Эксклюзив

Глава 18

Глава 18

Кто из нас больше смахивает на имбецила? Судя по открытому рту и почти что капающей слюной, от созерцания Лизиной груди, однозначно Лешик. Так спалиться это еще надо умудриться. Стремно, даже для подростка. Редкостный долбоеб. Рука так и тянется вмазать ему в шнобель. Если выдержу и не врежу ему до того, как мы попадем в реанимацию к Корепанову – это будет моей личной победой.

Хотя, учитывая, как малолетняя дурында подливает масло в огонь, я вряд ли выдержу. Нахрена провоцировать мужиков отсутствующим лифчиком? Девочка цветочек, твою мать, с выделяющимися сосками. Здесь даже не холодно, с хера ли они стоят?

«Возбудим и не дадим» – это точно про Лизу. Хотя, если призадуматься, а с чего она должна была дать мне в машине? Тем более, если действительно целка, в чем я уже почти не сомневаюсь. Хорошие девочки не дают себя трахнуть на заднем сиденье авто. Если уж до двадцати одного года и с такой внешностью умудрилась остаться в девочках, то такие и правду принца ждут, и дают разве что после свадьбы. Принц из меня, конечно, мягко говоря, так себе. Да и не настолько я дебил, чтобы ждать свадьбы.

Стараюсь не смотреть на Лизу и делать максимально отстранённый и незаинтересованный вид, но взгляд то и дело косится в ее сторону. Краем глаза замечаю, как она тянет свои пальцы к картошке фри. Отправляет ее в рот и облизывает палец. Мать вашу, это всего лишь картошка, а у меня перед глазами совершенно иные пошлые картинки.

Она член-то когда-нибудь вообще трогала? И тут в память врезается эпизод, где и есть ответ на мой вопрос. Тогда я ее слова серьезно не воспринял, ибо несла эта девчонка периодически феерическую чушь. Сейчас же те слова, произнесённые ею при виде голого Васи, воспринимаются по-другому. «Первый раз вижу так близко вживую. Раньше только у трупов. Шутка». Нет. Ни хрена не шутка. Это ж надо было встретить такое чудо. Знала бы эта хорошая девочка, что мне с ней хочется сделать.

Ну вот какого хрена я на ней залип? И покрасивее девки были в моей жизни, но что ж так тянет-то? Ладно, это просто недотрах. Он, как известно, до добра не доводит. Надо спустить пар, сняв проститутку, иначе трахну Лизу, невзирая на всякие «отпусти».

Тянусь к своему набору, дабы немного отвлечься и утолить образовавшуюся жажду, и стопорюсь. Сама Лиза наяривает аппетитную булку с котлетой, закусывая картошкой и запивая фантой, а мне, мало того, что заказала детскую херню с милипиздрическими порциями, так вместо булки – четыре мини-котлетки из хрен пойми чего, морковные палочки и молоко. Молоко епта!

Желание отбить ей задницу, чтобы на молочной коже красовались красные следы от шлепков, ух как велико. Проблема в том, что одной отбитой пятой точкой, я не удовлетворюсь. Наваждение какое-то. Еще и трещание Лизы с долбоебом выводит из себя. Слушать, как они смеются и трындят, вспоминая свое знакомство в подъезде, становится невыносимо. Равно как и делать максимально незаинтересованный и похерестический вид.

Отворачиваюсь, чтобы отвлечься и взгляд тут же падает на блондинку лет тридцати. Мордашка симпатичная и грудь ого-го. Такая прямо в туалете даст с распростертыми объятьями, еще и отсосет, невзирая на то, что ребенок будет ждать мамашку.

Нет, дающие так просто проблядушки меня никогда не вставляли. Не торкает, несмотря на недотрах. Мда… и это говорит дебил, который собирается вызвать проститутку. Кто еще и ебанько спрашивается.

Сто лет будет жить, не иначе. Чувствую прикосновение теплой ладони к голове и… не сразу понимаю, что она делает. А когда до меня доходит, что Лиза надевает мне на башку свою панамку гандон, мое лицо приобретает самый что ни на есть имбецильный вид. Грудастая вмиг перестала строить мне глазки. Оно и понятно, такого дебила еще надо поискать.

– Ты на хрена на него напялила это недоразумение? – усмехаясь произносит слюнопускатель.

– Потому что он мерзнет. Когда ему холодно, он всегда шевелит большим пальцем. Это его любимая панамка. Когда надеваю на него, он прямо оживляется, – да что ты говоришь?

