950 году группа из восьми румынских священников избрала кандидатом в епископы отца Андрея (Молдована). Тогда же в Мичигане была зарегистрирована «Румынская Православная автономная епископия Северной и Южной Америки». И уже в рамках этой церкви последовал раскол — одни клирики признали отца Андрея, а другие продолжали считать действующим епископом Поликарпа. В конце концов Андрей был отстранен от управления епархией и основал собственное Американское епископство, которым и руководил до конца своих дней в 1963 году.

И тут очень вовремя для себя возник Трифа. Правда, быть избранным еще не означало быть рукоположенным, и Трифа начал действовать.

Проблема с рукоположением

Ситуация «многовластия», когда разные группы православных румын в США считали епископом Трифу, Поликарпа и Андрея, смущала высокопоставленных клириков, и поэтому желающих вручить Трифе архипастырский жезл долго не находилось. Так, отказался рукоположить его епископ Константинопольской православной церкви, архиепископ Северной и Южной Америки Михаил. Тогда группа поддержки Трифы обратилась с просьбой о хиротонии к иерархам сирийской православной церкви, но и там последовал отказ.

Согласился было рукоположить Трифу видный деятель Русской православной греко-католической церкви в Северной Америке, первоиерарх «Северо-Американской митрополии» митрополит Леонтий (Туркевич). Он обещал, что собор его церкви решит вопрос положительно, если, как отмечается в рапорте оперативного сотрудника ЦРУ: «…Румынская Церковь выплатит определенную сумму Русской Церкви и будет предоставлять отчет о своей деятельности каждые пол года». Возможно, даже начались переговоры и торги по этому вопросу, но тут вмешался патриарх Московский и всея Руси Алексий I и отговорил Леонтия от рукоположения Трифы.

Однако Алексий I не мог изменить позицию другого митрополита-Иоанна (Теодоровича), предстоятеля неканонической Украинской Православной митрополии в Северной Америке. В конце концов тот и возглавил 27 апреля 1952 года хиротонию Трифы, который был пострижен в монашество с именем Валериан и стал епископом.

Архиепископ Детройтский и Мичиганский

После кончины в 1958 году Поликарпа (Морушки), которого так и не выпустили из Румынии, позиции Валериана Трифы еще более укрепились. В марте 1960 года Румынское епископство было принято в состав (в качестве самостоятельной этнической епархии) Северо-Американской митрополии, находившейся тогда под юрисдикцией РПЦ. Чтобы снять вопросы о каноничности епископа Валериана, он был перерукоположен и получил титул епископа Детройтского и Мичиганского.

Таким образом Валериан Трифа оказался под омофором РПЦ. Это продолжалось около десяти лет. В 1970 году Северо-Американской митрополии была предоставлена автокефалия, и епископ Валериан стал архиепископом.

Его резиденция располагалась в Грасс-Лэйке (пригород Джэксона, штат Мичиган). Там его стараниями возник духовный и культурный центр православных румын Vatra româneasca («Румынский очаг»). Приходили туда люди разные, в том числе и старые бухарестские друзья Трифы. Архиепископ продолжал поддерживать связи со своими однополчанами-легионерами, на которых в узком кругу обсуждалась возможность возрождения «Железной гвардии».

Стоматолог в роли дознавателя

Чарльз Кремер, потерявший во время бухарестского погрома своих близких и не собиравшийся прощать этого Валериану Трифе, решил собрать досье на погромщика и передать материалы американским властям. Он направил запросы властям Румынии, потом съездил в Бухарест и там продолжил сбор свидетельств. Собранные Кремером документы подтверждали деятельность Трифы в «Железной гвардии». Одновременно Кремер привлек внимание властей США к тому, что Трифа использует свой епископский сан и в целом румынскую православную церковь для помощи бывших членам «Железной гвардии», опасные осколки которой долетели через океан в США и Канаду.

