Жажда

Глава 22

Его пальцы отпускают мои волосы, но только чтобы надавить на скулы. Горячий и твердый член упирается в распахивающиеся губы, жаждет вломиться вглубь. Еще секунда – задеревеневший орган проскользнет по языку до самой глотки, ворвется внутрь и заполнит до предела, заставит задохнуться.

Я вижу это. С поразительной ясностью понимаю, что последует дальше. Горло уже саднит и печет. Но настоящая боль разливается в груди. Сердце сводят колючие спазмы.

Я срываюсь. Слезы градом стекают по щекам. Не кричу, не сопротивляюсь. Обмякаю в грубом захвате. Я давлюсь немыми воплями. Дрожь разливается, точно пламя, но с каждым прошедшим мгновением мое тело леденеет сильнее и безнадежнее. Ребра сдавливают железные обручи.

Нужно успокоиться. Нужно дышать.

Паника пожирает разумные мысли. Краем сознания понимаю, что Захар не остановится, не откажется от своего замысла.

Он возбужден. Хочет мой рот. Он и так ждал слишком долго.

Зверь возьмет свое. Всегда. А мне надо подчиниться, терпеть и учиться дарить удовольствие. Быть подстилкой для одного. Не самый плохой вариант, когда повсюду рыщут голодные хищники.

- Какого хрена? – рявкает Захар.

Сжимает мои плечи, вздергивает меня на ноги, встряхивает, будто куклу. Обхватывает подбородок всей пятерней, ловит затуманенный взгляд.

- Ты чего?

Не могу ответить. Не знаю. Или знаю? От этого и страшно. Жутко до одури, до трясучки.

- Д-делай, - роняю прерывисто.

- Что?

- Все, что хочешь, - судорожно выдыхаю и больше ничего не могу произнести, меня окончательно накрывает истерика.

Я не так представляла свой первый раз. И второй – тоже не так. Реальность разбивает мои хрустальные мечты, превращает идеальные картины в груду окровавленных осколков.

Он что-то сделал со мной. Сломал.

Разве можно теперь вернуться назад?

Захар ничего не говорит. Сквозь пелену слез вижу, как сильно напрягаются его челюсти, как ходуном ходят желваки под смуглой кожей. Но это меня не пугает. Поздно бояться. Слишком поздно.

Очень скоро я вообще перестаю соображать. Захлебываюсь рыданиями, захожусь в приступе истерического кашля, содрогаюсь от пронизывающего холода. Не замечаю, что происходит вокруг, напрочь выпадаю из реальности. Прижимаю крепко сжатый кулак ко рту, впиваюсь в него зубами. Пытаюсь заглушить вой, который рвется на свободу изнутри.

Я должна быть сильной. Должна бороться. Нельзя вот так растекаться. Я сумею собраться, сумею все пережить. Я найду способ вырваться из ловушки.

Вдруг становится теплее. Отмечаю перемену температуры на автомате. А еще мое положение изменяется, больше не стою на холодном полу.

Шум воды замолкает. Тьма обступает со всех сторон.

Я всхлипываю и вжимаюсь в нечто очень твердое и раскаленное. Медленно провожу ладонью, ощущаю рельефные мускулы, которые мигом напрягаются и сокращаются от моего легкого прикосновения. Канаты бугристых вен вздуваются, будто по команде.

Захар несет меня по темным коридорам. Дальше и дальше, в абсолютную неизвестность. Прижимает к своей обнаженной груди.

Он плотно обмотал меня пледом, словно в кокон обернул. Такая забота идет в разрез с его привычной жесткостью и грубостью. Но сильно обольщаться не стоит, он еще просто мною не наигрался, опасается сломать раньше времени.

Я отдергиваю пальцы, наткнувшись на его повязки. Невольно ерзаю и бедром ощущаю массивную пряжку ремня.

Парень надел брюки. Удивительно. Такой дикарь как он способен и голым расхаживать по университету.

Слезы до сих пор струятся по моим щекам. Одинокие, но от того не менее жгучие и горькие. Вытираю их тыльной стороной ладони.

Толчок – дверь распахивается.

Я опять в его комнате.

Воспринимаю все отстраненно, будто через густой морок. На меня накатывает тупое спокойствие. Наверное, если сейчас он захочет продолжить, то я смогу…

Дрожь пробирает в момент. Морозный озноб разливается под кожей, а горло сдавливают металлические тиски.

- Хватит, - резко говорит Захар и укладывает меня на свою кровать. – Я не стану тебя трахать.

Сейчас? Сегодня?

Не выходит ничего произнести вслух. Просто смотрю на парня и боюсь моргнуть, боюсь упустить миг перед броском.

Конечно, глупо считать, что пока ты наблюдаешь за зверем, он не нападет.