– Ты его так хорошо знаешь?

– Конечно. Вот, например, я знаю, что, когда он смотрит на чью-то грудь, значит он хочет сиську, – охренеть, товарищи. – Ну, молоко в смысле. Он его очень любит. Феденька, вот тут как раз есть молочко. Давай откроем и попьем, – ну все, пиздец тебе, Елизавета Евгеньевна. Ходить тебе с битой жопой. И ведь берет, и открывает упаковку. Вставляет туда трубочку и подносит к моему рту. – Пей, не стесняйся. Умничка. С машинкой хочешь поиграть? – не дождавшись от меня никаких кивков головы, она как ни в чем не бывало достает машинку и вкладывает мне ее в руки. – Бип-бип. Поиграй, Феденька, – моей терпелки хватает на секунд десять, дальше я беру машинку и хреначу ей по лбу Е. Банько.

– Ты бы лучше не давала ему ничего в руки, а то и тебе лоб расшибет.

– Да нет, он так играется, – стягиваю гондон с башки, на что Лиза возвращает его обратно. Ой, с огнем играешь, актриса погорелого театра.

– Как насчет встретиться на следующих выходных? – с кулаком ты моим раньше встретишься, полудурок.

– А давай. Я давно хотела сходить в цирк, – свожу я тебя в цирк обязательно. На первый ряд, будешь заигрывать с тиграми и дергать их за усы. – А потом можно ко мне, – а вот это уже забавно. – Бабушка только в конце сентября вернется.

– А этот через неделю в Лобок вернется?

– Ну вот, как узнаем имя врача у Вениамина, так сразу.

Придуривается Лиза знатно, но самое удивительное, что не забывает о деле. Уже через полчаса мы оказываемся в реанимации. Я, к счастью, без гондона на голове. Смотря на этого доходягу Вениамина, я и без его слов и досмотра вещей понимаю, что флешки у него нет. Не того поля ягода. Если бывшая Вити имела связи, некогда трахаясь с высокопоставленными людьми, то этот, почти что труп, точно не имеет. Красть флешку ему просто бессмысленно.

– Вениамин, а когда вы последний раз видели Виктора? – начинай не начинай издалека, хорошая девочка Лиза, это все бессмысленно. И от осознания, что придется подсовывать ее Кроту, на душе становится тошно.

– Так у вас на даче. Потом только по телефону. Случилось с ним что-то, да? Это все из-за флешки.

– Так вы знаете про нее?! – удивленно произносит Лиза, в очередной раз поправляя за ухо выбивающуюся прядь волос.

– Конечно, знаю. Мне Витя, как только ее позаимствовал, сразу рассказал. Он собирался ее продать через Катьку, его бывшую, а мне помочь с донорской почкой. Но не сложилось. Он мне потом позвонил, после того как пил у вас на даче и сказал, что флешки нет. Он на вашу подругу Люсю сначала и подумал. Только, мне кажется, что он по пьяни потерял, дурья башка. Никто у него ее не крал, – что и требовалось доказать. – Его порешил тот, у кого он украл флешку?

– Мы не знаем, Виктор пропал, – и все-таки брешет Лиза на ура. Сможет ли она запудрить мозги Кроту и выйти от него живой и без последствий? Да черт ее знает.

– А как связаться с бывшей Вити, не в курсе? – несмотря на просьбу Лизы молчать, все же не выдерживаю. На мой вопрос доходяга лишь качает головой. – Соседка сказала, что вы очень торопились с вещами, куда?

– Так дочка у меня родила. На автобус спешил. Но не срослось.

Смотреть на стенания помирающего мужика, более нет никакого желания. Тяну Лизу за руку, но она всячески сопротивляется.

– Я еще не все спросила.

– Оставь его в покое. У него нет флешки и он не убивал Витю.

– Он может врать. Уж слишком он спокойно отнесся к тому, что Витю цитата «кто-то порешил». Странно это.

– Ничего странного, человек с еще действующими мозгами прекрасно осознает, что ему грозит за кражу такой вещи. Смерть – закономерный исход для такого, как Витя. Пойдем, – тяну ее за руку и иду к лифту.

Вижу, как в нашу сторону направляется докторишка и вместо удара в нос, я поступаю как самый настоящий подросток, а именно зарываюсь пятерней в Лизины волосы и, не дав ей сориентироваться, смачно целую в губы. Сначала она пытается вырваться, но быстро расслабляется в моих руках и уже сама целует в ответ. Затаскиваю ее в кабину лифта и как только перед нами оказывается Лешенька, я отлепляю от себя Лизу. И все-таки не чужда для Банько растерянность. Она впервые не знает, что сказать, равно как и докторишка. Испытываю самый настоящий кайф, когда двери лифта закрываются. Хорошо хоть хватило ума, не показать средний палец Лизиному соседушке.

