Жажда

Глава 19

Седьмой день не приносит ничего нового в установившийся распорядок. Завтрак. Зарядка. Обед. Попытка вспомнить по памяти несколько стихов, чтобы совсем не отупеть и не позволить разуму закостенеть. Ужин. Поход в душ.

Охранник запирает за моей спиной тяжелую деревянную дверь. Я прохожу вперед, стягиваю одежду, укладываю на лавку. Оглядываюсь, но не замечаю никого вокруг. Комната рассчитана на десять человек, именно столько здесь душевых, правда нет ни единой перегородки. Я стараюсь поскорее справиться с купанием.

Ступаю на пол босыми ногами, открываю кран и вздрагиваю всем телом. В начале всегда так. Жутко холодно.

Я хватаю мыло, остервенело им натираюсь. Отстраненно отмечаю, что отметины на коже бледнеют. Их не так много, но при взгляде на каждую прошибает острая дрожь.

И опять внутри разливается жар.

Я четко ощущаю прикосновения Захара. Все так, будто это происходит прямо тут и сейчас. Его пальцы на моих плечах, накрывают грудь, сдавливают соски, скользят по животу, помечают каждую клетку моего тела огненным клеймом.

Какой там к черту кулон?

Он пометил меня совсем иначе. Гораздо хуже и безнадежнее. Выжег свои инициалы внутри. Под кожей. Выбил их на костях, вырезал так глубоко, что я от этого теперь никогда не избавлюсь.

Лампа мигает.

Я мотаю головой, пробую избавиться от навязчивых образов в голове. Пошатываюсь и упираюсь ладонями о каменную стену, царапаю серую кладку камней ногтями.

Мое тело так странно реагирует. Вода раскаленная. Или это игра воображения? Горит кожа. Пылает плоть.

А может, душ починили?

Затылок жжет. Такое чувство, точно кто-то смотрит на меня, останавливается позади и буравит взглядом, проходится от макушки до пят.

Я запрокидываю голову назад, подставляю лицо под упругие струи, поправляю влажные волосы.

Нет, все-таки вода ледяная. Наваждение исчезает. И я понимаю, что по дурости намочила голову.

Интересно, охранник принесет фен? Даже если принесет, подключить его там некуда. Не помню, чтобы в камере была розетка.

Лампа гаснет, заставляя меня задержать дыхание.

- Кто здесь?

Я оборачиваюсь, но ничего не способна различить в кромешной темноте. Шум воды сливается с гулким боем пульса в ушах.

Охранники не стали бы за мной подсматривать. Да? Надеюсь. А как насчет мажоров? Как насчет тех долбанутых магистров в масках?

Университет кишит психами.

Я пытаюсь закрыть воду, но не могу нащупать кран. Шарю ладонями по стене в безуспешных попытках отыскать стальную ручку. Поворачиваюсь – и свет снова зажигается. Я затравленно смотрю назад, окидываю взглядом всю комнату.

Пусто. Ничего необычного.

Я выдыхаю с облегчением. Показалось. Накрутила себя на ровном месте. Надо скорее смыть мыльную пену и убираться отсюда. В камере безопаснее.

Снова встаю под струи, растираю заледеневшее тело.

И меня опять окатывает жаром. Жгучая волна обрушивается на плечи, растекается вдоль позвоночника, опускается вниз по бедрам, заставляет мышцы судорожно сокращаться.

Лампа опять мигает. Рвано, лихорадочно. Тревога захлестывает меня с головой. Бесконтрольная, подавляющая. Я плохо отдаю себе отчет в происходящем.

Комната погружается во тьму.

Я резко оборачиваюсь, отступаю назад и вжимаюсь в стену. Верчу проклятый кран, чтобы закрыть воду и различить посторонние звуки, если они есть, но механизм ломается, струи продолжают литься градом.

Черт. Черт. Черт.

Я готова поклясться, что слышу чужие шаги. Тяжелые, мощные, хищные. Они все ближе. Или это просто гулкие удары моего пульса? Бешеные толчки крови?

Свет зажигается так резко, как и пропал. Бьет по глазам, вынуждая зажмуриться. А после я четко вижу стремительно надвигающуюся фигуру. Огромную. Мрачную. Заслоняющую собой все пространство вокруг. Выбивающую воздух из легких.

- Скучала по мне? – хриплый голос обвивается вокруг горла колючей петлей, вызывает внутри ураган цепенящей дрожи.

- Захар, - единственное, что мне удается вымолвить и то с огромным трудом, ведь зубы отбивают барабанную дробь.

- Да, - усмехается парень и стягивает футболку через голову. – А кого ты ждала?

Моя кровь стынет, превращается в ледяное стекло, но стоит лишь горячим пальцам дотронуться до меня, скользнуть по плечам, как все в момент разбивается, ранит острыми осколками изнутри.

Я с шумом втягиваю воздух, а выдохнуть не могу. Даже моргнуть не удается. Я не способна разобраться с тем, что чувствую.

Мне страшно? Плохо? Или… до безумия хорошо?

Внутри порхают стальные бабочки. Их крылья остро заточены. Но боли не причиняют. Дразнят. Щекочут.

Я замечаю повязки на мускулистом теле Захара. Невольно провожу по одной из них ладонью, едва касаюсь.

