Хозяюшка Покровской крепости. Книга 2

Глава 6.

- Погода наладилась, — было первое, что я услышала утром от Сила Капитоновича. - Кашеварил сегодня Богдан. Позавтракаем и двинемся в путь. Вставай, приводи себя в порядок.

- Я мигом, — подорвалась с места. - Даже не слышала, когда остальные проснулись, — стало как-то неловко.

- Немудрено, — улыбнулся мне по-доброму. - Засиделись мы вчера со своими разговорами, а у тебя организм молодой, но хорошего отдыха тоже требует, — прибрал в ножны оружие, которое чистил. - Котов твоих уже накормили, они пайку свою сразу стребовали, как только первый из нас зашевелился.

«Они могут. Эти проглоты своего не упустят», — усмехнулась собственным мыслям и принялась туго сворачивать свою постель, благо собственный комплект из матраса с подушкой и одеялом у меня имелся с собой.

Быстренько привела себя в порядок и даже успела сбе́гать до ветру. Утро было уже совсем не ранним и нам стоило поторопиться. Чистое небо ярко-синего цвета, который бывает только весной после непогоды, давало надежду, что мы доберёмся до нужного места без задержки. На его фоне высокие сосны и ели очень красиво выделялись своей тёмно-зелёной хвоей, сквозь которую пробивались солнечные лучи.

- Оставь, Владимир сам унесёт и уложит, как положено, — Гуска остановил мой порыв унести всё моё добро в повозку. - Бери миски и раскладывай кашу, хлеб я уже нарезал. Сейчас наши подойдут. Надо бы взвару ещё разлить по бурдюкам. Как раз подстыл немного, — добавил озадаченно, указав на большой котёл в стороне и наши дорожные ёмкости.

Задерживаться мы не стали, после плотного завтрака собрали остатки вещей, поблагодарили хозяев и выдвинулись в путь. В сопровождение нам выделили старичка, который взялся проводить нас до тракта.

- Места здесь потаённые и не каждый найдёт нужную тропку, — объяснил он нам свой порыв, а мы и не возражали. - Дорога будет хорошая, так что быстро доберётесь до нужного поселения.

Определить народность этого стойбища у меня не получилось, но в разговорах между собой служивые их называли сибиряками. На самом деле в этих людях смешалась кровь разных народов. Когда-то Сибирское ханство образовалось в результате распада Золотой Орды, поэтому и сохранились в них черты не только татар или монголов.

Свою привычную длинную шубу, старик сменил на более короткий тулуп. Передвигаться он собрался верхом на олене без какого-либо седла, подстелив лишь кусок войлока на спину животному. Небольшая нарядная уздечка служила больше для красоты, так как управлялся сибиряк, держась за ветвистые рога, которые совсем скоро это животное сбросит.

Зрелище это было удивительное, но подойти к рогатому красавцу я не осмелилась. Да и Капель будто бы ревновала меня из-за внимания к другому существу и недовольно пофыркивала. Сегодня и коты словно смирились со своей участью и уже не упирались, когда усаживала их в короб.

Когда выбрались за пределы поляны, то сразу же наткнулись на гладь большого замёрзшего озера. Шайтан-озеро... Мы не дошли до него буквально триста метров, хотя в буран могли и не приметить его совсем.

Сразу вспомнился разговор шаманки про Духов, и предложение вернуться домой...

Раскиснуть легко, а как собрать потом себя? Дала себе установку выкинуть всё из головы до поры до времени и сосредоточиться на дороге.

Вокруг стояла оглушительная тишина. Даже шум деревьев стих. Слышен лишь скрип снега под копытами и полозьями нашей повозки, да редкие всхрапывания лошадей.

Словно вся природа замерла в этом самом месте...

Стало вдруг как-то жутко и захотелось убраться отсюда подальше...

Наш провожатый повёл нас на северо-запад от озера и заявил, что до Тары около пятидесяти вёрст, поэтому мы успеем на своих лошадях добраться засветло.

Доехали до небольшой реки, петлявшей среди холмов. Бор шумел в вышине над нами, а молодой ельник чернел вдалеке на возвышенности. Густого подлеска здесь почти не было, что не затрудняло наш путь.

- В этом месте и олени не кормятся, — развёл руки старик, словно охватывая эти просторы. - Наше стадо с другой стороны озера пасётся. Как пойдёт приплод, так к стойбищу и пригоним.

