Домовой

Глава 24. Марго

Когда Радгар ушел, я сначала отчаянно рвалась следом, натягивая цепи, пытаясь расшатать их в месте, где те уходили в скалу. Но когда поняла, что все тщетно, свернулась в клубок и неподвижно лежала на холодном камне. Только слезы все продолжали бежать из глаз, напоминая мне, что я сама все еще жива и должна жить ради нашего ребенка.

Велес, несмотря на то, что расправился с Радиком, вернулся злым и угрюмым. Неужели мест не принесла удовлетворения? Наверное, потому, что не удалось убить еще и меня:

- Что, все плачешь о Радгаре? Он мертв, его больше нет, человечка! Ты его никогда не увидишь, – брат Радика пьяно рассмеялся, отомкнул замок на моей цепи и, схватив за волосы, потащил прочь из пещеры. Меня проволокли за собой по узкой горной тропе до большой почти ровной площадки.

Восходящее солнце слепило глаза, которые к тому же застилали слезы, и я едва видела, куда ступаю. Велес резко свистнул, и на каменную площадку приземлилось странное существо, похожее на птеродактиля с прилаженным к спине седлом.

Демон одним движением перекинул меня через седло, сел сам, затем отдал ящеру команду на непонятном шипящем языке и через миг мы уже летели высоко над горами.

Я не думала о том, собирается Велес выполнять условия сделки или нет. После того как поняла, что Радика больше нет, на меня накатила апатия.

Далеко меня везти не собирались. Ящер приземлился посреди леса и вскоре передо мной засиял портал в мой мир:

- Куда тебе нужно ведьма? Я знаю мир, откуда ты явилась, но ты должна сказать, где твой дом. Подумай хорошенько, там больше года прошло с момента твоего исчезновения – недовольно прорычал Велес, досадуя, что клятва не даст ему меня уничтожить.

И тут впервые я подумала о том, что вот-вот окажусь дома. К родителям? Они, должно быть, меня уже похоронили. Нет, не хочу волновать их своим внезапным появлением в соплях и слезах. У мамы слабое сердце, ей нельзя волноваться. В свою квартиру? А моя ли она до сих пор? К подруге? Иринка, наверное, вышла замуж, у нее семья, я там со своими бедами буду не ко двору. Остается только бабка Валя. Ее во все времена мало чем можно было удивить. Она принимала меня любой и всегда давала ответы на все вопросы:

- В деревню Копылово, ту, что рядом с Северском, – прохрипела я осипшим от рыданий голосом.

- Что ж, несчастливого пути тебе, ведьма! – бросил Велес и толкнул меня в портал.

Я упала на зеленую траву, встала, потирая ушибленные места, и огляделась. Меня выбросило на свежестриженый газон рядом со знакомым деревенским магазином, под названием "Удачный".

Я горько усмехнулась, прочитав вывеску, и пошла к дому бабушки, который стоял на соседней улице.

Через пять минут я уже пила за столом наикрепчайший чай с успокаивающими травами, заедая его крыжовниковым вареньем.

Я боялась, что бабушку хватит удар или же на меня с молитвой выльют пятилитровую бутыль святой воды. Однако баба Валя осталась себе верна: ничуть не удивилась, только крепко обняла и за руку потащила в дом, наперебой предлагая всевозможную снедь, своей "вконец отощавшей" внучке.

К родителям она мне велела не ходить: магический контроль стер воспоминания обо мне у всех в этом мире. Меня никогда не было ни для подруг, ни для папы с мамой. Одной бабушке каким-то чудом удалось сберечь воспоминания.

Когда я рассказала бабе Вале все, что со мной случилось, она осталась такой же невозмутимой и с улыбкой заявила:

- Ты ешь, ешь! Девочка у тебя будет! А в смерти твоего любимого я не уверена. Ты ведь не видела его мертвым? Значит, еще не все потеряно. Дай-ка я карты раскину.

- Ба, не надо... не трави душу, ясно же, что Радика убили.

- Рано ты теряешь надежду Маргарита. Рано..., – проворчала она, доставая засаленную старую колоду и усаживаясь за стол, накрытый клеенкой в разноцветных фиалках.

Я молча смотрела, как мелькают карты в морщинистых, потемневших от солнца руках и молчала, зная, что в такие моменты ба любит тишину.

Через минуту баба Валя заявила:

- Жив твой касатик! Не могу развидеть, где он сейчас, но жив, сильно переживает о тебе и ребенке. Сейчас он преследует своего брата.

