Город Порока

Глава 5 Новый друг

— Fuck! Что вчера было, Алекс? — пробормотала Мишель, едва Матушка с Отцом вышли из комнаты, прикрыв своё обнажённое тельце непонятно откуда взявшимся пледом. — Я ни черта не помню…

— Тш-ш-ш-ш… — небрежно отмахнулся я от своей начальницы.

— Мы переспали? — в ужасе пробормотала она, на миг приподняв плед, заглянув под него и тут же повыше натянув его на себя.

— Нет, — помотал я головой, прислушиваясь к голосам, доносящимся из коридора.

— А как? Что произошло?

— Потом расскажу…

— Алекс!

— Тш-ш-ш-ш… — снова шикнул я на недовольно фыркнувшую на моё шиканье блондинку, не обратил на её фырканье внимания, поднялся с пола и в чём мать родила, наверняка во всю сверкая своей белоснежной задницей, осторожно пересёк комнату и приложил ухо к двери, прислушавшись к разговору на повышенных тонах по ту сторону…

— Сара! Какого хера⁈ — услышал я голос Уэллса. — Ты опять трахаешься с послушниками? Ты же обещала! Говорила, что это больше не повторится.

— Тебе можно, а мне нельзя⁈ — недовольным тоном огрызнулась Матушка.

— Напомнить, чем это закончилось в прошлый раз?

— В этот раз всё будет иначе. Я себя контролирую… — после небольшой заминки произнесла Сара…

До меня донеслись тихие шаги, а через секунду ухом к двери прислонилась укутанная в плед Мишель, последовав моему примеру, замерев напротив меня и глядя мне глаза в глаза.

— Ты каждый раз это говоришь, — недовольно рыкнул Уэллс. — И каждый раз всё заканчивается одинаково. Сначала тебе хорошо с ними, потом ты хочешь всё больше и больше… Это твоя одержимость сексом всегда заканчивается одним и тем же! А мне потом приходится подчищать за тобой…

— Хорошо… Дай мне пару недель.

— Для чего?

— Чтобы… Чтобы я выпустила пар…

— Неделя! — строго произнёс Уэллс.

— Хорошо. Неделя… — согласилась Сара. — Что-то ещё?

— Да… — заметно тише пробормотал глава религиозной общины. — Отдай мне блондинку.

— Зачем она тебе? — удивилась матушка.

— А тебе? Тебе парня мало?

— Мне нравится, что они брат и сестра… Меня это заводит. И я не хочу, чтобы ты её испортил.

— Испортил? — почти искренне рассмеялся Уэллс. — Я? Отдай! — добавил он спустя несколько секунд.

— Тебе других мало? Развлекайся с актрисами!

— Сара!

— Всё! Разговор окончен, Джеймс! — категоричным тоном произнесла Матушка, и за обратной стороной двери ненадолго повисла напряжённая тишина.

— Хорошо… — согласился Уэллс, и через секунду я услышал тяжёлый звук удаляющихся по коридору шагов.

Я дёрнул Мишель за руку и потащил её в сторону камина. Улёгся на пол, приняв самую непринуждённую позу, отобрал у блондинки половину пледа, прикрыв срам, закинул руки за голову и уставился в потолок, ожидая возвращения Матушки…

— Алекс! — спустя минуту не выдержала и шёпотом позвала меня по имени лежащая рядом со мной Мишель.

— Что?

— Ты расскажешь, что вчера было? — повторила она свой вопрос. — Я правда ничего не помню…

— Да ничего не было… — вздохнул я. — Ты зачем-то приняла приличную дозу экстази…

— Я не специально!

— Это я понял, — вздохнул я.

— И всё? Больше ничего? — недоверчиво поинтересовалась блондинка, приподнявшись на локте.

— Почти ничего, — пожал я плечами. — Ты слегка разоткровенничалась, но на этом всё.

— Разоткровенничалась? С чего это?

— Побочка экстази.

— И Матушка теперь всё знает о нас с тобой?

— Нет, она отключилась раньше тебя.

— Это хорошо… — задумчиво кивнула юристка. — Но мы с тобой точно не переспали?

— Точно. Хотя ты очень настойчиво уговаривала меня. Говорила, что очень сильно хочешь этого…

— Не смешно! — фыркнула девушка. — Погоди… Ты не смеёшься?

— Нет.

— Вот дерьмо! — выругалась Мишель, прикрыв пледом на миг оголившуюся грудь. — Это не я говорила.

— А кто?

— Это говорил экстази в моей крови, — недовольно посопела она. — Чтобы я хоть ещё раз приняла этот долбанный наркотик… Никогда! А зачем Матушка вообще нас к себе в комнату привела?

— Хотела устроить допрос, используя экстази.

— Допрос? Думаешь?

— Да. Экстази хорошо развязывает язык.

— Наподобие сыворотки правды?

— Угу. Ну и попользовать после этого, я думаю.

— Попользовать? — не переставала переспрашивать Мишель.

— Заняться сексом, — пояснил я, кивнув в сторону двери. — Судя по их с Уэллсом разговору, Матушка у нас любит совращать симпатичных адептов и адепток…

— Дерьмо! — снова выругалась Мишель.

— Я, кстати, немного поболтал с ней… — произнёс я.

— В смысле? Когда?

— Ночью. Она то вырубалась, то приходила в себя… Много всего интересного узнал.

— Что именно? — подобралась Мишель, на миг снова став профессиональной юристкой, готовой вцепиться в глотку противнику.

— Источник их финансирования, например. Богатые «покровители», банкиры, чиновники, политики платят взносы, а в обмен получают доступ к ритуалам посвящения юных адепток и участвуют в сексуальных практиках, называемых «очищением» или «перерождением». Ценник от пятидесяти до ста тысяч долларов.

