Четвертый всадник

Глава 5

Разговора с главой мирового совета магов не было.

Нам тупо отказали.

Мол, слишком много чести отвлекать столь важного и занятого человека от дел мирового масштаба ради каких-то пустых разговоров.

Мы, конечно, тогда знатно охренели. Даже император всегда находит время, чтобы поговорить с нами, а тут какая-то старуха, явно занимающаяся какой-то ерундой.

Правда, так считали только мы. Тот же Валерий Владимирович сказал, что госпожа Саиди действительно крайне занятой человек и благодаря её усилиям в последнее время стали налаживаться отношения между магами всего мира.

Раньше периодически возникали магические дуэли и даже настоящие войны, которые вполне логично переходили в войны между государствами. А во что это выливается, всем прекрасно известно.

Поэтому Валерий Владимирович Донской, как глава совета магов Российской Империи, попросил нас относиться к представителям мирового совета со всем уважением и хотя бы прислушиваться к тому, что они нам говорят.

Он даже не стал требовать с этих самых представителей компенсацию за практически уничтоженную аудиторию. Взял все расходы на себя.

Но князь Донской был не единственным, к кому мы могли обратиться. Да, он ректор и сейчас, по сути, является для нас наивысшей инстанцией, но и над ним есть люди.

— Если они не отстанут от нас по-хорошему, то придётся им помочь, — закончила рассказ Мирослава, откинувшись на спинку стула, которые принесли в кабинет Романова, когда мы нагрянули к нему практически без предупреждения.

Просто у него в кабинете было всего два сидячих места: его кресло и ещё один стул напротив стола.

Не особо любит привечать гостей глава тайной канцелярии. Да ещё и сразу ставит их в неудобное положение, показывая своё превосходство. С нами подобное не прокатило.

Стулья принесли быстро, организовали для Гришки лёгкий перекус. Да и сам Пётр Дмитриевич выбрался из-за стола и сел рядом с нами.

— Понимаете, — начал Романов, явно подбирая слова, — здесь складывается такая ситуация, что даже моих полномочий недостаточно, чтобы взять и приказать людям из МСМ оставить вас в покое.

— Да ладно! — подняла брови Ленка.

— Да, вот такие дела, — развёл руками Пётр Дмитриевич. — Личный приказ императора. Мне так и не удалось узнать, с чем это связано. До недавнего времени Нуарим Саиди и её люди не имели вообще никаких прав на территории империи. Их воспринимали исключительно как сильных магов, со всеми вытекающими отсюда мерами безопасности. А затем всё резко изменилось, и ММУ стал первым в империи местом, где эта организация получила весьма обширные полномочия.

— Значит, нам нужно идти и спрашивать об этом напрямую Бориса Алексеевича, — сказал я.

Ребята одобрительно закивали, а вот Пётр Дмитриевич скривился.

— Я бы крайне не рекомендовал вам этого делать, — нехотя заговорил он. — Борис Алексеевич просил меня держать вас от него подальше касаемо вопросов о мировом совете магов.

— Даже так? — удивилась Мира. — Тогда это многое меняет и практически развязывает нам руки.

О чём именно говорит Скворцова, никто из нас не понял. Но сейчас этого и не нужно было. Потом всё расскажет.

— Ребята, давайте вы не будете торопиться и совершать глупостей. Я всё прекрасно понимаю, и мне самому не нравится вся эта ситуация. Особенно не подконтрольные мне маги на территории империи. Так ещё и приставленные явно для того, чтобы следить за вами.

— Приставленные для того, чтобы мешать нам. Так будет правильнее, — заметил Гришка, у которого закончилось угощение и теперь он с тоской смотрел в пустую тарелку.

— И это одна из главных проблем, — задумчиво произнёс Романов. — Так-то мы уже прекрасно знаем, что не стоит вмешиваться в ваши заклинания. Только хуже можно сделать. А вот до этих товарищей, похоже, не доходит.

Наступила пауза. Каждый думал о своём, и только Ленка играла с каким-то небольшим зелёным побегом, перепрыгивающим с одной руки на другую.

Ситуация складывалась крайне странная и непонятная.

