Четвертый всадник

Глава 2

— И как мы докатились до подобного? — спросила Ленка, разглядывая таблицу лидеров.

Она находилась на четвёртом месте, Гришка — на пятом, Мира — на третьем, а я — на втором. Всем утерла нос Алёна Симонова-Орлова, внучка Благославенного и нашей школьной медсестры, которая после нашего выпуска уволилась.

Это мне потом Романов рассказал как-то между делом.

— А всё очень просто, — заговорила Мирослава. — Просто мы считали соперниками только друг друга и ставили палки в колёса. Ведь так?

Скворцова посмотрела на меня, но я не подал вида, что причастен к тому, о чём она говорит. Я вообще не при делах. А то, что их заклинания сработали малость иначе, сами виноваты. Допустили где-то в составлении ошибку и не хотят этого признавать.

— По-моему, всё ещё проще. Просто Алёна — гений, — сказал я.

— Которого раньше прятали, и поэтому никто о ней ничего не знает. В том числе и её дед. Я разговаривала с отцом, но даже он не смог быстро найти информацию, — добавила рыжая.

Гришка просто стоял, смотрел на таблицу и что-то жевал, словно ему вообще было наплевать на все эти глупые распределения. На себя, возможно, но точно не на свою невесту.

Кстати, свадьба у них должна состояться сразу после окончания университета. Подготовка уже идёт полным ходом. Даже почти всех гостей позвали.

— После случившегося на церемонии посвящения об Алёне теперь знают все. И это не удивительно. Даже у нас не получится за двадцать минут создать столь сложное заклинание, — сказал я, вспоминая произошедшее.

— И ведь надо было умудриться убрать со всех следы чужой магии, — цокнула Мира.

— И ещё сделать это так эффектно, — решил вмешаться Гришка, за что получил болезненный тычок под рёбра от невесты.

Хотя здесь парень был совершенно прав. Заклинание Алёны оказалось даже эффективнее наших. Я бы сказал, гораздо эффективнее. А как ещё можно назвать момент, когда абсолютно все присутствующие вспыхнули оранжевым пламенем?

Причём те, на ком было наложено много магии, включая и нашу, горели гораздо ярче. И особенно здесь выделялась наша четвёрка и глава студсовета. Там такое зарево получилось, что даже смотреть на него было больно.

Сперва началась паника: кто-то решил, что реально горит, и стал пытаться потушить себя, хотя никаких неприятных ощущений мы в этот момент не испытывали. Кто-то потерял сознание от страха. Кто-то принялся активировать защитные артефакты и техники, которые в данном случае вообще не работали. Но большинство просто впали в ступор, не зная, что делать.

Здесь быстрее всех среагировала Шуйская. Все деревянные поверхности, что были в зале, мгновенно выпустили молодые побеги и спеленали Алёну. Ленка была крайне серьёзна и попыталась наехать на девчонку. Пришлось мне её защищать и доносить до всех, что никакой опасности в этом огне нет.

Мы его даже не чувствуем.

Но потом слово взяла сама Алёна и рассказала, что же за эффект даёт её заклинание. Но даже после этого многие колебались. Но не Александра Романова, которая сразу поняла, насколько заклинание Симоновой-Орловой переплюнуло все остальные.

Она смогла воссоздать что-то вроде упрощённой версии силы Годуновых. Конечно, мы с ребятами ещё довольно давно проворачивали подобное, но там и работа была сделана не за двадцать минут, и задействованы силы четырёх сильнейших магов Европы.

Теперь уже не потенциально, а вполне себе официально.

— Но ничего, мы ей ещё покажем, кто здесь по-настоящему крутой маг, — подбоченившись, заявила Ленка, и, судя по выражению лица Миры, она её полностью поддерживала.

Ну а нам с Гришкой остаётся только тяжело вздыхать и смотреть, чтобы девчонки не перестарались. Знаем мы и их, и себя.

— Главное, как всегда, не перестараться. А для этого нам нужно учиться, и если не поспешим, то опоздаем на пару, — сказал я, показывая на часы, установленные рядом с расписанием и списками лидеров.