Но власти США не спешили реагировать. Почему? Ответ на этот вопрос дают рассекреченные документы ФБР. 2 сентября 1953 года директор ФБР отправил руководству ЦРУ официальное письмо:

19 августа 1953 года было получено сообщение от Королевской канадской тайной полиции, проведшей расследование, целью которого было установить, действительно ли существует движение «Железная гвардия» в Торонто или Виндзоре (Канада) и каким образом это связано с Трифой.

RCMP (аббревиатура Королевской тайной полиции Канады. — А. К.) отметила, что Трифа ряд лет подвергается критическим нападкам как фашист, квислинг и убийца со стороны противостоящей ему фракции в Румынской Православной Церкви в Америке и, следовательно, вполне возможно, что нынешние обвинения могут быть просто отражением обострившейся вражды между двумя этими группами.

У нас нет причин подозревать канадскую полицию или ФБР в попытках обелить Трифу. Это тот случай, когда сомнения естественны, идет процесс изучения проблемы. Но и Кремер не сдавался. В декабре 1955 года из канадского Онтарио в ФБР приходит информация о показаниях эмигранта Ставро Жияну, который в 1941 году обучался в румынской летной школе, воевал за штурвалом мессершмита против СССР, арестовывался советскими властями и впоследствии выехал в Канаду. В документе ФБР, основанном на донесении из Канады, речь идет о столкновении в 1941 году «же-лезногвардейцев» с правительственными солдатами возле Королевского дворца в Бухаресте:

Трое солдат сидели в механизированном транспортном средстве, которое находилось у входа во дворец. ЖИЯНУ рассказал, что он слышал, как ТРИФА приказал нескольким членам «Железной гвардии» задержать солдат, что было сделано, и выбросить их из машины. По показаниям ЖИЯНУ, ТРИФА затем приказал облить солдат бензином и поджечь. Этот приказ был исполнен, и трое солдат были живьем сожжены.

Ценные показания дал также румынский эмигрант из Чикаго Георге (Джордж) Мунтяну. В рассекреченном документе помещен отрывок из стенограммы его показаний:

…В феврале 1941 года правительство Германии в Румынии (так в тексте. — А. К.) объявило вне закона «Железную гвардию», и на слушаниях, проведенных военным правительством Оси в июне 1941 года, Трифа был приговорен судом (заочно. — А. К.) к по жизненному тюремному заключению за его участие в январском мятеже. Я присутствовал на заседании суда в июне 1941 года, когда один из членов «Железной гвардии» засвидетельствовал, что получил приказ от Трифы вырезать язык некоему еврейскому портному Когану, но он, по его утверждению, приказ Трифы не выполнил. Я также присутствовал на суде, где слушались показания свидетелей о том, что Трифа отдал приказ выдавить глаза и вырезать языки портнихе Бинес и мастеру по изготовлению шляп Бьянок…

В последний раз я виделся с Трифой на улице Кливленда, штат Огайо, примерно в марте 1953 года. Тогда я подошел к нему и обвинил его в убийстве румынских граждан. Трифа мне тогда посоветовал забыть об этом, заявив, что люди здесь, в Соединенных Штатах, не такие умные, как в Румынии.

Получив такую информацию, ФБР тем не менее по-прежнему не спешило передавать дело Трифы в судебные органы. А тем временем американский стоматолог Кремер упорно продолжал собирать информацию о человеке, сменившем униформу «Железной гвардии» на церковное облачение. Для этого он едет в Израиль, потом опять в Румынию, встречается с чудом выжившими свидетелями погрома и родственниками погибших. Он также обращается за помощью в посольство Румынии в США.

ФБР продолжает колебаться и по-своему трактует контакты Кремера с дипломатами социалистической Румынии. В докладе, составленном 21 декабря 1972 года, говорится:

…Источник сообщил, что Кремер пытается в течение длительного периода времени дискредитировать Трифу, поскольку Трифа подозревается в том, что был членом румынской «Железной гвардии» в начале 1940-х годов.

