Его звали Тони. Книга 9

Глава XV

Крышка со стуком упала на пол. А рядом послышались вздохи.

Мы стояли вокруг ящика. Смотрели. И молчали.

— Не, ну вообще, — протянул Сорк. — Юридически мы тут не при делах. Оно ж не наше.

Знаете, чего я ожидал? Артефакт какой-нибудь. Оружие. Золото. Документы на худой конец. Может, карту с крестиком и надписью «копать здесь». Ну или бомбу — тоже вариант, учитывая, что это интриги ариков.

Но нет. Могу поспорить, вы не догадаетесь, на что именно мы сейчас смотрели.

Внутри, на подушке из потёртого красного бархата лежала голова.

Мужская. И сушёная. Ну или мумифицированная. Хрен его знает, как там точно говорить.

Кожа обтягивала череп так плотно, что казалось вот-вот лопнет. Цвет — как у старого табачного листа. Глаза зашиты грубой толстой ниткой крест-накрест. Неровными стежками, которые явно делал не хирург. Рот приоткрыт, обнажая один-единственный золотой зуб. Седые волосы — жидкие, но аккуратно заплетённые в косичку. И эту косичку кто-то перевязал розовой ленточкой.

Розовой, мать его, ленточкой.

А на лбу — последний штрих. Вырезанный герб. Не татуировка. Именно вырезанный, по живому. Какой-то дворянский, судя по завитушкам и короне наверху. Хотя, кто знает. Я сейчас даже предположить не мог, чья эта может быть голова. Ну ладно мы с Гошей младенца через Мглу пёрли в чемодане. Там хотя бы наследник болгарского престола был. И живой! А тут — дохлый череп.

Пахнущий пылью, старой кожей и почему-то корицей.

— Япнуть ту Марусю! — Гоша первым нарушил тишину. Сунул палец в ящик, ткнув голову в щёку. — Эт чё за хрень?

Голова качнулась на подушке. Блеснул золотой зуб.

— Бульонный набор? — Гоша склонил голову набок, разглядывая находку. — Или мяч? Если мяч — чур я вратарь! О! Может на шею Геоше подвесить? Будет талисман. Пафосно же, а?

— Статья двести сорок четыре, — подал голос Сорк. Он стоял чуть в стороне и разглядывал содержимое ящика с очень странным выражением лица. — Надругательство над телами умерших. Плюс незаконная транспортировка. А если это арик, там ваще стока всего.

Как-то он слишком зациклился на теме законов. Раньше это вызывало улыбку. Но похоже ушастик реально вообразил себя, как минимум крутым гоблинским юристом. Который не может говорить ни о чём, кроме норм права.

— Даже мы варили головы, — вздохнула Тогра. — Чтобы плоть быстрее слезала и чаши получались красивыми. А это что? Так с трофеями не обращаются.

Айша рядом с ней молча кивнула. А вот Арина уже навела камеру телефона.

— Кринж, — вынесла она вердикт. — Но какой стильный. Распаковка смерти и «что в коробке» марафон — два в одном. Тони, встань левее. Сделай лицо позагадочнее. Формата «я знаю кто это, но вам не скажу».

— Так я не знаю, — ответил я. — И вообще, выкладывать мы всё равно ничего никуда не будем.

— Ну и ладно, — пожала плечами иллюзионистка. — Для истории останется. Потом внукам своим показывать будешь и спасибо мне ещё скажешь.

Я снова посмотрел на голову. Назвать бы его Йориком — но Йорик у нас уже есть. Живой, здоровый, с волосами-щупальцами на голове и философскими монологами. Путаница выйдет.

Пусть будет Борис. Вылитый Борис же.

Итак, что мы имеем? Сушёную голову неизвестного мужчины с дворянским гербом на лбу. Которую некто прислал Роману Ржеву. А мы конфисковали. После приняли бой под Ярославской Мглой и мчали сюда, желая узнать, что в ящике.

Ну вот. Узнали. Правда, пока непонятно, как это может пригодиться.

Я попытался прощупать «подарок» астрально. Погрузился на несколько уровней и потянулся к голове. Пусто.

