Жажда

Глава 37

Я успеваю заскочить в аудиторию за пару секунд до звонка, присаживаюсь на ближайшее свободное место, выкладываю вещи на парту. Я почти опоздала, но причина уважительная. Захар. Стоит назвать имя парня даже в мыслях, по телу пробегают разряды электрического тока, а пальцы на ногах поджимаются. Я прикрываю глаза и опять проваливаюсь в бездну.

Так нельзя. Надо очнуться и сосредоточиться на учебе. Умом все понимаю. Только ничего не получается поменять. Яркие воспоминания будоражат сознание, кожа полыхает.

Безумная ночь. И не менее безумное утро. Мы буквально не могли друг от друга отлипнуть, находились в каком-то дурмане. Душ принимали вместе, причем в последний момент. Завтрак пришлось пропустить, потому что по пути в столовую мы застряли в одном из коридоров, целовались до полного затмения разума и если бы не шумная компания студентов, промчавшаяся мимо, мы бы друг от друга не оторвались.

Я закусываю губу и улыбаюсь. Эйфория переполняет. Прозвучит дико, но сегодня даже мрачные стены «Клетки» не напрягают. Кажется, будто я вообще не здесь. В объятиях Захара. Я чувствую его жар, силу стальных мускулов. Растворяюсь в зеленых глазах. Улетаю. Млею. Отключаюсь от реальности.

Я открываю конспект, бездумно веду ручкой по бумаге, начинаю напевать веселую мелодию.

- Орлова, вы что, поете? – голос преподавателя звучит совсем близко и заставляет вздрогнуть от неожиданности. – А где ваш конспект?

- Здесь, - отвечаю и закашливаюсь, глядя на хаотичные узоры, которые я вывела в тетради вместо ключевых пунктов лекции. – Это скоропись. Новая методика.

- И что вам тут понятно?

- Я только учусь.

Преподаватель тот самый сухонький старичок в элегантном костюме с бабочкой, у которого я отбывала наказание в первый день учебы. Тогда за мной пришел Захар, парень забрал меня и затолкал в темную аудиторию, вел себя как самый настоящий подонок. Облапал, наговорил пошлостей. Но это было только начало. Дальше стало хуже. А теперь… теперь все изменилось настолько сильно, что голова идет кругом.

Я смотрю на хмурое лицо преподавателя и улыбаюсь как идиотка. Ну не выходит себя контролировать. Даже угроза очередного наказания не страшит.

- Советую проявить больше серьезности, Орлова, - холодно заявляет мужчина. – Если вы думаете, что звание лучшей студентки курса останется с вами навсегда, то очень ошибаетесь. Будет новый семестр и новый тест. Еще успеете провалиться.

О чем он сейчас? Контрольная на звание лучшего студента пока не прошла, никаких результатов нет. Или это о моей успеваемости в общем?

- Поздравляю, - говорит Карина после лекции. – Только теперь придется реально напрячься. Нельзя терять звание. Пока ты в этом статусе, никто из преподов не может тебя наказать. Ну и студенты не рискнут доставать.

- Звание? – невольно переспрашиваю. – Ты о чем?

- Лучший студент, - девушка смотрит на меня с недоумением. – Ты разве не видела результаты? Думаешь, Зануда просто так не выписал штраф? Да он бы назначил месяц отработок, ты бы всю библиотеку для него переписала.

- Подожди, но контрольной же не было.

- Все так решили, - хмыкает Карина. – А теперь вспомни воскресный тест. Многие написали его на отвали, а сейчас жалеют. Пролетели. Сегодня утром ребят ждал большой сюрприз. Объявление уже на доске.

Я спешу покинуть аудиторию, направляюсь к доске в центральном коридоре. Именно тут вывешивают результаты важных тестирований и экзаменов.

- Поздравляю, Соня, - радостно заявляет Борис и пытается взять меня за руку, но я ускользаю от парня, быстрее подбираюсь к таблицам, где красуются имена тех, кто набрал высший бал.

Ничего себе. Тут и сами работы показаны. Наверное, чтобы ни у кого не возникало сомнений в подлинности победы. Я сразу узнаю свой листок. Перевожу взгляд в сторону, чтобы прочитать имена других призеров. Второкурсника не знаю, а вот на третьем курсе побеждает некий Артем. Фамилию дочитать не успеваю, ведь меня хватают за плечо и резко разворачивают спиной к доске.

- Как намерена расплачиваться? – интересуется Джокер с издевательской ухмылкой и тянет меня подальше от толпы народа.

- Расплачиваться – за что? – закипаю от его наглости. – За то, что ты затащил меня сюда? Обманом затолкал в эту чертову психушку. Еще и друга из себя строил!

- Валяй, - кивает парень. – Будем считать, это ничья, но проигрывать я не привык. Поэтому продолжим.

