Долг человечества. Том 4

Глава 22

Порой, для того, чтобы что-то создать, нужно просто назвать это своим именем. Вот так просто — если есть что отпраздновать, то это нужно именно объявить во всеуслышание. Вчера я действительно постарался над тем, чтобы атмосфера в точности отражала суть. Не нудел, не создавал препонов и, по большому счету, тоже просто повеселился.

Вначале мы поели. Гитарный перебор Егора и пение старых песен из наших времен, сытых и безопасных, из нашей молодости, перемежалось гитарным соло, когда Ира, судя по всему весьма близко сдружившаяся с быстро становящимся мужчиной парнем, подкармливала его в процессе, не отрывая от игры, и даже порой давала хлебнуть винца из своего стакана.

Ужин стал чистой формальностью. Нет, с голодухи, да еще и такой деликатес, поели быстро, но никакой помпезности из этого устраивать не стали. Вначале я было подумал, что Каролина Терентьевна обидится, что главной фишкой вечера ее, как выяснилось позднее, биф веллингтон, не стал, но быстро изменил свое мнение, когда она тоже подмазалась к Егору с просьбой сыграть что-нибудь из Татьяны Булановой.

Раскрасневшись от молодого вина, и пропустив через себя всеобщее веселье, народ быстро осмелел. Кто-то, уже не упомню в том гвалте, упоминал, что у меня накануне прошел день рождения, тем самым породив еще один повод для круговых тостов.

Не имея при себе в первобытном мире спиртометра, я не мог точно сказать, каков градус получился у моего скверного напитка. Градуса четыре, может, потому пилось оно как компот, но уставшие и давно не пьющие люди здорово захмелели.

А напиток вышел отстойным, в этом я могу себе признаться честно. Я пригубил, и что на вкус, что на запах, это было забродившее, кисловатое нечто. Винокура из меня точно не выйдет. Однако, в какой-то момент народ то ли в шутку, то ли поиздеваться надо мной, начали обезьянничать и воображать себя сомелье, выделяя какие-то фантомные нотки можжевельника, дуба, спелой сливы и прочее прочее.

Под «ясный мой день» все как один подорвались танцевать. Миру, беднягу, едва-едва стоящую, облокачиваясь на кого-нибудь, подхватил на руки Микаэль и прямо так закружил в танце. Женя, к моему величайшему удивлению, не отказывалась от весьма напористых ухаживаний Владимира, который ясно понял, что другого шанса ему, может, и не представится никогда.

Нет, все было прилично, никакой разнузданности и грязи. Да, дали лиха, но совсем чутка, и то только потому, что сам случай благоволил.

Виолетта никак не могла набраться смелости присоединиться к празднику. Для нее происходящее было чем-то тяжелым и угнетающим, и от алкоголя она решительно отказывалась. Многие в лагере предпринимали попытки вытянуть ее, приобщить к коллективу, и действовали, скажу я так, весьма бестактно. Это порой раздражает сильнее всего, когда тебя пытаются втянуть во что-то, что тебе не нравится, это я просто на свою шкуру примерил ее мысли и ощущения.

Но, когда была откупорена третья бутылка вина, кто бы мог подумать, но она вышла в центр нашей пещеры, временно ставшим танцполом, и громогласно заявила, не скрывая раздражения, чтобы ей немедля подали стакан. Судя по ехидной ухмылочке Лизы, именно ей удалось склонить Виолетту на темную сторону, и та отрывалась как в последний раз. Опять же, повторяюсь наверное, но все было достойно, просто я наконец-то услышал ее громкий, басовитый голос и смех.

Боря зажигал с Катей. Зная о нем, что он чуть ли не бывший монах при монастыре, ни в жись бы не подумал, что он умеет так танцевать. Грузное тело вмиг стало пластичным, словно он заправский балерун, но с современным манером. А Катя, дичайше ухахатываясь, подхватила задор своего кавалера.