Источник сообщил, что Кремер вошел в контакт с Николае Иринойу, вторым секретарем посольства Румынии… и с Корне-лиу Богданом, послом Румынии в США. Источник не уверен, но предположил, что они могут руководить деятельностью Кремера.

Источник считает, что румынское правительство пытается дискредитировать Трифу в целях получить контроль над румынскими православными церквями в Соединенных Штатах.

Открытка Гиммлеру

Количество перешло в качество в 1975 году. ФБР накопило такой солидный объем компромата на Трифу, что сомнений уже не оставалось: трон архиепископа занимает преступник. В распоряжении ФБР появилась, например, открытка с подписью Трифы, отправленная Генриху Гиммлеру. Разумеется, Трифа пытался категорически отречься от переписки с одним из главных деятелей Третьего рейха, но судмедэксперты выявили на открытке отпечаток его пальца, который сохранился, несмотря на то, что прошло немало лет.

В 1975 году против Трифы было возбуждено дело по обвинению в том, что при въезде в США он скрыл свое членство в «Железной гвардии». Потом появилось обвинение в сокрытии им своей причастности к кровавому еврейскому погрому в Бухаресте. В вину Трифе ставилось также то, что он, указав в анкете о своем интернировании в нацистский лагерь, не уточнил, что пользовался там привилегиями.

В ноябре 1976 года Трифа был исключен из состава Национального совета церквей США. Начались судебные разбирательства. В 1979 году всплыла фотография Трифы, сидящего в коляске мотоцикла с пистолетом в руке; рядом — за рулем и на заднем сиденье — тоже вооруженные люди. Важную информацию следствию предоставили главный раввин Румынии Мозес Розен и генерал румынской госбезопасности Ион Пачепа (в 1972–1978 годах он был заместителем начальника внешней разведки Румынии, а в июле 1978 года бежал в США, где получил политическое убежище. — А. К.). Они однозначно признали в Трифе провокатора, призывавшего в Бухаресте к расправам над мирными людьми, и активного погромщика.

Из Румынии в США стали поступать улика за уликой: среди них были фотография Трифы в нацистской форме и тексты его речей и статей. Трифа заявлял во время судебных заседаний, что не стесняется своего прошлого: он, мол, делал то, что, по его мнению, было во благо граждан Румынии. При этом отрицал свое авторство фигурировавших в судебных заседаниях текстов.

В 1980 году ФБР, впрочем, по-прежнему не исключало того, что в нападках на архиепископа есть некая теневая подкладка, в которой спрятана банальная борьба за власть и собственность. Об этом, например, говорит доклад от 16 апреля 1980 года. Конфиденциальный «источник», осведомленный о работе внешней разведки Румынии, сообщил: официальный Бухарест намерен либо склонить Трифу к общественной поддержке коммунистического правительства Чаушеску, либо, если этого не получится, сместить архиепископа с трона и посадить на него своего человека.

Действительно, на Трифу пытались воздействовать сотрудники посольства Румынии (или, возможно, разведчики под дипломатическим прикрытием), шантажируя информацией о членстве в «Железной гвардии». Но безуспешно: бывший погромщик не желал уступать свое место кому бы то ни было. При этом он категорически отказывался поддерживать авторитет румынского коммунистического диктатора Чаушеску среди румынских эмигрантов и прихожан.

Персона нон-грата

В том же 1980 году Трифа, будучи уже не в силах опровергать компрометирующие свидетельства и материалы, отказался от американского гражданства. В 1982 году он уехал по собственной инициативе в Португалию, дабы избежать позорной депортации из США. Таким образом, Трифа фактически признал свою вину.

Но осенью 1984 года официальный Лиссабон заявил, что пребывание румынского архиепископа на территории Португалии нежелательно. Трифа был объявлен персоной нон-грата, однако успешно опротестовал это решение в Верховном административном суде Португалии.

Он дожил свой век в Португалии и в 1987 году скончался от сердечного приступа в курортном городке Эшториле.

В этом же году на Манхэттене умер врач Чарльз Кремер, который первым бросил вызов преступнику, сменившему портупею на церковный омофор.