С какого перепугу императору давать столько вольности организации, которая раньше вообще не имела никакого веса в Российской Империи?

Причём он даже одному из своих самых доверенных людей об этом ничего не рассказал.

В том, что Романов нас не обманывает, я уверен. Как и в том, что он не может повлиять и на ректора, который явно на одной волне с императором. Иначе даже не пустил бы на порог университета старуху Саиди и её прихвастней.

Но всё равно что-то меня очень сильно смущает во всей этой истории. Возможно, что наши наставники так же ничего толком не могут рассказать о мировом совете магов.

Когда они были на коне, так сказать, их пытались туда заманить, но были посланы в задницу и больше не докучали. В Европу совет не лез, поэтому на него и не обращали внимания.

Возник мировой совет магов относительно недавно. Ещё и сотни лет не прошло. В основном промышляет в Азии и на западных континентах. А вот теперь добрался и до России. И очень точечно, исключительно до первого курса ММУ и группы, в которой учимся мы.

— Как вы понимаете, — через пару минут заговорил Пётр Дмитриевич, — ослушаться императора я не могу.

Вновь наступила пауза, во время которой Романов очень выразительно глядел на нас. Здесь и дурак поймёт, что император просил только его, а нам никто ничего не запрещал. Кроме ректора, который просил относиться к наблюдателям лояльно и не ставить им палки в колёса.

До недавнего случая мы его просьбу выполняли. Пошли навстречу, в то время как нам навстречу никто идти не собирается.

— Поэтому прошу и вас не лезть в это дело и просто игнорировать представителей совета. Но также я не могу оставить случившееся без внимания. С Донским я обязательно поговорю. А также заверяю вас, что обязательно вмешаюсь, если повторится нечто подобное. Никто не освобождал меня от долга защищать вас. Аристарх Павлович будет введён в курс дела.

На этом наш разговор закончился. Пётр Дмитриевич практически дал нам карт-бланш на действия относительно МСМ. Если они вновь выкинут нечто подобное и подвергнут опасности нас, то вмешается тайная канцелярия.

— Ну что, для меня здесь всё очень просто. Нужно сделать так, чтобы наши новые наблюдатели повторили ошибку своих предшественников, — сказал я, когда мы оказались дома.

— Это очень легко организовать. Предлагаю на следующей лабораторной профессора Преображенского, — ответила Мира. — Жаль, что он больше не даёт Максу работать с нежитью.

— Если так нужен Преображенский и моё умение поднимать нежить, то можно подождать до экзаменов.

— И ты предлагаешь нам так долго ждать? — вскинулась рыжая. — Будем пытаться сотворить какую-нибудь хрень на каждом уроке.

— Да нам и пытаться не нужно. Всё как-то само получается, — выдал Гришка, который среди нас косячит меньше всего.

Возможно, вообще не косячит. Вот так сразу и не могу вспомнить.

Даже Мирослава попадалась не один раз, а вот он…

— Снова облом, — с грустью произнесла рыжая, когда новые наблюдатели даже не попытались вмешаться, когда заклинание Миры немного вышло за рамки дозволенного.

Ну как немного — накрыло собой не крошечную рабочую зону в лаборатории, а половину лабораторного корпуса. Просто преподаватель сработал выше всяких похвал и вмешался первым, развеяв заготовку Скворцовой.

— Ничего, скоро у нас всё обязательно получится, — утешил невесту Гришка. — Не ожидал, что все преподаватели окажутся настолько прыткими. Они не оставляют наблюдателям никаких шансов вмешаться. Сколько у нас уже было попыток?

— Если считать эту, то девятнадцать, — ответила Мира, делая очередную запись в своём блокноте.

— Похоже, точно придётся ждать экзамена по тёмной ритуалистике и основам некромантии. А может, ну его и просто долбанем по ним? Напугаем, усыпим, внушим что-нибудь? Вариантов масса. Надоели уже сил нет. За мной даже родители так пристально никогда не следили, — выдала рыжая.

— Не могли просто, ты же постоянно от них сбегала, — заметил я.

