Эхо разрушенных судеб...

Глава 39

- О, боже, - прошептала девушка, опускаясь обратно на стул. – Эти сюрпризы когда-нибудь закончатся?

- Не уверен, - пожал плечами Егор. – Если ты решила ввязаться в подобное, то должна быть готова ко всему. Хотя кого я обманываю? Я сам чуть не сдох на месте, когда узнал, что дядя Юра в курсе всего, или что Славик причастен.

Аня непонимающе изогнула бровь. Про дядю Юру она слышала впервые.

- Ты про старшего Хитрюка? Он тоже замешан в чём-то?

Егор, затушив окурок, швырнул его в ведро, стоящее возле крыльца, а потом вернулся обратно к своему опрокинутому стулу.

- Как и мой отец, - бесцветным тоном уточнил мужчина. – Они нашли тело Маруси в реке и скрыли от всех, что она покончила с собой…

А потом под её не верящим, полным ужаса взглядом он рассказал ей всё с самого начала без утайки: про своё детство, в котором практически отсутствовала мать, про последний разговор с отцом, в котором он узнал о судьбе сестры, о своей ненависти к нему и ко всем, кто мог быть причастен, и о многом другом, что он узнал уже здесь, в Вишнёвом.

Анино сердце разрывалось от боли и сочувствия к нему и к судьбе Маруси. Но ей также было обидно за тех, по ком он прошёлся в поисках справедливости. Зато теперь его мотивы и манера поведения становились более понятными.

- Ты не можешь ненавидеть отца за это. Он, без сомнения, поступил ужасно, но как мог, он пытался защитить тебя и мать, - тихо сказала Аня.

- Может, когда-нибудь я его пойму…

- Даже хорошие люди порой совершают нехорошие или необдуманные поступки. В мире есть не только добро и зло, есть ещё и обстоятельства, под гнётом которых люди совершают плохие вещи.

Егор мрачно посмотрел на Аню из-под нахмуренных бровей.

- Так можно оправдать любой поступок, - заявил он.

- Но не убийство или причинение вреда другому человеку. Это не поддаётся никаким обстоятельствам и оправданиям. Всегда есть выбор.

Мужчина ничего не ответил на её фразу, только перевернул блокнот и подтолкнул ближе к ней.

Аня растерянно опустила глаза вниз, вчитываясь в каждый пункт. Картина вырисовывалась мрачная и пока ещё весьма туманная. Имя Влада в этом списке больно резануло глаза. Она не хотела видеть его замешанным в этом кошмаре.

- Получается, что несколько человек наверняка знают, кто насильник, но они его покрывают? – недоумённо спросила девушка. – Похоже на какой-то заговор.

- Никакого заговора. Просто каждый преследует свои интересы. Вика ненавидит мою сестру, поэтому назло не скажет, кто с ней был тогда. Твой брат вообще наблюдал за всем этим, если он откроет рот, то к нему вопросов будет не меньше, чем к самому насильнику. А вот Шевченко – самый интересный персонаж. Если он спьяну рассказал Славику об убийстве, то его гложет совесть. А значит, есть шанс, что он расскажет не только о твоём отце, но и о том, кто возглавил эту расправу, и кого он покрывал.

А потом замолчал на несколько секунд, давая девушке переварить информацию. Только как она могла это сделать, если в голове была полная неразбериха.

- А ещё я только что понял, что твоему отцу всё же удалось узнать имя насильника, иначе зачем его убивать?

И тут Аня вспомнила разговор с Владом.

- Вероятно, так. Но ему ещё кто-то мстил за какую-то давнюю интрижку, - медленно проговорила она, стараясь соединить мысли воедино. – Имени Влад не называл, только упомянул, что он был милиционером и ездил на голубом УАЗике.

- Хмм, - задумчиво протянул Егор, - по идее, можно поднапрячься и вычислить этого человека. Но сначала предлагаю съездить к Шевченко. Это самый простой способ. Готова?

Аня растерялась. Она хотела узнать всю правду о смерти отца, хотела посмотреть в глаза убийцам и спросить «за что?». Но не думала, что это случится так скоро и у неё совсем не будет времени подготовиться.

- Как-то страшно.