— Fuck!

— Угу… — согласился я. — То, что мы видели с тобой в амбаре — это ещё цветочки. Они устраивают закрытые мессы для «избранных», на которых каждый из этих «избранных» может выбрать себе понравившуюся девушку, и не одну. Кроме этого, они учат адепток повиновению и потом продают их на неделю, месяц. Для адепток это испытание силы веры и переход на следующий уровень или ранг во внутренней иерархии секты. А для клиентов — это секс-рабыни, исполняющие любые капризы, которые никому и никогда ничего не расскажут…

— Мерзость! — ошеломлённо скривилась Мишель. — Зачем им это? Нет, я понимаю, зачем. Я о другом — это всё можно купить гораздо дешевле, если у тебя есть деньги. Даже секс с актрисой или знаменитостью.

— Можно. Вот только многим нравится ощущать себя принадлежащим к тайной организации и быть на вершине пищевой цепи. Чувство власти, безнаказанности и, как это ни банально, избранности. Обычные вечеринки и оргии такого ощущения не дадут. Ну и Уэллс, нужно отдать ему должное, умеет всё красиво обставить благодаря хорошо подвешенному языку. Это как тайный клуб для элиты.

— То есть, они платят за входной билет в клуб?

— Угу…

— Fuck! — покачала Мишель головой, снова поправив сползший с груди плед. — И Матушка это всё тебе рассказала?

— Скорее, подтвердила мои догадки. Да.

— Дерьмо! Зачем⁈ Зачем ты это всё спрашивал у неё?

— Просто воспользовался моментом, — пожал я плечами, — пока она была чересчур болтливой.

— До неё сейчас дойдёт, она вспомнит, сколько всего наговорила, и через пять минут сюда вломится охрана! Алекс! — запаниковала блондинка, затравленно оглядываясь по сторонам в поисках путей побега.

— Да не вспомнит она ничего, — поморщился я.

— Почему?

— У экстази есть побочка — классический «чёрный ящик» MDMA…

— Чёрный ящик? — непонимающе посмотрела Мишель на меня.

— Да…

— Что за чёрный ящик?

— Это… — я на миг замялся, прикидывая, как проще всё это объяснить. — Это сленговое название, которое очень хорошо известно всем любителям побаловаться большими дозами экстази. После приёма ты чувствуешь эйфорию, начинаешь безудержно болтать, обниматься, признаваться в любви, выдавать самые сокровенные свои тайны, плакать и смеяться. В этот момент тебе кажется, что ты всё прекрасно понимаешь, всё осознаёшь и контролируешь. А когда просыпаешься утром — в памяти полная дыра, как будто кто-то вырезал кусок плёнки из твоей головы.

— Я помню… Хоть и смутно…

— Что ты помнишь? — усмехнулся я.

— Как мы говорили… Только не помню, о чём именно. Как мне было легко и хорошо. Ещё какую-то чушь про секреты порола…

— Ты приняла маленькую дозу… — пожал я плечами. — А Сара выжрала гораздо больше, рассчитанную, скорее всего, именно на мои габариты.

— Скорее всего? — недоверчиво пробормотала блондинка.

— Почти наверняка, судя по её состоянию.

— Чёрт! Остаётся надеяться, что ты не ошибаешься… А чашки? — внимательно посмотрела на меня Мишель.

— Что с ними?

— Думаешь, она догадается, что ты их подменил?

— Сомнения будут, но это легко списать на случайность, — пожал я плечами. — Она сама могла перепутать их…

— Дерьмо! — тут же снова выругалась блондинка.

— Что опять не так?

— Да всё! Ты понимаешь, что их даже не привлечёшь к ответственности за это? У них есть всё! Деньги, влияние, высокопоставленные друзья… А у нас? Одна Ванесса как свидетель? Этого мало. Да даже пусть я десяток девушек смогу убедить в том, что это неправильно, что их просто используют и уговорю выступить в суде — у нас всё равно ноль шансов!

— А компромат на этих самых высокопоставленных друзей тебе не подойдёт?

— Компромат? — прищурилась Мишель.

— Угу. Сара хвасталась мне, что у неё есть страховка как раз на такой случай, если друзья отвернутся и нужно будет на них надавить. Как там она сказала… — задумчиво нахмурился я. — Они у меня вот где! — показал я сжатый кулак Мишель. — Их яйца у меня в руках! Если понадобится, я могу слить компромат жёнам, избирателям или прессе в любой момент!

— Что за компромат, ты не узнал?

— Списки участников, имена, суммы пожертвований, видеозаписи…

— Чёрт! Да Матушка у нас очень предусмотрительная женщина, оказывается. — усмехнулась Мишель. — И она сказала, где это всё хранит?

— Угу… В ячейке банка в Сан-Диего.

— В банке? — разочарованно нахмурилась Мишель.

— Угу. Копии. Оригиналы в сейфе в своём кабинете. Даже код мне от сейфа назвала…

— Fu-u-uck! Мне нужно это, Алекс! — придвинулась она ко мне вплотную, заглянув в глаза. — Пожалуйста!

— Ладно… Я подумаю, что можно с этим сделать… — пробормотал я и тут же притих, услышав тихие шаги в коридоре.

— Сегодня! — торопливо прошептала Мишель. — Мне нужно это сегодня, Алекс!

— Ну что, голубки… — усмехнулась зашедшая в комнату Матушка, бросив в нашу сторону заинтересованный взгляд. — Выспались? Идите на завтрак, а то вам ничего не оставят…

— А… — робко произнесла Мишель, повертев головой по сторонам.

— Одежду я вам принесла, — правильно поняла заминку девушки Матушка, положив к нашим ногам два свёртка, отошла к окну, опёрлась о подоконник, сложив руки на груди, и с интересом принялась наблюдать, как мы торопливо и неловко облачаемся в скромные балахоны адептов.

