Эхо разрушенных судеб...

Глава 43

Егор подъехал к дому Хитрюков и заглушил машину. Он не планировал приезжать к ним так рано, но стоило ему только открыть глаза, как позвонила бабушка и отчитала его, как несмышлёного пацана, который забыл о существовании своих родственников. Он и правда замотался и уже пару дней не появлялся у неё. И она из-за этого страшно злилась.

Поэтому он решил задобрить бабулю и незамедлительно явиться на завтрак. Хорошо хоть она дала ему время принять душ и немного выгулять Широ. Пёс, видимо, тоже злился на то, что хозяин за последние сутки так мало уделял ему внимания, поэтому сегодня он демонстративно игнорировал присутствие Егора.

Он вышел из машины и не спеша направился во двор, по пути прикуривая сигарету. От бабушки он знал, что Яна здесь, поэтому, как мог, тянул время. Он не хотел с ней снова ссориться, но и как поговорить с ней не знал. Через открытое окно на кухне слышались приглушенные женские голоса, но о чём именно они говорили, он разобрать не смог. А ещё оттуда на весь двор умопомрачительно пахло жареными пирожками с капустой и картошкой.

Докурив сигарету, Егор вздохнул и обречённо поплёлся в дом. Он не успел зайти на кухню, как на него с расспросами накинулись бабушка с тётей. Он несколько дней отказывался от приглашения к ним на ужин, но причины не называл, только обещал, что позже всё расскажет. Поэтому родственницам и было интересно, где он пропадал и чем занимался. Ему действительно нужно многое рассказать, пускай он пока и не выяснил всё до конца, но без помощи родственников ему не справиться. Это был самый простой и быстрый вариант, чем пытаться выяснить что-то у посторонних. Он уже достаточно набил шишек, действуя более сложными путями, с него хватит. Сейчас только позавтракает, а потом можно уже приступить к главному.

Яна молча сидела в стороне, не участвуя в разговоре. Но на её лице периодически мелькала улыбка, а это было не так плохо.

- Илья спит? – спросил он у тёти Зины.

- Дрыхнет ещё. Он только под утро явился. Скоро отец приедет, а его и из пушки не поднимешь.

Новость о скором приезде дяди Юры очень обрадовала Егора. Его присутствие как раз на руку – он точно сможет ответить на его вопросы и подсказать, как быть дальше. Мудрый совет сейчас действительно не помешал бы.

Ещё в самом начале, когда Егор только узнал, что отец скрыл смерть сестры, он для себя решил, что не будет ничего скрывать от родных и расскажет им всё, как только найдёт виновного. Но сейчас, глядя на свою любимую, но старенькую бабушку, которая суетилась у плиты, он усомнился в своём решении. Она не так давно перенесла серьёзный гипертонический криз, здоровье уже подводит её, и, как бы ни было больно это осознавать, но жить ей оставалось не так много лет, как хотелось бы, а такая новость может ещё сильнее подорвать здоровье.

Пока старшие женщины продолжали возиться с пирожками, Егор периодически поглядывал на Яну, не зная, как завести с ней разговор. Но другого случая он ждать не хотел, конфликт с ней и так затянулся, а он привык решать всё быстро. Поймав в очередной раз её взгляд, он несмело улыбнулся и заговорил:

- Ян, может, выйдем в сад на пару минут?

Сестра несколько секунд молчала, потом кивнула и первая вышла из-за стола. Обрадованный тем, что она пошла на контакт, Егор облегчённо выдохнул и вышел следом.

Яна присела на лавочку, Егор остановился прямо перед ней.

- Я извиниться хотел, - начал он после небольшой паузы.

- Действительно стоило бы…

Он слегка поморщился; тон, каким говорила сестра, не располагал к диалогу, но он должен терпеть, ведь действительно виноват.

- Прости, Ян. Мне стыдно, что я тогда взбесился и налетел на Славу. Нужно было спокойно всё обсудить…

Но тут же понял, что он не до конца честен с ней.