- Я буду рядом, - тихо сказал Егор, не сводя с неё пристального серьёзного взгляда. – Через двадцать минут встречаемся у меня. Я переоденусь, накормлю Широ, и можем отправляться. Ты знаешь, где он живёт? Пешком дойдём или лучше на машине?

- Пешком долго. Больше часа идти, он на другом конце посёлка живёт.

- Тогда так: сейчас собираемся и выезжаем. Мне нужно минут двадцать, чтобы переодеться и накормить Широ. Подождёшь?

Аня поднялась со стула, подошла к нему.

- Мне тоже нужно переодеться и закрыть дом. Встретимся здесь.

Она уже собиралась пройти мимо, когда он неожиданно схватил её за руку, крепко сжимая её пальцы, и пристально посмотрел в глаза. Будто хотел таким образом передать ей свою уверенность и силы.

- Ничего не бойся. Я рядом. Если у тебя кончатся силы на разговор, я доведу его до конца.

Аня ухватилась за его большую крепкую ладонь, как за спасательный круг. Как так могло получиться, что сейчас он единственный, на кого можно было рассчитывать?

Но к разговору о причастности брата они ещё вернутся.

Аня отпустила его руку и быстрым шагом направилась к себе, прокручивая в голове одни и те же мысли: в невиновности отца она почему-то не сомневалась, а то, что замешан Влад, было весьма вероятно. Она не хотела в это верить, но сомнения её не отпускали. Как и не отпускало тревожное чувство, а не является ли она предательницей, если сомневается в брате?

****

Через полчаса Аня сидела в огромной машине Егора и нервно постукивала пятками по полу автомобиля. Глухой монотонный звук от соприкосновения жёсткой подошвы её кроссовок с резиновым покрытием коврика вряд ли нравился соседу, но прекратить она не могла. Это её хоть как-то успокаивало.

Егор, заводя автомобиль, лишь бросил на неё косой взгляд, но промолчал. Только вбил в навигатор улицу, которую она ему назвала, а потом выехал из двора.

Девушка повернулась к нему с намерением извиниться за этот раздражающий звук, но, увидев, что он ухмыляется, передумала. Пускай терпит, сейчас ей простительно волноваться.

- Ты специально оделся, как я? – спросила она, чтобы хоть как-то отвлечься. – В окно подглядывал через бинокль?

- Нужно было раньше предупреждать, что стоишь перед окном, когда переодеваешься, - хохотнул он в ответ. – Я бы непременно полюбовался.

Аня закатила глаза и отвернулась к своему окну. Было действительно что-то странное и волнующее в том, что они, не сговариваясь, оделись практически одинаково: оба были в бежевых спортивных брюках и белых футболках. Единственное отличие заключалось в том, что на её футболке с левой стороны было нарисовано небольшое минималистическое сердечко. А так даже их белые кроссовки были чем-то похожи.

- Зачем тебе такая огромная машина? – задала новый вопрос Аня.

Из-за волнения она не могла ехать молча. Собственные мысли и эмоции угрожали сорваться в неконтролируемый невроз.

Мужчина пожал плечами:

- Машина только по документам моя. На ней всё время отец ездил. У них с другом было своё ИП по установке и обслуживанию кондиционеров. Они убирали все сидения сзади и загружали туда инструменты и оборудование.

Девушка повернулась к нему и с интересом прислушалась к его рассказу. Он второй раз за утро заговорил о своём отце, и ей показалось это важным.

- Что стало с ИП? – спросила она.

- Когда отец заболел, нужны были деньги на лечение и уход за ним. Он хотел продать свою часть ИП и эту машину тому самому другу, но я был против. Я надеялся, что он выкарабкается и снова займётся своим любимым делом, - Егор прочистил горло, словно что-то мешало ему говорить. – Поэтому я продал свою машину. Мы сильно поссорились из-за этого. Он разозлился из-за того, что я не посоветовался с ним, а я взбесился из-за его упрямства. Но он, видимо, чувствовал, что больше не вернётся к прежней жизни, потому что в течение следующих пары месяцев он продал свою часть ИП, а «Тахо» типа продал мне. Я обо всём узнал только тогда, когда он потребовал подписать договор купли-продажи и поставить её на учёт. И даже тогда я не хотел верить, что у него нет шансов. Я был зол, что он отказывался бороться.