— Всего доброго, Матушка, — всё тем же растерянным и смущённым голоском пробормотала слегка покрасневшая Мишель, закрутив волосы в небрежную косу, робко взяла меня за руку и потянула в сторону двери.

— Всего доброго, дитя… — улыбнулась Сара, проводив нас задумчивым взглядом…

День прошёл, как обычно. Сегодня меня отправили с другим отрядом за окружённую забором территорию бывшего мотеля, и мы целый день провели под палящим солнцем, расчищая участки от сухостоя и занимаясь вырубкой кустарника вдоль внешней границы ранчо…

Устал я за этот день, как собака! И лишь после семи вечера, приняв душ, смыв со своего тела накопившуюся за последние десять часов работы грязь и пот, почувствовал облегчение и неторопливым шагом двинулся на ужин в столовую…

Взял себе двойную порцию, поискал взглядом Мишель среди адепток, не нашёл и уселся за свой привычный столик у окна, отправив в рот огромную ложку горячей каши…

— Приятного аппетита, брат! — без приглашения подсел за мой столик один из старших братьев, возглавлявший мой прошлый рабочий отряд.

— Спасибо, брат Джозеф! — благодарно кивнул я.

— Как дела?

— Да вроде неплохо. Сам как?

— Тоже ничего… — пожал плечами мой собеседник, равнодушно глянул по сторонам, отломил кусок хлеба от моей дольки и закинул его в рот.

— ФБР или УБН? — небрежно бросил я, не переставая работать ложкой и внимательно наблюдая за реакцией мужчины.

— Что? — нахмурился он, лишь на миг потеряв самообладание и тут же взяв себя в руки.

— Я говорю, ты из федералов или по борьбе с наркотиками? Хотя, может ещё и налоговик, но это маловероятно. Ставлю на первое — ты агент ФБР, внедрённый сюда под прикрытием…

— На чём я прокололся? — выдержав небольшую паузу, произнёс Джозеф и поёрзал на стуле, затравленно оглядевшись и бросив быстрый взгляд себе за спину.

— Рыбак рыбака… — усмехнулся я.

— Ты не из наших. Ты слишком молод, — недовольно нахмурился он, не переставая сверлить меня тяжёлым взглядом.

— У меня отец работал в вашей сфере… И дед.

— Хм… Ясно. И на чём я прокололся?

— Не знаю… — пожал я плечами. — Просто всё вместе — то, как ты смотришь на других, как пытаешься не проявлять интерес, как всё подмечаешь, но не показываешь этого. Слишком всё правильно, как по учебнику. Ну и то, что ты подсел ко мне. Ты ведь не просто так сел. Ты хочешь что-то сказать. Что-то важное…

— Хм… Ты прав… Но я мог быть из бывших, а сейчас работать… кем-то вроде службы безопасности общины. Проверять новичков.

— Мог бы… Но ты не он. Остальные относятся к тебе без должного почтения, хоть ты и старший… Да и эту должность занимает другой человек.

— Кто? — усмехнулся Джозеф.

— Матушка.

— Хм… А ты не совсем идиот…

— Спасибо за столь высокую оценку, — вздохнул я, опустошив миску с едой и перейдя к чаю и хлебу с маслом. — Теперь скажешь, зачем подсел ко мне?

— Хотел предупредить тебя…

— Предупреждай, — непроизвольно улыбнулся я, видя слегка растерянное выражение на загорелом лице мужчины.

— Вы играете с огнём. Я не знаю, что вы тут делаете, — нахмурился он. — Но лучше сваливайте отсюда. И только не нужно мне затирать, что вы пришли сюда в поиске истины и смысла жизни…

— На чём мы прокололись? — снова вздохнул я.

— Рыбак рыбака… — усмехнулся Джозеф, вернув мне мою же фразочку. — Твоя подруга слишком хорошо играет роль наивной дурочки, но при этом она очень умна и расчётлива. Иногда, — хмыкнул мужчина. — А ты… Тебя я не сразу раскусил. Но ты прокололся, когда выручил девчонку во время воскресной мессы Отца и спас её от группового секса. Она явно не ожидала этого и растерялась. А ты — нет. Вы едва не завалили всю свою легенду этим…

— Я слишком молод для агента, ты сам это сказал.

— Для агента — да, — не стал он спорить со мной. — Я бы сказал, что ты выпускник нашей школы в Куантико, которого привлекли для создания легенды твоей спутнице. А твоя подруга молоденькая и слишком инициативная прокурорша, которая пытается построить карьеру на громком разоблачении секты. Не знаю, кто одобрил такую операцию и не хочу знать, но скорее всего, у вас связи на самом верху. Я угадал?

— Ну… — протянул я. — Не могу ни подтвердить, ни опровергнуть твои слова.

— Ясно, — хмыкнул мой собеседник. — Я видел, как Мать с интересом поглядывала на вашу парочку… Вы уже переспали?

— Допустим…

— Да нечего здесь допускать! — чуть громче рыкнул на меня Джозеф. — Это факт! Вы оба сегодня не ночевали в своих комнатах… Значит, она уже провела обряд воссоединения, как она это называет.

— Допустим… — повторил я.

— Fuck! — устало выругался Джозеф. — Прекращай уже с этим своим «допустим».

— Тебе какое дело до того, кто с кем переспал? Ревнуешь?

— Ты идиот⁈ — удивлённо посмотрел на меня агент. — Вы играете с огнём. Я не хочу, чтобы вы завалили мне операцию… И не хочу, чтобы ваши расчленённые трупы нашли в пустыне, — поморщился он. — Валите отсюда, пока не поздно!

