Хроники Затерянных Станций. Часть 1. Дом

Глава 3. День Рождения Кудряша. Часть 1.

Утро ступило на землю сладким весенним туманом. Конец мая гонит по небу белых пушистых овец. Главарь безмятежно сопит на старом зелёном диване: утомился за месяц тяжёлый этот кудрявый птенец. А день-то какой замечательный! Удивительно яркий и светлый, всё щекочет голые пятки тёплым желтым лучом! И каждый цветок на деревьях так ласков, радушен, приветлив. Сквозь сон напряжённый Кудряш вдруг дернул крепким плечом.

–Эй, соня, ну же, вставай! Кудряш, ты проспал свой будильник! Понимаю, ты выжат, дружок, но работа на Базе не ждёт! – громко выкрикнул Длинный, рукой опуская рубильник.

–Выключи свет.

–Э, не-е-ет! Так, главарь, не пойдёт! Ты нам обещал, между прочим, показать еще в прошлую среду ту карту, что чудом отда́л барыга-старый Толкач!

–Ладно, болтливый. Не зли. Я приду к вам примерно к обеду. Проследи за порядком на Станции и над душой не маячь, –нехотя выдал Кудряш, одеяло стянув, потянувшись. Взгляд устремился на стол, ну и затем на часы. Стрелки бежали вперед, и главарь, о провод споткнувшись, чуть не ударился носом о половник вошедшей Лисы.

–Длинный, ну я же просил! – Кудряш закипел, точно чайник.

–А не надо свой праведный гнев срывать, вожак, на меня. Я, конечно, всё понимаю, ты здесь босс и начальник, но и я далеко не последняя в этом кругу шестерня! Одевайся, давай. И на завтрак, –сердито вздохнула Лисица. –Тебя ждет подгоревшая греча. Спасибо скажи Молчуну.

–Лиса, дай минуту покоя. Тишиной хочу насладиться, –Кудряш с недовольною миной отвернулся устало к окну. Лиса тут же вышла из комнаты, лоб свой высокий нахмурив, главарь же буркнул под нос:

–Ускользнуть б от всего на свете… А эта Лисица..! – ругнулся. – Раздражающая натура. Мой покой был крайне недолог. Ну что ж, тебя, Кудряш, с двадцатилетием!

Выдохнув, он достал из шкафа «парадный костюм»: белая кофта без ворота и брюки цвета хаки. Надел, застегнул ремень и поплелся на шум и вновь чуть не стал свидетелем уже привычнейшей драки.

Парни играли в покер. Змей, как всегда, мухлевал, и Длинный уловил сей жест своим орлиным взором.

–Ты думаешь, что я не видел, ЧТО ты доставал?!

–Да просто ты боишься уйти ни с чем. С позором! За тобой же наблюдает столько милых дам. Что там за проигрыш должен? Стать на день собакой? Полай же в голос «гав-гав-гав», как принято щенкам. У меня «каре», шелудивый. Готов давать мне лапу?

Длинный был кране зол, его пылали щёки, обескураженный Кудряш глядел на игроков. Змей, как всегда, оскалился, плывя в своем потоке.

–Я никогда не видела столь ярых дураков! – в толпе девиц раздался звонкий смешок Лисицы. Молчун довольно фыркнул:

–Я б не сказал точней.

–Не удивительно, Молчун, - сказала озорница. – Наверняка, ты выдал бы что-то поглупей.

Молчун вздохнул. По Станции вновь заструился смех. Спустя мгновение парни возобновили споры. Молчун плюхнулся в кресло подальше ото всех: он не хотел быть частью этой собачьей своры. Кудряш пытливым взглядом всю банду оглядел, неловко прядь пригладил, как будто ждал чего-то. Но никто желания его не разглядел: у всех свои дела, у всех свои заботы.

«Конечно. Все забыли…» –в разум ворвалась мысль – навязчивая птица и с веточки вспорхнула, а после устремилась в голубую высь, и в этом тихом море, как камень, утонула. Обида затаилась в лазуревых глазах: не вырваться ей, бедной, из кле́тки ресниц. Станция хранить её будет в стенах, как книга хранит буквы на бархате страниц.

Первый этаж, к несчастию, не замечал тоски. Шум в зале не смолкал, копился, точно ком, и ожиданиям кудрявого парнишки вопреки, бойко вспорхнул наверх, застыв под потолком. Молчун, усевшись в кресле, сухариком хрустел и бросал на Длинного озлобленные взгляды. Найдя ж батончик злаковый, вмиг повеселел, и уже готов был стать частью отряда. Лидер огорчённо сел рядом на стул. Его никто на Станции, увы, не замечал. Закрыв глаза, наш именинник коротко вздохнул, а в желудке синий кит протяжно заурчал.

