Хозяин Оков X

Глава 17

Велариос, не прощаясь, покинул мою компанию, а один из его прихлебателей достал из хранилища страницу гримуара — серебряную пластинку с сохраненным внутри плетением.

— Я полагал, что маги особого статуса используют как минимум золото для печатей, — хмыкнул я.

— Вам рано подвергать сомнению решения господина Велариоса, приор, — ответил мне слуга с толикой надменности.

Я принял пластинку и вернулся к союзникам.

— Как-то легко он поделился с тобой печатью, — заметила Лиетарис.

— Его рожа мне не нравится, во славу огня! — буркнула Ниуру.

— И о чем они там шептались — тоже непонятно, — покивал я. — Возможно, в печати заложена какая-нибудь гадость. Надо бы дать ее на проверку опытному магу. Но внутри должна быть руна трансформации в стихию Пепла. Уже одно это — солидное приобретение!

Я двинулся на поиски чародеев и вскоре меня направили к другому приору, служащему в Лихих Псах седьмого полка. Ему тоже полагалась отдельная комната, а не жалкая койка в казармах. Один из сильнейших магов полка оказался не таким уж и старым. Старше меня, но ненамного. Из внешности разве что выделялась длиннющая ухоженная борода.

Он словно бы старательно косплеил образ мудрого волшебника из земных сказаний. Хотя вряд ли знал о них. В целом на Тардисе маги могли выглядеть совершенно по-разному. И даже в качестве посоха-фокусатора использовали не только посох. Клинок, щит, шлем, перчатку или наруч как я.

Я вежливо поприветствовал коллегу и коротко обрисовал находку.

— Велариос, да? С ним лучше не связываться, — хмыкнул приор. — Он ко всем кандидатам в особые маги относится с негативом.

— Думаете, печать бахнет при активации?

— Вряд ли. Любой разумный чародей ведь не будет тестировать новое заклинание сразу в полную мощность.

— Разумеется… — кисло улыбнулся я, вспоминая свои некоторые прошлые опыты на магическом поприще.

— Так что в такой пакости нет смысла. А вот если внести незначительный дефект, чтобы чародей мучился с печатью многие месяцы или годы. Не понимал, почему печать не работает, тратил драгоценное время и злился. Вот где настоящее искусство коварства! — усмехнулся маг.

— Косячная печать, значит? Интересно, получится ли ее исправить… — задумался я.

— Это же пепельная печать, так? Есть в другом полку у меня один знакомый, который ковыряет стихию Пепла уже лет двадцать, наверное. Я уж ему твержу постоянно, чтобы бросил это гиблое дело. Нет у него предрасположенности к Пеплу, и все тут. Нет, втемяшил себе в голову. Хочет стать особым магом императора и прославиться.

— И за сколько же он согласится поделиться своей печатью?

— Да за бутыль ичхарийского хотя бы. Пять золотых, и я добуду вам печать, сударь Мрадиш.

— Пять золотых? Всего? Для меня странно, что маги так легко расстаются с печатями, тем более столько ценными.

— Вы же прибыли с Алгадо, верно? Не стоит равнять ваше захолустье с имперскими порядками. В Нуэз действует строгий указ императора, согласно которому печати должны передаваться свободно. В гражданской жизни это соблюдает слабо, но в армии более-менее действует. Особенно если речь идет о печатях стратегического назначения вроде стихии Пепла. Чем больше в империи магов с мощными заклинаниями, тем империя сильнее. Все просто. К вам еще не обращались за вашими печатями по скрещению лучей?

— Уже передал, — кивнул я.

— Правильно сделали. Это первые предложения поделиться делают вежливо. Если же маг не желает делиться наработками, могут натравить имперскую службу безопасности. И врагу такого не пожелаешь!

— Выходит… В империи не получится скопить к старости кучу полезных печатей и почивать на лаврах, собирая дивиденды?

— Разве что пропьете весь опыт и умения. К старости многие идут в учителя для начинающих чародеев. В армии тоже проводят курсы подготовки одаренных бойцов. Там, правда, в основном боевые печати, что и надо для имперских войск.

— Если здесь так легко делятся печатями, значит я могу запросить доступ к любым заклинаниям?

— Вполне. Не уверен, что вы найдете в местных хранилищах печатей что-то интересное, но проверить предрасположенность стихий в любом случае стоит. Подайте запрос через Туенгоро — так будет проще всего. Сколько лет вам потребуется на адаптацию узоров — другой вопрос. Не рекомендую распылять внимание на десятки печатей. Лучше оттачивайте одно-два заклинания своих лучших стихий до идеала. Хотя… Что это я взялся учить опытного приора, кандидата в особые маги? Вы и без меня знаете, как работать с волшбой.