- Хотя знаешь, мне не стыдно, что он выхватил, мне стыдно, что это случилось при тебе и тёте. Славик получил бы в любом случае, просто время было неудачное. За это прошу прощения.

- Тебе бы поучиться извиняться, - хмыкнула Яна.

- Как умею.

- Ладно, Егор, проехали. Не хочу больше возвращаться к этой теме. Я ещё немного злюсь, но со временем всё пройдёт. Ведь сейчас у меня есть более серьёзный повод для переживания: Слава подал на развод.

- Так, может, это и к лучшему?

Яна недовольно зыркнула на него из-подо лба:

- А вот это уже не твоё дело. Взрослые сами разберутся.

Егор пожал плечами:

- Да я и не против. Просто Андрей выглядит нормальным мужиком, в отличие от того же Славы.

- Чем больше вы хвалите Котова, тем сильнее хочется его послать!

- Скажу очевидное, но ты беременна от него, вряд ли удастся послать его.

- Скажу очевидное, но тебя не спрашивали!

- Ладно, не кипятись. Я рад, что мы всё решили между собой. С отцами своего ребёнка разбирайся сама…

Яна недовольно фыркнула, но всё же не смогла сдержать улыбки.

Со стороны крыльца послышался громкий протяжный зевок. Егор обернулся. На верхней ступеньке, подняв руки вверх, потягивался Илья, громко зевая. На нём были только спортивные брюки, футболку он надеть не удосужился. Но не это было странным, а широкая улыбка от уха до уха, которая совсем не свойственна Илье. Обычно по утрам он был мрачен, пока не пробежит несколько километров и не подтянется на перекладине.

- Всем доброе утро.

- Ты чего это такой довольный? - с подозрением поинтересовалась Яна.

Илья снова загадочно улыбнулся и похрустел шеей. И только потом Егор заметил несколько небольших бледно-фиолетовых засосов и недоверчиво изогнул брови.

- Не может быть! – хохотнул Романчук.

- Не понимаю, о чём ты, - снова не смог сдержать довольную улыбку Илья.

- Всё-таки уломал невинную девочку?

- Вообще это не твоё дело, но скажу по секрету, что не такая уж она и невинная…

- Вы отвратительны! – воскликнула Яна, вскакивая со скамейки.

Братья в ответ только громче заржали. Хорошее настроение вернулось к Егору, а все тревоги отошли на задний план.

- Я сразу понял, что у тебя был хороший секс, когда ты вышел на крыльцо, озаряя всех своей улыбкой, - хлопнул Романчук по плечу Илью.

- Ну не всем же ходить с кислой рожей, как тебе. Может, Котова не удовлетворила?

- Да пошёл ты!

Яна ушла в дом, а Егор с Ильёй остались на улице. Старший брат решил покурить и немного побесить младшего, выпытывая у него подробности прошедшей ночи. Но Хитрюк не вёлся на его провокации, только довольно улыбался и загадочно молчал, изредка прикасаясь пальцами к засосам на шее.

- Мальчики, завтракать! – послышался из кухонного окна тётин голос.

Егор выбросил недокуренную сигарету и улыбнулся. Такие простые слова, а на сердце будто стало теплее. Его уже лет сто никто так не звал завтракать.

Бабушка с тётей Зиной напекли целую гору пирожков с разными начинками, от которых исходил просто нереальный аромат.

- Егор, чай с мятой и лимоном будешь? – спросила Яна, разливая по чашкам ароматный светло-зелёный напиток.

- С удовольствием.

Пространство небольшой кухни заполнилось типичными звуками завтрака и шутливыми перепалками. Важный разговор может подождать, а вот время, проведенное вместе с родными людьми, быстротечно.

