Эхо разрушенных судеб...

Глава 27

Егор оставил свой «Тахо» возле автосервиса, а сам повёз Славу на его машине домой. Илью нельзя было оставлять с ним наедине, поэтому было решено, что поедет со Славой Егор.

Тётя Зина должна была увести расстроенную Яну к ним домой, поэтому Слава мог беспрепятственно собрать свои вещи и уйти. Им обоим нужно было время, чтобы всё осознать и подумать, как жить дальше.

В машине Слава вёл себя тихо и молчал, отвернувшись к окну. Романчук тоже не горел желанием вести с ним задушевные разговоры, поэтому сосредоточил своё внимание на дороге.

-Нужно было дать мне ему хорошо врезать, прежде чем вмешиваться, - спустя несколько минут, всё же заговорил Слава.

Егор только фыркнул и покачал головой:

-Да, конечно. Ты хоть бы убедился, что рядом никого нет, а потом уже битой и кулаками размахивал. Там, помимо вас, ещё девчонка была. И если бы мы не появились вовремя, вы бы её зашибли, даже не заметив.

-Был бы урок на всю жизнь – не лезть к дерущимся мужикам, - пренебрежительно отмахнулся Ершов.

-Я смотрю, ты не видишь ничего страшного в том, чтобы обижать женщин и поднимать на них руку?

Слава резко повернулся к Егору, покраснев от злости:

-Не неси херни!

-Ты сам начал этот разговор, так что теперь слушай, - твёрдо сказал Егор, бросив предупреждающий взгляд на родственника, - я прекрасно знаю обо всём говне, что ты сделал Яне и окружающим. Не знаю, зачем она всё это терпела, но надеюсь, теперь одумается и вычеркнет тебя из своей жизни.

-Это я не буду терпеть всю ту херню, что она вытворила! – взревел Слава, - Защищаешь свою сестру?! Но это она ребёнка нагуляла, а не я!

Егор резко хохотнул:

-Есть Бог на этом свете! Хоть один умный поступок совершила за все эти годы! Ребёнку сказочно повезло, что не ты его отец!

Романчук чувствовал, что с каждой секундой закипает всё сильнее. Да, походу, не только Илье противопоказано находится с Ершовым на расстоянии менее пяти метров.

-Я вообще не понимаю, как она все эти годы терпела твои выходки и измены! На всё была готова, лишь бы ты рядом оставался.

Настал черёд Славы расхохотаться.

-Ты бы удивился, малой, если бы узнал, что не только Яна готова была ради меня на всё.

-Ой, слушай, избавь меня от хвастовства своими бабами. Могу поспорить, среди них не было ни одной адекватной, - поморщился Егор, сворачивая к старому бабушкиному дому, где в последние годы жила семья Ершовых.

-Ну-ну, - как-то гадко ухмыльнулся Слава и вылез из автомобиля, как только был заглушен двигатель.

Егор вышел следом, раздражённо закатив глаза. Потом достал пачку сигарет и закурил, не спеша, направляясь во двор, где их уже должен был ждать Илья.

Только во дворе их ждал не только Илья, но и неожиданный малоприятный сюрприз в виде заплаканной Яны на крыльце.

-Почему она ещё здесь? – недоумённо спросил Егор у брата и тёти Зина.

-Хоть ты не лезь, Егор, - бесцветным голосом ответила Яна, - мы сами разберёмся.

Егор только поднял обе руки вверх, тем самым показывая, что он вообще не при делах.

Слава в это время прошёл мимо своей жены в дом. Она тут же рванула следом, бросив на ходу родственникам:

-Мы просто пару минут поговорим, не ходите за нами.

Тётя Зина, Илья и Егор остались во дворе. Женщина присела на стульчик возле крыльца, а мужчины расположились на ступеньках.

-Мам, - начал Илья, глубоко вздохнув, - не знаю, сказала ли тебе Янка, но Славка утверждает, что она беременна от Андрея Котова…

Тётя Зина закрыла лицо руками и приглушённо сказала:

-Я знаю, она мне только во всём призналась. О, Господи, что люди-то теперь скажут?