Мужчина не сводил прямого взгляда с дороги. Его волнение и печаль выдавали лишь побелевшие костяшки на руках, которыми он вцепился в руль, и подрагивающий голос.

- Ты скучаешь по нему, - тихо сказала Аня то, что было и так очевидно.

- Я долгое время злился на него из-за того, что он никому не рассказал о смерти Маруси и о том, что он втайне от всех похоронил её на старом кладбище. Но сейчас меня отпустило. Я хоть и не принял того, что он сделал, но я стараюсь его понять.

А потом, помолчав пару секунд, добавил:

- Я без него вообще потерялся. Не знаю, смогу ли привыкнуть…

Аня тихо всхлипнула. Его тоска и боль по отцу не могли не откликнуться в ней. И пускай её чувства были не такими свежими, оголёнными и острыми, как у него, но она могла понять его, как никто.

- Ты чего плачешь? – мягко спросил Егор, на секунду отрывая взгляд от дороги и поворачиваясь к ней.

- Я не плачу, - ответила Аня, прижимая пальцы к закрытым щипающим глазам.

- Будешь реветь – высажу.

Девушка засмеялась, пальцами вытирая несколько слезинок, которые чуть не скатились по щекам.

- Сам виноват, - буркнула девушка, а потом осторожно накрыла рукой его ладонь, которую он переместил на рычаг коробки передач.

Ей так хотелось, чтобы теперь он почувствовал поддержку от неё.

На несколько секунд, что длилось это прикосновение, все проблемы будто отошли на задний план. Ничего не было важно, только их чувства, мурашки по коже и ощущение нехватки воздуха в лёгких…

А потом всё прекратилось, лопнуло, как перекаченный воздушный шарик, когда Егор мягко, но недвусмысленно вытащил свою руку, снова вцепившись в руль.

Ощущение ненужности затопило Аню с головой, отдаваясь стыдом и неловкостью где-то внутри.

- Почти приехали, - прочистив горло, сказал Егор. – Какой дом?

Аня сосредоточила взгляд на дороге, подмечая, что они и правда уже ехали по нужной улице.

- Я не знаю номер дома, но сейчас нужно ехать прямо, до конца улицы. Его дом предпоследний справа.

Мужчина молча кивнул.

А девушка крепко переплела дрожащие пальцы. Тревога снова заскреблась внутри.

Впереди уже показался дом Кирилла Даниловича, и с каждым метром вперёд исчезали все пути отступления. А вдруг правда окажется ещё сложнее, чем представил её Влад, как тогда с этим смириться?

- Ань, ты в норме? – обратился к ней Егор.

Девушка вздрогнула, вырываясь из своих мыслей, и медленно кивнула. Хотелось выскочить из машины и убежать отсюда. А ещё лучше вообще ничего не знать.

Эта трусливая мысль показалась спасением из всей этой сложной и неоднозначной ситуации.

Егор остановил машину на подъездной дорожке перед воротами.

- Идём? – спросил он.

- Страшно, - озвучила свои мысли Аня.

- Решать тебе. Но я уверен, что ты будешь жалеть, если сейчас не войдёшь туда и не разберёшься.

- За себя переживаешь или за меня? – язвительно спросила она.

Мужчина только сокрушённо покачал головой, не удостоив её ответом.

- А вдруг мы не вовремя? Время девять утра, вряд ли нам обрадуются в такую рань.

- Своевременное замечание, - хмыкнул Егор. – Тем более, нас уже заметили.

Аня перевела взгляд на ворота, чувствуя, как от волнения потеют ладони.

В открывшейся калитке появился Кирилл Данилович. Выглядел он плохо: постарел, осунулся, даже будто бы посерел.

До этого момента она видела его несколько раз; то в магазине сталкивались, то в автосервисе у Андрея. Но почему-то только сейчас ей бросились в глаза все изменения, произошедшие с ним.

- Секунда на размышление, - ворвался голос Егора в её мысли, - или мы сейчас же выходим, или уезжаем. Но поверь, ты не смиришься с полуправдой и не простишь себя, что не воспользовалась таким шансом.

- Ты мастерски умеешь манипулировать, когда на кону твоя выгода, - сказала девушка и первой вышла из автомобиля.

Тёплый весенний воздух с запахом пыли и отцветающей сирени окутал её тяжёлой удушающей волной, усилив тревогу.

