Его звали Тони. Книга 9

Глава VI

Тряхнуло нас при посадке знатно — зубы клацнули, едва не впившись в язык.

Губернский аэропорт Ярославля встретил плотной серостью. Мелкий дождь, запах мокрого асфальта и вот это странное чувство, когда ты оказываешься в суровой глубинке. Здание терминала — двухэтажное старое, выглядело так, будто его забыли снести. Всё время казалось, что позади вот-вот появится другое. Абсолютно новое и недавно построенное. На крыше, рядом со ржавой антенной, сидела крупная ворона размером со средних размеров пса.

Провинция. Земская территория. Здесь время не просто остановилось — оно сдохло и начало разлагаться.

Мимо протарахтел грузовичок с надписью «Хлеб» на борту. Водитель — высунулся из окна, чтобы посмотреть на наш борт. Похоже, частные джеты тут видели реже, чем трезвых единорогов.

— И чё? — Гоша хрустнул позвонками и повёл вокруг взглядом. — Где красная дорожка? Оркестр? Танцовщицы. Чё за неуважение, сапогом их по хлебалу.

— «Ярославские Огурцы»? — вскинул брови Пикс, оторвав взгляд от планшета и засовывая тот в сумку. — Шеф, ты это утвердил?

— Не спрашивай, — вздохнул я.

— А чё не так? Солидно ж звучит! — обиделся Гоша. — Мой кореш регал, он шарит!

— Твой кореш в овощах шарит, — буркнул Пикс. — А мы теперь как деревенские креативщики выглядим.

— Зато запоминается, — не сдавался ушастик. — Вот увидишь, через год все будут знать, кто такие «Огурцы»!

— Угу. Банда фермеров-отморозков, — парировал помощник Арины.

Остальные молча оглядывались, недовольно посматривая в небо, откуда лил мелкий дождь. Постепенно приходя в себя после перелёта и потягиваясь.

По сторонам правда все тоже пялились. С понятным посылом — куда двигать, чтобы бахнуть горячего кофе и чего-нибудь сожрать. Потому как я о еде не подумал, а в базовый заказ входил только стандартный комплект. Геворкяны не стали заморачиваться, рассудив, что раз у меня нашлись деньги на оплату перелёта, то уж с жратвой как-нибудь тоже разберусь.

Ну вот. Не разобрался. Забыл. И теперь мы были голодными.

Позади держалась только Арьен. Натянувшая капюшон так глубоко, что лица было не разглядеть. Вжалась в тень, стараясь слиться с обшивкой. Официально Арьен Ржева сейчас где-то в Армении, а не летит в зону отчуждения с бандой наёмников. Вместо неё с нами летит эльфка-полукровка. Вернее ее личная карта. И авторизованный профиль в нужных приложениях. Если не начнут проверять биометрию — прокатит. Кто там из людей вглядывается в лица эльфиек и что-то запоминает? По цвету волосы разве что отличить могут. Ну и размеру сисек с жопой.

А вот и комитет по встрече. Две полицейские машины. Мигалка одной мерцала только частично. Похоже не работала лампа внутри. Но стражам порядка явно было плевать.

Подъехав, остановились. Выбрались наружу. Бронежилеты надеты криво, фуражки у пары сдвинуты, автоматы болтаются у кого как.

— О, — прокомментировал Сорк, выглядывая из-за моего плеча. — Мундиры. Классика. Щас начнут прессовать. В фонд в фонд озеленения Луны пожертвований требовать. Шакальё.

— А чё они такие расслабленные? — Айша прошлась взглядом по семерым полицейским. — Может кому морду подровнять? Даж за автоматы не хватаются.

— Дебики глухоманские, — шмыгнул носом Гоша. — Сидят тут, света не видят. Небось в сеть только порнуху и лазят смотреть. И видосики в «Агоре».

К нам шагнул офицер. Молодой, прыщавый, с погонами поручика и скучающим выражением лица.

— Стоять! — для пущего эффекта он ещё и руки за спину заложил. — Руки так, чтобы я видел! Оставаться на местах!

Ясно-понятно. Синдром вахтёра помноженный на веру в собственную неуязвимость.

— Мы и так стоим, — пожал я плечами. — В чём проблемы? Если документы надо глянуть, так смотрите.

