Жажда

Глава 13

Я допустила чудовищную ошибку. Могла вырваться из плена. Выскользнуть из ловушки. Должна была действовать быстрее. Вонзить заколку в руку Захара. В широченную грудь. Да хоть куда-нибудь. Только не промазать так глупо.

Единственная попытка провалилась. И я готова выть от отчаяния. Теперь точно никакого побега не светит. Мне отсюда не вырваться. А ещё я умудрилась до жути разозлить одного из самых опасных парней университета.

Он меня размажет. На куски порвёт. Я предала его, потом пыталась ранить. Хуже расклад не придумать. От осознания надвигающейся расправы тело сковывает холод.

- Пожалуйста, я...

Не успеваю ничего сказать.

Захар обхватывает мои лодыжки и дергает так, что я заваливаюсь на спину, мигом проезжаюсь по постели, издавая сдавленный всхлип. Впечатление, будто он готов мне ноги выдернуть. Силу не сдерживает.

- Захар, прошу тебя, - бормочу и вскрикиваю: - Захар!

На секунду кажется, я смогу его остановить. Монстр услышит своё имя и снова станет человеком. Но нет. От моего голоса он только звереет. Чуть кости мне не выламывает. Грубо расталкивает бёдра в разные стороны, наваливается сверху, вдавливая в постель. Раздирает мои штаны между ног.

Треск плотной ткани оглушает. Взрывает мое сознание.

Захар и меня так разорвёт. Вобьет свой гигантский орган до упора. Заставит корчиться от боли, проведёт через реальный ад.

С ним и при его хорошем настроении страшно общаться, а теперь и вовсе ужас берет.

Боже. Какой идиоткой я была пару минут назад, когда считала, что могу управлять этим больным на всю голову отморозком.

- Захар, - повторяю его имя как заклинание. - Захар.

Огромный член упирается в меня. Твёрдый. До одури разгоряченный. От такой опасной близости дрожь пробегает по ногам, жидкий лёд струится от бёдер к икрам, судороги выкручивают мышцы. Сердце даёт перебой.

Захар не тратит время, чтобы раздеть меня полностью. Обнажает лишь там, где нужно вонзиться внутрь.

Он застывает только для того, чтобы я прочувствовала его ужасный орган. Длинный. Толстый. Закостеневший от дикой похоти. Прижимается плотнее, давая четко ощутить угрожающую пульсацию. Каждая вена напряжена. Вздута. Жар чужой плоти испепеляет меня. И это только начало.

Что дальше? Боюсь думать.

Я истеку кровью. Я умру под ним. У него вообще были прежде невинные девушки? Хоть одна из них выжила после близости? Нет, нет, нет.

С губ готова сорваться униженная мольба. Но я останавливаю себя. Глупо просить. О чем? Он не слышит. Ему наплевать. Этот псих не тормознёт.

Я обмякаю. Пробую приготовиться к неизбежности. Пальцы, прежде сжимающие футболку парня, вдруг разжимаются. Мои руки безвольно опускаются на постель. Мышцы живота болезненно сокращаются.

Захар не двигается. Смотрит в мои глаза. Не мигает. Прошивает тяжелым взглядом насквозь. Вспарывает по живому.

Чего он ждёт? Почему медлит?

Давай. Бери своё. Насилуй.

Ну давай же. Хватит тянуть.

- Сука, - выдыхает он. - Какая же ты сука.

Склоняется и прихватывает зубами кожу на скуле. Проходится языком по следам от укуса. Снова сдавливает. Покрывает мое лицо этими животными поцелуями. Точно хочет сожрать.

Постоянно отстраняется. Смотрит на меня. Проверяет? Но что? В глазах его горит голод. Жажда. Пугающая. Неудержимая.

- Сука, - повторяет, но уже другим тоном, как будто без злобы. - Тупая сука. Лживая. Мелкая. Стерва.

Я пытаюсь запротестовать, а парень затыкает мой рот поцелуем, от которого я захлебываюсь. Его язык врывается внутрь, жадно вылизывает мои десна и нёбо, проходится так яростно и неистово, что трепет отдаётся в каждом позвонке. Я издаю безумный стон и прогибаюсь. Сама не осознаю, что вытворяю под этим бешеным напором.

- Тварь, - рык Захара раздирает мое горло, парень отстраняется и продолжает бросать оскорбления. - Дрянь. Как же ты меня раздражаешь. Бесишь. Гребаная идиотка. Когда ты врубишь свою башку? Безмозглая мышь.

И опять он закрывает мне рот. Как кляпом запечатывает. Втягивает мои губы, захватывает язык. Полностью подавляет. И не прерывая варварский поцелуй, вытворяет невообразимые вещи с моим телом. Забирается под кофту, сдвигает бюстгальтер, накрывает грудь ладонями. Поглаживает настолько нежно, что мурашки расползаются по всему телу. Кожа вмиг становится гусиной, обретает пугающую чувствительность.