Думаю, они встречаются, и уже довольно давно, хотя ни словом, ни делом, об этом не обмолвились. Свечку я не держал, и то лишь догадка по косвенным признакам, впрочем, если подумать, то не такие уж они и косвенные. Но у меня, во-первых, слепота на подобные вещи, во-вторых, чужое счастье лучше не копать и под микроскопом не рассматривать. Полагаю, ребята о своих взаимоотношениях не кичатся и не выставляют напоказ по той же самой причине.

Потом, уж не знаю, как им удалось убедить меня в моменте, ведь я не пил, от «главы» потребовали фейерверка. И не какого-то там иллюзорного, а всамделишного. Идею тут же сгенерировала Варя — мол, ты Марк, подкинь-ка повыше динамитную шашку, а она бы пальнула в нее каким-нибудь особенно ярким огненным шаром.

Сказано-сделано, я, разве что, оставаясь в здравом уме и твердой памяти, покрыл всю нашу долину магическим пологом тишины. Да, сил мне это стоило в одночасье просто целый контейнеровоз, но ради выкриков и восторга можно было раз и пожертвовать собой.

Много всего было, и сплошь хорошего. Далеко заполночь оформились парочки, и многие из индивидуальных ячеек той ночью пустовали. Я остался верен себе и своим принципам, и спать ушел один, чем несказанно огорчил часть женского населения лагеря.

— Подъем, тунеядцы, — я принялся поочередно распихивать провалившихся в глубокий сон мужчин, — у нас много работы. Подъем!

С интересом отметил, что ячейка Егора была занята Ирой, впрочем, я еще в самом начале посиделки отметил даже не звоночки. Колокола. Ира била в набат, и лишь Егор, тупень, только к полуночи раздуплился, когда девушка, растухарившаяся и расслабившаяся, страстно поцеловала его прилюдно.

Владимиру пришлось ночевать одному. Иллюзий на этот счет строить никто в здравом уме бы не стал, женщина вдова и, к тому же, с первым, переходящим во второй, триместре беременности. Но, подозреваю, что не все так уж безрадостно для него складывается, ухаживания Женя принимала, но четко обозначив границы.

То, что кошка-Катя первая высунула недовольную голову с растрепанными светлыми волосами из спального мешка Бориса для меня удивлением не стало.

Однако! Чудовищное в своей сущности проявление, но Микаэль и Каролина снюхались! Нет, спали раздельно, это я запоздало вспомнил, как они вдвоем вчера отжигали. Возрастом они старше меня, причем весомо, но вот друг для друга довольно близки, диапазон возрастов если и был, то совсем небольшим.

Как армянин нахваливал говядину — заслушаешься. И дифирамбы умелице пел, как же иначе. Остальные же, так или иначе, отдыхали одни. Единственное что, не до конца уверен, когда спать ушли Лиза и Виолетта — после фейерверка девушки покинули общее веселье, выпросив у меня бутылочку вина, и распили ее вдвоем, сидя у водопада. Видимо, девчонкам нужно было что-то обсудить, и я в это не лез, да и не полезу.

Медленно и нерасторопно Владимир, Егор, Микаэль и Борис покинули свои теплые лежбища, с лицами помятыми, но довольными, отправились на утренний туалет, отчетливо помня сегодняшнюю задачу. Времени у нас с запасом, спешить некуда, но я грешным делом подумал, что вчерашняя попойка оставит след на физических характеристиках моих людей, и они будут, что называется, не в кондиции.

Тоже воспользовался заминкой, ведь будить мужиков пошел сразу, как проснулся сам. Умылся как следует, в очередной раз посетовал на свои заросли на лице и голове, пообещав самому себе в ближайшее время привести себя в порядок, и по возвращении уже застал донельзя довольную Каролину Терентьевну у жаровни.

— Доброе утро, глава! — С такой материнской теплотой и нежностью поприветствовала меня статная женщина.

— И вам. — Мягко улыбнулся я, глядя, что на большой «сковороде» уже жарятся яйца.

— Вчера вы говорили, что сегодня сранья куда-то отправляетесь, я вот встала яишенки вам в дорогу нажарить… и еще мясо подвялилось в специях, хорошее вышло, чуть сыроватое, не твердое, но уже вполне съедобное. На дорожку вам вязанки сделаю, дабы не оголодали в пути.