- Расслабься, - раздраженно бросает парень. – Дыши. Сказал же – не трону. Так какого дьявола трясешься?

Молчу, лишь сильнее кутаюсь в плед и сжимаюсь в комок. Моя рука обнажается, и Захар вгрызается взглядом в тот укус, который на мне оставил. Не притрагивается, просто смотрит, но это ощущается так, точно хищник проходится клыками по моим оголенным нервам.

+++

Я подскакиваю на постели. Затравленно озираюсь по сторонам и прихожу в ужас от того, как могла здесь уснуть, отключиться в такой важный момент.

В комнате становится гораздо светлее. Солнечные лучи пробиваются сквозь неплотно задернутую штору.

Сколько же я проспала? Почти всю ночь?

Кошмар. Растираю виски дрожащими пальцами. Я должна была оставаться начеку, а не сладко дремать в логове голодного зверя.

Как я вообще умудрилась провалиться в сон? Тут. В его кровати, где все им пахнет. Повсюду витает животный аромат. Да он сам меня им пометил и пропитал.

Захар поднялся с постели и отправился в ванную комнату. Послышался шум воды. Я ждала и вздрагивала от каждого нового звука. Затаилась, закуталась в плед и очень старалась лишний раз не дернуться, не шевельнуться, не привлечь внимание. Я чуть не чокнулась от затопившей меня тревоги.

А потом я уснула. Черт возьми, да, я просто взяла и уснула.

Захар слишком долго находился в ванной комнате. Не представляю, по какой причине, чем там можно было столько времени заниматься. Вода шумела и убаюкивала меня.

Я устала. Да, я измоталась и вырубилась. Ничего удивительного.

А теперь что будет? Парень выкрал меня из карцера? Или нас отпустили? Могу ли я вернуться на занятия? Какой сегодня день? Суббота, если я правильно посчитала. Но по выходным здесь тоже есть пары и контрольные, правда меньше, чем в обычный день.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Я в очередной раз осматриваюсь и не замечаю Захара в комнате. Не расстраиваюсь от такого поворота, однако недоумеваю, куда парень делся. Напрягаюсь, думаю, чем он может сейчас заниматься.

Ладно, чего гадать? Бьет кого-нибудь или насилует. Как и любой из отморозков в этом проклятом месте. Хотя нет, вряд ли ему приходится брать девушек силой. Тут многие будут рады стать для него парой ради защиты. Хм, кого пытаюсь обмануть? Девчонки с ума сходят по этому ублюдку. Кажется, чем хуже и жестче он себя ведет, тем сильнее привлекает их внимание.

Я решаю отправиться в душ, пока парень не вернулся. Закроюсь там на пару часов, буду торчать под струями воды до бесконечности. Может, мне удастся смыть запах хищника?

Я хочу встать, но натыкаюсь босыми ступнями на что-то странное. Очень горячее. Твердое. Упругое. И как будто живое. Пол точно приходит в движение под моими ногами. Я вскрикиваю и поджимаю колени к груди, но вокруг левой лодыжки защелкивается капкан.

- Тише, - раздается знакомый голос. – Чего разоралась?

Это не капкан. Пальцы. Длинные, сильные. Они поглаживают выпирающую косточку, неторопливо изучают мою щиколотку. Электрические импульсы пробуждают нервные спазмы в мышцах, икры сводит судорога и я взываю, болезненные ощущения переполняют изнутри.

- Почему ты здесь? – бормочу и перевожу взгляд вниз.

- Это моя комната, - скалится Захар. – Ты забыла?

- Что ты делаешь на полу?

- Хребет вправляю.

Он чокнутый. Больной. Разве в его поступках надо искать логику? Вытянулся во весь рост перед кроватью. Судя по самодовольной роже, явно выспался гораздо лучше, чем я.

Хребет вправляет. Да ему бы в медпункт сходить. Повязки совсем свежие, а кровь уже через бинты проступает.

Не важно. Наплевать. Пусть у него хоть кишки вывалятся! Почему меня должно это волновать? Захар способен сам о себе позаботиться.

«Дура, он твоя единственная защита», - эта мысль смахивает на зубную боль, тупую и ноющую, до ужаса мучительною, изматывающую.

Я должна научиться себя защищать самостоятельно. Пока плохо понимаю – как? Но должна.

- Отпусти мою ногу, - говорю, не надеясь на результат.

Пальцы разжимаются как по команде. И это меня удивляет. Глаза Захара кажутся черными в этот момент. Видимо, свет так падает. Его взгляд как леденящая душу бездна.

Я соскальзываю с кровати, приходится применить всю ловкость, чтобы снова не наступить на громадное тело, свитое из железных мускулов. Спешу убраться подальше, поскорее влететь в душ.