Теперь стало понятно, почему никого в ограде с навесами видно не было. Поэтому и наших лошадок разместили почти с комфортом.

Снега здесь было очень мало. Однако он настолько был утрамбован, что почти не мешал лошадям, которые оставляли лёгкие следы от подков на плотной корке. Но это не дорога и не тракт. Таким образом, потрудился ветер и оттепель. Под таким слоем достать пропитание диким животным практически невозможно.

- Теперь держитесь всё время этой реки, — принялся объяснять наш дальнейший маршрут провожатый. - Дойдёте до устья, где она впадает в большую воду, и пройдёте ещё две версты по прямой. Тогда переходите на другой берег, а там вёрст двадцать останется до старой крепости.

- Спасибо за помощь, — поблагодарил наш командир отряда, выдав пару монет, и мы двинулись дальше.

В безветренную погоду с хорошей видимостью путешествовать было гораздо легче. Нам попадалось множество следов различных диких животных. Белки, так и вовсе, сопровождали нас неотрывно какое-то время, а затем потеряли к нам интерес. Пару раз спугнули зайцев с лёжки и косуль. Этот уголок природы был, будто бы ещё не тронут человеком, хотя охотничий промысел был развит уже в этих краях.

Именно здесь степные просторы сменились урманами. Берёзы, осины и ивы спокойно соседствуют с сосной, елью и лиственницей. Чуть реже встречается пихта и кряжистые кедры. Я впервые видела деревья в несколько человеческих обхватов. В своей реальности я таких совсем не помню, хотя пару раз бывала в тайге.

Воздух здесь особенный и насыщен хвойным ароматом. Здесь нет дыма от печных труб, а о промышленных выбросах и говорить нечего. Пройдёт ещё несколько столетий, прежде чем человек возьмётся массово пилить тайгу, хотя есть вероятность того, что в этой реальности такого вреда природе люди не нанесут.

«Кого я обманываю? Разве что себя. Человек всегда привык только брать у природы и практически ничего не возвращать», — сразу вспомнились наши поездки от Станции юных натуралистов (СЮН) с детьми для посадок сосен и елей, встречающиеся огромные лесовозы с древесиной и выжженные лесные массивы.

До устья реки мы добрались уже после обеда, и без проблем перебрались на другую сторону. Вроде мы находились сейчас всего лишь на двести вёрст севернее Покровской крепости, но весной здесь ещё и не пахло. Даже промоин и проталин практически не было, лишь уплотнившийся снег.

Совсем скоро мы ступили на наезженный тракт и двинулись в нужном направлении. Я была полна предвкушения увидеть одну из старейших крепостей Западной Сибири. В моей реальности от неё не осталось и следа. Археологи работали над раскопками и даже воссоздали небольшой участочек крепости, но это совсем не то, что видеть в живую историческую достопримечательность.

Тарская крепость была построена князем Андреем Елецким в конце XVI века на возвышенности близ впадения реки Аркарки в Иртыш. Из-за ограниченности ресурсов она ставилась гораздо меньших размеров от первоначально задуманных, но была воздвигнута по всем правилам укрепления.

Эта крепость не раз подвергалась набегам, а людей уводили в полон. Ей угрожали потомки хана Кучума. Она осаждалась калмыками и горела. Пережила Тарский бунт, связанный со старообрядцами. Но всё это было в моей прежней реальности, а здесь...

Город Тара со дня основания был местом ссылки крестьян, мастеровых, провинившихся стрельцов, посадских людей и военнопленных.

Подробностей особо сейчас не могла вспомнить. Но, чего греха таить? Я никогда особо в своей прошлой жизни этим не интересовалась.

«В этой реальности, по сравнению с Тарской крепостью, наша Покровская живёт практически мирной жизнью, как и Омская. Редкие набеги на ближайшее поселение и хутора можно считать совсем небольшими событиями, которые обходились малой кровью», — даже не пыталась высказать эти мысли вслух.

Мне никогда не были близки истории о фортификационных сооружениях и укреплениях, о набегах и столкновениях времён средневековья. Только проживая на территории гарнизона, начала подмечать многие вещи. Рассказы служивых заставляли задуматься о защите наших земель и рубежей.