— Спасибо вам большое. — Еще раз рассыпался я в благодарностях.

— Эх, Марк. — Томно и многозначительно посмотрела на меня Варя. — Доброго тебе.

— И тебе. — Поприветствовал я проснувшуюся от общей суеты вокруг девушку.

— Железный ты, что ли… — Прыснула она и покрылась пунцом.

— Прости, ничего не имею против тебя лично, ты девушка очень красивая, но никак. — Отвел я взгляд, буквально плавясь под буравящим меня взором огненной волшебницы.

— Знаешь, я помогу тебе искать твою супругу, но не из чувства долга или еще какой-нибудь хрени, а просто потому, что хочу на нее посмотреть. Там, небось, красота неописуемая. — Сказала она, и фразу ее можно трактовать по разному, но я решил не оскорбляться об эти слова, ведь по тону и посылу вряд ли Варя желала меня задеть или обидеть.

— Буду благодарен, заодно познакомитесь. — Ухмыльнулся я. — И да, Ульяна очень красивая.

— Шеф, мы готовы! — Махнул мне рукой посвежевший Борис, приближаясь к теперь утопленному на метр в земле большому лагерному очагу.

— Стоять! Куда готовы! А ну завтракать! — Громогласно рявкнула Кара, и мужики мгновенно скукожились до мужчинок, не смея противопоставить себе такому приказу.

Поели. Яйца Кориту, когда их готовишь, становятся чем-то средним по размеру между куриными и страусиными. Знаю, с чем сравнить — желтой размером с половинку теннисного мячика, зеленого такого, самого стандартного.

С солью, специями, зеленым аналогом лучка — объедение. Хорошее начало дня. Я было, вкушая очередной кусок, подумал над тем, чтобы придумать какой-то аналог кофе. Вот уж что, а если бы я смог его как-то вырастить, синтезировать, вычленить из чего-то другого, то мгновенно стал бы самым уважаемым человеком среди всей тысячи попавших на наш полигон. Тогда Бароном стал бы уже я, торгуя именно этим черным золотом.

Ассоциативный ряд неприятно завел меня в мысли о насущных проблемах, и в целом взбодрил меня, вернув в русло размышлений о сегодняшнем дне. Есть кое-какие измышления, но пока не посмотрю Вячеславу в глаза, вряд ли смогу здраво принимать решения.

— Каролина, могу попросить об одолжении? — Не стал я раздавать направо-налево указания, а подошел к вопросу уважительно.

— Конечно, мой дорогой, что хочешь? — Мягко улыбнулась женщина, годящаяся мне в матери.

— Есть просьба, и суть ее должна оставаться в секрете. — Закинул я удочку издалека, но это было важным. Мне все еще не нужны лишние вопросы и пересуды до тех пор, пока я все не разрешу.

— Ну, коль надо, то я смолчу уж как-нибудь. — Слегка уничижительно глянула на меня повар и уперла руки в объемные бока. — Говори, не стесняйся.

— Наготовьте еды. Свежей, к двум после полудня. Вот вам часы. Нужно много еды, но сравнительно диетической, кормить, вероятно, придется тех, кто долгое время недополучал калории. Вероятно, это и не понадобится, тогда сами в лагере съедим. — Пояснил я, не касаясь конкретики.

— А на скольких готовить-то?.. — Стушевалась Каролина и посмотрела на меня с подозрительным прищуром, но то, скорее, особенность мимики. Тон ее говорил об удивлении.

— Человек на двадцать. — Устало выдохнул я и негромко объявил.

Ответом мне послужил задумчивый кивок. Я же, отблагодарив и за понимание, и за отзывчивость, ушел собирать снаряжение. На полпути к стойке с оружием меня перехватила Лиза.

— Я пойду с тобой. — Заявила она так, словно альтернатив не существовало. И вместо того, чтобы разом вернуть девочку с небес на землю, решил вызнать, откуда такое рвение.

— С чего бы вдруг?

