Четвертый всадник

Глава 3

— Вы все свидетели, Лев Давидович был предупреждён, — произнёс я нарочито громко, чтобы услышали все одногруппники.

Происходило это в тот момент, когда мы дожидались визита Валерия Владимировича Донского. Сам профессор Преображенский заявил, что не в праве решать подобные вопросы, но и оставлять случившееся вот так без последствий не может.

Могли пострадать студенты, работники лаборатории и сам Лев Давидович. Хорошо, что у него оказался достаточно хороший защитный артефакт, который активировался в нужный момент. Иначе ректору в срочном порядке пришлось бы искать нового преподавателя тёмной магии.

— Предупреждены, но от этого не легче, — заявила Валентина Рощина.

Довольно симпатичная брюнетка. Представительница сильного рода промышленников. Специализировалась на магии земли и одна из немногих, на кого воскрешение мужика никак не повлияло.

— Профессор прав, мы все могли пострадать. Вон как этот живчик долбанул старика, а про его скорость и говорить нечего. Скакал так, словно был магом-рукопашником, усиленным по самое не хочу.

— Это ты ещё не видела, как у нас по школьной территории деле Архип носился, — заговорила Ленка. — Две недели его поймать не могли. Бойцы тайной канцелярии дежурили и всё равно хрен там. А так Макс прав, он предупреждал. Нужно воспринимать слова студентов всерьёз, а не подвергать их подобным проверкам.

— Особенно если дело касается вашей четвёрки. Мне отец многое рассказал. Они с Петром Дмитриевичем Романовым вместе на границе служили. И как узнал, что я попадаю в одну группу с вами, пообщался со старым другом.

Эти слова принадлежали Виктору Лопухину, наследнику далеко не последнего княжеского рода.

— И что же там такого интересного рассказал Пётр Дмитриевич? — спросила Мира, давая понять, что если Лопухин не захочет говорить, то узнает всё самостоятельно. Просто её глаза слегка начали светиться. Один — бирюзовым, второй — красным.

— Сказал держаться от вас подальше и стараться нигде, кроме как на парах, не пересекаться. И теперь я понимаю почему.

Хоть Виктор и сам был совсем не слабым магом, если не брать в расчёт нашу четвёрку, но мы на его уровне были ещё в начальной школе. А сейчас и вовсе можем утереть нос сильнейшим магам империи. Не только в плане запасов магической энергии, но и в плане знаний. Правда, это никак не может нам помочь избежать обучения в университете.

Как заявили наши наставники, только после получения диплома к нам будут относиться как к равным. А до этого, считать неучами, способными уничтожить половину империи по ошибке.

И ведь с последним утверждением не поспоришь. С нашим везением подобное вполне могло произойти.

— Вот и держитесь. Не вижу в этом ничего плохого. Правда, в этом случае вы рискуете остаться исключительно со знаниями, что получите в университете. Мы точно не станем делиться с вами наработками наших предшественников, — понятия не имею, для чего выдала рыжая.

Я и так не собирался ни с кем делиться этими наработками. Да они тупо бесполезны практически для всех, кроме магов, специализирующихся на силе света и благословениях.

— Что-то подобное мне говорил отец, — взял слово светловолосый парень, который был самым крупным в группе.

Я даже не знаю, как его зовут. Как-то совершенно не отсвечивал, и на посвящении его не было. Настоящий богатырь, но какой-то слишком неуверенный в себе. Вот и сейчас мы с трудом его услышали и сперва не поняли, кто вообще говорит.

Когда он увидел, что мы все смотрим и ждём продолжения, тяжело вздохнул и скривился так, словно его заставили есть самый кислый лимон в мире.

— Только он мне сказал стараться получить максимум от общения с вами и относиться ко всем словам максимально серьёзно. Что у вас можно научиться тому, что не преподают ни в одной школе магии и университете.

— Откровенно, — удивился я. — Мы ещё не знакомы, Максим Медведев.

Я протянул руку здоровяку, и тот как-то сразу зажался, словно хотел сделаться меньше и спрятаться, чтобы никто на него не обращал внимания. Но это было буквально первую секунду, дальше здоровяк взял себя в руки и пожал мою ладонь.

— Александр Багратион.