К слову, на каждый курс свой список. Первое место среди четвёртых курсов занимала Александра Александровна Романова. Впрочем, и лидеры остальных курсов имели весьма знаменитые фамилии. Как и у первокурсников, кроме нас, конечно.

— Опоздаем и опоздаем, — пожала плечами рыжая. — Чего такого там могут рассказать, чего не знает Гришка? Да и мне совершенно не нравится этот Преображенский. Какой-то он слишком правильный. Запретил разговаривать на его парах, конспекты нужно делать, и вообще, вот зачем мне вся эта тёмная магия? Жизнь и смерть не совместимы.

— Свет и тьма, так же, — тяжело вздохнул я, прекрасно понимая, о чём говорит Шуйская. — Вот только выпускник ММК должен разбираться во всех видах магии. И даже использовать их самые простые техники. Да и сегодня Лев Давидович обещал нам практику. Даже думать не хочу, что это может быть, если последняя тема называлась «Поднятие простейшей нежити. И способы работы с мёртвой материей».

— Легкотня, с которой справится даже шестилетка. Я знаю, о чём говорю, и, если понадобится, то могу поднять нежить за вас. Гарантирую, что Преображенский даже ничего не заметит. Как тёмный маг он крайне слаб. Идеальное знание теории не гарантирует такой же результат на практике.

— Вот! — подняла указательный палец Ленка. — Это уже совсем другой разговор. Учитесь у Гришки, как нужно меня мотивировать ходить на эти пары. Хотя… Я же могу воспользоваться силой жизни и поднять…

Что именно собралась делать Ленка, она не договорила. Схватила Гришку за руку и побежала в сторону аудитории, которая находилась в восточном крыле на втором этаже. До начала пары оставалось всего три минуты.

На первой лекции профессор Преображенский нам сказал, что за любое опоздание прибавляет один дополнительный вопрос на экзамене. И так до бесконечности. Так что никому не хотелось закапывать себя собственноручно. А вот сам профессор оказался любителем острых ощущений.

Именно на этой лекции он впервые познакомился с поднятыми мной мертвецами. Забавная вышла история, которую запомнили абсолютно все в университете.

— Как я говорил вам на прошлом занятии, лучше всего теория познаётся во время практики. Конечно, это относится не ко всем видам магии, но точно к той, что мы сегодня будем изучать.

Вот таким нехитрым вступлением Лев Давидович подвёл нас к теме ближайших четырёх пар. После чего создал какое-то простенькое заклинание, не требующее никаких дополнительных ритуалов, кроме пары пассов руками, и на электронной доске высветилось название темы:

«Поднятие простейшей нежити. Примитивные ритуалы, техники и способы работы с мёртвой материей».

— Может, мы не будем Макса подпускать к практике? — шёпотом спросила рыжая, сидевшая справа от меня. Слева сидела Мира, а Гришка — рядом со своей невестой.

— Шуйская, возможно, вы хотите рассказать нам о вопросах, которые будут затронуты на этой лекции?

Хоть Преображенский и выглядел древним старичком, но со слухом у него было даже более чем хорошо. Я-то с трудом разобрал слова Ленки, а он находился от неё гораздо дальше.

— Насчёт использования жизненной энергии я могу рассказать очень много. Конечно, без родовых секретов. А вот со всем, что связано с тёмной магией, некромантией и так далее, это вы лучше к моему жениху обращайтесь. Он у нас в этом специалист.

Ленка ни капли не смутилась и бросила Гришку на амбразуру. Старую, пропитанную знаниями, мелом и любовью к дисциплине. На этой амбразуре погибли многие молодые дарования, которым не было суждено влиться в магическую элиту империи. Вот только Гришку она совершенно не пугала. Он действительно мог и сам стать такой амбразурой, заворачивая особо обнаглевших студентов.

— Специалист? Неужели⁈ — удивлённо воскликнул профессор. — Что же, в таком случае я хочу, чтобы этот СПЕЦИАЛИСТ, — специально выделив последнее слово, продолжил Лев Давидович, — показал нам всем мастер-класс по поднятию простейшей нежити. Опытные маги способны осуществить поднятие за десять минут.

