И пришел Лесник! 26

Глава 7 Кислый

— Эбо-бо за нами не полезут? — Папаша Кац с опаской оглянулся на портал. С этой стороны он находился в огромном дупле и почти ничем себя не выдавал. Если не знать, то ни за что не догадаешься. Ко всему прочему дерево росло в самой глубине паучьего леса, и шансы найти наобум портал здесь стремились к нулю.

— Там же никого не осталось, — ответила Соня. — К тому же я две растяжки им оставила с нолдовскими гранатами.

— И всё-таки они выходили наружу этим порталом, — почесал макушку Изя. — У каждой пирамиды есть свой выход, я полагаю?

— Ты меня спрашиваешь? — удивилась Соня. — По аналогии с Белой пирамидой, думаю да.

— Я к чему говорю то, — понизил голос Папаша Кац и кивнул на Морта. — Если нам допросить его, то возможно и не надо через силовое поле ломиться и всяких троюродных братьев ждать.

— Очнётся, спросим, — согласился я. — Ты лучше скажи, что случилось с Афродитой? Она серьёзно больна?

— Не сейчас, давай до дома доберёмся, — Изя сразу сник и добавил шепотом. — Нельзя, чтобы она больше встречалась с ксеноморфами.

— Погоди, погоди, — Лиана развернула к себе знахаря. — Ты на что намекаешь, старичок?

— Пока ни на что, мне нужно более детально с ней поработать.

— Поработаешь, если мы доберёмся до дома. Броневики, кстати, стоят в трёх километрах на север отсюда. И их пытались вскрыть! — Арес сверился с планшетом. — Поражены три цели, кто именно не сообщается. Может пауки или яутжа.

— Скорее всего малахольный братец Морта ковырялся, — прогудел Шторм неся на плече бесчувственную Афродиту. — Она будет жить, Изя?

— Она и так живёт, Шторм. Просто сейчас она в медикаментозной коме, для её же безопасности. Не беспокойся, всё нормально. Кац спокоен, значит и тебе волноваться не о чем, — размыто посоветовал Изя.

— Ну тогда надо смастерить носилки для Морта. И для Афродиты не помешает.

— Что их мастерить, нужны две толстые ветки и две куртки. Ветки пихаем в рукава и застёгиваем куртки. Одну мою берите, всё равно там дыра на лопатке. Арес, с тебя вторая, — сказал я. — Обе рукавами в разные стороны и кладём туда нашего проводника с твоей подружкой. Всё, теперь несём.

— Я саквояжик тут пристрою, он не тяжёлый, — быстро сориентировался Папаша Кац и положил его на живот Морту.

— Тогда и неси сам, — буркнул Шторм пристраивая рядом Афродиту. — И так они тяжёлые.

— Ой, нет. Мне врачи не разрешают таскать тяжёлое. У меня хронический аппендицит. Слышал о таком? — Изя быстро прикинулся немощным.

— Хронический? — удивился гигант.

— В натуре, чтоб мне на этом месте провалиться, — Изя Кац неистово перекрестился, чем вызвал у всех смех.

— Ну ты, профессор и врун, — Шторм стал спереди носилок, Триш позади.

— Ыргл! — прошипел Фельдшер. — Ыц, Ыц, Мыргыл!

— Э? — я обернулся к Соне.

— Говорит, враги рядом, — девушка показала на громадную паутину над нашими головами. — Надо быстрее убираться отсюда. И старайтесь не задевать её, иначе они придут!

— Ёбушки-воробушки, чего встали! Быстрее уходим! — Изя подтолкнул Шторма и тот начал движение выбирая куда бы поставить ногу. В этот момент с грохотом потрясший весь Паучий посёлок взорвалась Белая пирамида. Огромный раскалённый вулкан поднялся высоко в атмосферу накрыв собой весь лес. Гудящее марево огня моментально накрыло верхушки многовековых дубов. Паутина тотчас вспыхнула как порох от ужасной температуры и начался верховой пожар. Кроны деревьев обуглились, сжигая засевших наверху пауков. Они горящими факелами падали с верхушек и догорали уже на земле. Мы же побежали, что есть силы напрямик не особо заботясь о том куда ставить ноги. Так и бежали два километра не разбирая дороги, а затем остановились, отдышались и пошли уже медленнее и тише.

Соблюдая режим тишины нам удалось пройти километр и потом паутина заметно поредела. Так-то до этого она опутывала всё пространство на высоте двух метров. Гигант и Триш шли в полусогнутом состоянии, стараясь не задевать сигнальные нити. Иногда они опутывали корни и их можно запросто задеть, если свернуть или пересечь тропу. Уже на последних метрах, когда все расслабились Папаша Кац, споткнулся и всё же вляпался в паутину. Она оказалась чрезвычайно липкой и если бы он был здесь один, то его наверняка сожрали пауки. Каким-то чудом мы успели укрыться в броневиках опередив пауков буквально на пару минут.