Очень знакомая фамилия, но так сразу не смог вспомнить, насколько крут род Багратионов. В том, что это аристократы высшего полёта, я не сомневаюсь. Та же Ленка моментально напряглась, а она уж точно знает все аристократические расклады империи. Ей по статусу наследницы княжеского рода положено. Я же, в свою очередь, совершенно не разбираюсь во всём этом. Никогда не интересовался и не буду. Мне и без этого неплохо живётся. Ещё не хватало грузить голову подобными глупостями.

— Что же, Александр, твой отец был прав. Ты действительно можешь почерпнуть из простого общения с нами некоторые секреты, которые больше нигде не получится узнать.

Теперь настал черёд Миры удивлять нас. Ладно рыжая, она может сморозить любую глупость и кому угодно. Хоть императору, хоть не нашему императору… В общем, посыл понятен.

— Раз так, то можете на меня рассчитывать. Я действительно был свидетелем того, что Максим предупреждал профессора Преображенского, — выдал здоровяк, который отчего-то начинал мне нравиться.

Не ожидал подобной непосредственности среди сильнейших молодых магов империи.

А ещё слова Александра подействовали на остальных. Они также стали говорить, что, если нужно, то подтвердят мои слова. А там и ректор пришёл в компании ещё трёх пожилых мужчин и одной женщины.

Все явно были иностранцами, вроде арабы, и не обратили на нас никакого внимания. Сразу бросились расспрашивать Льва Давидовича, который продолжал крутиться возле бывшего воскресшего. Энергия, вложенная мной в заклинание, закончилась раньше, чем его удалось обезвредить. Гирос обломался, но не стал сильно ворчать, вновь спрятавшись у Гришки за воротником.

— А вы чего здесь торчите? — минут через десять обратил на нас внимание князь Донской.

— Так у нас сегодня сразу две пары у Льва Давидовича. И до их завершения ещё два часа. А нас никто не отпускал, — ответила за всех Ленка.

— Можете идти, на сегодня уроки закончены. А ты, Максим, останься, — сказал ректор, вызвав ликование у всей группы, кроме меня, после чего присоединился к четвёрке иностранцев.

Через десять секунд в лаборатории остались только Лев Давидович, князь Донской и его гости, ну и наша четвёрка, и, к удивлению, Александр Багратион с Алёной Симоновой-Орловой.

— А вы чего остались? — спросил я у этой парочки.

— Просто интересно, — пожала плечами девушка, и вообще никаких вопросов к ней не осталось.

— Обещал подтвердить, что ты предупреждал профессора. А обещания я свои привык выполнять, — пожал плечами Багратион.

Охренеть. Как он вообще смог дожить до поступления в ММУ с таким-то отношением к моим словам?

— А ты прям все обещания выполняешь? — спросила рыжая, которой явно было очень скучно торчать в лаборатории просто так.

Гришка не обращал на неё внимания, с тоской глядя на выход. Он наверняка рассчитывал сейчас зайти перекусить, а тут такой облом, и пришлось оставаться со мной.

— Все. Не выполню хоть одно и люди будут знать, что моё слово ничего не стоит. А так нельзя. Отец меня учил, что мужчина всегда должен отвечать за свои слова. Если сказал что-то, то должен выполнить. Сказал, что убьёт кого-то — должен убить. Сказал, что женится — должен жениться.

— Да-да, принцип я поняла, — отмахнулась от здоровяка Ленка и посмотрела на меня.

Как-то сразу не понравился её взгляд. Явно задумала что-то выкинуть в очередной раз. Вот только это обязательно заденет Багратиона, чего мне не хотелось. Слишком он был наивным и доверчивым. По крайней мере, именно такое мнение у меня сложилось от нашего недолгого общения.

— Александр, раз ты такой молодец, то можешь мне пообещать, что будешь защи…

Договорить Ленка не успела, поскольку наш разговор прервал появившийся Лев Давидович. Естественно, в компании незнакомой мне четвёрки.

— Медведев, вы бы могли нам рассказать более подробно о том, какие именно магические принципы использовали в своём заклинании? Поднятие нежити подобного уровня доступно всего нескольким магам на планете.

