Цивилизатор в СССР 1984

Глава 23 Шиза косит всех или пиндостан — как инкарнация гадящей нагличанки. Эпизод II

Середина августа 1983. УССР, Крым. Дача N7 «Чаир» в Гаспре. Председатель КГБ Андропов Ю. В.

…Разрешение на усиленную работу по партноменклатуре — пока без санкции главы Комитета партийного контроля, всё же ему было дано. Только в виде устного распоряжения Романова, который обещал осенью обставить всё официально в разговоре с Борисом Карловичем Пуго, сменившем на том не очень броском, но важном посту умершего в мае Арвида Яновича Пельше.

Среди многих, на дела которых внутри национальных республик до последнего закрывали в Москве глаза, наряду с Рашидовым, находился и Алиев.

А всплывшая информация о некоторых обстоятельствах, сопутствовавших странному освобождению ещё в 1976-м из кратковременного заключения азербайджанского ярого диссидента-однофамильца главы Советского Азербайджана Абульфаза Алиева, ставшего, по заявлению «Свидетеля» президентом независимого Азербайджана в начале 90-х и носившего тогда фамилию «Эльчибей», заставила обратить дополнительное внимание на Баку.

Пантюркистские тенденции и амбиции не сильно беспокоили «то» и «это» руководство СССР… пока они были направлены на что-то за его пределами.

Сам Андропов, начавший в рамках своей структуры отрабатывать распоряжение Романова, уже основательно подозревал, что новый генсек готовит мягкую смену всех замаравшихся «тогда» лиц в верхах союзных республик.

Несмотря на изъятие пресловутой статьи из Конституции, руководили, в массе своей в них все те же люди, при которых (хотя и не без влияния фактора ослабления роли «горбачёвской» Москвы) и выросли и набрали влияние все эти «Народные фронты» и прочие антисоветские движения.

Впрочем, это всё были дела внутренние, работа по ним ещё только начиналась. Враг же внешний продолжал действовать прямо сейчас, без перерывов на отдых Андропова в Крыму и состояние его здоровья.

Американский инструмент, который противостоял ведомству, которым по прежнему руководил он сам — не состоявшийся «тут» сменщик Брежнева, был наследником УСС — Управления стратегических служб США во второй мировой, созданным и возглавляемым Уильямом Донованом.

В отличие от УСС Донована, который всё же больше занимался войной с общими врагами стран антигитлеровской коалиции, и поддерживал рабочие контакты с соответствующими компетентными органами СССР, в котором даже побывал в ходе визита в конце 1943-го, наследник УСС изначально было сформирован с иной целью.

ЦРУ, созданное на заре «холодной войны», изначально ориентировалось на противоборство с СССР…

…хотя для американского общества, которое воспринимало СССР в тот момент не сколько как «рассадник коммунизма» (Маккартизм ещё только начинал своё победное, но недолгое шествие по США), а как страну — важнейшего союзника в борьбе против Гитлера и Тодзио, была выставлена на обозрение совсем иная цель:

«Данная секретная организация создаётся для защиты США от внезапного нападения».

Население, с момента давнего завершения конфликта (фактически первой гражданской) с бывшей метрополией считавшее, что два океана защищают от всех потенциальных по настоящему опасных врагов с запада и востока (а обе Америки уже привычно считались «своим двором»), после шока от японской атаки на Пёрл-Харбор и последовавшей войны на Тихом океане, в Европе и в Африке, вполне «скушало» заявленное официально федеральными властями насчёт ЦРУ.

Работало все прошедшие десятилетия ЦРУ по СССР очень плотно, всячески используя в своей работе достижения научно-технического прогресса.

Пусть «тут» Землю ещё плотно не окутали сети «Интернета» с мгновенным обменом информацией — текстом, мгновенной «цифровой» фотографией и видеозаписью от любого человека с описываемым «Свидетелем» дешевым карманным устройством-смартфоном, ставшим обыденностью даже в беднейших странах уже к концу второго десятилетия 21 века, но «первые звоночки» уже звучали прямо сейчас.