Полицейские за его спиной напряглись. Переглянулись. Один, постарше, с красным лицом и носом-картошкой, за автомат свой взялся.

— А ты чё говорливый такой? — судя по тону, офицер реально недоумевал. — Командир твой где? Когда выйдет?

Вот значит в чём дело. Подумал, что мы рядовое мясо. И ждал, пока сзади вырулит кто-то с правильной мордой лица. Человеческой, то есть.

— Электронный маршрутный лист, — вытащил я планшет, разблокировав экран и показав ему уже открытое приложение «Империя: Документы» Утверждён, как и положено. Единый на всю группу.

Офицер подошёл ближе. Отсканировал код. Уставился в экран.

Дождь продолжал моросить. Мелкий, противный, пахнущий мокрым бетоном и авиационным топливом.

Пауза. Он читал. Перечитывал. Шевелил губами, словно пытался сложить буквы в слова.

Я же использовал паузу, чтобы получше приглядеться к его банде. Семеро. Два потрёпанных авто. Мешковатая грязная форма. Абсолютно несерьёзный вид. И околонулевая или полностью забытая подготовка, судя по их поведению. Разительный контраст с Константинополем.

— «Ярославские Огурцы». — сказал он вслух, скривившись. — Сталкерский отряд.

Поднял взгляд на меня. Прищурился.

— Слышь, зелёный, — он сплюнул на асфальт. — Это позывной или диагноз?

— Эт такой позывной, что малость диагноз, — шмыгнул носом Гоша. — Только доктор от нас отказался.

Полицейские за спиной офицера переглянулись. Кто-то хмыкнул. Поручик дёрнул щекой, но промолчал. Снова уткнулся в экран, пролистывая дальше.

— Зона отчуждения, — он почесал затылок. — Туда летите?

— Верно, — кивнул я.

— А оружие? — он кивнул на штурмовой комплекс за моей спиной.

— Что оружие? — вопросительно посмотрел я на него.

— По какому праву носите на земской территории? — он вскинул подбородок, пытаясь изобразить властную физиономию. Получалось плохо. Как у чихуахуа, который лает на добермана.

— По праву командира имперского военного отряда, — ответил я спокойно. — «Щенки косуль». Зарегистрированы в Царьграде.

Я открыл второе приложение. Ещё один код.

Офицер отсканировал, хмурясь. Читал. Брови поползли вверх.

— Подождите… — он потёр переносицу. — Вы командир имперского отряда. Но летите как сталкер. А сталкеры не имеют права носить оружие вне зоны…

— Технически верно, — я скрестил руки на груди.

— Но тогда как… — он запнулся, и лоб пошёл морщинами от умственного усилия. Казалось, я слышу скрип шестерёнок.

— Абсолютно законно, — вклинился Сорк, вынырнув откуда-то сбоку.

Гоблин протиснулся вперёд, едва доставая офицеру до пояса. Но говорил так, будто стоял на трибуне, возвышаясь над бедолагой.

— Статья семнадцать Указа Его Императорского Величества, пункттри-б. Поданный третьей категории, состоящий в имперском военном отряде, имеет право носить личное огнестрельное оружие на всей территории Российской империи. Советую почитать. Там ещё страниц на пять. И про налоговые льготы есть, кстати. Очень познавательно.

Офицер уставился на гоблина. Его левый глаз дёрнулся.

— Ты кто вообще? — выдавил он.

— Юридический консультант, — Сорк сложил руки на груди. — Самый лучший.

Вид у него был такой, будто только что выиграл дело в суде.

— А если вздумаете нас задерживать дольше положенного, — добавил ушастик, шмыгнув носом, — это квалифицируется как захват заложников с особым цинизмом. Штраф — три годовых бюджета вашего отдела. Оформим протокол или сразу в кассу пройдём?

Офицер открыл рот. Закрыл. Снова открыл. Похоже на рыбу, выброшенную на берег. Понятное дело не из-за «угрозы». Обстановка в целом подействовала. Чё-то терзают меня смутные сомнения, что он вообще сталкивался с подобным за время своей службы.

— Это какой-то спидран по тупняку, — негромко прокомментировала Арина, не отрываясь от телефона. — Рекорд сервера.