— И все эти маги дошли до подобного уровня после десятилетий практики, постоянных проб и ошибок, а порой и травм, едва ли совместимых с жизнью, — добавила пожилая женщина с каким-то странным акцентом.

Похож на немецкий, но внешность совершенно не соответствует. Я бы сказал, что эта женщина прибыла к нам из какой-то арабской страны.

— А вы, собственно говоря, кто? И почему мы должны рассказывать вам свои секреты? — опередила меня Ленка, встав перед женщиной и глядя на неё снизу вверх.

— Прошу прощения, что не представил вас друг другу, — поняв, что может произойти скандал, влез Валерий Владимирович.

— Одни из самых перспективных студентов нашего университета: Максим Медведев, Мирослава Скворцова, Григорий Воронов, Елена Шуйская, Александр Багратион и Алёна Симонова-Орлова. А эти уважаемые господа — представители мирового совета магов. А если быть точнее, его глава Нурия Саиди, — женщина слегка склонила голову. — И её заместители: Андрэ Вануа, Енрике Кошта и Филлип Да Силва, — Донской показывал в сторону каждого из представленных. — Одни из сильнейших магов в мире. Сильнейшие в своих странах.

— И чего они здесь забыли? — не унималась рыжая, которая явно почувствовала в этих людях если не угрозу, то что-то неприятное.

— Решили познакомиться с вами, — улыбнулась Нурия, и от этой улыбки даже Гришка передёрнулся.

Она оказалась невероятно кровожадной и дикой. По-другому и не скажешь.

Зуб даю, что эта Саиди тёмный маг. Привыкла убивать людей и работать с их останками.

Да наш Гришка в сравнении с ней младенец, который никогда не сможет достичь подобного уровня.

— Что же, вот мы и познакомились. Раз занятий сегодня больше не будет, мы пойдём. Завтра будет ещё одна лабораторная по составлению магических символов, необходимо хорошо подготовиться, — сказала Мира и, вцепившись мне в руку, потащила в сторону выхода. Ленка то же самое сделала с Гришкой.

Странно, но никто даже не попытался нас остановить. Глава мирового совета магов просто стояла и смотрела нам вслед, а её заместители кружились рядом с бывшим живчиком, пытаясь разобрать, что же такого я сделал.

Первой заговорила Шуйская, стоило нам отойти от лаборатории:

— Мировой совет магов весьма дерьмовая организация, которая пытается подмять под себя практически всех сильных магов. А на всадников они ведут настоящую охоту. Отец рассказывал мне о них и говорил держаться подальше.

— Мой отец говорил так же, — подтвердил Багратион, который каким-то чудесным образом умудрился влиться в нашу компанию. И так незаметно, словно нас всегда было пятеро, а не четверо. Даже Алёна уже потерялась, а вот он остался. — Всего один раз упомянул об этом совете, но предостерёг, чтобы я даже не думал связываться с ними. Принимать помощь или делиться какими-то родовыми секретами. И я дал ему слово, что не стану этого делать.

Какая же он святая простота, но я уверен, что своё слово Александр сдержит. Как и вообще любое, что давал хоть раз в жизни. Вот на таких людях и держатся империи. Парень далеко пойдёт, не удивлюсь, если в ближайшем будущем он окажется в правительстве.

— Наставник предупреждал меня о возможности их появления. И он говорил, что стоит максимально дистанцироваться от любых дел, касающихся мирового совета. Правда, он ещё говорил, что наша встреча маловероятна и, по его прогнозам, вероятность составляет не более одного процента. Больше он мне ничего не сказал. Вот и сейчас молчит. Смотри в сторону и делает вид, что очень заинтересован ремонтом.

— Мне они сразу не понравились, — фыркнула Ленка. — Особенно эта тётка, или лучше сказать бабка. Ей не меньше сотни лет. Столько впитала в себя жизненной энергии, что фонит на весь универ. Не люблю вот таких старых перечниц, которые дурят всем головы и пытаются остаться молодыми любыми способами. Снаружи — прекрасная обёртка, а внутри — одна труха.

— Ну да, это тебе не стоит опасаться старости, — неожиданно встала на сторону Саиди Скворцова. — У тебя проблем со старением не возникнет. Всё же постоянно работаешь с жизнью.

— Ага, — не стала отрицать Ленка, — И тебе помогу, когда придёт время. Можешь не загоняться на этот счёт.