И шеф КГБ, как постоянно изучавший все материалы спецгруппы, рисовавшей облик всех сторон «того» будущего, как, наверное, никто другой сейчас на планете, понимал — к чему приведут данные тенденции.

Да, телекоммуникационные спутники связи кружились по своим орбитам прямо сейчас, а шпионы, пусть и не имели слабо контролируемый государством выход в «Интернет», но уже пробовали всё более безопасные лично для них способы доставки чувствительной для безопасности страны информации.

«Звонки» звучали всё громче и громче.

А черты того будущего, которое так небрежно лил на Андропова «ребёнок» и в которое так тяжело было поверить тогда, в феврале 1979-го, когда он увиделся с тем первый раз лицом к лицу, проявились буквально сейчас.

В описываемом недалёком (всего «сорок лет тому вперёд»!) будущем, в котором тяжёлая и опасная агентурная деятельность изрядно облегчалась тем, что Вяткин называл OSINT (Open-source intelligence) — «разведкой по открытым источникам».

А здесь… то самое «высокотехнологическое будущее», в аккурат на следующий год после столь удачно прошедшей Олимпиады, прислало свой первый скромный привет главе Комитета:

В 1981-м соответствующие подразделения КГБ, отвечающие за просеивание тысяч радиосигналов идущих из района Москвы, обнаружили в радиоэфире небольшое количество сигналов с признаками «кодированных передач в режиме краткого быстродействия».

Впрочем, на какое-то время передачи прекратились и их повторение произошло уже осенью 1982, участившись к новому году.

Анализ продолжавшихся с начала 1983-го регулярно явных радиошифровок выявил факт — из разных мест в столице уходили данные, как минимум на один (MARISAT-3) их трёх спутников системы MARISAT, выведенных на геосинхронную орбиту и начавших функционировать в 1976-м принципиально новой на тот момент системы спутниковой связи, изначально предназначавшейся для коммерческой цели — обслуживания навигации гражданских судов разных стран на океанских просторах за плату и для… ВМС США в экваториальной зоне над Атлантическим, Индийским и Тихим океанами!

Ни тех, ни других в окрестностях Москвы точно не существовало, но столица Союза всё же находилась на самом пределе зоны покрытия спутников типа MARISAT и из части районов столицы и её окрестностей можно было передать информацию на данные спутники.

Подобные передачи точно было нельзя, как ранее, списать на работу стационарных спутниковых устройств связи из официальных посольств стран США и НАТО.

Разные координаты примерно определённых мест передач вывели сотрудников Комитета, работавших по данному направлению, на мысли о том, что изначальные передачи были проверочными тестами, определявшими саму возможность подобного способа пересылки информации.

Принёсшие определённые положительные результаты пробные сеансы связи через спутник привели к тому, что ныне, участившиеся краткие кодированные передачи стали постоянными для кого-то из пределов СССР, уверенно использующего новый способ связи с теми, кто снаружи страны!

Возможно, как выяснилось из данных Комитетской радиоразведки весной, другим адресатом уходящих с территории страны на орбиту данных, был один из новых спутников системы FLTSATCOM…

И именно почти сразу же тогда случился хороший сюрприз!

Большой подарок, многое разъяснивший самому КГБ в общем, и Андропову в частности, в начале марта сделали сотрудники ВГУ (Второго главного управления) КГБ — отвечавшего за контрразведку, конкретно его 1-го отдела, возглавляемого Рэмом Сергеевичем Красильниковым.

Один из американских дипломатов — Ричард Осборн, под видом прогулки с семьёй в парке, отправленный (предположительно, первым секретарём Карлом Гебхардтом — главой резидентуры ЦРУ при посольстве США), на тестирование нового способа связи для агентов (сеансы связи необходимо было провести во всех районах Москвы, не подвергая опасности работы по данной проверке самих агентов в СССР, а перекладывая её на защищённых дипломатическим иммунитетом сотрудников посольства), потерял бдительность до такой степени, что наблюдавшая за ним и, ранее другими ему подобным «наружка» однозначно идентифицировали его поведение как имеющее признаки прикрытия для какой-то разведдеятельности.

