Дорога к миру

Глава 3

— Все вернулось на круги своя, только дивизии стали опять бригадами, а корпуса формально поименованы дивизиями, только и всего. Ведь корпусов больше нет, опять перешли на округа с армиями — война закончилась. А мы с тобой будем дальше служить, Тимофей Семенович — для нас оставили прежние должности, а вот другим сильно не повезло.

Маршал БТВ Черняховский тяжело вздохнул — проведенная демобилизация привела к резкому сокращению именно сухопутных войск, но опять же исключительно стрелковых дивизий, чья «моторизация» была основана главным образом на лошадях. Вот их безжалостно расформировывали, сворачивая в четырехтысячные бригады, отправляя оставшихся за штатом солдат большей частью по домам, а хорошо повоевавших бойцов младших возрастов оставляя на два дополнительных года службы. Впрочем, далеко не всех из них — кто получил направления на учебу в учебные заведения, и тех, кто учился в них еще до войны, подлежали немедленной демобилизации. И это вполне понятно — уже летом сорок второго года ГКО категорически указывал незамедлительно отправлять с фронта в тыл всех преподавателей и школьных учителей, даже тех, кто изъявлял желание остаться на фронте. Вот тогда и стало понятно, что руководство задумывается о будущем послевоенном обустройстве, раз озадачилось проблемой сохранения кадров. К тому же именно со второго лета войны кадровиками стали строго учитываться «гражданские» специальности красноармейцев и командиров, пришло понимание, что такие меры принесут войскам немалую пользу, а то порой бывало, что водителей, за неимением автомашин отправляли в пехоту, а строителей в минометчики. Тогда Верховный главнокомандующий товарищ Сталин издал на этот счет суровый приказ. За ненадлежащие исполнение постановления ГКО многих генералов и офицеров понизили в званиях, а то и вообще отстранили от командования. И теперь маршал Кулик требовал того же — с наступлением мира с Германией, нацистское руководство которой было истреблено военными и пришедшими к власти социалистами с коммунистами, нужды содержать огромные по своей численности вооруженные силы уже не было, а потому сразу на три года отказались от обязательного призыва новобранцев. Последние сейчас были совершенно не нужны, хватало опытных служивых, видавших вины и вдоволь «понюхав пороха» — вот их ничему учить не надо. И танковых соединений, которые составили чуть ли не половину кадровых дивизий Советской Армии, это касалось в первую очередь — ведь в каждой по три с половиной сотни новейших танков Т-44, производство которых продолжалось, пусть в далеко не прежних объемах. К тому же рабочим не нужно было надрываться на заводах, потому качество бронетехники стало намного выше, а благодаря налаженному контролю брак практически прекратился.

— Нам ли сетовать, Иван Данилович — служим с тобой почти на курорте, у каждого под началом по прежней армии. Нам уже не нужно отираться в окружных штабах, где в лучшем случае стали бы мы с тобой начальниками управлений. А так находимся при живом деле, хотя турки вряд ли захотят снова воевать — желание у османов напрочь выбили. Так что врагов тут не осталось, ни сильных, ни слабых, сражаться даже в отдаленном будущем не с кем. И даже в Персию не пойти — англичане сами Индию покинули.

Орленко пожал плечами и отпил вина из высокого стеклянного бокала — кислинка была приятной, здешнюю воду давно никто не пил, себе дороже будет. А слабенькое винцо выдавалось всем, от рядового до маршала, опьянеть было невозможно, если только ведрами не пить, ведь всем русским известно, когда любое качество можно перебить банальным количеством. Сидели два маршала в тенечке, на берегу просторного Золотого Рога, посматривая на величественный Софийский собор. В открытой ветерку таверне, которую посещали исключительно штабные офицеры и генералы, под густыми кронами деревьев, стояла относительная прохлада — в полдень все старились укрыться от палящих солнечных лучей под какой-нибудь крышей или в рощице на берегу — от воды веяло свежестью. Оба маршала были в только введенных войсках летних рубашках с погонами — китель носить в пекле только безумец будет. А тут благодать — сиди, кури, да посматривай на красоты ставшего русским Константинополя, благо приехали сюда на совещание.

На рейде стояли немногие корабли Черноморского флота, пережившие войну — пара легких крейсеров «Сталин» и «Фрунзе», и сними несколько эсминцев с лидером «Ташкент», пришедшие из Севастополя. И это все что осталось от прежнего, довоенного состава — немцы потопили линкор, погибли и три старых крейсера с парой лидеров. Совсем недавно еще имелись итальянские корабли — линкор, тяжелые и легкие крейсера с эсминцами — но их все отправили немцам, вместе с румынским отрядом — кригсмарине всячески усиливались, выведя практически все боеспособные силы в Атлантику и в Индийский океан. Да и эти корабли долго тут стоять в бухте не будут — скоро отправятся в Николаев на ремонт с последующей модернизацией. А там бог весть, что с ними будет, ведь Средиземное море находится под полным контролем союзника, у которого здесь морских сил нет, а турки передали тевтонам весь свой флот согласно условиям перемирия.

— Как только будет заключен мир с Черчиллем и Рузвельтом, армию ждет второе сокращение, доведут численность до семисот, максимум восемьсот тысяч — так немцы ведь нам не враги, и таковыми быть не могут. Как коммунистам с социалистами воевать, да и зачем, противоречий нет. Мы и они социализм строем, нужда в танковых и стрелковых дивизиях вскоре отпадет — американцам и англичанам держать большую армию не с руки, у них ставка на авиацию и флот. С последним у нас очень плохо, надеюсь, что немцы с японцами все же сдюжат в войне на море.

Особой уверенности в голосе Черняховского не прозвучало — все прекрасно понимали, что американцы с англичанами обладают колоссальным превосходством в военно-морских силах. Но при этом также крайне серьезно уступают в танковых войсках, и вести войну на континенте не смогут — да их панцерваффе просто сомнет, и без советской помощи обойдется.

— Думаю, не пойдет Лондон и Вашингтон на войну — как они на суше против нас воевать будут? Да, море за ними, но война в воздухе будет идти на равных, смотри какие «птички» у нас в небе летают.

В пронзительной синеве над головами прошлись несколько реактивных самолетов — ВВС Эгейского военного округа проводили учения…

Первый советский реактивный истребитель МИГ-9 пошел в серию ровно через год после окончания 2-й мировой войны, благодаря германским разработкам, ставших законным трофеем. Однако этот самолет рассматривался командованием ВВС не как боевой, больше учебный для пилотов, во время перехода с поршневых на реактивные машины. Но именно «девятка» стала «предтечей» по-настоящему отличного истребителя, которому пришлось повоевать с лучшими американскими «коллегами»…