- Хватит, - бросаю раздраженно и вырываюсь из его хватки. – Прекращай ломать комедию.

- Я чуть кишки не выблевал, - фыркает он. – Мне было совсем не до смеха.

- Ладно, - бросаю в тон ему. – В следующий раз дам тебе слабительное.

- Прикольная ты.

- А ты придурок.

- Эй, я победил на тесте, обошел всех третьекурсников, - замечает нарочито серьезным тоном. – Я не могу быть тупым.

- Тогда будешь самым умным придурком.

- Смирись, - говорит он и играет бровями. – Никто не может устоять перед таким обаянием. Ты даже Захару дала шанс, от меня точно не уйдешь. Я лучше. Черт, да я просто идеал.

- Это правда, что ты довел парня до суицида?

- Алисе пора укоротить язык, - мрачнеет он.

- Артем, - сглатываю. – Это правда?

- Я с ним поговорил, - следует ровный ответ. – И поверь, способы наложить на себя руки не подсказывал. Я по натуре пацифист. Выступаю за мир во всем мире.

- Ты постоянно лжешь.

- Только не тебе.

Я сжимаю кулаки, сражаясь с желанием ему врезать. Хотя вообще виноваты оба брата. Джокер затянул меня в капкан. А Захар поступал со мной как ублюдок. И странная история со Сталкером тоже не дает покоя.

Проклятье. Близится следующая пара, и хоть у меня теперь иммунитет от наказаний, я не хочу ничего пропустить.

- Я буду ждать тебя в столовой! – кричит Джокер мне в след.

А я не оборачиваюсь, но показываю ему неприличный жест.

- Ох, Соня, как не стыдно? – с притворным осуждением протягивает парень. – Ты же отличница. Лучшая студентка. Мой брат плохо на тебя влияет. Я с ним разберусь.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

+++

- Я рад, что именно студентка нашей группы получила почетное звание, - заявляет куратор. – Пусть София Орлова служит примером для всех.

Он продолжает речь, а я не могу избавиться от дурного предчувствия. Отношения с Захаром наладились, я получила иммунитет от наказаний на ближайший семестр.

В чем проблема? Откуда тревога?

Черт, я просто привыкла жить в напряжении, ведь в «Клетке» постоянно творится кошмар, теперь расслабиться тяжело. А еще скоро те проклятые игры, там точно хорошего ожидать не стоит.

- Есть и другая новость, - куратор прочищает горло. – Сегодня к нам возвращается девушка, которая была вынуждена прервать обучение по состоянию здоровья. Я надеюсь, вы все поддержите Арину и поможете ей влиться в учебный процесс.

Мужчина распахивает дверь аудитории, и через пару секунд я вижу знакомую рыжую копну волос. Мое сердце болезненно сжимается, в памяти всплывает посещение больницы.

Эта девушка прошла сквозь ад и вернулась обратно. Господи. Неужели ей не разрешили перейти в другой универ?

Воздух искрит от напряжения. Ребята вокруг разглядывают Арину. Кто-то прямо и пристально, кто-то исподтишка, короткими взглядами.

Начинается лекция, все немного отвлекаются, но на задних партах идет оживленное обсуждение. Шепот доносится и до меня.

Я закрываю глаза, морщусь, пытаясь сосредоточиться на голосе преподавателя.

- Она жива, - бормочет кто-то.

- Шрамы… ты видишь шрамы?

- Говорят, у нее все тело изуродовано, но одежда прячет эти следы. Моя подружка была в лазарете, когда привезли…

Куратор делает резкое замечание, заставляя всех замолчать.

Я не удерживаюсь и тоже смотрю на Арину. Она выглядит как раньше, смотрит исключительно на доску впереди, полностью сосредоточена на учебе. Нельзя догадаться о том, что с ней произошло. по внешнему виду.

Я поражаюсь ее внутренней силе. Чувствую себя трусихой, потому как мечтаю сбежать из «Клетки», а ведь наши истории и сравнить нельзя.

- Слушай, я узнала кое-что интересное, - заявляет Карина, подбегая ко мне по пути в столовую. – Через пару дней смогу все рассказать, жду еще некоторые подробности. В общем, я буду полезной и сделаю для тебя все, только, пожалуйста, поговори про меня с Захаром. Нужна защита. Очень. Я не хочу, чтобы со мной… как с Ариной.

Высшая степень подлости. Я чудом удерживаюсь от едкого комментария и лишь киваю в ответ на мерзкую ложь девчонки. Рано показывать, что я обо всем знаю, лучше потянуть.

Я не вижу в столовой ни Захара, ни Демида, зато замечаю парней, с которыми они тренировались. Эти ребята занимают столики вокруг моего, как будто им приказано приглядывать за мной, пока главарей нет рядом.

