Эхо разрушенных судеб...

Глава 25

Следующим утром Андрей был уже в автосервисе в своём кабинете, когда к нему, наконец, соизволил явиться Слава. Ершов уже пару дней не появлялся ни дома, ни на работе. Дозвониться ему тоже никто не мог.

-Ты где шлялся? – грозно спросил Андрей, поднимаясь из-за стола.

Опухший и помятый Славик поморщился от громкого звука и тяжело опустился в кресло возле двери.

-Блин, Михалыч, чуть тише. Бошка сейчас лопнет, - хрипло пробормотал он.

-Я тебе сам сейчас её отшибу, - мрачно пообещал Андрей и сел обратно в кресло, - спрашиваю ещё раз, где ты был два дня? Почему не выходил на работу и не появлялся дома? Твоя жена оборвала мне весь телефон и обила мой порог.

Слава тяжело вздохнул и поднял глаза на начальника:

-Я у друга был. Думал.

-О чём ты думал? Ты бухал, не просыхая.

-Это не мешало мне думать.

Андрей только устало покачал головой и потёр руками лицо.

-Короче, - начал он, - меня уже задолбали твои выкрутасы. На тебя вообще нельзя положиться. Поэтому, ты уволен. На днях выйдет Аня, она посчитает тебе расчётные, и ты можешь катиться на все четыре стороны. Думать, бухать и так далее.

Ершов вскочил с кресла и нервно заходил по кабинету.

-Михалыч, ну чего ты? У меня и так жизнь по одному месту идёт, ещё и ты так подставляешь.

-Подставляешь вечно ты меня, - рявкнул Андрей, швыряя на стол ручку, которую до этого крутил в руке, - то из ментовки тебя вытаскиваю, то бухого с каких-то шлюх снимаю, а теперь ты вообще обнаглел и без предупреждения два дня не появлялся на работе. Всё. Надоело. Я уже ищу нового работника. А ты можешь быть свободен.

Слава замер перед столом и, глядя Андрею в глаза, произнёс:

-Я решил развестись с Янкой.

Слова, словно удар под дых, заставили Котова задержать дыхание.

-Что? – словно сквозь вату в ушах, услышал он собственный голос.

-Что слышал. Она беременна не от меня. Эта сучка нагуляла…

Котов взбешённо вскочил из-за стола и схватил Славу за воротник футболки.

-Ты говоришь о беременной женщине, придурок. Причём о своей жене, - прошипел он сквозь стиснутые зубы, - ты сам сколько раз ей изменял? Сколько раз она это видела своими глазами? У тебя есть доказательства, что ребёнок не твой?

Ершов поражённо уставился на Андрея. Он явно не ожидал столь бурной реакции на свои слова.

-Блин, Михалыч, ты совсем больной? – воскликнул Слава, вырываясь из хватки, - Чуть футболку не разорвал! Чего так взбесился? Ладно, я-то, конечно, ей изменял, но она пыталась выдать чужого ребёнка за моего! Это никак не может быть мой ребёнок!

-Почему ты так в этом уверен? – уже спокойнее спросил Андрей, хотя внутри всё бушевало от ярости.

-Полгода назад мы сдавали все анализы, чтобы выяснить, почему у нас не получается завести детей, - начал Слава, снова опускаясь в кресло, - мне и без детей нормально жилось, но Янка была, как одержимая, вот и заставила меня идти в больницу. И вот тогда выяснилось, что я бесплоден. Мне, конечно, прописали какие-то таблетки, но предупредили сразу, что шансов мало. Меня воротило от этих таблеток и от секса с Яной потому, что каждый раз он был по расписанию, чтобы у неё получилось залететь. Поэтому я вообще перестал с ней спать, ссылаясь на усталость и недосып.

Слава сделал паузу и потянулся за сигаретой.

Андрей сделал то же самое. Ему было тяжело слушать об их совместных планах, завести ребёнка.

-К тому моменту, как она застала меня здесь с бабой, у нас с ней ничего не было почти месяц. А ещё через три недели она объявила, что беременна, и сама перестала меня к себе подпускать.

-Я пока вообще ни хрена не понял, - покачал головой Андрей.

-Я тоже долго не догонял. Пока не увидел в больнице на её истории болезни срок – десять недель, - объяснил Ершов, - в интернете посмотрел, что это где-то два с половиной месяца. А если бы ребёнок был от меня, то срок был бы тринадцать-четырнадцать недель.

Андрей сидел, опустив голову, и лихорадочно размышлял. Мысли просто взрывали мозг. Значит, всё-таки Яна беременна от него. Это просто шок. Нет, он, конечно, предполагал, что это может быть его ребёнок, ведь прекрасно понимал, что спонтанный незащищённый секс чаще всего именно к таким последствиям и приводит, но Яна утверждала, что беременна от своего мужа. И вот тебе, пожалуйста, сюрприз, твою мать!

-Так, что, Михалыч, такие у меня дела. Может, всё-таки, простишь в последний раз? Сжалишься?

