Дорога к миру

Глава 19

— Бог мой, бог мой…

Слова застряли в горле — чудовищной силы взрыв встряхнул «Йорктаун». Массивный авианосец подпрыгнул, будто его подтолкнул из глубин мифический монстр, кракен. В эту же секунду самого адмирала отшвырнуло на палубный настил как пушинку — он упал на что-то мягкое, а так как сознания не потерял, сильно удивился. Но моментально все понял, стоило приподняться — под ним были мертвые и раненые, которые хрипели и стонали. А на корме корабля уже бушевал грандиозный пожар, да что там — началось самое настоящее извержение вулкана, такое сравнение пришло ему в голову.

Палубного настила не было — огромный кусок выломало, разнесло, отшвырнуло. Ракета пробила кормовой подъемник, и взорвалась уже в ангаре под палубой. И что там сейчас твориться, лучше не представлять — живое воображение моментально нарисовало картину апокалипсиса на отдельно взятом авианосце US NAVY. Мало кто уцелел, слишком велика сила взрыва, похоже, что речь идет не о сотнях, о тысячах фунтах тротила. Да и сама ракета с работающим реактивным двигателем весит немало — примерно четыре тонны, учитывая размеры, может быть три, но никак не меньше.

— Сэр, не меньше двух с половиной тысяч фунтов рвануло, может быть все три, — рядом раздался незнакомый голос, и адмирала подняли на ноги. И лишь затем последовал совершенно не нужный вопрос:

— Вы не ранены, сэр? У вас весь мундир в крови, изорван.

— Нет, я уцелел, — слова дались с трудом. Адмирал огляделся, осознав, что остался без чинов штаба — на высоком настиле лежали только изломанные тела, люди не желая того прикрыли его от ударной волны и множества осколков, остановив собой несущуюся на него самого смерть. Кроме чинов штаба погибель пришла к командиру самого авианосца и некоторым его офицерам. Да и на самом мостике уже не толпились — на ноги поднялись только двое — все остальные или лежали на железных листах, при этом тела были изуродованные, либо сбросило вниз, на палубу.

— Смотрите, сэр! Камикадзе!

Холси машинально обернулся, и увидел незабываемое зрелище — на уровне мостика пролетела ракета, и адмирал к своему изумлению запомнил ее в мельчайших деталях. Время для него замедлилось — будто кинопленку закрутили на сниженной скорости проектора, как бы по кадрам. Он даже разглядел лицо молодого пилота, на губах застыла дьявольская улыбка. И тут же события приняли не замедленный, а настоящий характер — с ужасающим ревом ракета пролетела мимо мостика и направилась к идущему далеко в стороне авианосцу, не попавшему еще под удар. На бреющем полете пошла, нацелившись прямо на огромный корабль. По камикадзе стреляли из всех стволов, но к удивлению Холси так и не смогли попасть. А вот смертник направил свой «снаряд» удивительно точно — прямо в «провал» бортового подъемника, и ведь попал, что говорило о необычайной расчетливости и хладнокровии. И тут же выплеснулось пламя — палубный настил подпрыгнул вверх, разлетевшись на тысячи обломков. И огромный корабль тут же окутал черный дым, плотный и густой, увеличивавшийся в размерах с каждой секундой, пока корабль чуть ли не целиком пропал в нем.

— А вот еще один — сейчас нам достанется! Прах подери — их двое! Нет, трое — нас будут добивать! Годдем!

Офицер потерял выдержку и выругался, и было отчего — действительно, вынырнули из-за полосы дыма еще три ракеты. Но одна тут же поразила пылающий «Банкер Хилл», и моментально стало понятно, кто является главной цели этого чудовищного налета. А два крылатых «вестника смерти» направились к «Йорктауну», с которого в их сторону стреляли из всего что имелось. И ведь сбили одну ракету точным попаданием, она взорвалась белым клубком, послышались хриплые крики, оборвавшиеся через несколько секунд — последняя крылатая тварь поразила флагманский корабль, причем опять же в многострадальную корму. Авианосец встряхнуло взрывом, будто котенка попавшего в когтистую лапу гризли — на этот раз Холси даже не смог рассмотреть толком камикадзе, настолько все происходило быстро, словно теперь кто-то включил проектор на «ускорении». Снова выплеснулось пламя, и корабль стал снижать скорость, замедляя свой бег по океану.

— Прах подери, они нас «стреножили»!

Адмирал выругался, осознав, что теперь его флагман обречен — потерявший ход корабль представляет собой прекрасную цель, особенно когда остановился до полудня. Ведь вряд ли у японцев это последние ракеты, у них явно подготовлена вторая ударная волна, которая совершит налет ближе к вечеру. А сейчас подойдет третья группа атакующих ракет, о которой доложили своевременно перед самой атакой главных сил, там операторы радаров насчитали два десятка отметок.

— Сэр, смотрите — еще ракеты!

В голосе офицера, которого адмирал никак не мог признать, даже вспомнить, прозвучал ужас, он показывал на запад. А там действительно появился очередной «рой», пусть небольшой — полтора, максимум два десятка, за которыми гнались «хелкеты». А японцы уже чуть расходились по сторонам, выбирая цели для нападения. В том, что удар придется по авианосцам, Холси не сомневался — с мостика были хорошо видны многочисленные столбы черного дыма, а так выразительно горят только те корабли, которые набиты самолетами и топливом для них. А пожары при попаданиях происходят всегда — но страшнее то, что от взрывов лопаются трубы бензопроводов, и стенки цистерн. Начинается утечка бензина, который испаряясь, создает во внутренних отсеках взрывоопасную смесь с воздухом, и достаточно малейшей искры, как происходит чудовищный взрыв. Так погибли многие авианосцы, и лишь опытная команда, хорошо обученная, способна остановить пламя, но в любом случае потери при этом чудовищные.

— Сэр, наш «Йорктаун» сейчас не лучшее место для пребывания флагмана! Вам лучше покинуть корабль и перебраться на эсминец, он подваливает к подветренному борту. Поверьте, сэр, ваше присутствие здесь не нужно, важно продолжать командовать эскадрой. Да и летчиков нужно убирать с корабля — их дело летать, а не превращаться в куски мяса на барбекю.

Адмирал задумался на секунду — он никогда не был упрямым и всегда внимал доводам рассудка. А тут как раз тот случай, когда следует прислушаться к доводам. А эсминец эскорта действительно на подходе — их командиры имели четкий приказ, что в случае серьезных повреждений авианосца снимать летчиков без промедления. Про флагмана и говорить не приходится — ему нужно руководить сражением, а не заниматься тушением пожаров, в которых от него нет никакого толка…

Так выглядел в бою один из американских авианосцев, атакованный камикадзе…