Дорога к миру

Глава 49

— Разговоры о том, что, будучи вместе с вами членами Государственного Комитета Обороны, товарищи Жданов, Молотов и Каганович, а также маршалы Советского Союза Тимошенко, Василевский и Смушкевич, фактически узурпировали власть в стране, идут давно, как я докладывал вам раньше, Григорий Иванович. Основными выразителями этих «идей», скажем так, являются два действующих члена Политбюро — Андреев и Маленков, и примкнувший к ним член Президиума Верховного Совета Булганин, которым удалось вовлечь в свою «антипартийную группу» следующих по списку «товарищей». Среди них, как видите, есть немало военных, в том числе маршалы Советского Союза Ворошилов и Жуков. Вот выписки из «наблюдательных дел», которые ведутся по прямому указанию товарища Жданова.

Председатель КГБ генерал-полковник Меркулов положил перед маршалом Куликом листок, на котором в строчку, с первого по семнадцатый номер, были перечислены заговорщики без всяких кавычек. И пододвинул толстую папку, на которой были аккуратно завязаны тесемочки, и написан цифровой код, понятный только всем посвященным в материалы дела, разраставшегося с каждым днем. И нечего тут не поделаешь — внутрипартийная борьба шла с первого дня Советской власти, а сейчас вышла на иной уровень — уже на государственном уровне, на тех постах, которые занимали бывшие партийные деятели, лишившиеся своего прежнего положения. Ведь руководство ВКП(б), за последние полтора года было фактически отодвинуто от реальных рычагов управления, как с самой партией, так и с разросшийся структурой бывших наркоматов СССР, ставших министерствами РСФСР. А такой резкий «разворот» с «интернациональных» на «национальные» позиции, не мог не вызвать серьезного раздражения и недовольства многих руководителей. Ведь они считали себя в упраздненных республиках почти полновластными властителями, страшась только гнева покойного «хозяина», а тут одномоментно потеряли власть с положением, оказавшись по сути «губернаторами». Да и свои национальные «квартирки» перестали быть «вотчинами» — в условиях войны «обратная интеграция» проводилось жестко. К тому же изменилась сама концепция «Союза» — Германия с Россией, плюс все остальные страны, попавшие в «сферу влияния».

Так что внутрипартийная борьба закономерно обострилась в условиях перемирия, теперь можно пересмотреть роль ГКО, что вовсе не собирался выпускать власть и возвращаться к привычным довоенным схемам. И столкновение стало неизбежным, «новшества» многим не понравились. Но тут было и другое — оппозиция явно имела внешнюю поддержку от бывших союзников — США и в большей степени из Лондона.

В свое время после жесткой «чистки» высшего аппарата НКВД удалось отвести вполне реальную внутреннюю угрозу и выявить множество «интересного» из разряда такого, что проливало свет на причины поражения в сорок первом году. Конечно, тогда все равно «огреблись», но не так кошмарно, как произошло в той реальности. Понятно, что англичанам очень нужна была скорая война между Германией и СССР, и они приложили немало усилий для ее развязывания, благо «подсадок» в приближенных к высшему руководству имели достаточно по обе стороны, включая как разведку с контрразведкой, так и пресловутых «агентов влияния».

Проще говоря, еще с конца десятых — начала двадцатых годов крепко ими «засорили» как Советскую Россию, так и Веймарскую республику. В условиях революционного лихолетья в этом нет ничего удивительного, когда многое «продавалось» и «покупалось», особенно у «идейных товарищей», которые очень хотели улучшить свое положение в правящей группировке, не забывая о своем личном «благосостоянии». «Засоренность» вражеской агентурой оказалась немаленькой, да что там — местами очень даже внушительной, порой кишели червями в навозной куче. Особенно в распущенном Коминтерне сверху донизу хватало с избытков враждебного «элемента», стоило только хорошо «вглубь копнуть».