Глухо, как при анализе бетонной стены. Ну не совсем, ладно. Голова фонила, но настолько слабо, что это едва ощущалось. Настолько крохотные частицы духовной ткани и так повсюду есть. Остаются после контактов.

Интересно, герб на лбу — это чья-то угроза? «Смотрите, как мы можем»? Только нахрена его тогда в ящик паковать. По идее надо было родственникам отправлять, чтобы напугать. Послание? Или просто чья-то больная фантазия?

— Ладно, — я потянулся к крышке. — Посмотрели и будет.

Гоша тут же подскочил. Щёлкнул голову по носу. Оскалился в усмешке.

— Теперь у нас есть свой талисман, — довольно проговорил ушастик. — Я его в следующий раз на шею дракону повешу. Сразу, как седло к нему приделаю.

Тогра что-то пробурчала в ответ и коротышка навострил уши. А вот я повернулся к Арине.

— Нужно выяснить, кто это был при жизни, — сказал я. — И зачем его прислали Ржеву. Скинешь аналитикам Фота?

Арина опустила телефон. Голос девушки моментально изменился — из расслабленно-ироничного стал жёстким, профессиональным. Я это уже видел. Режим продюсера.

— Фот, это угроза утечки, — отрезала она. — Там сейчас слишком много новичков. Кто их проверяет?

— Тогда кто? — звучало это отчасти резонно, но я хотел получить ещё и конструктивную часть.

Арина повернулась к Пиксу. Который растерянно моргнул и попятился.

— Ну что? Любишь флексить, люби и пахать, — блонда ткнула в него пальцем. — Твой выход.

Пикс ошарашенно закрутил голову. Уши дёрнулись.

— Я? А чё сразу я? — зачастил гоблин. — Я по софту! И железу! А тут башка отрубленная! Чё с ней делать? Добрить «как использовать сушеную голову в хозяйстве»?

Как-то впечатлился он слишком. Даже с перебором на мой взгляд.

Арина шагнула к нему. Пикс ещё немного попятился.

— Тут и нужен технарь. Просканируй, если найдёшь оборудование. ДНК-тест. Углеродный анализ, — начала чеканить девушка. — Стоматологические записи — у него там золотой зуб, это след. Пошарь по закрытым сегментам сети, ты же это умеешь.

Она наклонилась к нему. Посмотрела в глаза. Помолчала.

— Мне нужно имя и биография, — процедила блонда. — У тебя три дня. Максимум.

Ни хрена себе! Это что сейчас было? Вечно расслабленная Арина взяла и застроила Пикса. Да ещё как — тембр голоса такой. как будто с пелёнок команды отдаёт. Тут либо подчиниться захочется, либо бежать, либо стволом в зубы ткнуть.

Пикс открыл рот. Закрыл. Снова открыл. А потом его глаза загорелись.

— Погоди-ка, — он выставил палец. — Закрытые сегменты? Это ж можно… Знаю я одно место. У них там база по аннулированным дворянским гербам имеется, я видел. И архивы имперской аристократии. Если герб настоящий…

Ушастик уже не пятился. Он смотрел на ящик с выражением гоблина, которому подарили новую игрушку.

— А золотой зуб — это вообще песня, — тихо продолжил он. — На таких клеймо мастера обычно ставили. Если вырвать, можно будет быстро найти.

Интересные у него познания. Я про такие детали, например, не в курсе.

— Вот и отлично, — Арина выпрямилась. — Забирай свой бульонный набор и работай.

Пикс подскочил к ящику, обхватил его обеими руками. Для гоблина ростом в семьдесят сантиметров ящик был великоват, но энтузиазм компенсировал — он успешно его поднял. Правда ношу сразу же перехватила Арьен — решила помочь дотащить до соседней комнаты, где тот видимо планировал устроиться.

— Только чур если там проклятие какое — снятие за счёт компании! — задержался он на момент в проёме. — И премия!

— Оформим, — буркнул Сорк. — Посмертно.