- Здравствуйте, Кирилл Данилович, - попыталась улыбнуться девушка, но губы, как назло, не слушались.

Хлопнула водительская дверь, и краем глаза Аня заметила, как Егор обходит машину и становится впереди, опираясь на капот.

Кирилл Данилович бросил на него недоумённый взгляд, а после снова посмотрел на Аню.

- Здравствуйте, ребята. А вы чьи будете? И что от меня надобно? – хрипло поинтересовался пожилой мужчина, потирая давно небритый подбородок.

Егор поздоровался и обернулся к Ане, вопросительно изогнув бровь.

Только у неё словно язык онемел. Она вообще не представляла, с чего начать разговор.

- Я… ммм…

- Меня зовут Егор. Но Вы вряд ли меня знаете, - начал мужчина, видя её затруднения. – А это Аня Котова. Её Вы должны знать, ну или, по крайней мере, её семью. И у Ани к Вам несколько вопросов.

Кирилл Данилович тяжело вздохнул, провёл рукой по редким седым волосам, а потом приглашающе махнул молодым людям и скрылся во дворе.

Егор обернулся к Ане, которая так и не проронила ни слова.

- Идём? – спросил он, не сводя с неё внимательного взгляда.

Аня кивнула и, сжав руки в кулаки, будто на удачу, двинулась вперёд. Её спутник не отставал, следуя за ней следом молчаливой тенью.

Дом бывшего главы их посёлка был большим и по тем временам очень солидным. Сейчас же красный кирпич выцвел, кое-где виднелись трещины, чёрная краска на оконных решётках облупилась и слезла. Вот же как бывает в жизни: богатый дом, в котором раньше жила полноценная зажиточная семья, сейчас выглядел одиноким и запущенным. Такое же впечатление производил и двор: клумбы заросли сорняками, маленький старый сад тоже нуждался в уходе, а сухая виноградная лоза хаотично обвивала крышу и столбы на большой, но такой же неухоженной террасе.

И почему-то так грустно стало на душе от этого вида, ведь в этом посёлке таких дворов становилось всё больше.

Хозяин уже суетился возле большого дубового стола, убирая с него стеклянные бутылки, стаканы и какие-то тарелки.

- У меня гости вчера были, - словно в своё оправдание сказал он. – Я не ожидал, что ко мне кто-то так рано заявится, поэтому и не успел убраться. Извиняйте, молодёжь.

- Не страшно, - тихо ответила Аня, останавливаясь у широких ступеней.

Егор замер за её спиной так близко, что почти касался её спины своей грудью. И если он думал, что так она ощутит его поддержку, то он ошибался. К её тревоге теперь добавилось ещё смущение. Хотелось повернуться к нему и прошипеть, чтобы держал дистанцию.

Кирилл Данилович, гремя посудой, скрылся в доме.

- Можешь сделать шаг назад? – раздражённо поинтересовалась она у соседа.

- Не-а, - беспечно ответил он, - боюсь, что ты сбежишь. А я уже настроился на интересный разговор.

- Как для тебя всё весело и просто, когда дело не касается твоей семьи.

- Я не пойму, чем ты опять недовольна? Ты хотела разговор с убийцей отца – получай, а не ворчи, как старая бабка, по пустякам. Я понимаю, что ты нервничаешь и боишься, но не срывайся на мне. Одно слово, и мы отсюда уедем.

От ответа её избавило появление хозяина, который нёс в руках две небольшие цветные подушки.

- Садитесь на них, а то я не уверен, что здесь чисто после вчерашних гостей, - сказал он, раскладывая подушки на скамейке.

Аня и Егор поднялись на террасу и уселись рядом на места, которые гостеприимный хозяин приготовил для них. Сам же Кирилл Данилович расположился напротив.

- Может, чаю? – спохватился он.

- Лучше расскажите, почему Вы убили моего отца?

Только произнеся этот роковой вопрос, девушка поняла, что пути назад теперь точно нет. Она просто не имеет права отступить. Ради отца.

- Тогда нам нужно что-нибудь покрепче, - ответил Кирилл Данилович и, встав из-за стола, снова направился в дом.

- Да у тебя талант задавать тактичные вопросы, - хохотнул рядом Егор.