И и Я. Книга об Ие Саввиной

Серёжка

Не помню, сколько времени прошло с нашего знакомства на Соловках, когда Ия, вразрез идущему разговору, неожиданно сказала: “Будешь хорошо себя вести, я тебя с сыном познакомлю". Было в этой фразе или в интонации, с которой она была произнесена, нечто недоговоренное, но я почему-то сразу понял, о чем она говорит и что имеет в виду.

Настал день, мы поехали в Опалиху. Там на даче жили мама Ии, сестра, отчим и сын. Перед выездом мы предупредили их по телефону, поэтому нас встречали все, выстроившись около ворот: трое взрослых и четвертый — взрослый по возрасту и ребенок по сути — Серёжа. Ия представила меня, и я поздоровался с каждым за руку. Когда здоровался с Сергеем, он широко улыбнулся, как давнему знакомому, и произнес: “Здравствуй, дядя Толичка!" Именно так — через “и".

Пройдет время, и, как нечто очень важное, Сева сообщит мне: “Хорошо, что Серёжа любит тебя". Приятно, конечно, но дело в том, что моей заслуги в этом нет. Ну, может, есть крохотная доля. Главное принадлежит 47-й хромосоме (синдром Дауна). Обладающие ею призваны Природой к любви: любить и быть любимыми.

Из дневника:

В конце 2009 года, безо всяких предваряющих объяснений, Ия спросила, не соглашусь ли я стать опекуном Сергея. Я дал согласие, даже не пытаясь выяснять: зачем? Раз надо, значит — надо. Позже я узнал, что это была общая идея Ии и Севы. Теперь понятно, что они приводили в порядок свои дела (так стеснительно это называется). И по сей день, как бы выполняя их завет, мы так и живем: я — опекун, Сергей — опекаемый, это юридически, а по жизни он мне — Серёга, иногда — Серый (так любила называть его Ия), я для него по-прежнему “дядя Толичка". Так и живем.