Снаружи послышались мужские голоса и Тогра с Айшей тут же выскользнули из комнаты, схватившись за оружие. Судя по астральным телам, гостей явилось всего трое, так что дёргаться я не стал. Ни один не был магом — при необходимости я легко прикончу всех троих.

Арина оперлась спиной о стену. Запустила видео на телефоне.

— Жаль, выложить нельзя, — протянула блонда. — Аура минус бесконечность.

— Да чё ты страдаешь? — зыркнул на неё Гоша. — Вся сеть предложение Фроса и их свадьбу обсуждает. Видос щас ваще б не залетел.

Ответить девушка не успела — на пороге появилась вернувшаяся Айша.

— Гости, — коротко бросила она. — Главный говорит, что представляет всех местных сталкеров. Пришёл сам. Оружия ни у кого нет, руки держат на виду. А их шеф говорить с «хозяином Мглы» хочет.

— С кем? — не понял я. — Каким ещё хозяином?

Орчанка секунду помолчала. Смотря на меня с таким странным выражением глаз, как будто хочет назвать идиотом.

— С тобой, дарг, — наконец ответила она. — Он хочет поговорить с тобой.

Троица ждала около забора. Двое помоложе — обычные сталкеры. Потрёпанные, настороженные, руки демонстративно на виду. А вот третий выглядел так, будто Мгла пожевала его, подержав лет двадцать, а потом выплюнула. И он ей за это благодарен.

Старик. Хотя это я скорее по привычке. Здесь возраст оценить было сложно. Зона отчуждения — место само по себе нервное. Люди же, как правило попадают сюда уже потрёпанными. Порой смотришь на кого-то и думаешь, ему полтинник. А оказывается — двадцать пять. Звездюк мелкий ж. Однако уже спёкшийся.

Что сразу обращало на себя внимание в случае с этим конкретным сталкером — количество шрамов. У этого их хватало. Лицо — как карта очень неприятного региона. Левый глаз отсутствовал. Вместо него в глазницу был вставлен мутный кристалл, что периодически вспыхивал красным. Словно внутри что-то пульсировало.

Местный имплант. Я такие видел у нас иногда — протезы из ингредиентов Мглы. Такими занимались только самые отбитые алхимики и артефактологи. Даже Оди и Фоди за подобное не брались — слишком высок риск в процессе.

— Тони Белый? — голос у него был соответствующий внешности. Как будто кто-то перекатывает камни в железной бочке.

— Он самый, — кивнул я.

— Клёст, — он шагнул ближе, протягивая руку.

Короткое имя, никаких «званий» и «должностей». Мне такой подход нравился. Однако, посмотрим что будет дальше.

— Сейчас я говорю не от своего имени, — добавил он когда я пожал его руку. — Представляю все крупные отряды нашей ЦОТ.

Гоша, который выскочил следом за мной прищурился и явно был готов выдать какую-то сентенцию. Пришлось останавливать его движением руки. Пока что гость вёл себя прилично. Было интересно послушать, ради чего он сюда вообще заявился.

Тем более, интерес вызывала даже его одежда. Вернее, броня. Конечно, если это можно так назвать. Пластины, нашитые на кожаную основу. Тёмно-красные, с характерным блеском. Я таких раньше не видел. Хотя, материал казался знакомым.

— Хитин? — вопрос вырвался сам по себе. — Похож на кобольдский.

Вот вторую часть я добавил специально. Мало ли — вдруг он правда кобольдов разделывает.

— Раки, — кивнул Клёст. — Мглистые. Мелкие твари, но панцирь крепче стали. И лёгкий. Лучше любого бронежилета.

Он постучал костяшками по нагруднику. Звук вышел глухой, плотный.

— А снимаете как? — машинально поинтересовался я.

— Если живьём варить, броня сама отходит, — усмехнулся сталкер.

Знаете, я почему-то сразу ему поверил. Было в этом мужике что-то основательное. Он не пытался произвести впечатление. Просто стоял и смотрел на меня своим единственным глазом. А второй — красный, мглистый — пялился куда-то мимо.

Это ж не ментальная магия, да? Хотя, чего это я? Откуда здесь взяться менталисту? Их всех с рождения на службу династии ставят. Ну или убивают, если никак пятки царские целовать не соглашаются. Что-то вроде «не доставайся же ты никому», только в масштабах целой страны.