****

Аня как раз сделала себе кофе и разогрела остатки пиццы, когда услышала скрежет ключа в замочной скважине. Сердце испуганно трепыхнулось. Вряд ли это воры решили обнести квартиру, дождавшись её приезда. Однако встреча с родственниками пугала её не меньше. Если это Таня, то придётся как-то объяснить, почему она приехала ещё вчера и не позвонила, а потом на несколько часов «пропасть» за душевными разговорами, пропустив из-за этого время, когда Влад будет дома один. А если это пришёл старший брат, то это просто катастрофа — ведь она морально пока не готова к разговору.

Она вышла в коридор, на ходу запахивая халат. Уровень адреналина зашкаливал, заставляя сердце разгоняться всё быстрее. Дверь начала открываться, и девушка задержала дыхание.

- В который раз повторяю, какая разница: днём позже, днём раньше, — послышался голос из-за двери. — У меня все процедуры закончились ещё вчера, какой смысл оставаться там ещё на несколько дней?

Мама?!

- Мы тебя отправили в санаторий не только на лечение, но и чтобы ты отдохнула немного, — ответил ей мужчина.

И Влад. Ну конечно, кто же ещё мог поехать встречать маму.

Аня едва не взвыла от досады. Ну надо же быть такой невезучей! Почему она не поговорила с братом ещё вчера? Почему до последнего оттягивала разговор? Теперь всё точно покатится псу под хвост. Влад не станет говорить с ней при маме.

Родственники уже зашли в коридор, избавляясь от громоздких сумок, но Аню, стоявшую за дверью, пока не заметили.

- Я могу отдыхать не только в санатории, но и дома. Мы как раз собирались с Таней и детьми поехать в Вишнёвое на пару недель…

Влад хмыкнул:

- Ну конечно, там ты точно отдохнёшь. С утра и до вечера будешь свои клумбы тяпать, не разгибая спины.

- Почему только на клумбах? Я уже заказала куме пару десятков кустиков томатов и столько же перчиков.

- Знаю я твои пару десятков…

Мама, что-то доказывая Владу, начала закрывать дверь. Аня даже не успела набрать воздуха в грудь, чтобы как-то поприветствовать маму и брата, как дверь захлопнулась, и две пары удивлённых глаз уставились на неё.

- Сюрприз, — глупо улыбнулась Аня.

Мама отмерла первая:

- Анюта! — воскликнула она и шагнула к дочери. — Ты давно приехала? Тебе Влад сказал, что я возвращаюсь раньше?

Аня крепко обняла маму и вдохнула такой родной и ни с чем несравнимый запах маминых любимых сладких духов, знакомый с самого детства.

- Вы с ним, как два партизана. Всегда молчите до последнего. Я по делам приехала. И оказалось, что очень удачно, — ответила девушка.

Влад тоже подошёл к Ане и поцеловал её в щёку, ласково потрепав по непричёсанным волосам. В сердце неприятно кольнуло, а от стыда загорелось лицо. Что она вообще собиралась сделать? Обвинить в том, что он был свидетелем изнасилования и не помог девушке? Это же её родной и любимый старший брат, надёжный, как каменная стена, на которого всегда можно положиться. Он ведь не мог так поступить. Или всё-таки мог? Сомнения просто рвали душу на куски. Всё настолько запуталось и усложнилось, что казалось, будто из этого мрака старых тайн нет никакого выхода. Проще жить так, не ведая, что таится в этом самом мраке, чтобы не разрушить свою веру в любимых людей. Она ведь вчера всё решила и разложила по полочкам все аргументы, почему ей нужно знать правду, а сегодня всё по новой. Нет, так нельзя! Нужно хоть раз в жизни найти в себе смелость и довести задуманное до конца.

- Пойдёмте пить чай, я столько вкусностей накупила! — обрадовано защебетала мама и поспешила на кухню.

Влад не сводил пристального взгляда с Ани. Ей казалось, будто он все её мысли и сомнения читает по лицу.

- Пойду переоденусь, — тихо сказала она и сбежала в свою комнату.