- Быть не может! – воскликнула я, собрала карты и сделала новый расклад, однако, и у меня выпало то же самое – Даже если карты не врут, бабуль, как он меня найдет? Ведь миров так много...

- Сердцем почувствует. Любовь приведет его к тебе Маргарита.

Прошло два месяца...

А мне казалось, что промелькнул целый год. Время тянулось, как жевательная резинка, которую без конца вытягивала языком Наташа, шестнадцатилетняя дочка продавщицы из местного магазина, которой я аккуратно делала ярко-красный маникюр.

Сначала я ждала Радгара с надеждой, потом, с нетерпением, затем с тоской. Сегодня я поняла, что отчаялась и уже не верю в то, что он вернется ко мне. Даже если он сумел выжить, как найдет мой мир среди миллиардов других? Как отыщет меня среди стран и городов, если в нашем закрытом мирке магия почти не работает и мне самой, чтобы просто зажечь свечу надо пялиться на нее минут тридцать?

В Северск к родителям возвращаться нельзя. У меня теперь нет родни, нет работы и диплома. Все что осталось: красить и наращивать ногти деревенским модницам, да пытаться помогать бабушке в огороде. Ба совсем не одобряла первое, ибо нечего беременной дышать всякими ядовитыми парами от лаков, баз и закрепителей, и частично не одобряла второе, не давая мне таскать тяжелые лейки, но позволяя собирать ягоды и заниматься прополкой.

Во снах каждую ночь я видела, как Радик мечется по мирам, ищет меня, но никак не может отыскать. Сегодня он снова снился мне и опять не в моем мире.

Я почти закончила свою работу. Оставался только ноготь на мизинце, когда в черной сумочке клиентки с цепью, что габаритами весьма напоминала колодезную, зазвонил мобильный.

Я всегда была излишне чувствительна к музыке. А забеременев, осознала, что меня тянет в слезы от любой грустной мелодии. Поэтому услышав слова песни, застыла с кисточкой в руке, безуспешно пытаясь подавить подступающие слезы:

Мобильный замолчал. Закусила губу и, пряча глаза от засиявшего нешуточным любопытством взора клиентки, закончила работу. Установила таймер, оставив девушку сушить маникюр под лампой. Извинилась и вылетела с веранды, бормоча что-то про аллергию на цветущие травы, чтобы объяснить свои красные глаза.

Всхлипывая, я скрылась за кустами малины. Живот не позволял двигаться быстро. С грацией раскормленной утки добежала до бочки с водой для полива, и хорошенько плеснула себе в лицо, уговаривая себя, что все хорошо. Радгар обязательно придет и заберет меня из этого мира, с земли, где мне пусто одной, без его голоса, рук, взгляда, запаха, просто ощущения, что он рядом.

Рыдания прошли. Я впала в задумчивость, вспоминая лицо моего демона, водя рукой по поверхности воды в бочке, поглаживая ее, словно кошку.

Вот бы снова увидеть моего Радика! Хотя бы на миг!

Каково же было мое удивление, когда вода вдруг подернулась рябью, потемнела, посветлела и выдала картинку.

Мой демон в истинном обличье стоял среди огромного зала с черными стенами, состоящими, казалось, из самого мрака. Там висело множество зеркал. В каждом из них светились, плыли, сменяя друг-друга картины иных миров. Радгар шел мимо зеркал, прикрыв глаза и вытянув когтистую ладонь, словно пытаясь что-то ощутить.

Наконец он раздраженно ударил рукой по ближайшему зеркалу, потом по еще одному, Осколки сыпались во все стороны сияющим дождем. Те, что попадали в пламя, внезапно охватившее фигуру Радика, обращались в пепел. Я пыталась позвать его, но демон ревел от тоски и отчаяния, продолжая крушить все подряд.

- Радик, Радик! Да что же это! Почему он нас не слышит, а малыш? – обратилась я к своему животу.

И ребенок ответил. Шевельнулся, а потом позвал, да так, что от того неслышимого уху зова, гладь воды в бочке пошла рябью. Это были не слова, скорее мысленный призыв: "Обернись, посмотри сюда, я здесь!".

Демон замер, повернул голову, увидел меня и прогрохотал:

- Марго..., – тело Радгара вернулось к человеческой форме, но пламя так и не угасло. Я едва успела отскочить, когда вода из огородной бочки выстрелила вверх горячим гейзером, а затем из того что осталось, как кит в прыжке, вынырнул мой исходящий паром демон.