— Кстати об этом… Ты что здесь делаешь?

— Девять месяцев назад в пустыне нашли два тела, — вздохнул Джозеф. — Парня и девушки. Мы потянули за ниточки… И они оборвались здесь, на этом ранчо.

— Их убили? — удивился я.

— Нет, они задавали глупые вопросы, прям как ты сейчас, — с сарказмом фыркнул агент. — Да, убили. Судя по тому, что я узнал, эти двое были… любовниками Матушки. Избранными. Сначала всё было хорошо — Матушка игралась с ними, обхаживала… Потом на девчонке стали появляться следы побоев и синяки… Она как-то обмолвилась сёстрам, что Матушка использует её в каких-то странных ритуалах, в которых было очень много извращённого секса, но ей никто не поверил… А через неделю после этого она со своим парнем и вовсе исчезла из общины.

— Это ничего не доказывает, — пожал я плечами. — Может они просто сбежали…

— Не доказывает, — согласился со мной Джозеф. — Но выводы сделать можно. Да и состояние тел говорит о многом — девушка была избита до смерти, парень просто пристрелен. Как думаешь, это совпадение?

— Не думаю, — покачал я головой. — И какие выводы? Уэллс приревновал и избавился от них?

— Вряд ли… Мне кажется, это сделала Сара…

— Матушка?

— Угу… А Уэллс просто прибрал за ней…

— Хм… — хмыкнул я, вспомнив утренний разговор Отца и Матери в коридоре. Это многое объясняло. — Интересно… Ладно, спасибо за предупреждение… — поблагодарил я Джозефа.

— Угу… Не за что… В общем, я предупредил тебя, Алекс, — поднялся он из-за стола, натянув на лицо одухотворённую улыбку фанатика. — Валите отсюда, пока не поздно…

Я проводил его взглядом, сделал глоток остывшего чая и посмотрел на плюхнувшуюся напротив меня с довольным видом Мишель.

— Ты наконец завёл себе друзей? — усмехнулась блондинка.

— Можно и так сказать… — вздохнул я.

— Кстати, знаешь что я тут подумала… — начала она и тут же замолчала, пнув меня ногой под столом и глазами указав в сторону идущей в нашу сторону Матушки.

— Угу… — пробормотал я. — Вижу…

— Алекс… Мишель… Дети мои… — остановилась хозяйка общины возле нашего столика. — Вы уже поужинали?

— Да, Матушка, — робким голоском произнесла Мишель.

— Отлично… — кивнула Матушка. — Пойдёмте со мной.

— Куда?

— С сегодняшнего дня вы спите в моей келии, можете больше не возвращаться в общие комнаты…

— А это… правильно? — осторожно поинтересовалась Мишель, нахмурив лоб и растерянно глядя на стоящую возле нас женщину снизу вверх.

— Ты сомневаешься в моих словах, дитя? — удивлённо приподняла бровь Сара.

— Нет, Матушка…

— Вот и хорошо, — кивнула хозяйка общины, развернулась и неторопливым шагом направилась к выходу из столовой.

Мы поднялись под завистливые взгляды присутствующих и увлечённо перешёптывающихся между собой девушек, обсуждающих новых любимцев Матушки, и двинулись следом за нашей покровительницей…

— Сегодня ночью забираем девчонку и сваливаем, — едва слышно шепнул я Мишель на ухо, поднимаясь по ступеням на второй этаж дома.

— Почему сегодня? — недоумённо нахмурилась блондинка.

— Не нравится мне всё это. Жопой предчувствую приближение неприятностей…

— А как же улики, компромат?

— Придумаю что-нибудь… И постарайся сегодня не закидываться экстази…

— Да я не специально! — сердито глянула на меня Мишель…

Мы поднялись на второй этаж, свернули по тёмному коридору и спустя десяток шагов вошли в комнату с камином, широкой кроватью и толстым ворсистым ковром на полу.

— Чаю? — улыбнулась нам хозяйка комнаты, хлопочащая у стоящего возле окна кофейного столика.

— Да, спасибо! — благодарно кивнула Мишель, переглянувшись со мной.

— Располагайтесь пока, — небрежно махнула Матушка рукой в сторону кровати. — И одежду снимите…

Мишель тяжело вздохнула, скинула балахон на пол, переступила его, вильнув бёдрами, и шагнула в сторону кровати. Я непроизвольно залюбовался симпатичной задницей блондинки, одёрнул себя и через мгновение последовал её примеру…

— А вот и ваш чай, — спустя пару минут подошла к нам Матушка, протянув две маленькие чашечки, и хитро ухмыльнулась, словно просчитав мой прошлый фокус с подменой. — Тебе не нравится мой чай, дитя? — удивлённо произнесла она, пристально следя за тем, как Мишель не решается сделать глоток.

— Нравится, Матушка, — снова глянула на меня блондинка.

— Тогда пей!

Мишель вымучено улыбнулась, прикоснулась губами к краю чашки и сделал осторожный глоток.

— Вкусный, — подтвердил я, сделав два глотка и прислушавшись к своим ощущениям. Выбора у меня, судя по всему, всё равно не было…

Голова слегка кружилась, по телу медленно разливалось непривычное тепло, чувство эйфории и лёгкости. Дерьмо!

— Хорошо… — довольно кивнула внимательно наблюдающая за нам Матушка, забирая чашки из наших рук. Сделала глоток из моей чашки, коснувшись именно того места, которого касались мои губы, довольно улыбнулась, развернулась и пошла наводить порядок на своём кофейном столике и зажигать расставленные по всей комнате свечи…

Я откинулся на подушку, ловя вертолёты перед глазами и пытаясь сфокусировать взгляд на потолке, ощутил упавшую рядом со мной Мишель и прислушался к своему заметно участившемуся пульсу, мысленно прикидывая, когда меня отпустит и какую дозу могла вбухать в чай эта стерва, раз меня так с пары глотков повело…

— Алекс… — услышал я спустя пару минут голосок Мишель.