Аня заметалась по небольшой спальне, не зная, как действовать дальше и как всё-таки вывести Влада куда-нибудь за пределы квартиры и поговорить с ним. Так, ладно, главное, одеться в подходящую одежду, чтобы выскочить сразу за братом, когда он соберётся домой, и попытаться поговорить с ним в машине. План отстой, в принципе, как и предыдущий. Стратег из неё плохой, поэтому она решила, что будет действовать по ситуации.

Девушка натянула на себя вчерашнее белое лёгкое платье в красный цветочек, быстро причесала волосы, наплевав на нормальную укладку, и потопала на кухню.

Её кофе был ещё тёплый, поэтому она отказалась от маминого предложения сделать другой.

Они расселись за небольшим круглым столом. Мама принялась рассказывать о том, как провела время в санатории, о своих новых подружках, о процедурах, на которые ходила ежедневно, и о том, как скучала по дому и по ним всем.

Аня смотрела на посвежевшую весёлую маму и улыбалась; было так радостно видеть её такой. За последние пару лет мама сильно сдала, гипертония и ежедневный уход за маленькими внуками отнимали у неё много сил, ведь она уже была не молода. Они ведь поэтому и решили отправить её в санаторий, который находился не так близко к дому, как, например, то же Вишнёвое, из которого мама приехала бы через два дня, соскучившись по внукам. А так хоть немного отдохнула.

Влад всё это время молчал, только периодически бросал задумчивые взгляды на Аню, которая в свою очередь уже извелась от тревожного ожидания и мечтала, чтобы он поскорее засобирался домой. Только он, как назло, медленно прихлёбывал чай и смаковал пирожные.

- Мам, — подал, наконец, он голос.

Аня встрепенулась. Кажется, дождалась.

- Тебе Анюта не рассказывала, что она у нас сыщицей заделалась?

У девушки от возмущения и неверия заложило уши. Вот же Влад козлина! Он точно догадался, что она приехала к нему за разъяснениями, и чтобы не отвечать, он решил надавить на неё через маму. Прекрасно же понимает, что Аня прекратит задавать вопросы, если мама расстроится и запретит поднимать эту тему. А сам ведь пел ей о том, что маму расстраивать нельзя, у неё сердце слабое. Манипулятор хренов!

- Это как? — не прекращая улыбаться, спросила мама.

А Ане стало почти физически плохо от того, что следующие слова сотрут мамину улыбку и те лёгкость и счастье, с которыми она приехала домой.

- Я… — начала было девушка, но уверенный и чуть насмешливый голос Влада перебил её:

- Она решила расследовать убийство папы.

Ложка, которую мама держала в руках, с громким стуком упала на стол. Аня зажмурилась. Захотелось заорать на Влада, чтобы закрыл рот и не усугублял ситуацию. Но мама ещё сильнее расстроится, если они начнут ссориться.

- Доченька, — тихо позвала её мама, — с чего ты взяла, что его убили?

Девушка открыла глаза, бросила недовольный взгляд на брата, а потом посмотрела на маму.

- Мне Влад рассказал. Я спросила у него про тот день, когда папа привёз домой изнасилованную соседку.

- Откуда ты это знаешь? Кто тебе рассказал? — в ужасе спросила мама.

Аня хотела ответить, но тут снова вмешался Влад:

- Новый-старый сосед ей мозг запудрил той давней историей. Ему самому заняться нечем, вот он и решил на досуге покопаться в старом грязном белье наших семей. Ещё и нашу дурочку к этому приплёл.

- Заткнись, — прошипела Аня, чувствуя, как от злости всю кожу закололо иголками.

Брат мастерски пытается сыграть на чувствах матери и повернуть всё против неё.

- Немедленно прекратите обзываться и затыкать друг друга, - прикрикнула на них мама.

Брат и сестра пристыженно замолчали.

- Та история принесла немало горя нам всем, - понизив голос, продолжила женщина. – Не нужно ворошить.

Влада такой расклад, несомненно, устраивал, он даже слегка улыбнулся. Но Аня была не согласна. И раз уже этот разговор зашёл, то его нужно довести до конца. Только действовать нужно очень осторожно, чтобы мама не расстроилась ещё сильнее.