— Не страшно. В моем магическом образовании зияют страшные пробелы, так что я могу не знать некоторых элементарных вещей. Как вообще работает стихия Пепла?

— Создается ворох хлопьев, похожих на пепел. Заклинание значительно снижает видимость на местности и может использоваться как дымовая завеса. Пепел залепляет глаза, нос, рот. Без защиты такому вихрю противостоять тяжело. Многие враги ничего не видят, задыхаются и теряют сознание. Если пепельный маг на твоей стороне, вы сразу же получаете преимущество в бою! — поведал приор. — Правда, стихия Пепла не слишком избирательна, так что союзники тоже могут получить пепельную бурю.

— Звучит любопытно. Благодарю за помощь! В таком случае хотелось бы поглядеть на пепельное заклятье!

Я передал десяток золотых. Пяток за бутылку и пяток за помощь самого приора. Спустя всего полчаса полковой чародей передал мне серебристую пластинку из гримуара через одного из рядовых, наказав скопировать до завтрашнего дня.

В некоторых артефактах или гримуарах могли содержаться видоизмененные печати. Такие невозможно скопировать и перенести на другой носитель без расшифровки. Но обычно маги хранили печати в традиционном виде.

На зеленом ранге мне стало наконец хватать мощности для зачарования простых заготовок без использования допинга в виде осколков или пилюль. Раньше приходилось дополнительно тратиться, поэтому я перезаписывал печати редко. Только когда образовывался излишек энергии.

Хватало, правда, только на стандартные крупные пластинки из металлов. Для миниатюризации печатей или работы с теми же драгоценными камнями все равно придется использовать усиления.

Я вернул печати Велариосу и магу, у которого мы получили заклинание за бутылку. Велариосу доверия никто не испытывал, так что и копировать его узоры я не стал. Сосредоточился на изучении второго заклинания.

До отбоя оставалось несколько часов. Как раз появилось время на эксперименты. Своего часа, правда, ждали другие, более мелкие задачи, но как можно не протестировать сразу же редкую стихию Пепла? С моей технологией адаптации задача ведь плевая. Вдруг у меня к ней предрасположенность?

Как и всегда, я отложил прочие дела и занялся новой интересной разработкой. Сразу же возникли сложности. Для стихии Пепла требовалось чуть больше параметров, чем для рядовых заклятий, а это повышало трудоемкость расчетов значительно.

Я возился с пепельной печатью остаток вечера, часть ночи и часть утра. Поспал всего несколько часов. Если кратко: печать мне не покорилась. Я давно не сталкивался с неудачами в плетениях и их адаптациях, поэтому задача стала для меня настоящим вызовом. Корпел полночи, убил множество часов. Однако заклинание так и не активировалось, хотя я и подстроил печать под свою ману.

Собственно в этом и крылась одна из главных проблем местной магии. Если заклинание вообще не активируется, невозможно определить, на верном ли ты пути. Возможно тебя отделяет от успеха одна мелкая корректировка узора, а может ты вообще копаешь в неверном направлении. Тебе даже может казаться, что успех близок, и заклинание вот-вот заработает, однако по факту же это тупик, из которого нет выхода, и надо все начинать по-новому. Полностью перебирать схему, менять форму узоров, компоновку рун, подстраивать печать с нуля.

Даже возникали мысли, уж не надурил ли знакомый маг с печатью. Тоже подсунул с дефектом, либо ему кто-то подсунул с косяком раньше. И он двадцать лет тратил на нее время в тщетных попытках покорить редкую стихию. Мысль показалась мне крайне грустной, так что я решил надеяться на лучшее. По возможности надо будет раздобыть иные варианты печати, чтобы попытать счастья с другими узорами.

В итоге я не смог приблизиться к активации пепельной печати ни разу. Все попытки оказались напрасны. Я уже и так и эдак крутил узоры, перестраивал и просчитывал новые версии контуров, однако стихия Пепла так и не поддалась.

— Наставник! Народ уже начинает собираться. Мы будем заниматься разумотерапией или нет? — поторопила меня Лейна.

— Разумеется. Нельзя подвести народ! Сегодня ты получишь свой зеленый ранг, ученица.

— Вы не забыли, что я еще не достигла порога текущего ранга?