— Детям нужно больше гулять. И вообще, я не сбегала, а раскрывала свои друидские силы. Что бы ты ещё в этом понимал. А сейчас я даже сбежать не могу. Учиться нужно, а ещё Гришку нельзя одного оставлять. Видел, сколько кругом всяких подозрительных девиц, которые так и ждут, когда он останется один?

Гришка закатил глаза, но не стал ничего говорить. Вместо этого он достал пачку солёных орешков и принялся их грызть, не забыв поделиться с Багратионом. Он также принимал участие в наших попытках избавиться от наблюдателей.

Правда, силой не вышел, да и в отличие от нас не мог себе позволить сильно косячить. Это нас в любом случае не выгонят, только если пострадают люди, но такого мы не допустим. А вот Шурика никто не станет держать, если начнёт творить всякую дичь.

Правила ММУ едины для всех, кроме нашей четвёрки, конечно.

Поэтому Багратион мог помогать нам исключительно своими советами. Чем он, собственно говоря, и занимался.

— Я бы на вашем месте уже дождался экзамена по некромантии. Столько попыток и всё мимо. Ну не реагируют они на ваши методы. Преподаватели к ним слишком хорошо готовы. А Лев Давидович уже один раз не смог справиться с поднятым Максом трупом.

— Сомневаюсь, что за это время что-то изменилось, — продолжил Багратион.

— Подожди, Шурик прав, — сказала рыжая.

А это могло означать только одно: она решила сдаться. Вернее, больше не видит других способов, как достать наблюдателей. Впрочем, и Мира с Гришкой их так же не видели. Как и я.

— Тогда решено. Экзамен Преображенского станет для нас решающим в этом семестре. Только необходимо сделать так, чтобы мне достался нужный билет и я остался последним в аудитории. Нельзя подвергать других опасности.

— Ну, с этим мы точно сможем справиться без проблем, — сказала Мира, и её глаза загорелись красным.

До конца экзамена оставалось семь минут. Передо мной лежал шестой билет, девственно чистые листы спецбумаги, ритуальный карандаш и… свежий труп.

— Медведев, вы готовы? Ровно в 15:00 я покину аудиторию, и тогда, прошу на пересдачу через месяц. Всё как положено: с допуском и комиссией, — произнёс седой старичок в пропитавшемся мелом сером костюме.

Профессор Преображенский Лев Давидович, заведующий кафедрой прикладной некромантии и тёмной ритуалистики. Очень въедливый и требовательный преподаватель.

— Не готов он, — прохрипел труп, который уже пару минут не сводил с меня мутных буркал.

— Что же, в таком случае… Что? Опять? Медведев, но сколько уже можно⁈ Почему именно этот билет?

Профессор подскочил со своего места и попятился в сторону выхода из аудитории. По пути он судорожно нажимал тревожную кнопку, которую выдрал из стола вместе с проводами.

Это он зря, конечно.

Прекрасно же знает, что поднятые мной трупы получаются очень быстрыми и пакостными.

Вот и сейчас мой живчик быстро вскочил, скинув с себя простынь, исписанную магическими знаками, и на секунду завис. Я всё делал исключительно по заданию в билете. Никакого Зарождения Жизни. Использовал руну из некромантских техник для поднятия простейшей нежити.

Правда, у меня всё равно вышел говорящий товарищ. И, судя по тому, что он замер, ещё думающий и способный оценивать обстановку.

Из всех присутствующих профессор Преображенский показался ему самой большой угрозой. Вот его он и выбрал своей целью, преодолев метров десять одним прыжком.

— Умри! — выкрикнул профессор, бросив в мертвеца тревожную кнопку, а вместе с ней и какое-то заклинание.

Оно серой вспышкой ударилось об грудь мертвеца, заставило его зашипеть и сделать несколько шагов назад.

— Больно же, — как-то жалобно произнёс труп, а затем ударил в ответ.

Профессор зажмурился, уже готовясь принять на себя удар, который вполне может стать смертельным. Вот только этого не произошло. Удар мертвеца пришёлся на бирюзовое сияние, сформированное в виде черепашьего панциря.