- Я скучал, мышь, - говорит парень.

Он отводит мою руку в сторону, подхватывает меня под попу и прижимает к себе, устраивается между моими широко раздвинутыми ногами.

- Скучал и воображал новую встречу, - лениво тянет слова, хищно прищуривается и горящим взглядом вгрызается в мои глаза. – Романтично, да? Спал и видел, как буду трахать тебя. Заставлю орать до хрипоты. Выдеру свою маленькую лживую сучку.

- Я не…

Не твоя. Слышишь, придурок? Не твоя!

Хочу заорать. Завопить. Но его губы так жадно накрывают мой рот, что я забываю все те слова, которые собиралась произнести.

Он животное.

Огромное. Злое. Голодное.

Красивая внешность только оболочка. Эффектная иллюзия. Жуткий обман. Под привлекательной маской скрывается дикий и бешеный зверь. И может, за ним интересно наблюдать, восхищаться силой и мощью, хищной грацией, следить за каждым движением, затаив дыхание. Но… только когда он за решеткой, скован цепями, а не свободно расхаживает перед тобой, оскаливается и припечатывает тяжелым взглядом. Темная аура завораживает так, что нереально отвести глаза. Смотришь в бездну и пропадаешь навсегда. Летишь в пропасть, а острые зубы дразнят голую кожу, угрожающе проходятся по горлу, четко показывая, где твое место и кто здесь главный.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

- Захар, - обращаюсь к нему по имени, будто и правда надеюсь остановить, впиваюсь ногтями в широкие плечи, до крови вонзаюсь и пробую оттолкнуть. – Захар!

- Да, сучка?

Он издевательски выгибает бровь. Не сдвигается даже на миллиметр. Не ослабляет жесткую хватку.

Урод. Больной урод. Мерзкий. Извращенный. Этот парень уверен, что полностью владеет мною, а значит, может вытворять любые гадости, выражаться ужасными словами.

Ненавижу его. Ублюдок.

- Я не сучка, - бросаю раздраженно. – Хватит меня обзывать. Неужели ты не можешь выражаться нормально?

Он смотрит на меня. Долго и пристально. Краем сознания понимаю, что парень мог бы взять желаемое. В любой момент. Смысл ждать? Надавить и ворваться внутрь, овладеть моим телом. Зачем медлить?

Я чувствую его возбуждение. Одержимый жар исходит от бугрящихся мускулов, в момент изгоняет холод. Мое тело пылает в громадных руках, будто и нет камня за спиной, нет ледяных струй, льющихся из душа, ничего вокруг нет. Только он. И его гремучая похоть. Ядовитая. Токсическая. Отравляющая каждую клетку, достающая до самого нутра.

Захар выжидает, как будто забавляется, играется со своей добычей. Ему скучно сожрать сразу. Он распаляет аппетит.

- Сучка, - говорит парень, выделяя каждый звук, склоняется и проводит языком по моим губам, чуть прикусывает нижнюю и оттягивает на себя, а потом отстраняется и продолжает сыпать мерзостями. – Маленькая грязная сучка, которая захлебнется от криков, когда я начну трахать по-настоящему.

- Нет!

Залепляю ему пощечину, врезаю по щетинистой щеке настолько сильно, что мою ладонь жжет, опаляет болью.

- Я не грязная и не…

Захар перехватывает мое запястье зубами. Абсолютно звериным жестом. Двигается так, точно набрасывается на жертву.

Я застываю. Понимаю, что он может легко и просто перегрызть мою руку. Или глотку. Прямо сейчас. Да парень и позвоночник спокойно перекусит. Создается впечатление, будто он давно жаждет меня сожрать.

По телу пробегают волны колючей дрожи. В животе скручиваются тугие пульсирующие узлы. Странное чувство буквально распирает изнутри.

Я не могу понять. Не могу объяснить. Ничего не могу, если честно.

Судорожно дергаюсь. Трепыхаюсь в железной хватке. Отчаянно вырываюсь и бормочу какие-то бессвязные фразы.

Захар кусает меня. Безжалостно впивается в кожу, а потом слизывает проступившую кровь, жадно собирает губами.

Зверь. Обезумевший. Яростный. Дорвавшийся до куска свежего мяса. Он не отпустит меня живой. Разрушит. Уничтожит. Выпотрошит, когда наскучит развлекаться, когда вдоволь позабавится.

- Грязная, - говорит парень, резко подаваясь вперед, грубо двигает бедрами, жестче вбивает меня в стену. – Ты вся растекаешься на моем члене. Такая мокрая. Горячая. Отличная шлюха из тебя получается.

Он не проникает вглубь, не врывается в мое тело своим ужасающим органом. Только показывает, как легко скользит раздутая от возбуждения плоть по моим влажным складкам.

Захар прав. Черт возьми, этот проклятый ублюдок прав. Я мокрая, причем совсем не от воды. В чем еще он прав? Я шлюха?

Меня передергивает.

- Ты мой первый и единственный парень, - бросаю с горечью. – Ты не можешь так со мной обращаться. Я не… Да сам ты грязный! Ясно? Грязный ублюдок, который судит всех по себе. Больной подонок. Если бы не ты, я бы и сейчас была девственницей. Я ничего такого не хотела и не просила. Ты сам взял. Заставил!