Схваченный на месте с поличным дипломат, тут же побывавший с супругой и детьми в приёмной КГБ, был допрошен Красильниковым, предъявившим претензии гражданину США по поводу изъятого у его семьи замаскированного устройства спутниковой связи!

Сверхкомпактный, толщиной всего 2 см, двух килограммовый «прямоугольник», легко размещавшийся за двойной стенкой сумки жены американца, взятого с поличным, оказался лучшим доказательством. Осборн даже не пытался как-либо отпираться и после допроса был отпущен, вместе с семьёй через день покинув Москву и страну.

Трофей, изученный специалистами одного из подразделений того самого ЦНИИСИ ОТУ КГБ (в структуре которого, кстати, и была спрятана 31-я лаборатория, работавшая по теме «Свидетель»), получил однозначный вердикт:

«…Весьма технически сложный, передовой высококачественный передатчик спутниковой связи, состоящий из трёх модулей — собственно передатчика RS-804, устройства шифрования CK-42 (факт существования которого отмечен при использовании в составе обычного шпионского радиопередатчика CDS-501, захваченного в феврале у агентов ЦРУ на Кубе), и модуля перезаряжаемых никель-кадмиевых аккумуляторов BS-804A с блоком питания их как от обычной бытовой электрической сети переменного тока, так и от автомобильных аккумуляторов. Модуль шифрования, работающий с 19-значным ключом, мог сохранять в памяти устройства зашифрованные с его помощью текстовые сообщения максимальной длиной около 1600 символов. К передатчику прилагается устройство дистанционного управления CPK-804/A и антенна. Устройство работает в СВЧ-диапазоне 300 МГц, 10 Ватт выходной мощности. Захваченный образец был настроен на частоту 311,15 МГц для передачи данных на спутник типа MARISAT. Текст сообщения вводился при помощи очень компактных клавиш и после процедуры автоматической шифровки хранился в памяти устройства, ожидая перемещения агента на открытое пространство в пределах зоны покрытия спутника, после чего требовалось нажать кнопку отправки и передача уходила в радиоэфир, где подобные шифрованные пакеты, посланные устройством ловятся спутником связи на геосинхронной орбите над одним из океанов планеты, проводящим дальнейшую ретрансляцию передачи. Данный передатчик позволяет, в виду нахождения спутника связи на геостационарной орбите, посылать сообщения фактически в любое время суток, что делает передачу для агентов намного более безопасной. Требуемые условия легко выполнимы — местонахождение в зоне покрытия спутника и верная ориентация скрытой антенны прибора…»

Фотографии и техническая информация о новом спутниковом передатчике для агентов ЦРУ была сразу же передана коллегам КГБ на Кубу, в Польшу и ГДР.

А информация, имеющаяся у сотрудников 1-го отдела ВГУ (контрразведывательная работа «по США») Красильникова, позволяла окончательно считать, что данное устройство, которое удалось захватить в результате оплошности американского дипломата при проверке зон доступности в столице и её окрестностях для данного нового вида связи, уже используется самыми ценными агентами ЦРУ в СССР…

…Возможно как раз кем-то из той пресловутой «десятки» предателей, которую, должен был сдать нам не завербованный пока Олдрич Хейзен Эймс.

Увы, личины перевёртышей промелькнули мимо взгляда хотя и любопытствующего, внимательного и обладающего хорошей памятью, но всё же со своим кругом интересов, жителя 21 века.