Андрей тяжело вздохнул, потушил сигарету в пепельнице и устало потёр глаза. Сил, принимать какое-либо решение не было. Голова была забита другим. Единственное, что сейчас крутилось на языке – это правда о том, чьего ребёнка носит Яна. Ведь его обещание, не лезть в её жизнь аннулировалось в тот момент, когда он сам всё узнал.

-Иди домой, Слав, поговори с Яной. А потом решим, - устало сказал ему Андрей, - только не руби с плеча. Она любит тебя.

В ответ на это Слава только поморщился:

-Я знаю. Но я её нет…

Андрей резко вскинул глаза на своего работника и едва не выпалил: «А я да! Отпусти её!» Но промолчал. Ведь всё это не изменить Яниного отношения к нему. Она не полюбит его только из-за того, что её бросил Слава.

-Ладно, иди. Дальше видно будет.

Ершов поднялся из кресла в тот момент, когда как раз открылись двери, и в кабинет вошла Аня. Бледная, с опухшими глазами и какая-то уставшая.

Она медленно вытащила из ушей беспроводные наушники и по очереди посмотрела на мужчин:

-Я помешала?

Слава только буркнул себе под нос приветствие и, обойдя её, вышел из кабинета.

-Прости, Андрюш, не думала, что в такую рань кто-то кроме тебя будет здесь, - сказала она, присаживаясь в кресло, которое освободил Слава.

-Ты не помешала, - ответил мужчина, внимательно осматривая сестру, - ты чего в такую рань пришла? И почему у тебя такой вид, будто ты полночи не спала?

Аня пожала плечами:

-Я не могла уснуть. Мысли разные в голову лезли. Есть для меня работа? Хочу отвлечься.

-Точно всё нормально? Такое чувство, будто ты плакала.

Сестра на мгновение отвела глаза и вздохнула:

-Я в порядке. Просто кое-какие мысли не давали покоя, но сейчас не хочу говорить об этом. Лучше поработаю.

****

Аня не соврала о том, что всю ночь не сомкнула глаз, умолчала только о том, что рыдала от боли и обиды почти до рассвета. Ей было невыносима сама мысль, что сосед заподозрил в изнасиловании её отца, а потом воспользовался её чувствами к нему и попытался влезть в папины личные письма, которые она даже себе не позволяла читать.

Это было так подло с его стороны. Она не думала, что он способен на такое. Ведь, если бы он честно сказал ей о своих подозрениях, она, скорее всего, возмутилась бы и разозлилась, но, чтобы доказать невиновность отца, всё равно бы предоставила ему одно из писем. Но он решил пойти на обман.

Как же мерзко было думать о том, что тебя использовали таким грязным способом.

Когда вчера за ним захлопнулась дверь, она в гневе ворвалась в свою комнату, стянула всё постельное бельё и засунула его в машинку, чтобы ничего не было связано с запахом его тела и её позором.

А потом стояла в душе, захлёбываясь слезами. Ведь осознала, что его одержимость доставить ей удовольствие, было всего лишь средством, чтобы, как можно сильнее вымотать её, а потом, пока она спит, незаметно пробраться в мамину спальню.

Предательская мысль о том, вернулся бы он к ней обратно, если бы понял, что её отец не причастен к несчастью с его сестрой, мелькнула в голове. Но она быстро её отбросила, ведь это ничего бы не изменило. Даже хорошо, что она так вовремя проснулась, ведь так она хотя бы узнала, что спит с предателем, который пойдёт по головам, ради достижения своих целей.

Но она не могла оставить без внимания тот факт, что он обвинил её отца в таком гнусном поступке. Поэтому и приняла одно из самых сложных решений в своей жизни – показать ему отцовское письмо.

А как только зашла в его дом и увидела его, то её едва не вывернуло наизнанку от желания кричать в бессилии. Ведь весь его вид говорил о том, что он не раскаивается и снова поступил бы так же. И она сама, как и её чувства ничего для него не значат. Только месть – слепая и беспощадная – вот, что имело для него значение.

Она даже сама не поняла, как сумела удержаться от того, чтобы не разреветься у него на глазах. Слёзы покатились сразу, как только вышла из его двора.

А утром, устав от слёз и бессонницы, решила пойти к Андрею в автосервис, чтобы хоть как-то отвлечься от всей этой мерзости, что сейчас ощущала в душе.

Аня постаралась привести себя в порядок – замазать синяки под глазами и придать, непричёсанным после вчерашнего купания, волосам божеский вид. Лицо немного посвежело после процедур с охлаждающим гелем и консиллером, а вот волосы слушаться не желали, поэтому она просто собрала их в высокий небрежный пучок. С выбором одежды тоже не заморачивалась; надела широкие джинсы с высокой посадкой, а сверху натянула укороченную оверсайз толстовку бежевого цвета.

Потом взяла рюкзак, телефон, наушники и ключи и отправилась в автосервис пешком. Прогулка и любимая музыка в наушниках должны помочь немного отвлечься. В сторону соседского дома она даже не посмотрела. Боялась увидеть Егора и снова сорваться.

-Если это то, что сейчас тебе нужно, то просмотри договоры по поверке оборудования, - тихо сказал Андрей, вырывая её из бездны нерадостных мыслей, - но если захочешь просто поговорить, то я на месте.