- Я просто хотела доказать, что отец не мог изнасиловать соседку, - тихо сказала девушка. – Сама мысль об этом выворачивала наизнанку, поэтому я и спросила у Влада про тот злополучный день. И узнала, что кто-то всё-таки пустил слухи о том, что это он. И что Шевченко вместе со своими друзьями убили его, решив так наказать.

Тишина на кухне была почти невыносимой и удушающей.

- Ты ходила к Кириллу? – спросила мама.

Аня кивнула:

- Да, ходила. Это Егор выяснил, что он был причастен. Ему рассказал Славка Ершов. А тому, в свою очередь, сам Шевченко. Его совесть мучила. Ведь он потом понял, что отца подставили. И понял, кто. Но нам он отказался назвать его имя.

Мама в ужасе закрыла лицо руками. Влад недобро сверкнул в её сторону глазами.

- Мам, я не собиралась никого ни в чём обвинять. Просто хотела узнать правду. Я просто не могла жить в неведении после того, как всё, что я знала об отце, оказалось ложью.

Мама подняла на неё глаза, в которых было столько боли и невыплаканных слёз, что Ане самой захотелось плакать.

- Я знаю про то, как папа тебя обманывал. Это и стало причиной того, что какой-то человек пустил про него те слухи, а потом подговорил Шевченко и его зама помочь ему убить отца, чтобы отомстить за то, что папа спал с его женой и чтобы защитить того, кто на самом деле изнасиловал Машу.

- Прекращай уже, - недовольно выпалил Влад.

- Девушка, которую изнасиловали и которая лежит в безымянной могиле на старом кладбище, заслуживает справедливости. Как и папа. Они больше всех пострадали от этих людей!

- Ты что несёшь?! Какая могила?! Машка сбежала из дома. Ей стало стыдно за то, что она хвостом перед пацанами крутила, вот она и свинтила.

Аня, едва дыша, повернулась к брату. Он почти слово в слово сказал те слова, которые Егор слышал в своём сне. А она ведь до последнего надеялась, что брат в этом не замешан.

- Ты там был… - поражённо выдохнула она.

Осознание будто оглушило её. А самое страшное, что брат до сих пор был уверен, что Маша сама виновата, что её изнасиловали. Типичное рассуждение ограниченных мужланов. Аня никогда не думала, что брат относится к этому типу мужчин.

- Я не…

- Мне не десять лет, Влад. Я уже давно всё поняла. Да и Егор тебя узнал. Он помнит ваш разговор с Машей.

Аня не стала уточнять, что воспоминания пришли к соседу во сне. Тогда у Влада был хороший шанс соскочить. А так он перестал отрицать.

И тут, к своему удивлению, она поняла, что мама молчит и не задаёт никаких вопросов. А это значит, что и она всё знала. Нет, не может быть. Мама не могла бы молчать о таком. Или могла? Откуда ей было знать, на что способна мать ради защиты своего ребёнка. Неужели она сама не скрыла бы ото всех правду? Но ответа не было. Возможно, он появится только тогда, когда у неё будут свои дети.

- Ты знала, - сказала Аня, повернувшись к матери. – Знала, что он видел, как насиловали Машу.

Она не обвиняла маму, просто констатировала этот ужасный факт. И снова в её голове рушились все представления и прежний мир. Она даже помыслить не могла, что родные скрывают такие мрачные тайны.

- А ты думаешь, почему я молчала об убийстве твоего отца? – горько, но спокойно поинтересовалась Людмила Сергеевна. – Мне очень чётко дали понять, что если я сунусь в милицию, то мне там не только не помогут, но и обвинят моего сына в изнасиловании. Ни он сам, ни его сын не пострадают. Только мы. А я не могла потерять ещё и сына…

Её голос дрожал, но она не плакала. А Аня чувствовала, как её собственные глаза щипают от подступающих слёз. У мамы был выбор, но могла ли она поступить по-другому, ради призрачной надежды на справедливость? Скорее всего, нет. Ведь у того человека была власть и связи, а у них не было ничего, кроме осколков привычной жизни.

