Генеральный дьявол

Глава 09

Кайсаров не появляется через час, не появляется через два. Злюсь, потому что в подвешенном состоянии находиться ненавижу.

Сдаюсь и иду в душ, чтобы смыть с себя последствия вчерашней ночи. Жаль из мозга их теперь не удалить. Кайсаров стал моим первым мужчиной.

Я не хотела его! Не хотела!

В ванной нахожу еще один чистый халат, который натягиваю на плечи. Кот все время крутится вокруг меня, не отлипает. Пока я как загнанный зверь меряю шагами большую гостиную, он следует за мной след в след. Стоит сесть, забирается на колени.

— Если меня отсюда выпустят, могу взять тебя с собой. У меня не такие хоромы, конечно, зато уютно.

Ключ в замке поворачивается и я вскакиваю на ноги. Жму к себе костлявого пушистика, дрожу.

Кайсаров заведен, я это чувствую. Он словно наэлектризованный электрический столб, тронь и точно долбанет. Оценивающе смотрит на меня с котом на руках, цокает:

— Ты себе плохую компанию выбрал, кошак. Не советовал бы связываться.

Мужчина проходит мимо меня в кухню. Растерянно следую за ним, спуская кота с рук.

Кайсаров наливает себе стакан воды, выпивает полностью. В свободной руке у него зажата папка.

— Мне нужно позвонить сестре, она волнуется, — сажусь тихонько за стол. Ладони взмокли и я незаметно вытираю их о халат на коленях.

Кайсаров меня игнорирует.

— Полюбуйся во сколько ты мне обошлась, — на стол передо мной летит веер документов с многомиллионными убытками компании.

Я вижу цифры и холодею от них. Хочется проорать в который раз, что это не моя вина, но Кайсаров не услышит. Он все решил. И я просто молчу, склонив голову и ожидая своей участи. Ненавижу его и боюсь.

— Получишь от десяти лет, Майя.

Вот и все? Моей жизни конец? Тело окатывает удушливой волной ужаса, я не заслужила.

Кайсаров долго молчит, а потом равнодушно роняет:

— Но ты можешь выбрать. Есть еще золотая клетка, Майя, моя клетка. Десять лет в роли послушной куклы без права голоса. Жены.

— Жены? — мне кажется я ослышалась. Он не может предлагать такое.

— Да.

Жены… Это значит, что между нами будут отношения, Кайсаров точно не откажется. Десять лет вместе с ним.

Семья?

Боже… это не невозможно.

Тюрьма или семья с ним на десять лет?

— Тогда у меня будет одно условие, — шепчу дрожащим голосом. Мне кажется я заключаю сделку с самим дьяволом.

— Ты не можешь ставить мне условия.

— Могу! Или я выберу тюрьму.

— И какое? — он оборачивается, в глазах вспыхивает любопытство.

— У нас не будет детей. Никогда.

Я никогда не подарю этому монстру ребенка! Просто не смогу. Да он и не заслуживает.

Какой из него отец, если он мужем нормальным никогда не станет?

Для Кайсарова все упирается в деньги и товарно — денежные отношения.

Может в книге Инги было намного больше правды, чем я думаю. Кто знает, может такой сукой она стала после жизни с ним в течение нескольких лет?

— Меня не интересуют дети, — отвечает равнодушно.

— Вас и отношения нормальные не интересовали, насколько я помню.

— И сейчас не интересуют. Ты нужна исключительно чтобы полировать до блеска мой имидж. Твой старый хозяин его подпортил. А ты будешь расплачиваться.

— Только имидж?

Кайсаров обходит стол и становится за моей спиной. Руки по-хозяйски опускаются на мои плечи, обнимают. Его щека вплотную к моей, губы чиркают по коже:

— Не надейся, Майя. Отрабатывать будешь и в постели тоже. Мне понравилось с тобой, — он поднимает меня со стула и усаживает на край стола. Пальцы ладони забираются в вырез моего халата и касаются груди, — ненавидишь меня? Вижу, что ненавидишь… Я тебя тоже, кстати, — Кайсаров нажимает ладонью мне на грудь, заставляя распластаться по столешнице, разворачивает халат и рассматривает меня, — думаю вместе нам будет интересно.

— Вы псих!

— А ты двуличная сука, — его губы дергает блудливая ухмылка, — у нас точно получится.

Я шумно сглатываю, прикусывая губу. С ним бесполезно разговаривать. Упертый, эгоистичный, бесчувственный!

— Ты такая неискушенная, — в его голосе сквозит удивление, — тебе же двадцать шесть Маяй, почему?

— Не ваше дело, — отворачиваюсь, чтобы не смотреть как он начинает ласкать мои соски пальцами. Нежно кружит по ним подушечками, оттягивает.

— Будешь выкать мужику, который тебя трахает? — наклоняется ко мне и фиксирует лицо ладонью, целует жадно.

— Я не хочу, — шумно выдыхаю ему в губы. Ладони, ласкающие мое тело, хочется сбросить с себя. Я не хочу чувствовать возбуждение, которое постепенно разгорается где-то внизу. У нас все по шантажу, без эмоций. Мне не нужно это…

— Захочешь, обязательно, — обещает горячим шепотом мне в ушко, — и будешь просить еще и еще. Я тебя заставлю, — зубы прихватывают нежную кожу, вызывая волну дрожи.

Упираюсь в его пиджак ладонями, оттопыренная ширинка царапает нежную кожу моих бедер. Кайсаров сгребает меня под себя и лапает. Пошло, с нажимом, как ему нравится.

А я задыхаюсь от этого всего.

— Перенесем на завтра, — он с сожалением отклоняется, нажимает ладонью на ширинку, — я хочу полноценный секс, а не смотреть как ты корчишься.

Запахиваю халат и быстро спрыгиваю со стола. Завязываю пояс поплотнее. Кайсаров сволочь развратная! Что он вытворяет?

— Я в душ, — вынимает из кармана телефон и кладет на стол, — позвони сестре.

— А мой?

— У Адама.

— И что будет, если вы ничего не найдете? — говорю с вызовом.

— Мы уже нашли. В телефоне восстановлена переписка, где ты договаривалась о цене. Не продешевила, молодец. В сумочке флешка со скрытой папкой. Неужели ты всерьез думала, что Сергей ее не увидит?

— Не может этого быть.

— Майя, кончай. Это уже раздражает, серьезно.