Его прикосновения оставляют ожоги. Глубоко внутри. Он сам как чистый огонь. Сжигает дотла, обращает в пепел, отнимая всякую надежду на спасение. Горячий. Дикий. Бесстыжий. Он двигает бёдрами, трется вздыбленным членом о мой живот настолько нагло и разнузданно, что тягучие судороги пробегают по мне как высоковольтные разряды.

- Дешевая шлюха, - прикусывает мою нижнюю губу зубами, впивается в мое лицо мрачным взглядом. - Подстилка.

- Что ты несёшь? - шиплю и пробую расцарапать его омерзительно красивую физиономию. - Придурок. Больной урод.

Захар смеётся. Хохочет так, что жилы стынут от ужаса. Он вдавливает мои запястья в кровать. Обрушивается на меня, покрывает алчными поцелуями. Продолжает перемежать их грязными ругательствами.

Я даже не все слова понимаю. Никогда такой кошмарной речи не слышала. Разбираю лишь малую часть этих чудовищных выражений.

Мой страх растворяется. Я больше не чувствую гнев от Захара. Не замечаю ни злобы, ни ярости. Мерзкие фразы так не сочетаются с действиями. С тем, как парень прикасается ко мне, как смотрит, да с самим тоном его голоса идут в разрез.

Я растекаюсь под ним. Под этими колючими поцелуями, под острыми ласками. Под натиском ядовитой страсти.

Захар избавляет меня от одежды. Клеймит губами шею, грудь, живот. Когда он втягивает в рот мои соски, я взвизгиваю и прогибаюсь. Сперва от неожиданности, после от того, что к такому нельзя привыкнуть. Его зубы царапают кожу, вызывая волны холодной дрожи, окатывая кипятком.

- Что ты делаешь? - вцепляюсь в его волосы и пробую оттянуть от себя в сторону. - Что?

Он нависает надо мной. И я понимаю, что сошла с ума. Даже в темноте могу различить языки зелёного пламени в его глазах.

Мираж вспыхивает и гаснет.

- Хочу тебя, - хрипло говорит парень.

И снова ураганом налетает. Зацеловывает. Срывает последние клочки белья. Каждым касанием кровь сворачивает. Делает мое тело реально покорным и податливым.

Он старше меня. Опытнее. Он многое умеет.

Он... и правда до одури хочет меня. Нет. Это гораздо острее. Мощнее. Опаснее. Губительнее. Жажда. Неутолимая.

Я вдруг понимаю, что ни один парень не хотел меня так сильно. Или я не знала? Просто не замечала? Нет. Такое нельзя пропустить мимо. Желание настолько безумное и бурное, что ощущается физически, накаляет пространство вокруг.

И это меня заражает. Как вирус. Как болезнь. Это передаётся мне, потому что мы слишком близко сейчас. Слишком тесно. Связаны. Переплетены. Иначе я не могу объяснить свою реакцию.

Глазам больно. Между ног мокро. А в груди так сдавливает все, что я едва способна сделать вдох.

Никто не будет хотеть меня так. Никогда.

Я знаю. Чувствую.

Только он.

- Захар, - роняю шепотом.

Это знак.

Парень толкается вперёд. Входит единственным рывком. Растягивает мощным порывистым движением.

Боль опаляет живот и бёдра. Режет, полосует стальными лезвиями. Мне даже вскрикнуть не удаётся. Вопль забивается в груди. Замираю в ужасе от того, что сделала.

Я позволила ему. Я сама отдалась. Чужому. Нелюбимому. У него нет никаких чувств ко мне. Лишь грязная похоть. Жажда свежего тела.

Слёзы градом льются по лицу. Немые. Горькие. Жгучие. Соленые ручьи опаляют заледеневшую кожу.

- Мышь, - шепчет Захар и целует меня, прижимается губами к одной щеке, потом к другой. - Малыш.

Больно. До жути больно.

Весь живот распирает от огромного члена. Такой твёрдый, пульсирующий, горячий. Мне кажется, он вонзился внутрь до рёбер. А может и выше. До сердца.

Я перестаю ощущать собственный пульс. Ловлю только чужой.

- Тише, - говорит Захар и опять покрывает мое лицо поцелуями, собирает слёзы, заставляя мелко дрожать. - Тише, маленькая моя.

Я обезумела. Как я могла пойти на такое по доброй воле?

Его тело такое сильное и крупное. Везде. Я пропитываюсь терпким мужским запахом, жгучим потом. И я не чувствую ни капли отвращения. Совсем.

Сжимаю пальцами широкие плечи. Впиваюсь ногтями.