— Что?

— Кажется… Меня уносит… Fuck…

Я почувствовал какое-то движение слева от себя, ощутил плечом обнажённую грудь блондинки, а через секунду она придавила меня своим весом и жадно впилась в мои губы своими, легко проникнув в мой рот своим гибким, проворным языком и тихонько застонав…

Яркий свет под потолком погас, погрузив комнату в лёгкую полутьму с трепещущими на стенах отражениями огоньков свечей, я услышал тихие шаги, шуршание одежды и слегка удивлённый голос Сары над своей головой:

— О! Детки решили пошалить, не дождавшись мамочки?

Рядом со мной на кровать опустилось ещё одно обнажённое женское тело, а в ухо что-то зашептал жаркий голос Матушки…

Не знаю, с кем я целовался в темноте, то с одной, то с другой… то с двумя сразу, а спустя пару минут на мой член насадилась влажная и горячая женская промежность. Матушка тихо застонала, уперевшись в мою грудь ладонями и качнув бёдрами мне навстречу, а Мишель сбоку от меня разочарованно засопела… Кажется, сверху хотела быть она…

— Мишель… Проснись! — осторожно потряс я за плечо лежащую на кровати обнажённую девушку, стараясь не сильно пялиться на её грудь, прям как настоящий, мать его, джентльмен. — Мишель!

— Алекс, отстань… Дай ещё поспать… — отмахнулась она от меня, а Матушка, лежавшая рядом, беспокойно застонала и заворочалась во сне.

— Дерьмо! — тихо выругался я, осторожно подхватил лёгкое тельце блондинки и бесшумно потащил её в сторону камина. — Мишель! — снова безуспешно потряс я девушку, уложив на ковёр посреди комнаты, тяжело вздохнул и едва слышно пробормотал: — Уитни Хьюстон, у нас проблемы…

— При чём тут Уитни Хьюстон? — неожиданно для меня открыла глаза моя начальница, нахмурившись и сфокусировав взгляд на моём лице.

— Поговорка такая есть…

— А что за проблемы?

— Ты. Ты — наша проблема! — вздохнул я. — Ты нахрена опять накидалась экстази? Я же просил тебя…

— Я… Я не знаю, как так вышло… — виновато пробормотала Мишель, усевшись на ковре и обхватив голову руками. — Я всего один глоток сделала… Fuck! Голова совсем не соображает…

— Ладно. Одевайся. Мы уходим.

— Куда?

— Туда, — кивнул я в сторону двери. — Идти сможешь?

— Да… Кажется… У нас был секс?

— Тебе не надоело каждый раз это спрашивать?

— Был или не был, Алекс⁈ — строго нахмурилась блондинка.

— Не был. Я не имею привычки заниматься сексом с девушками, которые утром не могут ничего вспомнить об этом. Довольна? Судя по твоему лицу, не очень…

— Напомни мне уволить тебя, когда мы вернёмся в офис! — мстительно пробормотала юристка.

— За то, что у нас не было секса? — удивился я.

— За то, что у тебя такой дурной язык!

— Хорошо. Обязательно, — пообещал я, протянув ей руку. — Тебе помочь?

— Я сама! — отмахнулась она от меня, поднимаясь на ноги и едва не рухнув обратно на пол. — Который сейчас час?

— Полпервого ночи… Самый раз…

— Самый раз для чего?

— Для побега…

— Ты же обещал добыть компромат из сейфа, — нахмурилась Мишель.

— Обещал. Добудем, — продемонстрировал я ей ключи от кабинета Матушки. — Идём… Или тебе здесь понравилось?

— Идём, — недовольно посопела юристка. — Где моя одежда?

— Вон, на полу, — кивнул я на тёмный бесформенный комок у стены.

— Отвернись, я оденусь…

— Ты сейчас серьёзно? — удивился я.

— Я всегда серьёзна!

— Ладно… Только давай быстрее…

Я осторожно приоткрыл дверь комнаты, выглянул в тёмный коридор, прислушался к звукам в доме, вернее, к их отсутствию, и выскользнул наружу. Дождался Мишель и двинулся вместе с ней в сторону кабинета Матушки. Вставил ключ в замочную скважину, провернул и втолкнул внутрь возмущённую таким бесцеремонным обращением юристку. Зашёл следом, закрыл дверь на ключ, нащупал выключатель на стене и клацнул рычажок вверх.

— Fuck! — зажмурилась от яркого света блондинка, зашипев, словно дикая кошка. — Зачем⁈

— Затем, — коротко бросил я, двинувшись по кабинету с коротким обыском…

Спустя минуту всё же обратил внимание на растерянно замершую посреди кабинета Мишель, тяжело вздохнул, вернулся к ней, взял за руку, подвёл к рабочему столу Матушки, усадил её в кресло, налил воду из графина в стакан и сунул в ладони блондинки.

— Держи. Пей! — коротко распорядился я, с удовлетворением отметив, как она принялась пить воду жадными глотками. — Молодец, — похвалил я её. — Посиди пока здесь. Приди в себя…

— Fuck! — потрясла Мишель головой, опустошив стакан. — Сушняк, будто после студенческой вечеринки. И голова, словно в неё ваты напихали… Это от наркотика? — нахмурилась девушка.

— Угу… — буркнул я, вернувшись к сейфу в углу кабинета и опустившись перед ним на колени.

— А ты почему так хорошо выглядишь? — отвлёк меня голос Мишель. — Ты же тоже пил чай Матушки.