– Ну и скотина же ты, Федя, – наконец не выдерживает Лиза.

– Приятно познакомиться, Элизабет Евгеньевна. Скажи спасибо, что нос ему оставил целым.

Желание отбивать ей задницу исчезло само собой, стоило только сесть в авто и осознать, как все хреново. Сейчас мне абсолютно все равно кто грохнул Витю. Его убийца и потерянная флешка абсолютно разные истории. Теперь я в этом уверен. Обронить этот полудурок ее мог в абсолютно любом месте. Дачу прошерстили всю неоднократно. Причем разные люди.

– Теперь мне надо будет подружиться с этим Кротовым? – вдруг нарушает молчание Лиза, как только мы подъезжаем к вынужденному дому. Подружиться. Ну, ну.

– Его не будет интересовать дружба с тобой. Не обманывай себя.

– Но ведь я же могу играть с этим мужчиной? Или он… очень плохой и сразу меня раскусит?

– С ним только и нужно что играть. Давай не будем сейчас об этом.

– А когда мы будем об этом? Не надо откладывать то, что нужно начать сейчас. Я хочу жить как раньше. Ходить на учебу, вернуться к себе домой. Не бояться за бабушку. Я хоть и трусиха, но откладывать неизбежное не хочу.

Хорошая храбрая девочка Лиза.

– Выходи, Лиз. Потоп поговорим.

– А ты куда?

– По делам.

***

Дела у Федора длятся нескончаемое количество времени. На четвертый день его отсутствия я окончательно сникла. Где он вообще ночует? А вдруг с ним что-то случилось? Василий же упорно отшучивается «скоро приедет твой прынц». И действительно, приехал вечером. Обиднее всего, что он даже не зашел поздороваться.

Не знаю, что со мной творится, но я не выдерживаю и направляюсь в его спальню. Сама не понимаю, чего хочу. Секса? Нет, не готова я к этому. Но увидеть Федора очень хочу. Так сильно, что кончики пальцев жгут. Тихо стучу в его дверь, но мне никто не открывает. Поборов в себе страх, я открываю дверь и прохожу внутрь.

Судя по звуку льющейся воды, он в ванной. Я присаживаюсь на край кровати и принимаюсь его ждать. И только, когда вода в ванной выключается, я вскакиваю с кровати и вылетаю из спальни пулей. Не готова к интиму, ну так и нечего дразнить взрослого мужика. Дура!

Залетаю к себе в комнату и юркаю в постель, накрываясь одеялом с головой. Лежу по ощущениям минут двадцать, пытаясь считать несуществующих овец. И считаю, ровно до тех пор, пока не слышу звук открываемой двери. Зажмуриваю сильнее глаза. Чувствую, как проседает матрас на кровати. Мне не нужно открывать глаза, чтобы понять, кто здесь сидит. Этот запах я уже выучила наизусть.

Чувствую, как Неповторимый тянет одеяло вниз. Пытаюсь дышать и никак не демонстрировать, что не сплю. Он проводит пальцами по моей щеке, спускается вниз к шее и… резко одергивает ладонь. А затем встает с кровати и направляется к двери. Дежавю…

Я просыпаюсь ровно в шесть утра. За окном темно из-за дождя, но спать мне больше не хочется. Направляюсь в ванную, принимаю прохладный душ и возвращаюсь в спальню. Теперь на краю уже моей кровати сидит Федор.

– Привет, – чуть хрипло шепчет он, хлопая по кровати. Ничего не отвечаю, молча сажусь рядом. Он тут же протягивает мне паспорт. – На время ты теперь Яровая Елизавета Федоровна. Лиза – потому что так тебе будет проще. Через пару часов мы уезжаем. На месте все расскажу подробнее.

– Мы далеко уезжаем?

– Нет, – резко встает с кровати и останавливается у самой двери. – Там коробка на стуле, воспользуйся ее содержимым. С сегодняшнего дня это в обязательном порядке. И да, когда в следующий раз зайдёшь ко мне в спальню, будь готова выйти оттуда только после того, как я разрешу.

То же мне, разрешатель. Как только прознал, что я к нему приходила? Открываю крышку и застываю, смотря на содержимое коробки, доверху заполненное бюстгальтерами…