-Ма, да плевать на всех! Пускай говорят, что хотят. Главное, что ребёнка не от этого утырка…

-Илья! – воскликнула женщина, хлопнув сына по плечу, - Что за словечки?!

-Нужно называть вещи своими именами, - пожал плечами Хитрюк.

Егор в разговоре не участвовал, залипнув в телефоне. Снова активизировалась Вера, написывая ему с самого утра. Теперь она не спрашивала можно ли приехать к нему, а ставила его перед фактом, чем взбесила его не на шутку. И вот он решил, что пора завязывать с тактичностью, вежливого отказа она не понимала.

Егор на секунду задумался, а потом принялся печатать сообщение, в котором жёстко и чётко дал своей бывшей девушке понять, что её присутствие здесь совершенно ни к чему, и он не хочет видеть её рядом с собой. Никогда. И что чувств к ней нет никаких. А потом решил сделать контрольный выстрел, добавив, что у него появилась другая девушка. И пускай это было не правда, зато должно помочь. Не дожидаясь ответа от Веры, Егор занёс все её контакты в ЧС, и, наконец, вздохнул с облегчением. Одной проблемой меньше.

Но тут из дома послышался пронзительный крик, а затем звон бьющейся посуды, и все трое рванули внутрь.

Супруги стояли посреди большой прихожей, а между ними на полу лежали прозрачные мелкие осколки какой-то посуды.

-Ты должен меня простить! – снова закричала Яна, - После того, как я тебя прощала почти восемнадцать лет!

-Я не просил, - равнодушно пожал плечами Слава и присел над раскрытой спортивной сумкой, укладывая вещи, что были у него в руках.

-Сволочь! Ненавижу! – верещала Яна, бросаясь к Славе.

Однако, Илья вовремя успел её перехватит и оттащить в соседнюю комнату. Тётя Зина ушла следом за дочерью, закрывшись изнутри вместе с ней. Хитрюк встал рядом с Егором, и они молча наблюдали за сборами Славы.

-Да, что ты там копаешься?! – наконец, не выдержал Илья, - Может тебе помочь? Давай я буду бросать из окна, а ты ловить.

Слава не ответил, только криво ухмыльнулся и, достав из кармана ключ, направился к кладовке.

Как Егор успел заметить в полумраке маленького помещения, там находился оружейный сейф, который сейчас открывал Ершов.

Покопавшись немного внутри, Слава извлёк оттуда одноствольное ружье и какие-то бумажки, судя по всему деньги.

-Ружьё-то тебе на хрена? – устало спросил Илья, - Застрелиться надумал?

-Не дождёшься, - спокойно ответил Слава, подхватывая спортивную сумку и проходя мимо братьев, - по бутылочкам постреляю, чтобы стресс снять.

-Только сначала водяру из них выхлестать не забудь.

Ершов молча направился к выходу из дома. Илья смотрел ему вслед и тоже молчал.

А Егор внезапно увидел возле двери в кладовку какой-то небольшой серый блокнот, которого раньше там не было и, подойдя поближе, наклонился, чтобы поднять. Обычный ничем не примечательный блокнот на пружинке, вероятнее всего для охотничьих заметок. При падении блокнот раскрылся, и Егор на автомате перевернул его страницами к себе и почувствовал, как земля уходит из-под ног.

За несколько дней он выучил этот торопливый мелкий почерк с острыми вершинами наизусть, но сейчас от всей души надеялся, что ошибается. Тогда под мощный грохот своего сердца, он словно в замедленной съёмке потянулся к карману своего трико, где со вчерашнего дня лежала записка его сестры.

-Егорыч, ты чего там замер? – словно издалека послышался голос Ильи.

Но Егор не понял вопроса, он уже развернул записку и поднёс её к блокноту. А потом тихо выругался, чувствуя, как кровь в венах закипает от бешенства и слепой всепоглощающей ярости.