— Ах да, точно. Надо бы тебе желтый камешек приобрести для прокачки… — спохватился я. — Средства есть, так что справимся. Передайте пациентам, что мы задержимся на часик…

Я спешно свернул свою исследовательскую деятельность и повел народ с фургоном клиники к точке сбора. Вывеску подчиненные по моему приказу переделали. Вместо Целителя проклятий там теперь красовалось Разумотерапия Хорана Мрадиша. Ииланду напялила тонкий облегающий сарафан, который выбрали под нее. Красивая эльфийка привлекала внимание людей, что от нее и требовалось. Солнечная возмущалась, конечно, но кого интересует мнение ушастых? Школа Солнца будет знать, как нападать на мирных купцов в чистом море по беспределу.

Первым делом отправился на рынок.

— Прекрасные Солнечные эльфы, знаменитые стрелки самого Лучезарного мага! — надрывался я, стараясь перекричать шумный базарный гомон. — Налетай, торопись, бери белобрысых эльфов, не жмись! Лучшие боевые единицы на всем Шимтране! Хочешь скрестить лучи — тебе к Лучезарному магу!

Подход принес свои плоды. Удалось найти покупателя, которого заинтересовали возможности эльфов в плане скрещения лучей. В магии он разбирался так себе. Зато платил полновесным золотом, а большего и не надо. Удалось выручить на перепродаже приличную сумму. Не сто процентов прибыли, но заработок солидный.

Вот бы можно было поставить на поток это дело. По сути я реализовывал славу Лучезарного мага, которая постепенно расползалась по прифронтовой зоне и империи в целом. Солдаты рассказывали другим о том, как им чудом удалось отбиться от дерзкого налета Сумеречных, и имя этому чуду — Лучезарный маг Хоран Мрадиш!

Правда, долго такая история работать не будет. Все равно народ поймет, что без моих призм скрещения лучей им не видать. Надо снимать сливки, пока есть такая возможность.

Я накупил несколько осколков, включая один желтый. Оставалось надеяться, что этого хватит на возвышение для мелкой. Крайне расточительное дело! С одной стороны продавать слуг не хотелось, но я понимал, что чем их больше, тем выше вероятность, что кто-то из них помрет. На данный момент все эти заботы можно переложить на государство. Империя заинтересована в том, чтобы Лучезарный маг имел при себе лучших Солнечных стрелков.

А там и с трофеев прибыль подоспеет. Главное, чтобы Сумеречные не бросили попытки насолить людишкам. В прошлый раз мне удалось сорвать нехилый куш, поэтому я ждал следующей встречи с нетерпением. Да, рисковать мне не слишком нравилось, но если это приносит большую прибыль, то риск оправдан. Мы ведь на ровном месте срубили несколько сотен золота. Буквально за полчаса. На перепродаже такие деньги придется зарабатывать намного дольше.

Заодно с Дзартен и с проклятьем разберемся. Либо она меня разыщет и прибьет, либо я поймаю Ночную эльфийку. Одно из двух. Провидение привело меня в Нуэз явно не зря. Здесь и решится судьба моего проклятья и меня самого.

Возможно, настала пора заканчивать с бродяжничеством. Странно с таким сильным отрядом из бойцов зеленого ранга заниматься банальной продажей товара, пусть и живого. Этим обычно занимались мастера без особых умений.

В груди неприятно щемило, когда в моей голове проносились мысли насчет собственного будущего. Нравилось мне бродить по свету, узнавать новые места, изучать местных эльфов и заниматься торговлей!

Ладно, лучше сосредоточиться на текущих задачах. Еще Чистильщики висят дамокловым мечом над моей шеей, еще статус особого мага императора не получен. Решим основные вопросы, а там и посмотрим, чем заняться в дальнейшем.

— Знаменитая клиника разумотерапии Хорана Мрадиша начинает свою работу в прекрасном Ичхари! Приветствую собравшихся жителей сего славного города! Мы знаем, что с проклятьем живется тяжело. Сложно примириться с утратой былых возможностей. Поверьте, я знаю, поскольку сам проходил через проклятье! В клинике мы помогаем бороться с дурными мыслями и подсказываем, как справиться с недугом! — вещал я на площади перед фургоном.

— Так вы лечите от проклятья или нет⁈ — спросил один из хмурых вояк.

— В каком-то смысле — да. В любом случае вы не останетесь разочарованы, уверяю вас. Необходимо только подписать договор о неразглашении сведений. Методы разумотераписта — это профессиональная тайна! Мой ассистент поведает вам другие детали при обсуждении договора. И помните, что мои услуги стоят в разы меньше, чем у коммерческих целителей проклятья. Устали ждать своей очереди у имперских целителей? Тогда вам прямая дорога в клинику разумотерапии!

— Че за разумотерапия такая? — продолжили шушукаться пришедшие зеваки. — Лечат проклятье в башке что ли?

— Будешь пробовать?

— Мутно звучит…

— Шарлатанство какое-то.

— А я бы попробовал, но первым не рискну. Надо посмотреть на результаты сначала.