— Я тут в тюрьме? Свяжешь меня и бросишь в темный подвал, если я не отступлюсь? Мне нужно наружу, для одного дела, поэтому я пойду с тобой. — Девушка была полна серьезности.

— Но ты ведь даже не знаешь, куда я пойду. И что за дело такое? — Меня, признаться, насторожило подобное поведение, но оно все еще оставалось по верхней границе нормы, а потому я задавал вопросы.

— Ну… мне… Надо! Марк, я столько всего сделала полезного, пойди и ты мне навстречу, а? Разочек, ну пожа-а-алуйста! — Округлила она глазки, наклонилась, вцепилась пальцами мне в нательную мантию и заглянула в глаза снизу вверх так пристально, что я чуть было не свалился.

Их этому где-то учат⁈ Или с рождения такие навыки⁈ Черт побери.

— Ладно. — Отмахнулся я. — Но договоримся о правилах.

— Я согласна на всё, — подчеркнула она, — всё что угодно. — Не сводя своего пристального, темного и глубокого взгляда с меня, проговорила Лиза.

Мне пришлось, именно пришлось, пояснить, что наш выход в этот раз — не ради собирательства. Подробностей я не разглашал, как и договаривался со свидетелями появления у нашего порога парламентеров от фракции Коммунистов, но девушку это не смутило, она сказала, что ей нужно наружу, только и всего, и тем самым она отрезала мою догадку о том, что ей нужен какой-то ресурс или предмет, который напрямую она попросить по какой-то причине не может.

Не учуяв здесь подвоха, я согласился взять ее с собой. Девочка просияла, и ринулась собираться, дабы поспеть за уже собранными в поход людьми. Ну, право слово, не на лифте же она покататься хочет, в чем же тогда дело?

Натянув на себя свой доспех, вооружившись метательными кинжалами, копьем, и приняв от Жени сделанные мною вчера бутылочки, но уже наполненные жидкостями от легко-салатового до бурого, я был в полной готовности выдвигаться.

Целительница, а теперь еще и алхимик, пояснила, что зеленая жидкость устраняет боль, бурая это тот самый уже знакомый мне отвар повышения сил, а последняя, темно-синяя, это вытяжка из того редкого цветка с голубыми лепестками и легким сиянием, который мы обнаружили еще возле лагеря греллинов.

— Марк, это штучный экземпляр. Если удастся найти еще один такой цветок, подобных снадобий будет больше. Но я, — улыбнулась она, — не будь дурой, оставила стебель, вернее его часть. Вдруг, у малышки-трансмутаторши получится восстановить мне цветок?

Я прикинул — да, вероятно, получится, так что в нашем случае редкий ресурс не такой уж и редкий. Подняв склянку у себя перед глазами и, ради какого-то механического действия, слегка ее взболтнув, я вчитался в описание, появившееся перед глазами после идентификации.

Зелье магического укрепления. Судя по описанию воздействия, жидкость восстанавливает истраченные магические силы, нивелируя придуманное мною понятие магического истощения.

Поблагодарив Женю за столь ценную поддержку, все три зелья я распихал в поясные кармашки, которые на моем среднем доспехе имелись. Плащ с мехом брать не было никакой нужды — чисто по ощущениям, температура вокруг перевалила за плюс десять по цельсию, так что было отлично, особенно на контрасте с холодной и снежной «зимой».

Проинспектировав подготовку своих людей, я удовлетворенно хмыкнул.

Пару вечеров назад я обещал изготовить для Бориса щит, более того, я даже заготовку для этого отпилил от огромного тысячелетнего упавшего дерева. Но вчера, чувствуя ответственность перед сегодняшним днем, я просто купил ему щит. В моем каталоге товаров категории «эф» появилось немало интересного. И, бедолага Борис, вечно остающийся обделенным, потому что меньше всех просит, долгое время мало того, что не был ничем прикрыт, так еще и сражался чем попало. Как вспомню — жутко становится, ведь я порой отправлял его в бой с одним лишь камнем.