-Убью, мразь, - с ненавистью выплюнул он и, сунув на ходу блокнот с запиской в карман, кинулся следом за Славой.

Ершов уже был на пороге, засовывая в пакет свою обувь, когда на него налетел Егор, вытолкнув на улицу.

-Ты не выживешь, урод, - пообещал ему Романчук и со всей силы ударил Славу кулаком в лицо.

Тот, не ожидав удара, отлетел вперёд почти на метр и выронил из рук сумку и ружьё.

-Ты совсем больной? – взревел Слава, закрывая руками разбитый нос и громко матерясь.

-Лучше молись, - посоветовал ему Егор и бросился на него, нанося новый удар, только теперь по рёбрам.

Слава вновь громко взвыл от боли.

В это время на улицу выскочил ничего не понимающий Илья и попытался оттащить Егора.

-Назад, - рявкнул Романчук, - я убью эту мразь! И ты меня не остановишь!

А потом вырвал свою руку из хватки Ильи и холодно улыбнулся Ершову:

-Ну, что, Славик, продолжим?

-Да, что тебе нужно?! – закричал Слава, пятясь назад.

-Куда собрался, родственничек? Я только начал, - с этими словами Егор в два шага оказался рядом с ним и схватил его двумя руками за воротник футболки.

Илья снова попытался вмешаться, но Егор в своей ярости оказался быстрее и, развернув Славу спиной к дому, со всей силы толкнул его на кирпичную стену.

-Ну, что память не прояснилась, Славик? Не понял до сих пор, за что огребаешь? – яростно прошипел Егор ему в лицо, локтём придавливая шею.

Вместо ответа из горла Славы вылетел только хрип.

-Нет! Отпусти его немедленно! – послышался визг от крыльца, а в следующий момент на руке Егора повисла зарёванная растрёпанная Яна, - Пусти его, козёл! Оставь в покое моего мужа! Ты слышишь меня?!

Её слова перемешивались с короткими слабыми ударами по его плечу и руке.

Тётя Зина громко ахнула и тоже подбежала к ним.

-Ты что делаешь, Егор? Прекрати немедленно! – крикнула она, пытаясь оттащить дочь.

Тут из ступора вышел Илья и тоже метнулся к ним. Он сначала вместе с тётей Зиной оттащил Яну к крыльцу, а потом, влез между мужчинами и оттолкнул Егора от Славы, загородив того спиной.

-Убирайтесь отсюда! – рыдала Яна, осев на ступеньки, - Убирайтесь все! Оставь нас со Славой в покое! Это вы всё испортили!!! Ненавижу!!!

Это и привело Егора в себя. Красная пелена перед глазами спала, мысли в голове стали яснее, а руки стали дрожать от мощного выброса адреналина. Только сердце по-прежнему стучало, как ненормальное, будто вот-вот проломит рёбра. Боже, что он творит? Он же мог навредить Яне! Но он знал, что не смог бы поступить по-другому, если бы ему довелось ещё хоть раз пережить подобное. В такие моменты невозможно себя контролировать.

-Егор! Егор, поехали отсюда! – наконец, донёсся до него голос Илья, и он почувствовал, как брат тащит его к воротам.

-Нет! – вырвался он из хватки и указал на побитого Славу, который сполз по стене и сидел на корточках, - Без него не уеду!

-Да, что происходит? – прикрикнула тётя Зина, обнимая плачущую дочь за плечи, - Ты что, как с цепи сорвался, Егор? Я всегда считала тебя уравновешенным и спокойным, но то, что ты вытворил сегодня, меня просто поразило!

-Ты плохо его знаешь, - не к месту хохотнул Илья, но тут же замолчал под строгим материнским взглядом.

Слава вскинул на Егора окровавленное лицо и с ненавистью посмотрел прямо ему в глаза.

Романчук сделал шаг к нему, не замечая, как все вокруг напряглись.