- Только не двигайся, - бормочу. - Иначе я умру.

- Не буду, - прижимается губами к моим губам, медленно проводит языком, а потом прикусывает. - Пока ты не привыкнешь.

- Я не привыкну, - всхлипываю.

И быстро понимаю, что ошибаюсь. То ли срабатывает его звериная ласка, то ли я реально привыкаю к вторжению раскалённой плоти. Но боль постепенно затихает.

Пульсация усиливается. Распирание нарастает.

А я выгибаюсь, будто повинуюсь безусловному рефлексу. Прихожу в дикое смущение от своего поведения. Застываю.

- Это же все? - бормочу. - Все на сегодня?

- Мы только начали, - его голос звучит непривычно, ещё более хрипло чем обычно, трудно разобрать слова. - Ночь впереди.

Захар проводит ладонью по моему животу. Ниже. До самой чувствительной точки. Надавливает, принуждая дернуться. Бьет током.

Я вскрикиваю. Поражённо смотрю на парня.

- Что ты...

- Ты кончишь и станет легче, - говорит он.

Нет. Не станет. Это бред. О чем он вообще? Я...

Я кричу в голос. А Захар закрывает мой рот своими губами. Выпивает истошные вопли и ни на миг не прекращает трогать меня там, где все охватывает одержимое пламя.

Я не понимаю, откуда он настолько хорошо знает мое тело, как умудряется касаться так порочно, погружать в омут греха. Внутри зарождается буря, закручивается тугими кольцами. Мышцы сокращаются вокруг огромного органа, который растягивает меня.

Мои ноги подрагивают. Пальцы сильнее впиваются в мощные плечи, сдавливают рельефные мускулы.

Взрываюсь за секунду. Разлетаюсь на осколки.

Я перестаю видеть. Слышать. Даже ощущать. Или я чувствую слишком много? Не могу это контролировать.

Сокрушительная стихия раскатывает меня. Размазывает между упругим матрасом и горячим мускулистым телом. Разламывает на фрагменты.

Я захожусь в исступлении. Растворяюсь. Расплываюсь. Прекращаю существовать. И оживаю опять.

- Что ты со мной сделал? - спрашиваю прерывисто. - Что ты натворил?

- Это твой первый раз, - скалится Захар. - И твой первый оргазм.

Он начинает двигаться. Размеренно. Осторожно. Давая привыкнуть к этому странному ритму. А мои бёдра дергаются в ответ, отвечают на толчки.

- Вкусная, - заявляет Захар, опять терзает губы, проходится ладонями по спине, обхватывает мои ягодницы и прижимается плотнее, насаживает меня на свой гигантский член. - Везде вкусная.

Я только жадно глотаю ртом воздух. Когда могу.

А он овладевает мною. Заполняет до предела. Сталкивает в темную бездну. Увлекает далеко за грань. Движется резче. Жёстче. Застывает и замедляется. Опять дарит паузу. Позволяет перевести дыхание.

- Как же круто трахать тебя, - рычит, покусывая мою шею. - Такая узкая. Тугая. Горячая. Ты сделана под мой член. Ну и зачем было так затягивать?

- Не могу, - дергаюсь. - Я не могу.

- Что? - моментально прекращает толчки.

- Горячо, - не знаю как пояснить. - Печёт. Очень печёт. Хватит, прошу тебя. Я не могу. Я больше не вынесу. Я... хватит. Не надо.

- Тебе больно?

- Я не знаю.

Путаюсь в собственных ощущениях. Ничего не понимаю. Противоречия раздирают на части.

Мои мышцы рефлекторно сокращают, обтягивая огромный член.

Я закусываю губу.

Захар рычит, глаз с меня не сводит, подаётся назад, позволяет соскользнуть с пульсирующего органа. Кончает на мой живот, заляпывает горячей спермой, окончательно помечает завоёванную территорию.

Он ощупывает меня пальцами. Там, где я сама себя никогда не трогала.

Судорожно вздрагиваю.

- Зачем ты? Зачем...

- Болит? - обрывает он.

- Уже нет.

Пробую приподняться и случайно задеваю его бедром.

- Ой, ты что, - бормочу приглушенно. - Ты опять? Так быстро?

Невозможно. Он не может возбудиться после настолько короткой паузы. Он достиг разрядки совсем недавно. Конечно, у меня нет опыта. Но разве это нормально?

- Я не трахался целую вечность.

Захар впивается губами в мое плечо. Проходится по ключицам. Покрывает поцелуями горло.

- Я дико голоден.

- Ты же сейчас, - сглатываю. – Ну ты… только что.

- А это разве трах? - накрывает мое лоно ладонью, поглаживает и сдавливает, выбивает воздух из легких. - Не дергайся. Тут не трону. Я найду другой способ развлечься.