Прежде меня всегда интересовала лишь природа края и её ресурсы: ягоды, грибы, орехи, различные полезные травы и рыба. Мы с радостью с мамой и бабушкой, когда я ещё училась в школе, приобретали на городском рынке свежую ежевику, чернику и клюкву. В наших ближайших лесах они не водились. Покупали таёжные сушёные грибы и свежую рыбу. Особым удовольствием было ковырять и грызть кедровые орешки прямо из шишки, измазываясь смолой, которая с трудом оттиралась от пальцев.

«Как давно это было... Многое уже стёрлось в памяти, но есть вещи, которые никогда не забудутся...» , — промелькнула тоскливая мысль.

Как только солнце начало клониться к горизонту, перед нами раскинулось поселение, а чуть дальше на взгорке виднелись почти чёрные стены укреплённого сооружения. Тара разместилась на двух террасах и самый верхний занимала крепость.

«В 1782 году это поселение станет уездным городом Тобольской губернии, а через несколько лет ему Высочайше будет пожалован герб» , — неожиданно всплыло в памяти из доклада выступающего паренька на научно-практической конференции.

- Добрались, — послышалось впереди. - Сейчас прямиком в гарнизон, а потом будем решать все остальные вопросы.

- Смотреть в оба, чтобы под копыта никто не попал, — зычно выкрикнул Сил Капитонович на въезде в город к первой линии укрепления.

- Мария, не спеши. Держи свою кобылку рядом со мной, — предупредил Жирнов. - Не приведи Господь, кто вздумает дорогу перебежать.

- Неужели находятся такие глупцы, что сквозь отряд побегут?

Наш отряд сейчас состоял всего из пяти человек, четверо из которых были верховыми — по двое впереди и замыкающими. Один управлял повозкой на полозьях по центру между нами. Двигались мы друг от друга на небольшом совсем расстоянии и не растягивались, старались держать строй. Подождать, пока мы проедем — много времени не составит.

- Это город, а здесь народ разный бывает. Дети баловство могут задумать, — разъяснял мне Владимир. - Как-то наших на спор так испытывали, а хлопец чуть не убился под копытами.

Пришлось смотреть по сторонам... Дома преимущественно были деревянными в один и реже в два этажа. Многие срубы давно почернели от времени, но выглядели крепкими и добротными. Некоторые из них были украшены искусной резьбой. Можно было долго любоваться наличниками и ставнями, переходя от одного дома к другому. Только не везде на окнах было стекло, многие ещё закрывались пузырём или слюдой. Каменные строения начали чаще встречаться ближе к центру города, но их было ещё очень мало, по сравнению с тем же Омском.

Но больше всего меня поразило количество куполов церквей, храмов и колоколен, которые возвышались над всем городом. Для такого относительно небольшого поселения их было очень много.

Моё любопытство привлекло внимание Жирнова.

- Храмы и сам город не раз горели во время набегов, но всегда их отстраивали на прежнем месте, — пояснял мне Владимир. - Это сейчас их ставят из камня, а прежде возводили только из дерева.

- Строительство церкви обходится недёшево, — прикидывала в уме цену за кирпич и камень. - Мы несколько лет на свою собирали в Покровской и материалы загодя готовили.

- В Таре торговля хорошо идёт с калмыками, бухарцами и кокандцами. С Востока купцы заглядывают теперь часто. Вот на благое дело торговый люд и жертвует. С этих денег и ставят всё.

Больше всего выделялась пятиярусная колокольня, только ближе всё рассмотреть не вышло. Мы подъехали ко второй линии обороны, состоящей из острога с шестью башнями.

Пока Сил Капитонович предъявлял наши сопроводительные грамоты, я осмотрелась. Застройка внутри крепости была очень плотной.

«Немудрено, что здесь всё периодически горит , — сделала вывод из увиденного. - Похоже, что набегов давно не было, но восстанавливать полностью крепость не спешат. Видимо, нет больше в этом нужды».

Следы упадка были слишком явные, хотя пушки на верхних площадках башен имелись. Служба неслась исправно. Гарнизон, со слов наших служивых, насчитывал около восьмисот человек и лишь небольшая часть из них была представлена донскими казаками.

Только вот где все служивые здесь размещаются? Ведь не может бо́льшая часть быть постоянно в разъездах? Кто-то должен нести службу и в пределах крепости.

Ещё одной особенностью тарских служилых людей было наличие нескольких окладов: денежного, хлебного и соляного. Содержание гарнизона было делом весьма дорогостоящим, как и любого другого сибирского войска. Макар Лукич не раз ворчал по этому поводу. Благо вооружение было полностью за казённый счёт и обеспечивалось исправно, в отличие от всего остального.