И это после всех «зачисток», которые проводило ОГПУ-НКВД во времена Ягоды, Ежова и Берии, после «великого террора» партийного и государственного аппарата. Действительно, «свято место пусто не бывает», или как говорят порой, что «одно лечим — другое калечим». Порой возникало ощущение, что «чистку» затеяли именно с тем, чтобы привести к реальным рычагам власти «агентов влияния», которые будут следовать указаниям из-за границы, при этом оставаясь неразоблаченными в силу своего высокого статуса и занимаемого в государстве положения.

— «Пошли на сговор с германскими фашистами, которые „перекрасились“ для спасения собственной шкуры».

Кулик покачал головой, читая строки из придвинутой папки. В целом верно, «переобулись» в нужную минуту «камераден», и даже тапки на «лету» с ног не свалились. И что дальше — прикажите с немцами воевать до посинения в угоду интересам англичан и американцев?

Тут или глупость первостатейная, либо «агент влияния», которого просто не заподозрили в свое время — а таких кадров множество, англичане всегда старались работать на «перспективу», и постоянно «вели» нужных им людей на «повышение». Да и сейчас возможности имели немалые — много у них таких было, еще в гражданскую войну завербованных.

— «Это не интернационалисты, а великорусские шовинисты, которые опять создают империю, не обращая внимания на чаяния других народов, порабощенных царизмом. Они отошли от курса Ленина-Сталина, пойдя на преступный сговор с германскими империалистами, которые стали коммунистами. И вместе с тем именно они фактически упразднили Союз ССР, забрав от него власть и передав ее исключительно в распоряжение РСФСР».

Маршал хмыкнул — за громкими словами «имярек» скрывалась не убогость мышления, тут все гораздо хуже. В наблюдательном деле стояла цифровая пометка, которая говорила, что данный «проверенный кадр» является «националистом», и вполне искренне придерживается отнюдь не коммунистических взглядов. Остается только выяснить как давно и с какого момента он оказался «вовлеченным», ведь ничего подобного раньше не говорил. А тут неожиданная «откровенность», да еще такая — с чего бы это?

— Вы собрали хорошие материалы, Всеволод Николаевич.

Григорий Иванович внимательно просматривал листы — судя по датам, многих «органы» буквально «вели» с момента их появления на партийном поприще. Причем, зачастую вовремя «перековавшихся», пометки говорили о троцкистах, «уклонистах» и прочих «колебавшихся» вместе с «линией партии». Встречались и сторонники меньшевистских, эсеровских и кадетских взглядов, но это товарищи уже в возрасте, а то с их энергией могли многого натворить. Масса тех, кто являлся сами сторонниками террора тридцатых годов, и сами писали доносы — времена были такие. Впрочем, они и сейчас не закончились — некоторые «заговорщики» уже «сигнализировали» куда надо и вовремя. Эти из тех, кто явно не верил в некоторый «либерализм», и на всякий случай постарался подстраховаться.

Ничего удивительного — осведомителей и «доброхотов» у «бдительных органов» всегда хватало с избытком. Никто их не трогал, писали доносы постоянно, многие вообще были внештатными сотрудниками, попросту «стукачами». Куда без них в оперативной деятельности, надзирать ведь нужно постоянно, вот и вербовали окружение «персон» — у тех ведь защиты никакой, охотно шли на «сотрудничество», даже искренне гордились этой деятельностью, сдавая своих «патронов», как говорится, с «потрохами». И дело сейчас вызревало не шуточное, и, судя по всему можно было сломать номенклатуру, опасность которой после войны осознал и сам Сталин, но поздно — недаром ходили нехорошие версии, что «вождя народов и лучшего друга физкультурников» в марте 1953 года отравили собственные приспешники…

За дележ власти скоро сцепятся — при этом они все сейчас попирают ногами того, кого боялись до икоты. Так что поднятая Хрущевым тема «культа личности» у многих встретит самую искреннюю и неподдельную радость. О неизбежных последствиях в такие моменты обычно не думают…