Двойная жизнь училки

3 глава

Анна вошла в полутёмный зал, огляделась. Кирилл уже сидел за тем же столиком у окна. Он был в джинсах и чёрной водолазке, с небрежно откинутыми со лба волосами. При виде неё он поднялся, отодвинул стул.

— Ты пришла, — в его голосе прозвучало неподдельное облегчение.

— Пришла, — она села, стараясь не смотреть ему в глаза. — Но только для того, чтобы всё прояснить. Наверное, в прошлый раз я как-то не ясно высказалась.

Он кивнул, не перебивая. Официант поставил перед ней чашку чая, и Анна обхватила её ладонями, словно искала тепла.

— Я не могу встречаться с тобой, — она заговорила тихо, но твёрдо. — Это не просто нарушение правил. Это разрушение всего, что я построила.

— А что ты построила? — Кирилл наклонился вперёд. — Школу, где ты безупречная учительница? Квартиру, где ты живёшь одна? Жизнь, где всё расписано по минутам?

— Это моя жизнь, — она сжала чашку. — И она меня устраивает.

— Устраивает или утешает?

Анна замолчала. За окном мимо проплывали огни машин, где‑то смеялись прохожие.

— Знаешь, в клубе я чувствую себя живой, — она неожиданно для себя продолжила. — Там я не обязана быть правильной. Не должна следить за каждым словом, за каждым жестом. Там я — просто я.

— А со мной ты не можешь быть собой?

— С тобой — особенно. Потому что ты видишь слишком много.

Кирилл помолчал, потом тихо спросил:

— А если я скажу, что мне нравится всё, что я вижу? И учительница, и танцовщица?

— Это наивно. Ты молод. Бурлят гормоны. Всё кажется не таким, каким является на самом деле. И я тоже. Просто очередная сексуальная фантазия, до которой вдруг неожиданно можно дотронуться. Но это всего лишь фантазия. В реальной жизни у нас в принципе не может быть никаких перспектив.

— Может быть. Но я не играю. Я правда хочу понять тебя.

Нет, от него точно просто так не избавиться. Она поняла это почти сразу, как только заговорила с ним в приватной комнате. Сейчас это стало более понятным. На секунду вспомнила себя в том же возрасте, что и Кирилл.

— Кирилл, а давай прогуляемся. Не хочу сидеть тут.

Они шли по аллее, усыпанной опавшими листьями. Вечер был прохладный, но не холодный, один из тех, что ещё хранят тепло бабьего лета.

— Почему ты вообще пошла работать в клуб? — Кирилл нарушил молчание.

Анна вздохнула:

— Сначала это было из‑за денег. Мама болела, нужны были лекарства. Потом… потом это стало чем‑то большим.

— Побегом?

— Возможно. Но не от жизни, а к другой её стороне. Днём я даю знания. Ночью — чувствую. Это как два языка: один для общения, другой для души.

— И ты думаешь, я не смогу понять этот второй язык?

Она остановилась, посмотрела на него:

— Сможешь. Но это изменит всё.

— А разве не должно меняться? Жизнь — это движение. Если всё остаётся неизменным, значит, ты стоишь на месте.

— Или находишь равновесие.

— Равновесие — это когда обе чаши весов наполнены. А у тебя одна чаша пуста.

Анна усмехнулась:

— Философствуешь, малыш?

Его задели её слова.

— Пытаюсь понять. И знаешь что? Я не вижу в тебе раздвоения. Я вижу цельного человека, который боится признать, что ему нужны обе стороны.

— А ты не думал, что мне просто может нравится такая жизнь? Я хочу быть и хорошей, и плохой, и таким образом воплощаю свои желания. Не думал, что я кайфую от такого образа жизни?

Он хотел коснуться её талии, но она вовремя увернулась.

— Где-то ты смел и нагл, а где-то ведёшь себя как неоперившийся юнец.

— Прости. Я не знаю как себя вести рядом с такой девушкой, как ты. Ты мне безумно нравишься, и я хотел бы с тобой встречаться, но не понимаю как подступиться.

— Ну вот, набрался смелости и высказал мне всё напрямую. Это хорошо. Но позволь и мне высказаться.

Они остановились. Он ждал, а она не торопилась, будто растягивая момент откровения.

— Кирилл, ты видел меня в разных позах, в откровенном наряде. Я скакала на тебе в приватном танце, потому что ты заплатил мне за интимную услугу, и уже одно это перечёркивает возможное будущее между нами. Так люди не начинают встречаться.

— А как начинают?

— Не знаю, но только не так. Не обижайся, но ты для меня слишком мелкий. Будет лучше, если мы оставим друг друга в покое. Мне хорошо, тебе хорошо. В этой жизни каждому своё, понимаешь? Не стоит пытаться прыгнуть выше головы.

Грубо, но зато честно. Одна сторона её личности ни в коем разе не должна пересекаться с другой. Она в этом была убеждена.

Вернувшись домой, Анна долго не могла выкинуть этот разговор из головы. Она долго стояла у зеркала, снимая серьги. Рука будто зависла. В голове крутились его слова: «Ты боишься признать, что тебе нужны обе стороны».

«Да что он вообще может понимать?»

Телефон пискнул. Сообщение от Кирилла:

«Спасибо за вечер. Даже если ты решишь, что это был последний раз».

Анна закусила губу. Рука сама потянулась ответить, но она остановила себя. Вместо этого подошла к столу, достала из ящика тетрадь в кожаном переплёте — свой дневник.

«Сегодня я почти призналась себе в том, чего боялась все эти годы. Что мне действительно нужны обе стороны моей жизни. И что страх потерять контроль — это всего лишь страх. Но как быть с ним? С этим упрямым, искренним парнем, который видит меня насквозь?»

За окном проехала машина, осветив комнату на мгновение. Анна закрыла дневник, выключила свет. В темноте её мысли кружились, как осенние листья на ветру.