Мира, Ленка, Гришка и Шурик ждали меня за дверью. Они смогли вовремя сориентироваться и прикрыть Льва Давидовича. А вот наблюдатели от совета магов очень сильно тормозили. Наверняка снова ждали, когда преподаватель сам сможет разобраться с тем, что мы сотворили.

Но не в этот раз.

Живчик у меня вышел даже лучше, чем все предыдущие.

По ощущениям.

По крайней мере, гораздо кровожаднее. На меня, как на своего благодетеля, он, ясное дело, не собирался нападать.

Пробиться через щит Миры так же не мог, как и выбраться из аудитории.

Как только я закончил с поднятием, на аудиторию повисла защита, которую живой труп никогда не сможет преодолеть. Даже такой совершенный, что получился у меня.

Поэтому совершенно естественно, что своей жертвой он выбрал наблюдателей. Просто они единственные остались без защиты. Правда, поняли они это довольно поздно, когда бывший мертвец прыгнул в их сторону.

Благо, находились они от него достаточно далеко, и одним прыжком здесь было не обойтись. Как раз хватило времени, чтобы наблюдатели поняли: запахло жареным и им придётся действовать.

К моему удивлению, среди них нашёлся некромант. Хотя Гришка говорил, что не ощущает среди них никого, способного работать с тёмной магией.

Но не суть.

Один из четвёрки наблюдателей вытянул в сторону живчика руку, с которой сорвалась чёрная клякса и ударила ему в грудь. От этого бывший мертвец запнулся и даже сделал несколько шагов назад, не понимая, что происходит.

Клякса тем временем стала расползаться и поглощать его, словно была живой. Такой Веном, обожающий лакомиться мертвечиной. Вот только эта дрянь явно была совсем не разумной. Иначе она бы не стала на ходу захватывать вообще всё, чего касалась.

А именно так всё и было.

Вот несколько стульев уже были проглочены этой гадостью, и пара столов. На полу расплывалось большое пятно, стремительно расширяясь во все стороны.

Да и завоняло чем-то отвратительным. Эта дрянь могла оказаться опасной даже для меня.

— Плоть Смерти, — многозначительно произнёс Каспер. — Не думал, что кто-то смог повторить одно из самых действенных заклинаний Виктора. Вот только они явно не знают и половины того, что нужно делать, дабы обезопасить себя и окружающих. Если вы хотели, чтобы наблюдатели выкинули какую-нибудь лютую хрень, то у вас получилось. Я бы на твоём месте валил из этого корпуса. Его скоро пожрёт Плоть Смерти.

А вот я не буду торопиться. Ребята уже должны вызвать людей Романова, и посмотрим, что сможет сделать с этой живой плотью Егор.

Не сможет ничего он, так Гришка точно справится. Всё же рядом с ним создатель этой самой гадости, которая уже заняла довольно внушительный участок аудитории, отрезав наблюдателей от выхода.

— Вам помочь? — крикнул я им и создал линию из своей силы, перерезав чёрной дряни путь.

Вот только хрен там ночевал. Она сожрала и мою магию.

Да и представители совета явно не собирались принимать мою помощь. Они вообще не ответили, а принялись создавать новые заклинания в попытке обезопасить себя.

А затем в аудитории появился Аристарх Павлович, притащивший с собой ещё пять человек, среди которых был Егор.

— Смотри, какую они тут дрянь выпустили, — радостно крикнул я, показывая некроманту на двигающуюся черноту.

К этому моменту она поглотила ещё несколько парт, да и мой живчик уже больше не двигался. Застыл чёрным изваянием с искажённым муками лицом, скрюченными пальцами и вскинутыми руками, словно он защищался. Хотя, скорее всего, так и было, когда в него кинули Плоть Смерти.

— Мне подсказали, что это называется Плоть Смерти. Сможешь справиться?

— Твою же мать, — только и смог произнести Егор, после чего вспыхнул непроглядной тьмой, оттолкнув от себя всех, кто прибыл с ним. — Палыч, я задержу эту срань, а ты вытаскивай тех идиотов из совета. И передайте в штаб: код красный. Нужно отрезать здание, пока заражено только оно.

Вот только так просто осуществить задуманное не получилось. Заявилась начальница наблюдателей. И она была очень зла.