Офицер покрутил головой. Задрал лицо, несколько секунд подержав его под дождём. Потом повернулся к ней. Моргнул.

— Что вы сказали? — как-то механически поинтересовался поручик.

— У этого диалога пинг — триста, — вздохнула блонда, разглядывая ногти. — Слово сказала, а до него дошло только через минуту. Тони, скипни кат-сцену, а?

— Жаль, нет тут тракториста, — буркнул Гоша, покосившись на блонду. — А то б ты встала на колени быстро.

Ситуация накалялась. Офицер терял контроль над происходящим и нервничал всё сильнее. Переминался с ноги на ногу, как школьник у доски. Дёргал кобуру на поясе. Оглядывался на своих растерянных бойцов.

Тогра, стоявшая у трапа, потянулась. Майка натянулась так, что офицер невольно скользнул взглядом вниз. И благополучно залип на зрелище.

— Слышь, мундирчик, — хищно улыбнулась свенга, показав клыки. — Ты на меня уже третий раз смотришь. Или пригласи куда, или хватит мои сиськи взглядом плавить. Не для того мои шарики зелёные росли.

Офицер покраснел до корней волос.

— Вы… вы не можете так разговаривать с представителями власти! — голос сорвался на фальцет. — Это оскорбление!

Кьярра стояла чуть позади обеих орчанок. Молча. Пальцы поглаживали рукоять топора. Туда-сюда. Туда-сюда. Она впервые выбралась так далеко от подземного города. И, судя по выражению лица, уже жалела об этом.

Мундиры за спиной офицера снова переглянулись. Тот, что постарше, с красным лицом и носом-картошкой, тихо крякнул. Другой отступил на полшага, явно жалея, что сегодня вышел на смену. Тот, что стоял ближе всего к авто, вообще принялся бочком продвигаться в их сторону.

Новых действующих лиц я заметил только после того, как они появились совсем рядом. Два чёрные полицейские машины подкатили почти бесшумно. Матовые, тяжёлые, с усиленными бамперами и тонированными стёклами. Эмблемы на дверях имелись, но мигалки выключены.

Из первой вылез мужчина лет сорока пяти, с сединой на висках и грубым шрамом, рассекающим левую часть лба. Расположенный под рубцом глаз поблёскивал холодным синим светом — тактический имплант, который тут же начал сканировать периметр. Правая рук — тёмный, матовый металл.

Двигался он с ленцой профессионала. Человек, который давно всё видел и ничему не удивлялся.

За ним выбрался свенг в полицейской форме — здоровый, с массивной челюстью и нашивками сержанта. Следом — ещё двое бойцов. Тоже в форме, но броня классом выше, чем у местных, да и оружие другое. А главное — иная подготовка. Эти сходу заняли позиции, изучая нас взглядами, сортируя по уровню опасности и распределяя в голове цели.

— Майор Северцев. Командир особой оперативной группы. Что у вас тут происходит? — голос у офицера-киборга был негромкий. Спокойный. Ровный.

Он подошёл ближе. Взор тактического импланта скользнул по нашей группе, задерживаясь на лицах, на оружии. Оценивая.

Особая оперативная группа. В губернском аэропорту Ярославля. Где местные стражи порядка выглядят так, будто им форму выдали ещё в прошлом веке. Интересно.

Поручик покосился на него. Глянул на меня. Сокрушённо вздохнул. Потом кратко изложил ситуацию — сталкерский отряд, зона отчуждения, имперский военный отряд. Разрешения имеются. Всё по закону. Судя по тому, как он это тараторил, сам до конца не верил. Но доложил быстро. Скорее всего хотел скорее снять с себя ответственность.

Дослушав, майор кивнул. Повернулся ко мне. Задумчиво хмыкнул, деланно осматривая с ног до головы. А за его спиной, к моему удивлению началось нечто странное.

Сначала свенг-сержант покосился на командира. Потом шагнул вперёд. Присмотрелся ко мне. Массивная челюсть задвигалась.

— Господин майор, — он махнул головой в мою сторону. — Я его знаю.

Офицер повернул голову. Вопросительно приподнял бровь.

Сержант снова глянул на меня. Прищурился.

— Ты ж тот самый дарг, да? — спросил он.

— Смотря кого ты имеешь в виду, — я пожал плечами.