-Ты…, - задыхаясь, прохрипел он, - ты изнасиловал мою сестру, урод…

Оглушающая тишина была ответом на его слова, а Ершов опустил глаза вниз.

-Ты сказал, что я удивлюсь, когда узнаю, кто ещё был готов ради тебя на всё, - продолжил Егор, сжимая кулаки и сдерживая подступающую ярость, - ты был прав, я удивлён.

-Егорыч, ты что несёшь? – встал перед ним Илья, закрывая собой Славу.

-У тебя совсем крыша поехала с твоей сестрой! – закричала, притихшая было Яна, - Ты для этого сюда вернулся?! Чтобы разрушить нашу жизнь?! Сначала заставил папу рассказать, о его участии в её исчезновении! Ты хоть представляешь, какого было маме узнать это?! Она до сих почти не говорит с ним! А теперь ты пытаешься обвинить моего мужа в изнасиловании?!

Егор стоял, опустив голову вниз и чувствуя, как всё тело сковывает холодом.

-Ради удовлетворения собственных амбиций и тупой жажды мести, ты разрушаешь всё вокруг! Оставь нас в покое! До твоего появления мы все были счастливы, - отчаянный выкрик полный ненависти стал контрольным выстрелом прямо в грудь.

Сердце Егора едва не разорвалось от боли. Почему Яна, которая так отчаянно сейчас борется за своего мужа-мудака, считает, что крах его семьи – это ничего незначащий пустяк? Он всего лишь хотел знать правду о своей семье, почему она обвиняет его во всех бедах? В чём он виноват? Почему вся ненависть достаётся ему? Неужели его сестра и его семья не заслуживают справедливости?

-Замолчи, - в это время мрачно бросил Илья в сторону сестры, - ты ни разу в своей жизни не разобралась ни в одной ситуации, что натворил твой муж. Только с пеной у рта доказывала, что он не причём. А он каждый раз был причём. Только ты на это закрывала глаза. И нас заставляла. Но я больше не буду этого делать. Хватит. И я верю Егору, что твой ненаглядный муженёк как-то в этом замешан.

Яна с ненавистью глянула на обоих братьев и встала с крыльца, чтобы подойти к мужу. Но тот, увидев её приближение, вскочил и выставил вперёд руки.

-Нет, не приближайся! – твёрдо сказал он, отступая, - Всё кончено, Ян. Мне не нужна больше твоя жалость и любовь.

Яна резко дёрнулась и затормозила, будто её с размаха ударили по лицу.

-Слав, не надо так, - прошептала она, вытирая слёзы, - у нас всё наладится. Я люблю тебя…

-А я тебя нет! – воскликнул он и отвернулся.

-Яна, пожалуйста, - подошла к ней тётя Зина и, обняв, развернула её к крыльцу, - нельзя столько нервничать, ты можешь навредить ребёнку.

Упоминание о ребёнке подействовало на женщину отрезвляюще, и она покорно под руку с матерью снова поднялась по ступенькам, но в дом заходить не стала, а присела на стульчик, который поднесла ей тётя Зина.

-Я не уйду, пока не услышу всей правды, - спокойно произнесла Яна, вытирая последние слезинки со щёк.

Тогда в разговор вступил Илья, повернувшись к Егору:

-Егорыч, с чего ты взял, что Славка изнасиловал Марусю?

Егор выдохнул, чувствуя, как холод из груди отступает. Он не мог передать своей радости от того, что брат на его стороне, и что он верит ему.

-Эту записку написал Славик Марусе в день, когда её изнасиловали, - наконец сказал он, доставая из кармана блокнот и записку и протягивая их Илье, - приглашал встретиться на старой ферме, где всё и произошло.

-Почему решил, что это он? – спросил Илья, внимательно вглядываясь в слова на старом тетрадном листе.

-Посмотри в блокнот. Он выпал из сейфа, когда Слава ружьё доставал. Это охотничьи заметки. Почерк один в один, - с этими словами Егор забрал записку из рук брата и подошёл ближе к Ершову, сунув ту ему прямо в лицо.