— Нам бы поболтать, — Клёст махнул головой в сторону дома. — Без лишних ушей.

Гоша, который отступил в сторону и без особого удовольствия наблюдал за беседой, скорчил такую рожу, как будто его сейчас лично оскорбили. Но смолчал. Я вот не понял — он что, реально обучается? Так глядишь, ещё и адекватным станет. Хорошая же шутка, правда? Не знаю как вы, а я вот сейчас поржал.

Что до Клёста — мы поднялись на второй этаж. В маленькую комнату с парой табуретов. Спартанская обстановка, не спорю. Но тут весь дом практически пустой. С этой точки зрения, табуреты — почти роскошь.

— Ты убрал Вестника? — сразу же взял он в карьер. — И покалечил Грузовик.

Название машины мужчина произнёс так, как будто писалось оно с заглавной буквы и было едва ли не именем.

— Допустим, — посмотрел я на него. — Хотя тут всё спорно. Один ещё может быть жив, а второй вообще свалил под Мглу.

— Я ж так и сказал, — чуть улыбнулся Клёст. — Твой гоблин хвастался на всю округу. Мол, накидали обоим и грузовик едва уполз.

— Накидали — громко сказано, — признал я. — Грузовик ушёл бодренько. Повреждённый, но быстрый.

— Насколько повреждённый? — в голосе Клёста появился неподдельный интерес. И как мне показалось, немного азарта.

— Смотря с какой стороны посмотреть, — я начал загибать пальцы. — Один глаз выбили. Треть кузова оторвали. Яд тоже сработал — куски отваливались. И водителя он сам сожрал.

Клёст дёрнулся. Аж с табурета чуть не навернулся.

— Шплинта? — уставился он на меня. — Сожрал?

— Тот псих в цилиндре и с проводом из башки, вроде так себя называл.

Сначала я думал, он явился поговорить об иерархии власти в отдельно взятой зоне отчуждения и её хрупкости. Но вот теперь немного засомневался.

— Значит, Шплинта больше нет, — снова продемонстрировал зубы он. — Это хорошо.

— Были какие-то претензии? — я невольно вспомнил того же гоблина на улице Огрызка.

— А кто его не знал? — зубы сталкера отчётливо скрипнули. — Мразь конченная. Он со своей сектой тут такое творил…

Не, Шплинт орал про «Мамочку» и «Железо». И про «усыновление». Но тогда это казалось бредом психа. Похоже, за бредом стояла система.

— Секта? — мои брови приподнялись вверх. — Это какая?

— «Свидетели Кардана» — после короткой паузы, мрачно ответил Клёст. — Те ещё выродки.

Я помолчал. Он тоже. В коридоре послышались тихие голоса. Вроде бы Гоша с Тогрой. То ли подслушивают, то ли решили, что мне нужна охрана.

— Какие-то детали будут? — поняв, что продолжения не последует, я решил немного подтолкнуть собеседника.

— Детали… — проворчал тот, сверкнув кристаллом, который торчал вместо глаза. — Мерзкие они больно. Детали эти.

Он потёр подбородок. Подумал. Собрался с мыслями.

— Вы на косулях под Мглу ушли и Вестника с Грузовиком япнули, — начал Клёст. — Значит и Потапа наверняка знаете.

Забавная у него логика. Тем не менее, верная. Как бы смешно ни звучала аргументация.

— Знаем, — кивнул я. — Вернее, познакомились.

Клёст вздохнул. Как мне показалось с лёгкой завистью. Покрутил головой, разминая шейные позвонки. Снова уставился на меня.

— А теперь представь, что туда можно зайти и переночевать, — продолжил мужчина. — Под глубокой Мглой, куда вы забрались на велосипедах.

Распространённый кстати способ перемещения под Мглой. Особенно на открытых пространствах. Это у нас с таким будут проблемы — выскочит кто из-за угла и конец тебе. Если вокруг поле — всё становится немного проще. Особенно если вас сразу десятка два и есть возможность обеспечить нужную плотность огня.