— Метаболизм хороший, наверное. Или доза меньше…

— Везёт тебе…

— Угу, — снова пробурчал я, взялся за механический кодовый диск двумя пальцами и медленно провернул его почти на полный оборот, поставив риску на ноль.

Так… Какой там код мне называла Сара в порыве безграничной любви ко всему живому и болтливости?

«Книга пророка Осии 4:14. Я не могу винить ваших дочерей и невесток за прелюбодеяния, потому что вы, мужчины, сами идёте к блудницам…»

Значит… Поворот влево, рисочка на «4», и теперь вправо на «14»… Угу… Что там дальше?

«Книга пророка Иезекииля 23:20. И пристрастилась она к любовникам своим, у которых плоть — плоть ослиная, а похоть — как у жеребцов арамейских…»

Влево на «23» и вправо на «20»… Интересный способ подбирать пароли, конечно…

До меня донёсся глухой щелчок, я потянул тяжело поддавшуюся массивную дверку сейфа на себя и непроизвольно улыбнулся. Бинго!

— Вскрыл? — удивлённо выдохнула Мишель позади меня.

— Угу, — подтвердил я, заглянув внутрь чёрного ящика.

Бухгалтерские книги, тетрадки, записи, выполненные аккуратным женским почерком, чеки, квитанции, несколько кассет, потёртая библия и две ровные стопки зелёненьких банкнот…

— Тысяч двести, наверное, — подтвердила мою догадку блондинка. — Хочешь грабануть их?

— Будешь меня отговаривать и говорить, что это незаконно? — усмехнулся я.

— Даже не собиралась. Эти ублюдки держат девочек в ямах, промывают им мозги, используют как секс-рабынь… Забирай!

— Хм. Неожиданно… — удивлённо покачал я головой и оглядел кабинет в поисках чего-то похожего на сумку или вшивенький рюкзак, и тихо выругался. — Чёрт! О том, как мы это добро потащим с собой, я как-то не подумал…

Я рывком поднялся с места, приблизился к входной двери, сорвал занавеску, вернулся обратно к сейфу, разложил ткань на полу и выгреб на неё всё содержимое чёрного ящика, аккуратно распределив всё по длине. Свернул в рулон, перекинул через плечо, затянул концы узлом, соорудив что-то похожее на самодельный армейский вещмешок, и несколько раз подпрыгнул на месте, проверяя свое творение на прочность.

— Что будешь с этим всем делать? — кивнув на мой импровизированный мешок, небрежно поинтересовалась Мишель, но в голосе девушки проскользнуло лёгкое недоверие и напряжение.

— Деньги поделим…

— Мне не нужно, — тут же отказалась блондинка от своей доли. — Можешь забрать всё себе.

— Точно! — вспомнил я. — Ты же у нас богатенькая девочка. Это я простой бедный парнишка из пригорода Лос-Анджелеса…

— Угу… — подтвердила Мишель, всё ещё внимательно наблюдая за мной со стороны и ожидая то ли какого-то подвоха, то ли подлянки.

— А остальное передадим кому нужно. У твоего дяди должны быть связи на телевидении или ФБР, например.

— Да, есть.

— Ну вот. Пусть он с этим разбирается, — пожал я плечами. — Мы с тобой не Бэтмен и Робин. Мы обычные люди — нам это всё не потянуть в одиночку. Да и связываться с этой грязью я не горю желанием.

— А кто из нас Бэтмен, а кто Робин? — заметно выдохнула Мишель, поняв, что я не собираюсь использовать информацию из сейфа в своих корыстных целях. — Ну если бы мы были ими. Я — Бэтмен?

— Тебе бы больше костюм Робин подошёл. Маска, короткая юбочка и длинные гольфики…

— Да иди ты! Всё у тебя к сексу сводится! — фыркнула Мишель.

— Ага… У меня… — вздохнул я, начав свои небольшие приготовления: достал из книжного шкафа несколько книг, парочку положил в сейф, с сожалением вернул обратно одну из кассет из своего нагрудного вещмешка, вырвал и скомкал несколько страниц из книги и опустился перед одной из розеток на полу. — Кстати… — вспомнил я один из давно мучавших меня вопросов, продолжая расковыривать розетку и осторожно оголять провода. — А у тебя нет знакомых в киноиндустрии?

— Неожиданно разбогател и хочешь вложить пару сотен тысяч в кинобизнес? — усмехнулась девушка.

— Возможно, — неопределённо пожал я плечами.

— Не советую.

— Почему? — удивлённо обернулся и глянул я на блондинку, развалившуюся в кресле Матушки.

— Во-первых, это слишком мало. Тебя там никто всерьёз не воспримет с такими деньгами. А во-вторых… Алекс, не связывайся с ними, — поморщилась Мишель. — Там одни проститутки, наркоманы и мошенники. Они кинут тебя при первой же возможности, и ты лишишься даже этих жалких крох.

— Дести штук — это жалкие крохи? — удивился я.

— Для Голливуда — да.

— Хм… Спасибо за предостережение… — поблагодарил я. — Ну а всё же?

— Ладно, если ты так настаиваешь… — вздохнула блондинка. — Могу познакомить тебя с парочкой не самых надёжных людей. Только смотри, не жалуйся потом и не говори, что я тебя не предупреждала!

— Окей! — легко согласился я.

— Кстати, — нахмурилась Мишель. — А что ты там делаешь?

— Хочу устроить маленькое короткое замыкание и пожар в этом доме порока и разврата.

— Зачем?

— Убьём двух зайцев одним выстрелом.

— Что? Каких зайцев? — непонимающе помотала головой юристка.

— Отвлечем охрану и уничтожим следы того, что мы обнесли сейф.

— Матушка в соседней комнате. А если она задохнётся или сгорит?