- Кто это был, мам? – спросила Аня. – Кому отец перешёл дорогу? Из рассказа Шевченко я поняла, что он был каким-то начальником в милиции.

- Не говори ей! – вмешался Влад.

- Я правда не понимаю, зачем из этого делать тайну? Всё давно в прошлом, твоя причастность для нас тоже не секрет. Я не прошу объявить об этом на весь мир. Я прошу ответа для себя…

- Или для соседа, - недобро усмехнулся брат.

Аня едва не зарычала от раздражения на бестолковое упрямство брата.

- Даже если и так, - с вызовом ответила она, - то что? Разве брат не заслуживает узнать, кто, пускай и косвенно, виноват в смерти его сестры? Я надеюсь, что мои братья попытались бы выяснить причину, если бы я решила утопиться. А не отмахнулись от воспоминаний обо мне, после того как для приличия погоревали.

Мама поражённо ахнула:

- Аня, что ты такое говоришь?! Сплюнь!

- Мам, я не суеверная. Да и делать с собой ничего не собираюсь.

Мама только обречённо махнула рукой. Чай давно у всех остыл, к нему так никто и не притронулся после начала разговора. Наверное, у каждого из них этот непростой разговор осёл неприятным привкусом во рту. Такое ни одним чаем не запить. Но замалчивать больше нельзя, нужно всё до конца выяснить. Не за этим ли она сюда ехала? Мама немного нервничает, но в целом реагирует спокойно.

- Влад, - обратилась к нему Аня, стараясь, чтобы голос звучал спокойно, - пойми, пожалуйста, ни одна женщина не виновата в том, что её насилуют…

- Я никогда так не думал! – ощетинился брат. – Я просто знаю, что Машка крутила с Мурзой, у которого в тот момент была девушка, а ещё и Рыжему глазки строила…

- Но разве это повод так с ней поступать? А думал ли ты о том, что всё могло быть по-другому? Что со Славкой у них была любовь, а твой Рыжий просто не мог смириться с тем, что она с другим, вот и напридумывал себе чего-то.

- Ты просто не видела, что творилось тогда с Викой, когда мы увидели их вместе с Мурзой! Ты не видела, как она беззвучно выла, как её чуть не вывернуло. Врагу такого не пожелаешь.

- Так почему Вика сама не разобралась с ними? Я знаю, что ей было больно и обидно, но это не давало ей права натравливать похотливого козла на бедную девушку!

- Она никого не натравливала! Просто сказала, что сама поговорит с Мурзой, а он пускай немного пристыдит Машку. Но я не думал, что всё закончится так…

Аня пыталась понять его точку зрения, но не могла. Всё, что он говорил, было пустым и бессмысленным. Не было ни капли здравого смысла в их поступках и рассуждениях. Даже то, что они были совсем молодыми и глупыми, не оправдывало их.

- Но почему ты стоял и смотрел на то, как её насиловали?!

Влад недовольно поморщился:

- Раздули из мухи слона. Что батя тогда, что ты сейчас!

Аня попыталась набрать в грудь воздуха, но он стал густым и будто не пригодным для дыхания.

- Подумаешь, душнул её пару раз. Но мне кажется, ей даже понравилось…

Девушка вскочила со своего места и, опершись о столешницу руками, нависла над братом:

- Да ты больной извращенец!

В его карих глазах полыхнула такая злоба, что, будь Аня немного пугливей, она бы отступила. Но она только крепче сжала зубы и, не моргая, уставилась на брата с не меньшей яростью. Она отказывалась понимать и принимать его точку зрения, и готова была орать до хрипоты, только чтобы он понял, что так нельзя.

- Аня! – вскричала мама, хватая её за руку. – Прекрати немедленно! Ты совсем голову потеряла из-за этой чепухи!

Девушка недоверчиво обернулась к маме.