— Точно он! — сержант хлопнул себя по бронированному бедру. — У сестры на аватарке с косулей стоит! Тони Белый! Который с Белозерской!

Вот теперь все смотрели на меня по-другому. Стало понятно., что до того мундиры были отчасти расслаблены. Поручик вовсе побледнел.

— Белозерская? — переспросил майор, и в его голосе что-то изменилось. — Та самая баронесса? Глава фамилии?

— Да, — кивнул я. — Она самая. Правда с нами не прилетела.

— Говорят, она ему самолёт подарила, — громким шёпотом пояснил сержант, покосившись на борт за моей спиной. — И бабла немеряно…

Один из мундиров, что приехал с майором, чуть сдвинул ствол в мою сторону.

— Убери, — негромко сказал сержант, покосившись. — Если мы его тронем, она нас всех достанет. Будем землю удобрять. Семейным подрядом.

Боец немного подумал. И вовсе опустил оружие, нацелив его в землю.

«Красный Нос» — тот самый, с носом-картошкой — вдруг снял фуражку. Провёл рукой по лысине. Посмотрел на небо. Окинул взглядом нас. Покосился на своих коллег.

— Заколебали, — устало выдохнул он. Снял с плеча автомат, прислонив к машине. — На пенсию пора. Пчёл разводить. С внуками нянчиться. Пшло оно всё нахер.

И пошёл к зданию аэропорта. Шагом человека, который принял решение и больше не парится.

— Зырь, шеф! — Гоша пихнул меня локтем в бедро. — Мы терь на пафосе! Даже в Ярославле узнают! Сияющие звёзды, япь. Ещё месяца три и тёлки сами будут автографы просить. На жопе.

Майор проводил уходящего взглядом. Желвак на скуле дёрнулся. Как знать, возможно, он ему даже завидовал. Потом офицер повернулся ко мне. Лицо стало подчёркнуто нейтральным. Профессиональным, я бы сказал.

— По закону я должен предупредить, что ведётся видеосъёмка, — он коснулся виска. — Для протокола. Цель визита?

— База сталкерского отряда, — ответил я. — ЦОТ номер пятьдесят два. Ярославская Мгла.

— А туда зачем? — он чуть склонил голову. — Туризм? Психотерапия через боль? Контрабанда?

— Рейды, — я пожал плечами. — Охота и бабло.

Он хотел что-то ещё спросить. Открыл рот.

Но тут из грузового отсека раздался звук. Цокот копыт по металлу. Глухой, тяжёлый.

Кью вышла первой. Чёрная, жёсткая, как проволока, антрацитовая шерсть. Глаза — два красных угля. Движения плавные, как у кошки. Только кошки обычно не весят под тонну и не смотрят на людей как на потенциальный обед.

За ней — Геоша. Чуть поменьше размером Уставилась на молодого офицера, склонив голову. Будто прикидывала, каким копытом ему впаять.

Мундиры отшатнулись. Кто-то выругался.

— Это… это что, япь, такое⁈ — выдавил поручик, хватаясь за кобуру.

— Мглистые косули, — я с улыбкой сунул руки в карманы. — Наши. Не гладить, пальцы не совать. Кусаются.

Кью свистнула. Резко, пронзительно. Несколько полицейских дёрнулись. Один кинул автомат на землю и бегом кинулся вслед за «Красным Носом». Другой, тоже из первой группы, заперся в машине и пытался её завести. Правда движок работать наотрез отказывался.

Скрежет. Едва слышное пофыркивание. Из отсека выкатилась Эспра. Большой металлический параллелепипед на гусеничном ходу. Тёмный, угловатый, с трубками и сочленениями. Множество глаз на тонких гибких стержнях выдвинулись из корпуса, завертелись, осматривая периметр.

Пшшшшш! Эспра выпустила облачко пара и запахло кофе. Свежемолотым, крепким. Посреди дождя и бетона.

Один из стражей порядка первой группы, который ещё остался в строю, медленно вжал кнопку рации.

— База… — голос у него был какой-то потерянный. — У меня тут… дарг, огурцы, мглистые косули и… кофемашина. Живая. Повторяю — живая кофемашина. Пришлите психиатра. И патронов. А лучше — вертолёт.