— Среди этих людей был очень сильный тёмный маг. Он точно способен повторить поднятие на уровне Макса. А это говорит о многом. В первую очередь о том, что империя больше не в состоянии оберегать нас на прежнем уровне.

Слова Гришки заставили всех задуматься.

Он был прав.

Раньше нельзя было представить, что к нам подпустят кого-нибудь уровня этих людей.

Я имею в виду кого-нибудь не из подданных императора. Всё же нас старались максимально дистанцировать от мировой арены. Но всё когда-нибудь заканчивается. Да и тот же Романов нас уже неоднократно предупреждал, что наступает время, когда они будут вынуждены ослабить занавес, которым прикрывали нас с момента инициации.

— Мировой совет магов может доставить нам реальных проблем, — немного подумав и прислушиваясь к витающим вокруг запахам, заговорил я. — Но если мы будем вести себя осторожно, то легко сможем избежать их. Не будем вестись на разного рода провокации и уж тем более выдавать свои секреты. Пускай сами пытаются понять, что же такого особенного в моём заклинании, что получаются настолько хорошая нежить.

— Сложно, я бы даже сказала, невозможно понять то, чего не знает маг, который создал это заклинание, — расшифровала для остальных мои слова Мирослава.

И она была совершенно права.

Для меня это самое обычное заклинание Зарождения Жизни. И почему после него вообще поднимаются мертвецы, да ещё такие хорошие, как говорят все, кто работает с тёмной магией, мне совершенно не понятно.

Пускай ищут причину, возможно, действительно смогут разобраться и потом мне расскажут. Хотя я сильно в этом сомневаюсь. В этом мире раньше не появлялся всадник, способный работать с силами всей четвёрки.

— Вот и я о чём.

После этого мы все расслабились. Мировой совет магов или кто-нибудь ещё, не важно. В любом случае они не смогут ничего нам сделать. А если попробуют, то пускай пеняют на себя. Если понадобится, Семён может заглянуть к ним в гости и пожрать всю магию, которой они так дорожат.

— Хрен бы с этим советом, пускай делают, что хотят. Главное — нас не достают. И раз учёба закончилась гораздо раньше, предлагаю сходить куда-нибудь поесть. Шурик, ты с нами?

В остальных я не сомневался.

Да, завтра действительно должна быть ещё одна лабораторная, вот только мы уже давно не нуждались в чьей-либо помощи во время составления магических символов. Для нас это будет крайне просто. А тот же Гришка в любом случае предпочтёт еду учёбе.

— Поесть было бы не плохо. Я как раз знаю здесь недалеко один ресторан. Он принадлежит моей сестре. Там вкусно готовят. Только я не уверен, что туда можно с этими призраками. Там стоит магическая защита, может не пропустить.

— Какими призраками? — удивился я. — Ты что, видишь наших духов-наставников? Шурик, а какая вообще магия у твоего рода? Нам многое нужно обсудить.

— Вот и зачем вы разрешили этим стервятникам встретиться с великолепной четвёркой? Я же говорил, что это крайне сомнительное решение. Исходя из того, насколько высокомерны все представители мирового совета магов, мог произойти весьма серьёзный конфликт. Оно нам надо, потом разгребать его последствия? — ничуть не церемонясь, выдал Пётр Дмитриевич, стоило ему только встретить императора.

Между прочим, за обеденным столом, в присутствии императрицы и цесаревича Ивана.

— Именно для этого. Ребята сразу должны поставить на место этих зарвавшихся магов, которые считают, что способны хоть на что-то влиять, — ничуть не смутившись, ответил император, отправляя в рот очередной кусок мяса. — Присоединишься к нам или так и будешь смотреть в рот? Мясо восхитительное.

— Я так понимаю, что это связано с четвёртым кризисом, и ничего так и не узнаю? — только сейчас понял Романов.

— Виктор, принеси приборы и посуду Петру Дмитриевичу, — вместо ответа отдал распоряжение слуге император. — Что же, теперь можно немного приподнять завесу тайны. Только самую малость. И исключительно по дружбе. Да, Пётр Дмитриевич, четвёртый кризис начался. И продлится он как минимум до того момента, пока ребята не закончат университет.