— Заманчиво, чё тут сказать, — озвучил я чистую правду. — Только я не пойму, к чему ты ведёшь.

— К тому, что раньше мы туда ходили. Торговали. Ночевали, — чуть поморщился он. — У кого была договорённость с Потапом — мог переждать там, получить защиту и вернуться. Не все, понятно. Но многие.

Торговали? Это чем таким они могли торговать с хозяином далёкой аномалии? Что ему нужно я уже представлял. Потап сам перечислил. Но вот, чем тот расплачивался?

— Потом появился Вестник, — печально вздохнул сталкер. — И начались сложности. Он же двинутый. Был. У некоторых выходило отбрехаться. Про остальных мы больше не слышали.

— Предположим, — протянул я. — Но я по-прежнему не понимаю, как с этим связана секта.

— Ещё секунда, Тони Белый. Не спеши, — кашлянул мужчина. — Спешка, она не всегда хороша.

Ну да. Трахать красивую точно нужно без лишней спешки. Возможно с приличной скоростью в определённые моменты, но даже тогда спешить не стоит. Если вы понимаете о чём я.

— Тем не менее отматывать назад время я не умею, — пожал я плечами. — А дел ещё много.

Пару мгновений он помолчал. Ещё раз сверкнул своим искусственным глазом.

— Как скажешь. Если кратко, то следующим у нас появился Грузовик, — принялся озвучивать слова старик. — И если Вестника можно было как-то просчитать, этот жрал всех подряд. Убивал всех, кто совался глубже определённой черты. К Потапу стало не пройти.

Интересно. Выходит, у них были коммуникации с Потапом, которые перекрыла пара монстров из-под Мглы. А сегодня мы немного изменили расклад. Неудивительно, что местные на нас с такими лицами смотрели. По-хорошему, вообще на руках носить должны.

Мужчина продолжил. И честно говоря — мне бы хотелось этого не слышать. Ну вот серьёзно — что хорошего в том, чтобы сидеть и впитывать информацию о полнейших моральных деградантах. Которые сколотили секту «Свидетелей Кардана» и приносили в жертву других жителей зоны отчуждения, чтобы пройти под дальнюю Мглу.

Шплинт оказался их предводителем. Если быть точным — одним из идейных вдохновителей. У руля-то стояли другие. Зато именно этого гоблина Грузовик выбрал в качестве водителя.

Что сектанты получали в обмен на жертвы? Очевидно же — возможность охотиться под Мглой. Потап для таких свои двери быстро закрыл, но они и без этого могли заработать. А потом вовсе начали продавать своих в обмен на трупы крупных мглистых созданий, которые Грузовик доставлял к самой границе Мглы.

— Самые упоротые поклонялись выхлопной трубе, — эта фраза вырвала меня из столбняка, в который загнали подробности истории Клёста.

— Чё? — я машинально перешёл на язык гопо-дарга. Хорошо, рядом камер нет. — Трубе?

— Вдыхали газы. Ловили глюки, — скривился сталкер. — Считали, что так становятся едины с Грузовиком.

Культ выхлопной трубы. Вашу же мать. Я в каждом из двух миров, немало дерьма видел, но это было что-то новенькое.

— Ладно, — поднял я руку, когда сталкер зашёл на очередной виток этой истории. — Сейчас тут никакой секты нет. Или есть?

Может аналитики что-то пропустили и сектанты ещё тут? Хотя, если уж на то пошло — они дохрена всего не заметили. От Вестника с Грузовиком, о которых местные могли немало рассказать, до натуральной секты, которая существовала в Ярославской ЦОТ.

— Кончились, — Клёст усмехнулся. На этот раз — с удовлетворением. — Сначала один отряд взбунтовался. Не хотели людей на корм возить. Потом остальные поднялись. А тут ещё каторжников как раз забросили — большую партию. Получилась каша.

— Ты участвовал? — тут же поинтересовался я.

— Я это начал, — вот тут проскользнула нотка пафоса.