— За десять минут даже я справлюсь. Хотя тьма для моей силы является полной противоположностью.

Ну не удержался я.

Слишком уж пренебрежительно профессор отзывался о Гришке и его способностях.

Я-то прекрасно знаю, что ему даже никаких ритуалов проводить не придётся. А все необходимые схемы у него в памяти, и для их воспроизведения не потребуется ничего, кроме нескольких десятков Рю. Этого с лихвой хватит, чтобы поднять простейшую нежить.

— Очень интересно. Прошу, представьтесь, молодой человек. Я уже привык, что первокурсники в начале нашего общения всегда пытаются бросить вызов старому профессору, но подобное заявление слышу впервые.

— Медведев Максим, унаследовал силу света, специализируюсь на благословениях.

— И говорите, что сможете поднять простейшую нежить за десять минут?

Впервые на моей памяти учитель никак не отреагировал на моё имя и магическую спецификацию. Уже привык, что все преподаватели знают о наследнике Благославенного. Только вообще никто не знает, как он выглядит. Да и видели меня единицы, и то всего один раз, во время нашей инициации, но прошло уже двенадцать лет, и я сильно изменился с тех пор.

— Вполне смогу, только сразу предупреждаю: поднятые мной люди становятся весьма проблемными.

— Об этом можете не переживать, Максим. Я способен справиться с любой простейшей нежитью. В противном случае никто не доверил бы мне вести этот курс.

— Как скажете, — пожал я плечами.

В принципе профессор говорит дельные вещи. Подумаешь, деда Архипа не могли поймать несколько недель, а Балкарнца и вовсе сумели разговорить только после участия Гироса.

Кстати, он сейчас находился рядом с Гришкой. Превратился в какую-то мелочь и спал спокойно у него в кармане. Поэтому можно не опасаться, что снова произойдёт нечто непредвиденное. Некроморф легко справится с любой нежитью, что поднимут студенты. Даже я.

— В таком случае предлагаю начать нашу лекцию с практики. Если Медведев действительно сможет управиться за десять минут, то получит от меня плюс один балл на экзамене.

— Круто, можно вообще ничего не учить и получить три, — задумчиво произнесла Ленка.

Вот только Лев Давидович её быстро обломал:

— Можно и не учить, — кивнул профессор. — Только с чего вы решили, что за полное отсутствие знаний по моему предмету можно получить два? Ноль ставить у нас не принято, а вот кол, вполне.

— Тогда в любом случае придётся учить. Эх, а я уже было понадеялась.

— Надежда, это прекрасно. Но надежда, подкреплённая уверенностью, гораздо лучше. Что же, пройдём в лабораторию. Там уже всё должны подготовить.

В лаборатории действительно всё было готово. Правда, на группу из двадцати человек нам выделили всего четыре трупа, окружённых специальными заклинаниями и прикрытых простынёй.

Как сказал профессор, первокурсники в основной массе весьма впечатлительны, и ни одной лабораторной по принятию нежити не обходится без падения в обморок. Но избежать этих уроков не получится, программа обучения одна для всех.

В итоге, когда была снята простыня с первого трупа, у нас действительно нашлись две девчонки, которые отправились немного отдохнуть. Остальные вполне нормально восприняли слегка синюшное тело мужика лет пятидесяти.

— Если готовы, то можно приступать. Только сообщите, я запущу обратный отсчёт, — после того как привели в чувство отъехавших, обратился ко мне профессор. Ибо все должны присутствовать и получать знания от увиденного.

— Запускайте, — не стал готовиться я.

Да и к чему?

Я отлично знаю «Зарождение Жизни» и уже давно могу применять его без костылей. Никакой ритуалистики в том виде, в котором её привыкли видеть и ждал от меня Лев Давидович. Я работал исключительно с магической энергией, рисуя все необходимые знаки и руны взглядом.