— Ну… — виновато пожал я плечами. — Помолимся за её душу… Всё, валим отсюда! — коротко бросил я, поднимаясь на ноги и с удовлетворением глядя на то, как потихоньку тлеют и постепенно разгораются скомканные страницы книг, запиханные в замкнутую розетку.

— Алекс! Ты с ума сошёл⁈ — строгим голосом произнесла Мишель. — Так нельзя!

— Да не переживай! — поморщился я. — Через пятнадцать минут тут всё ранчо будет на ушах. Уж свою благодетельницу они вытащат в первую очередь. Пошли!

Мы осторожно пробрались по тёмному коридору, спустились по лестнице на первый этаж и вышли из дома. Немного постояли в тени, прислушиваясь к звукам, проводили взглядами парочку охранников и двинулись дальше…

Внутренний двор, залитый лунным светом, конюшни и амбар с ямой. Я пропустил Мишель вперёд, ещё раз оглянулся и проскользнул следом за девушкой.

— Веревка там, на стене. Я видела в прошлый раз, — неопределённо махнула юристка куда-то в сторону и направилась к яме в земле. — Ванесса! — позвала она, опустившись перед решёткой на колени.

— Мишель? — тут же отозвался девичий голосок. — Ты?

— Я! Ты как там?

— Могло быть и получше.

— Готова ехать домой?

— Готова!

— Потерпи немного… Сейчас мы тебя вытащим… Алекс! — зашипела блондинка в мою сторону. — Верёвка!

— Да несу я, несу… — проворчал я…

Через пять минут мы вытащили наружу троих пленниц, я окинул взглядом худощавую девичью фигурку в грязном балахоне со свалявшимся пучком засаленных волос на голове, безошибочно узнав в ней цель нашего внедрения в секту, и хмыкнул, заметив брошенный в мою сторону злой девичий взгляд.

— Это Алекс, мой друг, — представила меня Мишель. — Не обращай на него внимание, он просто бесцеремонный толстокожий мужлан.

— Нам нужно уходить, — напомнил я, задумчиво глянув на бывших пленниц. По-хорошему, две другие мне не нужны, я не спаситель всех сирых и убогих, но если огонь перекинется на амбар, их точно никто не кинется спасать, в отличие от той же Матушки. — Вы, двое! Сидите здесь, не отсвечивайте. Ясно⁈ — строго распорядился я, получив от женщин утвердительные кивки.

— Вот видишь, о чём я говорю? — усмехнулась Мишель, заставив Ванессу робко улыбнуться. — Грубиян и мужлан!

Я мысленно махнул на девчонок рукой и направился к выходу. Приоткрыл дверь амбара и осторожно выглянул наружу…

Со стороны дома уже доносился шум, звук обеспокоенных голосов, а из окна второго этажа валил густой дым.

— Пожар! Пожар! — услышал я отдалённый грубый мужской голос, и уже через мгновение внутренний двор заполнился суетящимися людьми.

— Идём, — коротко бросил я и потянул девчонок следом за собой…

Короткая перебежка…

Тень под навесом…

Небольшая передышка и снова бег…

Спасительная калитка ворот уже была совсем рядом, и я на миг потерял бдительность. Идиот!

— Куда вы это собрались на ночь глядя? — вышел из тени высокого забора один из охранников, взяв нашу троицу на прицел дробовика.

— Да просто гуляем… Ночь… Луна… Романтика… — пожал я плечами, пытаясь потянуть время в поисках выхода из сложившейся ситуации и глядя на чернокожего мужчину, стоящего в нескольких метрах от меня. Неудивительно, что я его не заметил в темноте.

— Отцу это расскажешь, умник, — качнул охранник стволом дробовика в сторону дома и сделал шаг назад, отойдя от меня на безопасное расстояние. — Иди давай!

Вот сволочь!

За спиной охранника мелькнула какая-то тень, на голову несчастного опустилось что-то явно тяжёлое, и мужчина с дробовиком резко осел, распластавшись на пыльной земле.

— Ох, как неловко вышло, — покачал головой вышедший из тени на лунный свет мужчина.

— Брат Джозеф… — кивком головы поприветствовал я новое действующее лицо в этой маленькой пьеске.

— Брат Алекс… — кивнул мне внедрённый в секту агент, подобрав с земли оружие и перекинув его через своё плечо.

— Спасибо!

— Да не за что… Вы, кажется, куда-то шли?

— Угу, — подтвердил я. — На волю…

— Ну и идите с богом. Нечего испытывать судьбу… — сделал Джозеф шаг в сторону, освобождая проход к калитке.

— Возьми, — порывшись в своём нагрудном вещмешке, протянул я нашему спасителю небольшой прямоугольный предмет.

— Что это?

— Кассета из сейфа матушки.

— Алекс! — недовольно дёрнула меня за руку Мишель.

— Не переживай, у нас ещё есть.

— Хм… — недоверчиво покрутил Джозеф кассету в своих руках. — И что на ней?

— Не знаю, — пожал я плечами, — но наверное что-то ценное, раз матушка хранила её в сейфе.

— Логично. И что мне с ней делать?

— Передай начальству. Может, они что-то придумают.

— Хм… Спасибо! — поблагодарил меня Джозеф, пряча подарок под свой безразмерный балахон. — Ладно, валите уже, пока остальные не подтянулись…

Я ещё раз кивнул, взял девчонок за руки и потащил за собой в сторону выхода…

— Кто это? И почему он нам помог? — недовольно пробормотала Мишель у меня за спиной.

— Долгая история. Потом как-нибудь расскажу… — отмахнулся я, дёрнул металлический засов на двери, выглянул в дверную щель, огляделся по сторонам, вытолкал девчонок наружу и вышел вслед за ними.