Разве награда «лучший студент» не ограждает меня ото всех? Джокер говорил, таких учеников даже магистры не трогают.

- Свободно? – голос Арины заставляет вздрогнуть.

- Конечно.

Девушка усаживается за мой столик.

- Не бойся, у меня нет шрамов, - говорит девушка. – Даже под одеждой. И вообще, я не заразная. В клинике брали самые разные тесты, ничего опасного не нашли.

- Я не думала, что ты…

- Думала, - обрывает Арина. – Все вокруг об этом думают. Некоторые даже лично вопросы задают, но я бы не хотела обсуждать такую тему.

Я беру стакан с апельсиновым соком и делаю несколько глотков, стараюсь выиграть время на раздумья и подобрать правильные слова. Напиток заканчивается, нужные фразы так и не приходят в голову.

- Я сейчас тоже стараюсь наверстать пропущенный материал по учебе, - выдаю наконец. – Я потеряла неделю, пока торчала в карцере. Мы можем заниматься вместе.

- Ты попала в карцер?

Завязывается разговор, от обсуждения моих приключений мы переходим обратно к учебным вопросам и решаем отправиться в библиотеку. Время пролетает быстро, приближается вечер и нам пора отложить книги в сторону.

- Подожди, Соня.

Арина задерживает меня у выхода из секции, берет за руку и увлекает обратно в комнату, где нет ни души.

- Я могу тебе доверять? – спрашивает девушка, оглядываясь по сторонам. – Могу рассказать кое-что такое, о чем никто не должен узнать?

- Да, - отвечаю после короткой заминки.

- Понимаешь, я не должна никому об этом говорить. Никогда. Я и не говорила, ни родителям, ни школьным подругам. Я решила, что буду молчать. Но сейчас… мне надо хоть с кем-то поделиться правдой.

Она хочет рассказать об изнасиловании. Других вариантов нет. Холод расползается под моей кожей, когда я думаю о том, что девушке пришлось пережить. А теперь она еще и вынуждена сюда вернуться. Переживать кошмар снова и снова, ведь каждый угол «Клетки» напоминает ей жуткую ночь.

- Это важно, Соня. Прошу, пообещай, что не выдашь мои слова. Никому. Даже Захару. Я откроюсь тебе, а ты сохранишь мою тайну. Если боишься, что не сможешь молчать, сразу так и скажи. Никто не должен узнать, иначе мне конец.

Она узнала насильников? Не сказала о них полиции? Ее запугали? Вариантов множество, один мрачнее другого. Но я знаю, что не могу отказаться.

Я должна поддержать Арину. Любой ценой.

- Хорошо, - роняю глухо. – Ты можешь мне доверять.

- Поклянись, - требует девушка, сжимая мою ладонь. – Не важно, что ты от меня услышишь, ты будешь держать язык за зубами. Всегда. Поклянись!

- Клянусь, - уверенно заявляю я, не представляя, как сильно захочется нарушить данное обещание уже через пару минут.

Арина судорожно выдыхает и опять смотрит по сторонам, явно опасается, будто нас могут подслушать. Она подталкивает меня вглубь комнаты, к стеллажам.

- Я знаю, о чем ты думаешь, - бормочет девушка. – Мы общались только по учебе. Просто однокурсницы. Рано нам делиться друг с другом важными вещами.

- В «Клетке» все иначе, - нервно улыбаюсь. – Эти дикие условия могут быстро сблизить самых разных людей.

- Ладно, - роняет тихо, а потом хватает меня за плечи, чуть ли не встряхивает. – Ты не должна меня выдать. Ясно? Ты будешь молчать. А вообще, тебе лучше убраться отсюда.

Я недоуменно выгибаю брови.

- Беги из универа, - продолжает Арина, понизив голос. – Попроси Захара, пусть он поможет. Ему разрешают уезжать. Можно воспользоваться такой лазейкой. Твой парень легко найдет выход даже из тюрьмы. Ну, если захочет.

- Стоп, причем здесь я? – вопрос звучит резко, и я уже думаю, как сгладить слетевшую на автомате фразу, когда меня припечатывает глыба льда.

- Это с тебя все началось.

Я против воли отступаю на шаг назад, вжимаясь в стену между книжными шкафами. Вспоминаю, как сама размышляла о подобном. Ублюдки хотели запугать меня, вот поэтому выбрали для нападения девушку, с которой я общалась чаще всего.

- Понимаю, - сглатываю. – Ты винишь меня в том, что случилось.

- Ошибаешься, - отрицательно мотает головой Арина. – Я пытаюсь тебе помочь. Хотя сама плохо разбираюсь в происходящем. Могу лишь строить догадки.

Она оборачивается назад, поглядывает на дверь, точно ждет, что сюда в любой момент могут ворваться нежелательные свидетели, потом снова переводит сосредоточенный взгляд на меня.