Управился за шесть минут и ещё две проверял свою работу. Остальные с интересом наблюдали за моими действиями, не понимая, что вообще происходит. Большинство не могло ничего разглядеть, а те, кто всё же увидел мою работу, всё равно ничего не понимали. Даже наша гениальная Алёна.

— Закончил. Заклинание готово, осталось только его активировать, — произнёс я, когда выполнил проверку и был полностью доволен проделанной работой.

Мужик точно встанет. Правда, понятия не имею, как будет дальше себя вести. Но я ограничился минимальным количеством Рю. Так что если начнёт что-нибудь вытворять, то совсем недолго.

— Что же, в таком случае можете его активировать, а мы посмотрим. Судя по тому, что я видел в процессе работы, вы решили использовать…

Что я решил использовать, профессор так и не закончил. Просто я уже активировал ключ-руну, и знаки на теле мертвеца стали видны абсолютно всем. Несколько ярких вспышек и глаза мужика распахнулись, а из горла вырвался то ли хрип, то ли стон. Но его быстро заглушил девчачий визг, а затем и несколько глухих ударов падения бессознательных тел.

Впечатлительных среди одногруппников оказалось гораздо больше, чем после снятия простыни.

Ещё больше их стало, когда бывший мертвец сел и потряс головой, а потом ещё и выдал, глядя на нас застекленелыми зрачками:

— Вы кто?

— Первокурсники ММУ, — ответил я. — Вот профессор Преображенский не поверил, что я смогу поднять простейшую нежить за десять минут. А я смог и заслуженно получу плюс балл на экзамене.

— Боюсь, что это не так, — заговорил Лев Давидович.

Он выглядел крайне удивлённым, но всё равно не мог вот так взять и смириться с тем, что какой-то первокурсник его уделал.

— Разговор шёл о поднятии простейшей нежити, которая не способна понимать даже элементарные команды. Я уже молчу про то, чтобы разговаривать и вести себя вполне осмысленно. Да и способ, который вы использовали, не имеет никакого отношения к тёмной магии. Если я не ошибаюсь, это было «Зарождение жизни»? Заклинание, применяемое друидами. Только немного изменённое.

Пока профессор говорил, наш живчик решил, что не хочет вот так просто сидеть и слушать всякий бред. Он спокойно слез со стола, при этом простыня совсем упала, а следом за ней и ещё пара девушек. Ну да, смотреть на причиндалы мертвеца не самое приятное зрелище.

— Профессор, никаких договорённостей о методах не было. Да и про то, что нельзя поднимать более продвинутую нежить, тоже. Я просто больше ничего и не умею.

— Вот именно для этого вы и ходите на мои занятия, — поднял вверх указательный палец Лев Давидович и отлетел в сторону, снося собой ещё один стол с трупом и какое-то лабораторное оборудование.

Просто восставший решил, что самый старший из нас представляет для него реальную угрозу. Сперва нужно разобраться с ним, а потом уже браться за остальных.

Говорил же, что нежить у меня получается крайне злобной и пакостной.

— Как вы посмели! — заорал мужик и последовал за профессором, получив лёгкий удар от Гироса.

Вот после этого в лаборатории началась настоящая паника.

Одно дело, смириться с тем, что при тебе поднимают нежить, и совсем другое. столкнуться с некроморфом, который совершенно не заботился о ментальном состоянии наших однокурсников и предстал перед ними в одном из своих самых отвратительных образов.

Сразу же заверещала сирена систем безопасности, кто-то активировал защитные амулеты. Кто-то решил бежать, но основная масса одногруппников осталась в лаборатории. Просто они ещё не пришли в себя и не могли двигаться.

— Лев Давидович, вы там как, в порядке? Я же предупреждал, что нежить в моём исполнении очень плохо себя ведёт. Но ничего, мы сейчас успокоим этого голожопого, — крикнул я, потом уже шёпотом добавил: — Или раньше закончится вложенная в заклинание энергия. Там всего пятнадцать Рю было.

Вот только всё резко изменилось, когда резко завоняло обугленным мясом.

В тот день наша четвёрка впервые встретилась с настоящим врагом, от которого необходимо защищать этот мир.