Он предстал передо мной мокрый, в прилипшей к телу рубашке, которая очерчивала мои любимые кубики, к которым тут же будто примагнитились мои ладони:

- Радик! – выдохнула я и впилась в губы любимого долгим поцелуем. Оторваться друг от друга нас заставил голос бабушки.

- Ты чего наделал супостат! Я чем теперь огурцы поливать буду?!

- Э... так мы новую воду нальем, бабуль, – смущенно проронила я.

- Какую новую?! Она же до заката прогреться не успеет, а растениям холодная вода вредна!

Тут в разговор вступил Радик:

- Я подогрею вам воду э...

- Валентина Сергеевна Помело – представилась бабуля, и я умилилась ее серьезной мине, которая контрастировала с сиреневой панамкой, украшенной большим бантом, аккуратными гольфами, платьем в цветочек и белым фартуком с большими карманами.

К моему удивлению, сердце бабушки Радик завоевал почти играючи. На него словно не действовало, то что мир закрытый и на магию бедный. За два часа он, изрядно помогая себе чарами, привел в идеальный порядок огород, подчинил изгородь и крылечко, залатал крышу, извел мышей в подполье, срубил засохшее дерево в палисаде и нарубил его на дрова. Хотел еще прибрать на чердаке, но бабуля не разрешил: запас трав, что сушился там, считался неприкосновенным даже для меня.

Когда демон, наконец, прервал свою бурную деятельность, и мы все вместе сели обедать, ба произнесла:

- Так с чем ты пожаловал Радгар дарт Хор?

- Я пришел просить руки вашей внучки, – произнес демон и прямо из воздуха извлек открытую коробочку с изумительной красоты кольцом.

- Я не решаю за Маргариту. Пусть она ответит тебе.

Демон поднялся, подошел ко мне, опустился на колено и протянул кольцо:

- Маргарита, согласна ли ты, стать моей женой?

- Радик... – у меня не было слов. Я просто протянула руку, на которую мне надели кольцо и, всхлипнув, повисла не шее демона, который поцеловал меня. Спустя минуту вспомнила, что мы не одни, отстранилась и покосилась на место, где сидела бабушка: на стуле никого не было, а через миг я услышала, как хлопнула входная дверь и баба Валя нарочито громко поприветствовала соседку:

- Привет Матрён! Ну что, пойдем, что ли, в клуб сходим? Ты ж говорила, там нынче танцы для тех, кому за шестьдесят. Мне сегодня что-то поплясать захотелось! Ты "Валидол" то взяла? А? Ну, хорошо, если что – угостишь, а то у меня закончился!

Услышав это, Радгар подхватил меня на руки, отнес на диван, водрузил себе на колени и мы еще долго наслаждались друг другом.

Бабушка вернулась только к ужину усталая, но довольная. Когда она вошла во двор, мы с Радгаром вышли к ней навстречу и оба остановились, не зная, как сказать ей то, что собирались. Видя, как мы переглядываемся, ба сняла с седой головы платок, накинула себе на плечи и, от этого, казалось, сразу стала старше еще на несколько лет.

Баба Валя спросила моего демона:

- Уводишь ее к себе?

- В моем мире она станет царицей, ни в чем не будет нуждаться рядом со мной.

- Береги ее! – произнесла моя бабуля, хлопнув Радика по плечу, а потом набросила мне на плечи свой платок, укутала в него и крепко обняла.

- Бабушка, но ведь это твой любимый?

- Пусть он будет у тебя Маргарита. Будешь смотреть на него, меня вспоминать. Храни его в своей комнате, чтобы я могла к вам в гости захаживать.

- Ты умеешь путешествовать по мирам?! – удивилась я.

- Нет, я просто отправляюсь с вами – с достоинством произнесла бабуля – У вас там избушка в Больших Песцах еще свободна?

- Зачем же избушка? Для вас, Валентина Сергевина, и во дворце место найдется – заметил Радгар.

- Да на что мне нужен ваш дворец? Сам большой, а толку от него мало: одни финтифлюшки золотые и никакой души! Вот то ли дело дом с огородиком, банькой и гусями, вот что душу-то греет! Да и травки я смогу там, как прежде, собирать.

- Но ба, там же разлом рядом! – воскликнула я.

- А ты Маргарита, знаешь, отчего волки год назад в наших лесах перевелись? Нет? Знахарки не такие уж безобидные создания, я ентих чудищ мигом за пояс заткну!

- А как же мама с папой?