- Пообещай молчать, Соня, - голос девушки пронизан напряжением.

- Я уже дала слово, - рефлекторно передергиваю плечами. – Сколько раз надо повторить? Что вообще происходит?

- Ничего, - тихо говорит Арина, медлит и продолжает одними губами: - Не было никакого изнасилования. Никто надо мной не издевался.

- Но ты оказалась в больнице. В тяжелом состоянии. Да я же сама видела…

- Что ты видела? – обрывает девушка.

- Тебя, - бросаю глухо. – В палате.

- А еще? – усмехается. – Раны заметила? Царапины? Синяки? Ну, хоть что-то. По универу гуляет слух, будто надо мной поглумилась целая компания насильников. После такого должны остаться следы. Согласна?

- Меня же выставили за дверь, не дали пройти внутрь.

- Конечно, иначе бы обман вскрылся, - спокойно заключает Арина. – Они показали то, что хотели. То, что ты должна была увидеть.

- Они?

- Я не знаю, кто именно. Но скорее всего это «Ангелы Ада». Больше некому. Со мной связались через одну из старшекурсниц, предложили деньги за игру. Сказали, нужно дать показания, мол на меня напали, принудили к сексу, избили.

- И ты согласилась? – не верю собственным ушам.

- «Ангелам» не отказывают.

- Подожди, - растираю пальцами гудящие виски. – А врач? Медсестры? Как вам удалось всех обмануть? Тебя же доставили в лазарет.

- Так именно там и составили фальшивую справку о снятии побоев. Если судить по официальным документам, на мне живого места не было. У «Ангелов» здесь все схвачено. Разве ты еще не поняла?

- Нет, - выдыхаю сдавленно. – Зачем им разыгрывать изнасилование?

- Не знаю и знать не хочу. Лучше в их планы не лезть. Может, решили сменить ректора, потому что старый им надоел. Может, продавили какие-то другие перемены. Заодно и тебя припугнули.

Арина рассказывает, как проводила время в элитной клинике, давала ложные показания. Объясняет все в общих чертах. Ее не заставляли обвинять кого-то конкретного, просто дали список односложных реплик, которого ей стоило придерживаться в общении с полицией.

- Пойми, Соня, выбора не было, - заявляет девушка. – Если бы я не приняла условия, то «Ангелы» нашли бы кандидатуру посговорчивее, а от меня бы избавились. А так на моем тайном счету появилась крупная сумма денег. Я смогу помочь родителям, сестрам, младшему брату. Это наше будущее.

- Я тебя не узнаю, - бросаю отрывисто. – Ты что, ты серьезно не осознаешь, как сильно увязла в чужих интригах? Боже. Арина, ты у них на крючке. Существует серьезное наказание за дачу заведомо ложных показаний. И вообще, наговорить такое на себя. Это же абсолютное безумие.

- Нам всем приходится чем-то жертвовать, - отрезает девушка. – Я думала, ты меня поймешь. Мы не мажорки, которым повезло родиться в золоте и бриллиантах.

- Я пытаюсь, - киваю. – Правда, пытаюсь понять.

- Здесь каждый выживает как может. Тебе пришлось раздвинуть ноги перед Захаром, а мне – солгать и притвориться покорной марионеткой. Но мы ведем свою игру.

Она замолкает, натолкнувшись на мой взгляд.

- Ты чего? – изумленно выгибает брови. – Реально влюбилась? Ну ладно, не важно. Этот отморозок тоже по тебе сохнет, так что используй вашу связь, чтобы поскорее вырваться из «Клетки». Конечно, тему с изнасилованием развили не ради тебя одной, но сама поразмысли. Тут явное предупреждение. И непонятно, как далеко они решат зайти в следующий раз.

- Ты же не все мне говоришь, - заявляю, вглядываясь в ее глаза. – Ты знаешь гораздо больше. Тебе приказали выболтать часть правды? Кто на тебя вышел? Алиса?

- Сдурела? – девушка выглядит обиженной. – Да если они узнают, что я с тобой о таком общалась, то мне конец. Кто со мной связывался? Не скажу, даже не проси. Однако ты права. Я кое-что случайно услышала. Медсестра вколола мне сильное успокоительное перед транспортировкой, но инъекция подействовала не сразу. Двое парней в моей палате обсуждали тебя. Вроде ты нужна им для какого-то ритуала. Особенного испытания. Если Захар не справится сам, то ему помогут. Звучало это паршиво.

- Что именно они сказали? – во рту резко пересыхает.

- Я не буду повторять эти мерзости. Просто знай, что «Ангелы» способны на все, и от фальшивого изнасилования могут легко перейти к настоящему.

Ритуал. Похоже, вот то самое последнее испытание, от которого Захар отказался, потому и не вступил в тайное студенческое общество.

Черт. Нам и правда пора отсюда бежать.