Данным уверенным предположением, причиной которого, в виду необходимости минимизации числа лиц, знающих о высшей тайне страны — существовании «Свидетеля», Андропов не делился ни с Крючковым, в ПГУ у которого могли быть «кроты», ни с начальниками ВГУ — Григоренко, на днях ушедшим на должность заместителя министра общего машиностроения, ни новым — Маркеловым…

Оставалось только надеяться на то, что Крючков отыщет или вычислит предателей среди своих, или сработают контрразведчики. Подсказки из 21 века, хотя и были шикарными в отношении предателей Митрохина, Гордиевского, Полякова и Толкачёва и, предупреждающими насчёт потенциально могущего таковым стать Калугина, увы, закончились…

Первые трое в «этот» раз попались раньше, чем «тогда», а Адольфа Толкачёва, ведущего инженера НИИ радиостроения НПО «Фазотрон», начавшего передавать в США информацию о системах бортового радиоэлектронного оборудования трёх типов новых советских истребителей, которые ещё не пошли в серийное производство, вообще взяли в самом конце 1979-го — буквально через полтора года с его сознательного выхода на связь с посольством США, в которое он изначально передал материалы по РЛС МиГ-23…

Андропов, неоднократно (в том числе и на отдыхе в Крыму) возвращавшейся к тематике поиска настоящих вражеских агентов и выстраивавший экстраполяцию насчёт того, с какими новыми (в том числе и технического плана) приходилось работать ведомству-наследнику КГБ в «том 21 веке», хотя и предполагал, но не мог знать точно, о наличии подобных устройств у кого-то из агентов из той самой «условной десятки».

А между тем тот, который подслушал разговор с непонятными намёками двух сотрудников Комитета из «31-й Лаборатории» ЦНИИСИ ОТУ, данное устройство действительно успел опробовать в действии первый раз, получив вскоре через радиопередачи с RS-804 подтверждение об успешном получении его первой шифровки.

Некто в Москве.

…Недавно он сменил старый изношенный портфель на купленный за 31 рубль фирменный, хотя и отечественного производства Московского завода «Салют» «дипломат», поймав пару шуток от сослуживцев:

«И ты поддался моде…»

«Ведомство сменить надумал?»

Вторая шутка больно ударила в точку, заставив внутри сжаться в комок и сглотнуть ставшую вязкой слюну.

Верность ведомству была поменяна им давно — ещё в прошлом десятилетии.

Профиль только остался примерно таким же и не имеющим никакой связи с дипломатической работой…

Ныне он, предав присягу, вовсю работал на заокеанских «рыцарей плаща и кинжала».

Против своих. За доллары… где-то там, на счету в заокеанском банке. И жалкие рубли тут…

Отшутился коллегам в ответ:

«Пионеры с такими уже шастают, а я чем хуже?»

Помимо общей стильности и изящества, в «дипломате» легко было спрятать новиночку, переданную через закладку в лесу в подмосковье.

Спутниковый передатчик данных.

Ещё одна модная штучка, пусть и впечатления об обладании которой нельзя было разделить ни с кем.

Но даже в текстах в полторы тысячи знаков, улетавших в космос, на спутник, нельзя было передать доступные по работе и переснятые им фото личностей тех, кто отправлялся на запад — под дипломатическим прикрытием и даже «нелегалов».

Его новое место службы могло стать большой победой для купивших его верность за большие деньги, большим поражением для СССР.

И, может, даже смертью — для тех, кто уходил нелегалом.

И для него… когда и если его предательство вскроется.

Новые хозяева жаждали не только настоящих фамилий и имен, а также кратких характеристик.

Особо их интересовало то, что нельзя было запихать в текст сообщений.

Им нужны были образы, позволявшие окончательно точно идентифицировать нелегалов — тех, кто уходил из СССР под другими личинами, могущими не совпадать пусть и с реальными ФИО, к которыми имел доступ он — самый ценный из оставшихся на свободе агентов ЦРУ в Советском Союзе.

Нынешним хозяевам он нужен был здесь, на его месте работы.

А ему нужно было туда. Как можно скорее…

…какой толк от тех денег, которые на его счету ТАМ, если сам он здесь?

Работай, пока не попадёшься… для него ныне — все чужие.