Терзают меня смутные сомнения, что всё было настолько просто. Скорее всего кому-то снаружи вся эта канитель тоже не нравилась. Сектанты наверняка щедро отстёгивали всем, кому надо. Но даже в имперской полиции есть парни, которые не станут делать деньги на чужой крови. Встречаются.

— Благодарю за интересный рассказ, — сделал я следующий ход. — Всегда нравились исторические экскурсы от очевидцев.

Он усмехнулся. Качнул головой.

— Вестника больше нет, — чуть подался вперёд сталкер. Грузовик покалечен. Пришло время забрать своё. Вернуть свободу охоты.

Красиво звучит. И даже в чём-то логично. Только я помнил тот Грузовик. Хрен они его одолеют. Если только ракетам долбанут. Раз десять. Только ведь он уклонится.

— Даже если так, то при чём тут я? — озвучил я свой вопрос.

— Нужно к Потапу, — серьёзно посмотрел он на меня. — Сами по себе мы Грузовика не потянем. Даже слабого.

Угу. А после визита в деревенское казино, значит потянут. Вы наверное уже догадались о чём я его сразу спросил. Верно — о том, чем сталкеры торговали с Потапом.

Правда, отвечать Клёст наотрез отказался. Ссылаясь на то, что при необходимости, тот расскажет всё сам.

От меня же они просили одного — добраться до игорного дома на косулях, передать послание и товар с их стороны. Потом забрать ответный груз и вернуться.

Что мне за это предлагали? Жалкие сто двадцать тысяч. Не, я понимаю, что для них сумма была приличной. Тем более для охоты доступно только приграничье Мглы, где ничего ценного по сути и не водится. А на тараканах много денег не заработать. Так что для местных, деньги были серьёзным. Зато мне, после босфорского золота, казались полной ерундой.

Куда больше мне подошла бы информация, О чём я честно заявил Клёсту. Но тот упёрся наглухо. Мол, не скажу и всё. Сам спрашивай, когда в том казино снова появишься.

Закончили мы на том, что я обдумаю вопрос. И озвучу ему своё решение в ближайшее время. Даже контактами в «Сове» обменялись.

Про Грузовика он, к слову, тоже говорил. Подтвердив мои догадки, которые появились после всех воплей Шплинта. Техника состояла из трёх компонентов. Металлический конструкт и биомасса, которая была залита в него. Сознание у обоих было автономным. А историю знакомства двух странных существ покрывал такой слой Мглы, что догадок можно было строить сколько угодно.

Что до гоблина — его то ли использовали для калибровки, то ли пустили к рычагам управления, как «эффективного менеджера». Сложно сказать. В любом случае — надежд своих «партнёров» он не оправдал.

Вот про «усыновление» Клёст сказать ничего не смог. Даже если кто-то из лидеров секты знал подробности, то сдох, так их и не раскрыв.

— Ещё один момент, Тони, — уже покидая дом, Клёст обернулся. — Спасибо. За Шплинта.

Красный глаз снова полыхнул. А сталкер уверенно зашагал прочь.

Визит к Потапу. Охота сталкеров на Грузовик. Лояльность всех отрядов зоны отчуждения. И сто двадцать тысяч сверху — смешные деньги, да. Однако сам факт.

Знаете, что самое странное? Мне это почти нравилось. Сама мысль о том, что снова надо будет нестись под Мглу, скакать и причинять добро всем, кто попытается меня сожрать. Да и вообще — интересно же! Я б и на монстрину железно-мясную поохотился. Будь у меня время… Сука! Надо учиться делегировать. Где б ещё подходящие кадры для такого делегирования взять.

Я вернулся в дом. Двинулся по коридору первого этажа в комнату, куда Пикс утащил свой «бульонный набор». Какое-то время уже прошло — может что-то нарыл? Историю герба например. Ушастик вроде горел энтузиазмом — надо бы проверить.

Я как раз собирался свернуть, когда из-за угла вылетела Арина. Буквально. Едва не впечаталась в меня. Глаза круглые, в руке телефон, глаза безумные.

— Тони! — выпалила она. — Ты должен это видеть!

— Последнее время вы все слишком часто это говорите, — заметил я, отступая на шаг. — Что на этот раз? Голова ожила и просит политического убежища?