Прикрыл за собой калитку, ориентировочно прикинул в какой стороне находится трасса и двинулся на север, потянув Мишель и Ванессу за собой.

Позади нас тёмное небо всё сильнее окрашивалось огнём от разгоравшегося ранчо, мне грела душу небольшая нагрудная самодельная сумка с компроматом и пачками долларов, а мы постепенно удалялись всё дальше и дальше от этого проклятого места…

— Нужно было машину угнать, — недовольно проворчала Мишель.

— Ого! — удивлённо пробормотал я. — Не ожидал услышать это от законопослушной юристки. Да и не припомню, чтобы кто-то из нас умел угонять тачки…

— Я умею! — тут же отозвалась шедшая справа от меня Ванесса.

— Вот! — мстительно произнесла блондинка.

— Да? — снова удивился я. — Можем тогда вернуться, если есть желание…

— Не смешно, — фыркнула Мишель.

— Не смешно, — хмуро подтвердила дочка Хейворда.

Вот Чёрт! И когда это они успели спеться?

— А ну стоять! Кто такие⁈ — раздался грубый мужской голос, который мы точно не рассчитывали услышать ночью посреди безлюдной пустыни, а яркий свет фар разрезал темноту, ослепил и заставил нас зажмуриться.

— Fuck! — выругалась блондинка, непроизвольно дёрнувшись и спрятавшись у меня за спиной. — Приплыли… Ванесса! Иди сюда!

— Джо, Бак! — устало выкрикнул я, прикрывая глаза рукой от яркого света. — Хватит девочек пугать…

— Прям уже и пошутить нельзя… — недовольно проворчал голос Бака.

— Давно вы здесь торчите? — глянув на очертания двух проступивших в свете мотоциклетных фар фигур, поинтересовался я у парней и по очереди обнялся с каждым из них.

— Да уж три дня. Как ты и говорил — дежурим каждую ночь с двенадцати до трёх.

— Чёрт, Алекс! Это самое сладкое время для сна! — не переставал ворчать Бак. — Я бы мог в это время спать в тёплой постельке под боком своей подружки, а не торчать здесь.

— Ну прости, дружище, — хлопнул я здоровяка по плечу. — В следующий раз постараюсь проворачивать все дела днём…

— Угу, конечно… Так я тебе и поверил, — поморщился байкер.

— Кстати, — подал голос Джо, — Джимми приказал, если ты не объявишься через два дня — брать мотель штурмом и вытаскивать тебя силой. Сказал, что хватит тебе прохлаждаться и траха… пардон, мадам… — заметив девчонок, замялся он, — и кувыркаться с симпатичными сектанточками.

— Слушай, Алекс… — снова влез в разговор Бак. — А это правда, что в секте все спят друг с другом?

— Правда, но есть маленький нюанс…

— Какой?

— Чаще всего тебя, а не ты…

— Эй, нет! — отчаянно замотал байкер головой. — Мне такое не подходит…

— Вы одежду привезли, бестолочи? — поинтересовался я.

— Конечно, как ты и просил! — на секунду скрывшись в темноте, Бак вернулся с парой свёртков в руках и протянул их мне.

— Спасибо, — скупо поблагодарил я, сунул один свёрток Мишель, распаковал второй, скинул свой балахон и неторопливо переоделся в нормальную и привычную одежду, поглядывая в сторону блондинки, которая без лишних вопросов последовала моему примеру, быстро влезла в тесные облегающие джинсы, натянула на обнажённый торс белую майку и накинула на плечи тёмную кожаную курточку, ничуть не смущаясь посторонних.

— Чёрт! — выдохнул стоящий неподалёку от меня Бак.

— Что? — глянул я в сторону байкера.

— Беру свои слова обратно, — пробормотал тот.

— Какие?

— Ну… Я как-то говорил, что рыжая была симпатичнее… Ты умеешь выбирать девчонок, парень!

— Она не моя девушка… — вздохнул я.

— Ну да, ну да… — скептически хмыкнул Бак.

— Вы байк мой привезли? — перевёл я тему.

— Да, вон в кустах валяется… — махнул рукой Джо куда-то в сторону.

— А это что за мелкая с вами? — кивнул Бак на притихшую в стороне дочку Хейворда.

— Ванесса, — пояснил я. — Ванесса, познакомься, эти суровые дядьки — Бак и Джо. Парни, это Ванесса. Джо, возьмёшь девчонку к себе на байк?

— Возьму, конечно.

— Покажешь дяде Джо, где живёшь? — повернулся я к девушке.

— Покажу, — хмуро пробормотала она, глядя на сурового огромного байкера снизу вверх.

— Не бойся, он тебя не обидит.

— Пусть лучше он боится, — хмыкнула Ванесса.

— Ого! — рассмеялся Джо. — Алекс, где ты таких девчонок всё время находишь?

— Да то здесь, то там… — отмахнулся я, достал из кустов свой мотоцикл, проверил зажигание и запрыгнул на сидушку. — Ладно, поехали, парни. Мишель? — вопросительно глянул я в сторону блондинки, отдающей последние указания спасённой из секты девчонке.

— Иду! — коротко бросила Мишель, обняла напоследок Ванессу, что-то шепнула ей на ухо, развернулась и через мгновение запрыгнула на мотоцикл позади меня, крепко обхватив меня за пояс и прижавшись грудью к моей спине.

Я крутанул ручку газа до упора, с рёвом выпуская из выхлопной трубы клубы дыма, а из-под колёс каменные крошки и пыль, вильнул задним колесом, разворачиваясь на месте на сто восемьдесят градусов, и направил байк в сторону видневшейся вдали трассы.

Ну… Можно сказать, мой маленький непредвиденный отпуск закончился. Пора заняться делами…