–Кудряш, ты б прогулялся, –внес свою лепту Змей. – А то какой-то бледный. Не одухотворенный.

–Ты думаешь, от воздуха я стану посвежей? –спросил его главарь, заботой изумленный.

Змей, взглянув с хитринкою, склонил голову вбок.

–Кудряш, не видишь, что ли этот искусный блеф? – в Длинном пробудился в тот же миг пророк. – Пока ты с ним мусо́лишься, он прячет даму треф!

Змей, тихо рассмеявшись, кинул карты на стол: несчастный вид соперника отчасти забавлял. Змеёныш тут же на вещдок указал перстом:

–Как будто её, бедную, кто-то охранял!

Кудряш вышел на улицу с наикислейшей миной, вокруг Станции тоскливо пели соловьи. В воздухе же веяло палённою резиной.

–Вот же ж поздравления от дорогой семьи! –главарь шагал вперёд, пиная носком камень. Тем временем на Базе все собрались в круг.

–Он ушёл?

–Ушёл.

–Нетерпеливый парень. Небось, на нас обидится за этот хитрый трюк.

–А нечего полы топтать! Я думал, он не свалит, –тут же ответил Змей. – Я сделал всё, что смог.

–Когда-нибудь в поэме тебя Лиса восхвалит, –Длинный ухмыльнулся. – За твой тонкий намёк.

–Отправить главаря гулять, это так беспечно, –замолкший ранее Молчун ворвался в разговор.

–Согласен, –хмыкнул Змей. – Мой план не безупречен. Это повод встать на шухер. Мчи, как метеор!

Молчун закивал и вышел: в кругу засиял разрыв, но обсуждения не гасли, словно пышный костёр – кто-то был точен в словах, а кто-то, увы, тороплив, а Змеёныш же, как обычно, бестактен, резк и хитер.

На правах заместителялидера Длинный давал команды – никто из шайки бродяг не ушёл беспечно без дел. А две маленькиешустрые «птички», Лисьей поев баланды, с утра устремились в дорогу, пока кудрявый храпел.

–Куда они рванули в столь сонливый час? – Лисица вместе с Длинным отправились на склад.

–На Ферму был направлен строго их компа́с.

–Когда ж они вернуться должны были назад?

–Лиса, не спрашивай. Не знаю. И сам уже волнуюсь. Не стоила диковинка таких огромных жертв.

–Ну что ж… Не только я пред главным покрасуюсь, ведь мой подарок – книга!

–А какой сюжет?

Лиса зарделась:

–Мрачный. Немного скучноватый. Все монографии ученых нудны на первый взгляд. Для людей искусства даже пресноваты, но… Главарь наш – медик.

–Да, так говорят.

–Ему, я думаю, понравится этот толстенный сборник, –Лисица хмыкнула тихонько, довольная собой.

–Вижу я, практичных ты вещей сторонник. Мой же подарок будет не такой простой, –Длинный зажег лампу, осветив каморку. Под пыльным одеялом была видна запчасть.

–Здесь надо бы устроить глобальную уборку.

–У тебя к порядку невиданная страсть.

А что, Лиса права – в каморке беспорядок. Все вещи кувырком, не на своих местах. Под стеллажом виднеются обертки шоколадок – их Молчун пытался спрятать впопыхах. В ящиках же кроются болты и инструменты, в угол пыльного склада заброшены мешки. Подкова на гвозде висит, а крысьи экскременты Лисицу ввели в ужас. Длинный сдержал смешки.

–Ты ж знаешь, что Кудряш имеет внедорожник? Не помню уж откуда он его пригнал… Но было так эффектно! Главарь наш выпендрёжник. Спустя полгода злой Молчун машину доломал. Ну, как всегда, нечаянно, ведь он у нас растяпа.

–Неудивительно. Так что же это за деталь?

–В одной из вылазок мы нажились с Кудряшом неслабо. Это обвес. Для внедорожника. Материал же –сталь. Так сказать, абгре́йдим мы его малышку! Змей же в этом плане большой словил джекпот: настоящий двигатель и новые покрышки!

–Что ж, я поняла. Кудряшу везёт. Я в машинных терминах, увы, не разбираюсь.

–Зато в кулинарии ты мастер и эксперт.

–Длинный, не смешно!

–А я не издеваюсь, –парнишка поднял руки.

–Каков интеллигент.