Наши казачки получали лишь денежный оклад и полностью были на государственном довольствии. В этом были как плюсы, так и минусы. Но с расширением посевных площадей и огородов наши солдатики остались в выигрыше. Да и от снабжения мы всё меньше и меньше начали зависеть. Даже в не хлебородный год, не пропадём на картошке и своих разносолах.

«Здесь и огороды-то распахать особо негде, не говоря уже про поля, — окидывала с высоты передвижной башки окрестности, куда мне разрешили забраться. - Разве что на другом берегу Иртыша, но и там свободной земли очень мало».

После просторов Покровской крепости мне здесь, казалось, слишком тесно и неуютно... Даже красота и интересная архитектура церквей как-то померкла...

Багровый закат предвещал на завтра ветреный день, теперь пренебрегать приметами я не собиралась. Хватило прежнего бурана и встречи со странной шаманкой и всей этой мистикой. Даже самый несуеверный человек начнёт сомневаться...

- Спускайся, Мария Богдановна! Будем размещаться на постой, — услышала крик Жирнова от одного из домиков, домом его язык назвать бы не повернулся.

«Доставить ножки и вылитая избушка Бабы-Яги, — пришло на ум. - Стеклом здесь даже не озаботились. Всё-таки Иван Фёдорович у нас более хозяйственный».

Понятное дело, что это укрепление на несколько веков старше Покровской крепости и внутренняя часть занимает гораздо меньше места. Да и от того кремля почти ничего не осталось со времён пожарищ. Служивые в настоящее время больше заняты охраной тракта от Тобольска до Томска, по которому ведут не только каторжан, но проходит караванный и почтовый путь.

Пока я любовалась видами, наше сопровождение уже успело определить наших лошадей и повозку, перенести короб с котами, мои спальные принадлежности и корзину со снедью в выделенную для нас избушку. Помещение, приблизительно в двенадцать квадратов, отапливалось небольшой печуркой у дальней от входа стены. По центру стоит грубый стол с короткими лавками вокруг и голые нары в два яруса вдоль всех стен. Земляной пол даже не затрушен половой и свежей соломой, но специфический запах прелой травы присутствовал.

Масляная лампа скудно освещала стол, но благо хотя бы она у нас имелась. Ужинать в полной темноте не хотелось. Печь, напоминающую буржуйку, уже затопили, и чайник совсем скоро закипит. Осталось закинуть травы и ягод, выложить продукты на стол. О том, чтобы обмыться с дороги или умыться, даже заикаться не стала.

- Это не хоромы наши, но зато не под открытым небом спать будем, — как-то тяжело вздохнул. - Мань, ты ближе к печи, занимай полати. К утру точно изба выстудится, а лишних дров нам не дали.

- Знали бы, что тарские так людей встречают, то из лесу с собой пару вязанок бы прихватили, — проворчал наш утренний кашевар.

- Могу лишь только предположить, что в этой избе каторжан держали. У них со свободными хоромами давно проблема. Весь командный состав и бо́льшая часть служивого люда за первую линию укреплений перебрался, как только семьи разрешили свои забрать и по другим крепостям перестали перекидывать, — проворчал самый старший из казаков. - Богдан, спроси у караульных, где можно водой разжиться. Негоже с грязными руками за трапезу браться.

Я выпустила Лаки и Глори, которые сразу же принялись изучать помещение. Выложила в миску им корм, а лоток даже доставать не стала. При всём желании они в него не пойдут.

Жирнов показал мне отхожее место, но наказал одной никуда не выходить из избы и при надобности кого-нибудь попросить о сопровождении.

- Отдых на пару дней отменяется, завтра выдвигаемся, — словно ввалился в избу Сил Капитонович с парящим котелком в руках. - С рассветом вы в составе конвойного отряда выходите в Омскую, а мы с Марией Богдановной с почтовым обозом двинемся до Тобольска. Можно считать, что нам повезло, — присел за стол и придвинул котелок ко мне поближе. - Раскладывай кашу, Мария, потрапезничаем и на боковую.

«Это хорошо, что задерживаться здесь не будем. Не всегда ожидания оправдываются», — была последняя мысль, с которой я погрузилась в сон под мерное мурчание котов.