— Тогда я вызовусь первым. Все равно мне терять нечего…

Первым пациентом оказался бедняк, который смог наскрести всего десяток золотых. Сущие гроши по меркам целителей проклятий. Даже если бы мы использовали пилюли в качестве допинга, все равно бы не вышли в плюс.

— В качестве исключения первому кандидату положена скидка! — решил я.

В итоге мужчина выслушал предупреждения Эббот и подписал договор, согласившись на все его кабальные условия. Включая огромные штрафные санкции за разглашение секретной информации. Я не исключал, что правда рано или поздно просочится, но Лучезарный маг найдет выход из любой ситуации.

Я провел беседу с первым пациентом внутри фургона. Изобразил умудренного психолога — таким, каким я его себе представлял. В настоящей психологии разбирался весьма поверхностно, но и местные в ней не смыслили. В общем, больной получил представление о легенде, а затем мы занялись настоящим лечением проклятья. Лейна схомячила несколько осколков, я ограничился слабыми пилюлями. Простых пациентов можно было принимать и с ассистентом желтого ранга.

Не все, но многие контуры я успешно почистил. Сделал больше, чем было уплочено. В дебри не лез, поскольку смерть или увечья первого же пациента могли негативно сказаться на репутации клиники. Лучше пока не спешить.

Операция прошла в целом удачно. Пациент остался доволен. Помня об уговоре, он не говорил ничего напрямую собравшимся, но нахваливал клинику активно. После этого народ попер стабильным потоком. Образовалась длиннющая очередь. В Ичхари проклятых проживали сотни и тысячи, ждущие своей очереди годами. Это если им положено было лечение. Простых жителей или рядовых без заслуг империя могла и продинамить. Сами должны о себе позаботиться — на всех целителей не напасешься.

Процесс пошел, и мы включились в работу. Провести психологический тренинг с пациентом, привязать его к кровати, заткнуть рот кляпом, поковыряться щупом, и готово — следующий!

Совсем нищих мы отсылали, но и прям лучших пациентов не ждали. Все равно я планировал провести в городе несколько сеансов, надеясь, что мы в Ичхари задержимся.

Действие осколков и пилюль быстро сходило на нет, бюджет потихоньку наполнялся золотом благодарных пациентов. Наконец и Лейна достигла границы текущего ранга.

— Наставник, я чувствую, как магия вибрирует внутри меня! — оживилась девочка.

— Отлично — остался последний рывок. Зови Ульдантэ и бери зеленый осколок. Пока я не слишком устал, лучше займемся Лунной в первую очередь.

— Хоран, там тип из канцелярии подошел, — донесла нам Ниуру.

Мы вышли наружу и встретились лицом к лицу с чиновником из канцелярии города, визит которого был нами вполне ожидаем:

— Что за шуточки, сударь Мрадиш! Вы занимаетесь целительством проклятий без лицензии! Вводите народ в заблуждение! В империи только профессиональные целители имеют право лечить проклятье. Это слишком опасное дело, чреватое смертью и увечьями больных!

— Вы ошибаетесь, сударь. Я занимаюсь разумотерапией, а не лечением проклятий, — покачал я головой.

— Что?

— Мои пациенты подтвердят, не так ли? — обвел я взглядом толпу. — Ведь если бы я действительно занимался лечением проклятий без лицензии, мне пришлось бы платить большие штрафы. И, к сожалению, прекратить свою деятельность…

— Нет-нет, господин Мрадиш ничего не лечит, — влезли благодарные пациенты. — Он, это самое, разум терапевтирует. После разговора с ним на душе становится намного легче!

— Оставьте господина в покое! Никому он ничего не исцелял!

— Но это ради вашего же блага… — растерялся служащий канцелярии.

На бедного чиновника насели с разных сторон как уже исцеленные пациенты, так и стоящие в очереди. Им не хотелось упускать такой прекрасный шанс избавиться от мучившего их недуга.

— Хорошо! Занимайтесь этой вашей… Разумотерапией. Однако я составлю отчет начальству о вашей подозрительной деятельности, сударь Мрадиш.

— Вы хотите об этом поговорить? — участливо заметил я. — Вижу, что у вас на работе постоянные проблемы. Давление начальства? Возможно, издевательства коллег? Скажите, какие у вас были отношения с отцом в детстве?

— Это здесь причем? Оставьте меня в покое!

Чиновник спешно удалился с площади, не став чинить нам препон. Народ воодушевился, как и я.

— Молодчины! Первое правило клуба разумотерапии — никому не говорить о клубе разумотерапии, — прижал я палец к губам. — Ульдантэ, ты следующая!