–А Воробка, знаешь, в той вылазке отличилась. Из-под носа торгашей гречку увела. Так потом бахвалилась, так потом носилась…Горжусь этой девчонкой! Такие вот дела.

Они за полчаса отры́ли упаковку – пара больших коробок и старый пыльный бант.

–Лиса, неси сюда ту серую веревку. Будем скреплять конструкцию.

–Да у тебя талант! Как аккуратно и изысканно. Ты, Длинный, педантичен, –подарок был рассмотрен ей со всех сторон. Длинный в глазах Лисы был мигом возвеличен.

–Мне приятно, - вдруг разлился мягкий баритон. Лисица улыбнулась, заправив прядь волос. Длинный поднял коробку и двинулся на свет. К сожалению, в этом мире так уж повелось, подарки не дарили очень много лет. А поздравляли на словах – душевно, по-простому, у огня сидели, пили алкоголь. Путники не знали, как это «по-другому», но одна птица взять решила праздник под контроль…

Месяцем ранее Синица к Длинному явилась - в тот день на небе синем лучился «желтый сыр», и туча серым облаком над Базою клубилась, и вместе с россыпью алмазов искрился Альтаир. Пустой глазницей Станция за той звездой следила, пока её не съел большой небесный пёс. Девчонка прежде к Длинному, увы, не заходила - тот изумленно по́днял узкий с горбинкой нос:

–Мне кажется, Синица, ты ошиблась дверью. Не Кудряшу ли предназначен поздний твой визит?

–Нет, я к тебе, - голос струился звонкою капелью. – И я надеюсь, что ты тот, кто тайну сохранит.

–Какую тайну? – с интересом вдруг включился Длинный. Он встал и предложил ей свой высокий стул. Она присела осторожно. – Что за взгляд ехидный?

–У меня к тебе офе́рта! Ты правильно смекнул. Ты же помнишь, что скоро нашему лидеру стукнет двадцать? Не хочешь ли ты мне помочь ему устроить сюрприз?

–Ну, конечно… вот я дурак, а мог бы и догадаться! И каков же, скажи, будет твой, Синица, ярчайший каприз?

–Я хочу, чтобы каждый ему приготовил особый подарок. И у меня есть, конечно, для этого целая масса идей: пара очень банальных, вроде носков и сигарок, но задумка кроется в мыслях моих гораздо мощней. Она не дает мне уснуть уже вторую неделю. Ты что-нибудь слышал о Ферме?

–Знаешь, не больше, чем ты… Чтоб выбраться к ней, пройти надо сколько-то там по тоннелю в десяти километрах отсюда, ну, а затем полверсты по полю, где сеяли раньше рожь и златую пшеницу, затем где-то вдали появится старенький дом. Пугало в шляпе дежурит аккурат рядом «с границей», и страшные мегане́вры режут пространство крылом. Там, среди этих воскресших палеозойских мутантов, собачья стая счастли́во пригрелась и дрыхнет клубком. В бывшем считалось, что Ферма — это обитель сектантов. Посещенье её так опасно.

–Этот посыл мне знаком… Кудряш же всем твердит назидательно: «Ребята, с Базы ни шагу!». Отчасти он прав, но, Длинный, мне нужносбежать позарез...

–Зачем? Ты же знаешь, главарь наш союзник всеобщего блага. Он бы в шалости этой тебе отказал наотрез!

–Но ты же не он! Не Кудряш! Прошу же, прикрой меня, Длинный. На Ферме забытой, по слухам, одна диковинка есть!

–И почему я должен подбадривать этот риск беспричинный?! Вне ведома главного, птица, не смей! Не смей туда лезть!

–Ну, пожалуйста, Длинный, пойми, –вдруг взмолилась девчонка. – Кудряш наш устал от забот и этой мирской суеты. А подарочек маленький с Фермы обрадует даже ребёнка!

–В опасные игры играть должна явно не ты… –Длинный смерил позднюю гостью крайне задумчивым взором. Он знал наперёд, чем ему сиё «дозволенье» грозит. Но Синица давила на рёбра горячим и сильным напором, несмотря на свой внешне обманчивый миленький, скромненький вид.

– Хорошо… Я ему не скажу, но, в обмен, ты мне поклянёшься, что ни шагу. Слышишь, ни шагу! К опасности не ступишь одна, а только угрозу почувствуешь – молниеносно вмиг развернешься. Ну и вернуться, конечно же, ты должна допоздна.

На том они и порешили. Синица ушла восвояси, а Длинный стал думать, чему бы был искренне рад его друг. Рассвет в день торжественный был очаровательно красен, и две птицы, собрав рюкзаки, отправились утром на юг.