-Спасибо, Андрюш, - ответила Аня и, поднявшись с кресла, вышла из кабинета.

****

-Сука! – взревел Слава и швырнул в стену свой телефон, - Немедленно признавайся от кого залетела!

Яна в ужасе вжалась в большое мягкое кресло и испуганно посмотрела на мужа. Они ссорились часто и всегда громко, но сегодня с ним творилось что-то невообразимое, и впервые она боялась, что он может её ударить. Но боялась не за себя, ведь знала, что заслужила подобное обращение, она боялась, что он может как-то навредить её ребёнку.

-И не смей врать, что он мой! – подлетел к ней Ершов, низко склоняясь к её лицу и обдавая её кожу запахом перегара.

Женщина поморщилась, подавляя приступ внезапной тошноты. Слёзы покатились по её щекам. Она не знала, как быть дальше. Она всей душой любила Славу, не смотря на его ужасное поведение и отношение к ней, и не хотела его потерять. Но молчать смысла больше не было. Она давно хотела ему всё рассказать, но малодушно решила, что всё как-то само собой устаканется и их жизнь придёт в норму с рождением ребёнка.

Но какая может быть норма, если в семье люди друг другу изменяют, а ребёнок и вовсе от другого человека?

-Ты сам мне много раз изменял, - наконец, решилась сказать Яна.

От этих слов Слава взбесился ещё больше и крепко схватил её за подбородок, до боли сжимая его пальцами.

-Так ушла бы от меня, - прорычал он, - чего сидела на жопе ровно и терпела? Тебя никто не заставлял! Говори, сука, как давно ты ходишь налево?!

Яна заплакала ещё сильнее и громко всхлипнула. Вот и пришёл час расплаты и краха её семьи, которую она изо всех сил пыталась сохранить все предыдущие годы. Она ведь терпела всё – постоянную ругань, оскорбления, измены, его пьяные выходки, а стоило ей один раз оступиться в час отчаянья, и он готов был вышвырнуть её из своей жизни.

-Эт…то б…было один р…раз, - сквозь рыдания выдавила она, - когда я з…застала тебя с другой в автосервисе, к…когда ты назвал меня бес…сплодной…

Слава поражённо выпрямился и сплюнул прямо на пол.

-И ты решила доказать, что бесплодный я? – спросил он, криво ухмыляясь.

-Нет, Слава, нет! – в отчаянье вскрикнула Яна, вскакивая с кресла и хватая его за руку, - Я просто была очень обижена и зла. Всё вышло случайно. Прости меня. Прости, прости, прости.

Только Слава её не слышал. Он толкнул её обратно в кресло и заметался по комнате.

-Я никогда не приму тебя после другого мужика, да ещё и с его выродком! – закричал он и метнулся к двери.

И тут Яна взорвалась от злости и ненависти. Он не смеет так говорить о её ребёнке!

-Какой же ты, урод, Мурза! – крикнула она ему в спину, - Ты считал после скольких я тебя принимала?!

Слава вернулся обратно и схватил Яну за шею.

-Я сколько раз говорил, чтобы ты не смела больше так меня называть, - прошипел он и оттолкнул её в сторону.

Кое-как удержавшись на ногах, женщина выпрямилась и ядовито улыбнулась. Любовь и ненависть раздирали сейчас её сердце в клочья. И она не позволит ему просто так уйти. Хотел правду, так пускай получает, чтобы тоже страдал, как страдала она, когда узнавала обо всех его любовницах.

-Передавай привет Котову, когда будешь в автосервисе, - улыбаясь, пропела она, - скажи, что мы с малышом очень ждём его в гости. Ребёнку на ранних сроках рекомендуется привыкать к присутствию рядом отца.

Где-то на подсознание она понимала, что сильно рискует, произнося эти слова, ведь Слава мог не сдержаться и ударить её, что может отразиться на ребёнке. Но заставить себя молчать не могла. Яд и желчь требовали выхода, чтобы окончательно не отравить её сердце.

Ершов застыл. Неверие и шок отразились на его лице. В глазах полыхнула такая ненависть, что Яна вздрогнула.

-Ты трахалась с Михалычем? – поражённо выдавил он.

И не дождавшись её ответа, который в принципе и не требовался, направился на выход из дома.

-Я убью его, - на ходу бросил и, прихватив стоящую в прихожей биту, выскочил на улицу.

И только в этот момент до Яны дошло, что она натворила, и чем всё может закончиться. От страха потемнело в глазах, и подкосились ноги.

-Слава, нет! – крикнула она, бросаясь следом за ним, - Подожди, пожалуйста!

Только, когда она выбежала на порог дома, ответом ей был рёв сорвавшегося с места автомобиля.

Не сдерживая новые рыдания, рвущиеся из груди, Яна трясущимися руками достала из кармана домашнего халата телефон и набрала номер мамы.

-Мам, - всхлипнула она в трубку, когда ей, наконец, ответили, - мама, Слава поехал в автосервис! Они убьют друг друга! Пусть папа и Илья едут к Котову. Я столько всего натворила, теперь из-за меня они оба пострадают! Мам, помогите мне!