- По-твоему, убийство отца – это чепуха? А может чепуха то, что твой сын наблюдал за насилием со стороны и даже пальцем не пошевелил, чтобы это прекратить? Или чепуха то, что после этого, как Влад сказал, «ненасилия», девушка утопилась в реке?

Брат попытался её перебить, но она не позволила ему этого сделать:

- И прежде чем ты снова возразишь, дослушай до конца: да, Маша утопилась в реке, её нашли недалеко от пляжа, который возле нашего дома, а потом похоронили в Черемхово на старом кладбище, скрыв её смерть от семьи и всех остальных. Она никогда никуда не уезжала, она решила проблему по-другому – глупо и эгоистично. Но судить я её не буду. Я не знаю, как она пыталась справиться со всем, не знаю, была ли у неё поддержка родных, когда по посёлку поползли слухи.

Не дожидаясь больше ни от кого из них ответа, Аня развернулась и вышла из кухни. Разочарование и недоумение жгли её изнутри. Она просто не понимала, как её родные люди могут оставаться такими равнодушными к чужому горю, которое, между прочим, зацепило и их. Почему они упорно продолжали скрывать имя убийцы отца, ведь у него не было никакого серьёзного рычага давления против них.

Она громко хлопнула дверью в свою комнату и стала быстро кидать свои вещи в рюкзак. Ей срочно нужно было уйти отсюда, пока их разговор не привёл к ещё более страшной ссоре. Просто нужно остыть и поговорить ещё раз. Она надеялась, что брат и мама всё же обдумают её слова и хоть немного изменят своё мнение.

Взяв рюкзак и телефон, она осторожно выскользнула из своей комнаты и бесшумно прикрыла дверь за спиной. Она незаметно уйдёт, а потом напишет маме сообщение, что уехала обратно в Вишнёвое. Чтобы не накалять обстановку, Аня на носочках бесшумно двинулась к входной двери. Поступок, конечно, детский, зато сегодня не будет больше никаких выяснений.

- Я так надеялась, что всё забылось, - послышался из кухни приглушённый голос мамы.

Девушка замерла.

- Это всё сосед ей мозги запудрил, - раздражённо ответил Влад.

Мама шикнула, чтобы он говорил тише.

- Её нужно забирать обратно в город, а то неизвестно, в какую авантюру она от скуки вляпается в следующий раз, - понизил голос брат.

Хрен ты угадал, Владик.

Такое чувство, что он порой забывал о том, сколько ей лет.

- Мы на неделе собираемся к ней с Таней и детьми. Мы проследим, чтобы она поменьше общалась с этим соседом. А потом, может и правда получится уговорить её уехать с нами в город, - печально вздохнула мама.

И она туда же! Должны ведь понимать, что они никак не могут повлиять на её решение. Неужели забыли о том, как год назад они пытались переубедить её ехать в Вишнёвое.

- Вы только поторопитесь. Мне ещё вчера звонили, настоятельно рекомендовали, чтобы я поумерил её любопытство. Напомнил, что только благодаря ему я не в тюрьме, и на отца не повесили все кражи телят и зерна.

- Я так устала жить под гнётом и шантажом Семёна. Хочется от души послать и напомнить, что все сомнительные делишки на ферме проворачивались не без участия его жены, а девчонку изнасиловал именно его сын. Пускай тоже скажет спасибо, что мы молчали, а не попрекает.

А Аня стояла посреди коридора и не могла сделать ни вздоха. Господи, как же она раньше не поняла всего?! Ведь стоило только немного подумать, и ответ был бы на поверхности. Бывший начальник участковых Семён, у которого был сын Рыжий! Всё было настолько просто, что ей хотелось одновременно смеяться и плакать. Ещё один человек, которого она знала и уважала с самого детства, оказался не тем, кем она его считала. Ещё один убийца с доброй улыбкой и искренним желанием помочь их семье.

Она тихо отступила к выходу, натянула белые кеды и, осторожно нажав на ручку двери, выскользнула в подъезд.