Арина улыбнулась. Подняла руку, разворачивая телефон экраном ко мне.

— Хуже. Ну или лучше, — блонда подвинула устройство ближе. — Прямой эфир. Скрипты Пикса выловили. Мониторят сеть каждые пятнадцать минут. Это было в свежем отчёте.

На экране были дома. Баррикады. Толпа народа — сотни, может тысячи. Самодельные транспаранты, столбы дыма, арматура вон у кого-то в руках. А тот гоблин абсолютно точно готовил зажигательную смесь в бутылке. Где-то на заднем плане выли сирены.

Только я собирался пошутить, как иллюзионистка прибавила звук. Шутить тут же расхотелось.

«ЩЕНКИ! ЩЕНКИ! ТОНИ БЕЛЫЙ!»

И снова. Ещё раз. Непрерывно Сотни глоток.

— Это Ярославль, — сказала Арина. — Окраина города. Началось часа три назад с мелких стычек. Сейчас там настоящая толпа.

Камера дёрнулась, показывая стену дома. На ней красовалось граффити — косуля, а рядом голова гоблина в знакомой фуражке. Ниже кривые буквами. «ОН СМОГ — И МЫ СМОЖЕМ».

— Япнуться… — я не нашёл других слов. — С какого хера они вообще…

Я даже подобрать вариант, чтобы закончить фразу не смог. Хотя, оно и так понятно. Ну в самом деле — кем надо быть, чтобы взять и поднять на знамёна бедного дарга, который ни сном, ни духом. Если это три часа назад началось, Приказ Тайных Дел уже давно в курсе. Возможно и боевую группу свою к этой зоне отчуждения перекинул.

— Это бунт, — Арина забрала телефон. Голос у неё был странный. Одновременно восторженный и обречённый. — А ты — его символ.

Из соседней комнаты выглянул Гоша. Видимо, услышал голоса. Увидел экран в руках Арины. Присмотрелся, подходя ближе.

— ОГО! — заорал ушастик. — Это чё, нас по всей империи показывают⁈

Он протиснулся между нами, вцепился в телефон.

— Смотри, шеф! Фуражку нарисовали! Это ж я! И тогда, и теперь — ушастик ткнул пальцем в экран, вспомнив про свой старый головной убор. — Эт самое… Мы ж их возглавим? Гляньте скока там народу! Всё штурманём на раз-два! Ярославль будет нашим! Княжество замутим. Автономистическое!

— Гоша, — я вздохнул, опустив взгляд на зеленокожего коротышку. — Сложи два плюс два.

— Ну чё ты? — обиженно протянул тот. — Четыре будет! Я не тупой ваще-т! А момент щас исторический!

Он не понимал. Вернее, понимал, но ему было по барабану. Для гоблина это был повод для праздника. Фуражка в граффити, имя в скандировании, которое порой упоминали вместе с моим, слава на всю империю.

А вот для меня это была проблема. Большая. С горящими баррикадами и имперскими сиренами на фоне.

Медийная кампания вышла из-под контроля. Мы хотели раскрутить «Щенков Косуль» как бренд. Сделать себе имя, поднять рейтинги, срубить бабла на рекламе. А получили мятеж в имперской провинции.

Символ. Знамя. Мощную мотивацию для бунта.

За такое, знаете ли могут и подвесить за шею. Или сжечь заживо. Хрен его знает, как тут казнят мятежников. И что-то подсказывало — далеко не факт, что после такого, я опять очнусь в новом для себя мире.

Славный бартер, чего тут. Деньги и слава в обмен на славу революционера и сушёную голову в ящике. Отличная сделка. Просто охренительная. Знать бы ещё, какого хрена они вообще взбунтовались? И почему используют моё имя?

Впрочем, куда более важный вопрос иной. Что теперь делать? Отмежеваться? Поздно. Моя морда уже на плакатах. Поддержать? Самоубийство. Молчать? Тоже не вариант — молчание сейчас истолкуют как угодно.

— Опять кто-то учинил бунт, — раздался голос подошедшего Сорка. — И это снова не мы.