- Они и меня не помнят, деточка. Напутали что-то эти темные личности из магического контроля, когда память им подчищали. Меня никто не хватится.

Радгар построил телепорт прямо в тронный зал отца. Кесарь был очень рад видеть нас всех. А вот Ситоры я рядом с ним не обнаружила.

Когда спросила Радика о том, куда делась его мачеха, тот усмехнулся и ответил, что Великолепную Ситору лишили магии и отправили в ссылку, к гоблинам в Азаргар.

Учитывая, как уронил экономику этого региона Велес, можно представить, как демонице там были "рады". А чтобы напакостить больше никому не могла, кесарь как следует проклял бывшую жену: теперь она не могла не только колдовать, говорить и писать – тоже разучилась.

Свадьба была назначена на третий день после моего прибытия. Учитывая, что беременной мне было сложно долгое время стоять на ногах, церемонию сократили до минимума.

За свадьбой последовало отречение кесаря и восшествие на престол Радгара. Так я стала женой кесаря.

После всех праздников и церемоний ба и правда поселилась в Больших песцах. Когда мы с Радиком через пару недель выкроили денек, чтобы навестить ее, бабу Валю было не узнать. Из-за того, что Трехмирье было богато магией, что струилась в самом воздухе, она помолодела лет на двадцать. В волосах не осталось седины, спина выпрямилась, морщины исчезли. Что удивительно, гуси слушались ее даже безо всякой магии! По ее словам в последнее время к ней зачастил в гости дядюшка Радгара.

Однажды его визит совпал с нашим и мы увидели, как демон дарит моей помолодевшей бабуле, которую так теперь язык не поворачивался назвать, огромный букет волшебных цветов. Они каждый день меняли цвета и долго не увядали, оставаясь свежими.

А еще в хозяйстве у бабушки появился большой жирный свин. Как мне позднее объяснил Радгар, у дядюшки не поднялась рука прибить непутевого демона и Велеса обратили в хряка, дабы он вечно влачил свое жалкое существование в хлеву.

Радик посмотрел на наказанного Велеса, и заявил, что просто не может допустить, чтобы братец скучал и столько лет жил без женщин. Поэтому вскоре у свина появилась подружка: превращенная в хавронью предательница Мадина. Радик и его дядюшка Вазилес теперь делают ставки, как скоро у этой парочки появятся поросята.

Хряк-Велес, однако, времени зря не терял. Несмотря на новое тело, привычки у него остались старые.

Он уже четырежды сбегал из своего хлева, прокрадывался в землянку к лешию Федоту, с которого, когда меня зашвырнули в родной мир, спало проклятие трезвости.

Лесовичок вдохновенно вернулся к высокому искусству самогоноварения и свин-Велес выпивал весь его продукт подчистую. Притом, как он, будучи свиньей открывал бутылки, оставалось загадкой.

Леший, придя домой и, найдя у себя на полу упившегося свина, ругался, пинками выгонял на улицу и гонял по лесу. Хряк визжал и, на заплетающихся копытцах пытался удрать от разгневанного Федота, что швырял в него шишками и камнями, заставлял спотыкаться о корни и загонял в колючий терновник.

Федот орал на весь лес, что если еще раз поймает на горячем, сделает из Велеса шашлык, а потом съест в компании русалок и водяницы.

Так продолжалось, пока бабушка не отправляла на поиски свина гусей. Те пригоняли беглого пропойцу с пяточком обратно и какое-то время жизнь шла своим чередом. Но примерно через месяц свин снова уходил в запой и валялся в землянке Федота пузом вверх, выхрюкивая пятачком застольные песни.

Учитывая, что ребенок у меня от демона, а демонята растут гораздо быстрее, чем люди, через два месяца я родила Радгару прелестную девочку. У нее были рыжие волосы, как у меня и, папины черные глаза. Радгар предложил мне самой выбрать имя, и я назвала свою девочку Василисой.

Мы живем в согласии и почти не ругаемся. Единственное, что меня порой огорчало, так это, что порой мой муж надолго запирался в кабинете с бумагами.

Однажды он так долго занимался государственными делами, что заскучавшая я решила сымпровизировать. Оделась в искушающую сорочку на тонких бретельках, оседлала метлу и влетела в открытое окно его кабинета. К слову, вышли мы оттуда только утром.

Не знаю, как сложилась бы моя судьба в родном мире, но здесь, в Трехмирье, я нашла свою истинную любовь и могу с уверенностью сказать: я счастлива!

Конец