Хитрюк едва слышно выругался, а Слава молчал, только глаза расширились на мгновение.

-Узнаёшь свой почерк, Славик? – обратился к нему Егор, - По глазам вижу, узнаёшь. Только не могу понять, почему подписался буквой «М»?

-Потому, что Мурза, - послышался тихий слабый голос Яны.

-Мурза? – в один голос переспросили братья, повернувшись к женщине.

-Его так в молодости называли, - пояснила Яна, с вызовом глядя на мужа, - его предки были татарскими князями, вот оттуда и пошло это прозвище. Он им раньше гордился.

-Откуда ты это знаешь? – недоумённо спросил Слава, трогая пальцами разбитую губу.

Яна невесело усмехнулась:

-Когда любишь человека с пятнадцати лет, то ещё и не такое о нём узнаешь, чтобы впечатлить. Но почему ты всем запретил себя так называть? Ведь раньше с гордостью отзывался на Мурзу, а потом орал на любого, кто посмел упомянуть это прозвище.

Слава молчал, опустив голову вниз, а потом глубоко вздохнул, словно решаясь на что-то, и выпалил:

-Потому, что она любила меня так называть. А после неё не мог слышать, что кто-то так ко мне обращается.

-Кто – она? – обомлев, спросил Егор, хотя уже знал ответ.

-Машка, - подтвердил его догадки Слава, вскинув на него глаза.

Романчук вцепился себе в волосы и отошёл в сторону, приглушённо выругавшись. Он не понимал, как справляться с тем, что происходит. Хотелось просто взвыть в голос, чтобы напряжение и боль, что скручивало все его органы, хоть немного отпустило.

-Я не насиловал её, - послышался тихий Славин голос, - я любил её и никогда бы не причинил ей вреда.

-Врёшь, - прошипел Егор, обернувшись, - ты написал записку, и её изнасиловали в тот же день и в том же месте. Как ты это объяснишь?

-Не знаю! – закричал Слава и опустился на корточки, опираясь спиной на стену дома, - Да, мы были вместе возле старой фермы, но когда собирались уходить, она сказала, что пока я не разберусь со своей невестой, нас не должны видеть вместе. Поэтому я ушёл первый. Но тогда с ней всё было в порядке. Я только на следующий день узнал, что её изнасиловали…

-Что-то мне нехорошо, - послышался слабый голос Яны.

Мужчины обернулись к крыльцу и увидели, как она опасно покачивается на маленьком стульчике. Тётя Зина попыталась удержать дочь, но едва не упала вместе с ней. Илья и Егор метнулись к крыльцу. Егор оказался быстрее, поэтому первым успел подхватить, теряющую сознание, сестру на руки.

****

Через час, когда Яну увезли на «скорой» во дворе остались только Егор и Илья со Славой. Все трое молчали.

Только у Егора в душе разворачивалась настоящая катастрофа. Именно в тот момент, когда, едва пришедшую в себя сестру, грузили в машину на каталке, он понял масштаб тех разрушений и хаоса, что он внёс в чужие жизни. Не стоило ему так резко и бесцеремонно копаться в прошлом других людей и выносить им обвинения. Нельзя идти напролом по головам. Это неправильно. Да, бесспорно справедливость для его семьи должна восторжествовать, как и свершиться наказание виновного, просто нужно действовать более аккуратно, чтобы не зацепить взрывной волной тех, кто был непричастен. Но он уже натворил немало и обидел тех, кто этого не заслуживал. Как теперь всё исправить?

-Это всё просто какой-то грёбаный сюр, - вздохнул Илья, потерев лицо руками, - я, блин, просто охреневаю до сих пор. И не знаю, как остановиться.

Егор был согласен с братом. Но, как бы он не охреневал, ему нужно было услышать от Славы всё, что тот знал.

-Ну, что, Славик, продолжим исповедь? – повернулся он к Ершову.