А вчера, так уж вышло, приоритет между щитом и гитарой упал в сторону праздника. Но и отправляться без должной подготовки не вариант. Так что, поговорив со здоровяком, мы приобрели ему крепкий каплевидный щит и булаву. Сказал, что всякие «режики» ему не нравятся, не по душе, а вот что-то увесистое, вроде греллинского серпа вожака, ему годится.

Признаюсь, вчера я разошелся. Используя функционал налогов, я распределил Борису очков достижений для магазина, чтобы он сам купил себе доспех, вроде моего, или вообще полный латный. Я мог бы и сам, еще и сэкономил бы на скидке, но была проблема. Покупая предметы, система подсовывала мне вещи на мой размер. А если это сделает Борис, то размер совпадет с его икс икс элем. Так и поступили — мало того, что защитили и вооружили нашего главного защитника, так еще и облачили в добротную броню. От лат гигант отказался, заявив, что и так довольно медлительный, а груда металла будет тянуть его к земле еще сильней, так что остановились на коже с кольчужной подкладкой и металлическими пластинами.

Владимир был вооружен своим полуторным мечом. Он не был стандартным, и в магазине похожего я не видел, так что это, вероятно, какая-то добыча либо рангом еще выше, либо находка. Поймав мой заинтересованный взгляд, инструктор пояснил, что это находка. Меч был найден возле древнего мумифицированного трупа, и он является «редким», с магическим воздействием — клинок гораздо реже тупится.

Я хмыкнул, вспомнив, что мы тоже находили такую мумию. Катя, если быть совсем уж точным.

Строитель был с копьем и щитом, и то и другое я покупал ему задолго до текущих сборов, так что с его экипировкой полный порядок. Мужчина был крепок и хорошо сложен, а в качестве доспеха предпочитал латы, которые, по счастливому совпадению, у нас были.

Егор оставался в своей темно-синей рясе. На мое предложение его чем-нибудь вооружить и облачить тело в доспехи, решительно отказался — пусть враги, если таковые будут, точно знают, что среди нас есть маг. Это накладывало определенные коррективы в возможный план внезапного нападения, и парень, зардевшийся вчерашними успехами, меня уверил, что готов выступать красной тряпкой для быка. Но, при этом, робко поинтересовался, планируем ли мы защищать его в бою. Об этом в контексте отказа не шло и речи, конечно будем. И его целеуказание… Надо бы прокачать парня, закинуть ему очков на еще пару уровней, меня интриговала его базовая школа магии прорицания. Мало ли, что еще он получит.

— Катя, — позвал я заместительницу, — ты за главную, без нужды не выходите, но сама можешь решать. Вернемся после обеда.

— Марк, что-то ты темнишь. Ты еще никогда не экипировался подобным образом. Разве что перед самоубийственной вылазкой в форт Барона, и то, тогда готовился хуже. Не хочешь прояснить мне, своей чертовой заместительнице, куда это ты с полностью экипированным отрядом собрался, и берешь с собой всех мужчин и малявку Лизу? — Брови ее опустились на нос, глаза в уголках покрылись едва заметной сеточкой морщин, веки опустились в подозрительном прищуре.

— Небольшая разведывательная миссия. Отправимся в неизведанную сторону, на север от горы, мало ли что, вот и готовимся. — Уклонился я, не желая вступать в полемику об истинном смысле похода.

— Тогда почему игнорируешь экспедиционный отряд? Один в один твои вчерашние спутники, да еще Лиза добавилась. — Не унималась Катя.

— Хорошо, — набрал я воздуха в грудь, — какой бы сильной ты или Варя ни были, рисковать вашими жизнями я не стану. Вчера на нас вышли переговорщики северной фракции, и мы отправляемся на переговоры, и будет это мир или война не знает никто. Люди куда опаснее зверей, поверь мне. И, если так случится, что мы не вернемся, кто-то должен будет защищать это место, а лучших кандидатов кроме тебя и Вари у меня нет.

— Шеф, выдвигаемся? — Окликнул меня уже во второй раз Боря, стоя возле шахты лифта.

— Да, иду! — Крикнул я ему в ответ, и выждав несколько секунд, не дождался от Кати ответа. Поймал лишь задумчивый взгляд и поджатый в какой-то обиде подбородок.