- Ты опоздала на завтрак, - говорит парень. – Твоя первая лекция через час. Пропускать не стоит. Нам еще наказание отбывать.

- Наказание? – глаза невольно округляются.

- Ну конечно, - хмыкает. – Нас поймали после отбоя.

- А карцер? – оборачиваюсь.

И наблюдаю за тем, как парень лениво потягивается, запрокинув руки за голову, ни дать, ни взять – хищный зверь разминается.

- Карцер и есть наказание, - бросаю и закашливаюсь от волнения, настолько сильно в горле пересыхает. – Разве нет?

- Нет, - бросает Захар.

- И что? – с трудом двигаю языком. – Что это будет?

- Без понятия, - отвечает небрежно. – В понедельник узнаем. Бьюсь об заклад, раньше новой недели браслеты штрафников не получим.

Память услужливо подбрасывает картины прошлого испытания. Потом перед глазами возникают психованные магистры. Добивают утверждения Джокера на тему того, что нет ничего хуже, чем нарушить время отбоя.

Плед выскальзывает из моих пальцев. Это происходит совершенно случайно. Я оказываюсь перед Захаром голой.

Парень сразу поворачивается. Слышит, чует. От него не скрыться. Еще пару секунд назад играл мышцами, даже в мою сторону не смотрел. А теперь впечатывает в мое тело свой голодный взгляд.

Меня бросает в жар, а потом окатывает холодом. Цепенею на несколько бесконечно долгих секунд, а потом залетаю в ванную комнату, захлопываю дверь и вжимаюсь в поверхность спиной, начинаю дико трястись.

А вдруг он прав?

Зуб на зуб не попадает. Челюсти ходуном ходят, отстукивают барабанную дробь. Пот льет по спине градом.

Мышь. Я просто мышь. Юркнула в норку, спряталась от хищника. Но надолго ли? На сколько меня хватит?

Нельзя его бояться. Нельзя. И он же ничего не делал, просто смотрел.

- Я забыла одежду, - говорю и распахиваю дверь настежь, намереваюсь пройти к шкафу и прихватить вещи, хочу показать, что не дрожу от страха.

Но комната пуста. Захар исчез.

Я отправляюсь в душ, чувствуя некоторое облегчение. Только под горячими струями воды начинаю расслабляться. Изучаю свое тело и хмурюсь, поджимаю губы.

Колени счесаны. На бедрах и ягодицах темнеют отметины от жестких захватов. Синяки на запястьях, под грудью.

Когда он успел все это оставить?

Еще и на шее красноречиво расцветают засосы. На груди. На животе. Каждый след как живое доказательство того, что ночью я полностью погрузилась в разврат и не заметила, как позволила Захару зайти очень далеко. Пропиталась чужой похотью.

Или для него это норма? Может, он вообще сдерживался?

Я с ужасом смотрю на следы от его зубов на руке. Он бы и правда меня сожрал. Жаждал этого.

Почему я ничего не почувствовала? Боли не было. Или была, но такая слабая, что я и не поняла толком. Парень вонзил в мою руку зубы, слизывал кровь. А я ему отдалась. Безотчетно. Покорилась и сдалась, позволила делать абсолютно все.

Черт, я обезумела.

Выбираюсь из душа, долго вытираюсь полотенцем, с остервенением растираю кожу. Стараюсь не замечать ломоту в мышцах и то, как саднит и печет между ног.

Может, так и должно быть после секса? Гадко. Стыдно. Грязно. Все болит и ноет, каждая мышца натянута до предела. Тело в синяках и засосах. Может, так всегда? Мало опыта. Откуда мне знать?

- Нет, - бормочу сдавленно. – Не должно.

«Просто Захар такой, - шепчет внутренний голос. – Привыкай. Терпи. Научись принимать его натуру, иначе сломаешься окончательно».

Точно. Сломаюсь. Если приму.

Я выхожу из душа и вижу, что парень так и не вернулся. Почему-то чувствую на лодыжке горячие пальцы. Очень живо улавливаю чужое касание. Даже перевожу взгляд вниз, чтобы убедиться в ошибке. Все нормально, никто не держит.

Забавно. В детстве я так боялась монстров под кроватью, просила родителей не выключать свет, пока не заберусь в постель. Если было темно, то я мчалась как бешеная, старалась поскорее заскочить на стул или на кресло. Только бы не идти босыми ногами по полу, только бы не становиться легкой добычей для чудовищ. Наивная девочка не подозревала, что настоящие монстры не скрываются во мраке, спокойно расхаживают при свете дня и не важно, какие меры предосторожности ты соблюдаешь. Они могут схватить тебя в любой момент.