Тот только угрюмо кивнул и присел на ступеньки.

-Я серьёзно любил твою сестру. И был её первым мужчиной, но я её не насиловал.

-Твою мать, - простонал Егор, вцепившись себе в волосы, - ну просто – блеск.

-Хорошо, хоть у нас больше сестёр нет, - мрачно пошутил Илья, - а то у Славки походу фетиш.

И какой бы ни была абсурдной ситуация, но иронию Романчук оценил. Даже позволил себе криво, но безрадостно усмехнуться.

-Ладно, Славик, рассказывай. Но учти, я следак, и за километр чую, когда мне врут.

Слава только покачал головой и, сплюнув, начал свой рассказ.

****

…25 лет назад…

Когда Слава назначал Маше встречу, он не думал, что всё закончится именно так. Он хотел просто поговорить и рассказать о своих чувствах, которые испытывал к этой невероятно красивой, скромной и невинной молодой девушке.

Сам-то он считал себя уже матёрым и прожжённым армией мужиком, и даже представить себе не мог, что, как пацан, по уши втрескается в молоденькую серьёзную выпускницу, у которой на уме была только учёба и поступление в универ.

Они встретились случайно: пару раз его компания пересекалась с её, и вот уже ни о ком, кроме неё, думать не мог. Хотя у него была невеста – Вика, которая дождалась его из армии и теперь ждала, что они вот-вот поженятся. Он и сам этого ждал, до того, как встретил Машку.

А самое удивительное, что она тоже обратила на него внимание. Он замечал это по её долгим взглядам и краснеющим щекам, когда ловил её за наблюдением за ним.

Несколько раз было даже такое, что ему пришлось провожать её до дома, и они разговаривали всю дорогу. В основном, конечно, говорила она, а он, как завороженный, слушал и не мог отвести от неё взгляда.

А потом, на её выпускном вечере, где она была в воздушном бежевом платье, он окончательно понял, что ему не нужен никто другой. И даже решился поговорить с Викой, только он уехала куда-то с их общим другом Коляном.

Тогда он и решил на следующий день написать Маше записку, чтобы прояснить для себя, нужен он ей или нет. Даже припёр на место встречи чай в термосе, пирожные и покрывало.

Она пришла, и по одному её взгляду он понял, что всё взаимно. Они долго сидели, пили чай и просто болтали, а потом Слава решил просто её поцеловать, и уже не смог остановиться. Маша, хоть и была поначалу против, но потом растаяла и сдалась под его опытными руками и нежными многообещающими словами.

И вот они вдвоём лежали голые на покрывале вдали от посторонних глаз, над ними синело яркое летнее небо, летали ласточки, и казалось, что счастье совсем рядом.

Слава прикрыл обнажённую Марусю свободным концом покрывала и крепко сжал её в своих руках.

-Я люблю тебя, Машка-ромашка, - прошептал он, касаясь её виска, - никогда такого не чувствовал. Сердце, как будто сальто крутит. Никак успокоиться не может.

-Боже, Мурза, что мы натворили? Как стыдно-то… И страшно… Как я могла? Это же позор какой! – запричитала Маша, а потом и вовсе разревелась в голос.

Слава испуганно подскочил, во все глаза глядя на расстроенную девушку, заливающуюся слезами. Сердце забилось ещё сильнее. Действительно, чем он думал? Как мог обидеть девушку? Она ведь совсем молоденькая и неопытная, а он набросился на неё, как одержимый. Он ведь прекрасно понимал, что она не устоит. Страх ледяными когтями вцепился в мышцы. А вдруг она не захочет больше его видеть? Вдруг он сделал что-то не так? Вдруг стал противен ей?

-Ромашка, - прошептал он, притягивая девушку к себе, - прости меня. Прости. Я больше и пальцем тебя не трону, только скажи, что простишь. Я, правда, влюбился в тебя, как безумный. Не смогу без тебя…

Маша затихла и доверчиво прижалась к нему.

-Когда парни получают, что хотят, они уходят, - прошептала она, не поднимая лица.

-Я уйду только, когда получу тебя полностью. И уйду только с тобой, дурочка, - тихо пообещал Слава.

-А как же Вика? – спросила Маша и прижала свою узкую ладошку прямо под его грудью, там где, как ненормальное колотилось сердце.

-Я же сказал, что сегодня с ней обо всём поговорю, - твёрдо пообещал Слава и легонько поцеловал девушку в макушку, дурея от запаха яблочного шампуня.

Маша несмело улыбнулась ему в ответ и поднялась с покрывала, спрятавшись за ближайший куст, чтобы одеться.

Слава только усмехнулся и поднялся следом, натягивая шорты.

-Маш, - позвал он девушку.

Та вскинула голову и посмотрела на него сквозь листья кустарника, застыв с платьем в руках.

-Я хочу сегодня же пойти к твоим родителям, чтобы поговорить с твоим отцом и сказать, что у нас всё серьёзно…

-Не вздумай! – взволнованно перебила его Маша, - Папа нас убьёт. Мы обязательно с ним поговорим, но не раньше, чем ты поговоришь с Викой.

Когда Слава думал о разговоре со своей несостоявшейся невестой, во рту появлялся привкус горечи. Он прекрасно осознавал, какой грандиозный скандал его ждёт. А ещё было до безумия стыдно, ведь они с Викой встречались уже почти четыре года, два из которых, она ждала его с армии. Он некрасиво поступал по отношению к ней и чувствовал себя подонком. Но посмотрев на суетящуюся за кустом Машку и вспомнив её прекрасные, как летнее небо глаза, он против воли улыбнулся и понял, что ради неё пойдёт и не на такое. Ради неё и убить не страшно.

-Машка, - снова позвал он её, - я люблю тебя.

-И я тебя, мой милый Мурза, - смущённо улыбнулась она в ответ, - только я тебя прошу, иди первый. Не нужно, чтобы нас пока видели вместе. А я немного побуду здесь и приду следом.

Ему это не понравилось. Не хотелось оставлять её одну. Но в тоже время он понимал, что ей необходимо побыть несколько минут наедине с собой, прежде, чем она вернётся домой и будет себя вести, как ни в чём не бывало.

-Не хочу уходить без тебя, - горестно вздохнул Слава и подошёл к уже одетой девушке.

-Пожалуйста, - прошептала она, краснея ещё больше, - мне просто нужно всё осознать.

А потом поднялась на носочки и легко поцеловала его в щёку.

-Иди. Скоро увидимся.

Слава уступил её просьбе, медленно зашагав в сторону посёлка. Но, не пройдя и десяти метров, развернулся и подбежал к девушке, крепко обнимая и целуя в губы.

-Вечером часиков в семь сможем увидеться, хоть на пару минут? – шёпотом спросил он, между поцелуями.

Маша счастливо засмеялась прямо ему в губы:

-Я подумаю…

И Слава ушёл, несколько раз обернувшись на прощание.

Уже когда он был возле пляжа, его неожиданно догнала Вика, набросившись с кулаками. Она обзывала его и кричала, что знает, чем он только что занимался с малолетней шлюхой. Тогда Слава не выдержал и впервые поднял руку на женщину, отвесив Вике звонкую пощёчину. Он совсем не так планировал их расставание, хотя прекрасно понимал, что криков и истерики не избежать. Но такой безобразной сцены с рукоприкладством даже в страшном сне представить не мог. Он практически не помнил, что они друг другу кричали, и как обзывали. Запомнил только брошенную Викой на прощание фразу:

-Надеюсь, малолетняя сучка вынесет урок…

Только не понял, что она имела ввиду. Ведь на душе хоть и было мерзко, но мысль о том, что он свободен и совсем скоро увидит свою Машку-Ромашку, словно солнечные лучи разгоняли всю темноту, что была у него внутри.

Только этим вечером Маша не вышла, как и на следующий.