Взбешённые пауки показались со стороны своего логова, которое миновал пожар. И не пять или десять, а просто целая лавина. Броневики сразу дали залп плазмой поджигая за нами Паучий лес. Из чёрных клубов дыма визжа и рыча за нами бросилось бессчётное количество пауков всяких разных модификаций. Большие, маленькие, некоторые прыгали метров на двадцать скача по накрывшей весь лес паутине как по батуту не прилипая. Другие, просто имели фантастические размеры и пёрли, напрямую ломая своими суставчатыми лапами лес. Обладая весом товарного состава, они перепрыгивали стволы в пять обхватов или просто сбивали их, проделывая просеку. Стрелки запустили ракеты на прямую наводку и Паучий лес полностью исчез в атомных взрывах. Как оказалось ракеты, которые везли нолды в том челноке у Магазина оказались с ядерной начинкой. Я бы даже сказал учебной, что-то около 0.1 килотонны, но очень действенной. Пауки шарахались в разные стороны боясь слабенькой радиации как чёрт ладана. Нам же это было только на руку. Вскоре мы выбрались на грунтовку и поддали газу. Теперь уже никакой паук нас догнать не мог. Так и шли до самого Гранитного.

У стен крепости нас ждал очередной сюрприз. В лице порядка двух сотен человек. Мы поначалу напряглись, гадая кто к нам пожаловал. Охранные роботы без дополнительных указаний по людям не стреляли. Арес настроил их открывать огонь без предупреждения только по ксеноморфам, введя в базу изображения уже известных нам. Но и ворота часовые открывать им не спешили, предлагая дождаться старших, то есть нас. Оставалось понять, кто это пожаловал в таком количестве. Не очень-то хотелось пропускать две сотни муров. Шторм пообещал разобраться, так как он знал многих на восток и север от Пекла.

— Ты чего, всех здесь знаешь? — спросила его Соня.

— Не всех, конечно, Афродиту впервые увидел, хотя вроде и недалеко жили. Это похоже люди Кислого. Мы все вместе раньше жили, Кислый у нас рейдером был, всё ему на одном месте не сиделось. Постоянно со своей группой шарился по окрестностям Пекла. Некоторое время назад, незадолго до нашего пленения нолдами они исчезли. Мы, грешным делом, подумали, что это они нас сдали. Теперь вот сами видите, явились потрёпанные, но живые вроде, — Шторм смотрел в «иллюминатор» броневика, разглядывая живописно одетых людей. Они напомнили мне картину, как французы бежали из России.

— Видно долго скитались, — заметил Арес.

— Пустим? — спросила меня Лиана.

— Они не муры, отвечаешь? — я ещё раз уточнил у Шторма.

— Какой там, они их на дух не переносят. Муров они всех вывели в округе как тараканов. Мы как-то поймали троих, так они как услышали, что на нашем стабе Кислый тусуется с братвой, так чуть не померли от инфаркта, — покачал своей огромной головой гигант.

— Братва? Синие что ли? — у меня с ними никак не складывалось. Они всегда себе на уме, хотя с Сиплым мы жили душа в душу.

— Меньше половины, но ребята нормальные, не беспредельщики. Те как раз в муры идут, но там своё командование — нолды.

— Известное дело, — проскрипел Папаша Кац. — С ними у нас уже шесть сотен будет, Лесник.

— Я считать умею, Изя. Думаю, — мне не нравилось, что их было очень много. Нет, много, это хорошо, но не рейдеров, спаянных под одним началом. Вот это уже может перерасти в проблему. От Шторма они же ушли? Ушли. У нас же крепость, идти некуда, да и не захотят. Значит что? Могут устроить переворот, таких примеров полно в каждом стабе. Валят друг друга почём зря. Надо будет поговорить с Кислым.

— Правильно, Жень, — кивнула Лиана. Опять мысли вслух! Как же от этого избавиться?

— Сделаем так, Шторм. Ты сейчас зовёшь сюда Кислого, одного. И вот после нашего разговора станет ясно, пустим мы их или нет. В крайнем случае могут топать на скалу, где нас порешить муры хотели.

— Мудрое решение! — Папаша Кац быстро вылил остатки из фляжки себе в рот и расплылся в улыбке. — Не пропадать же добру.

Шторм без звука согласился и полез из броневика. Лиана и Арес, находившийся за рулем второго броневика вместе с ранеными, развернули стволы на группу сидевших на земле людей. Несмотря на их рваную одежду и потрёпанный внешний вид, глаза у них сверкали. Оружие хоть и не очень убойное, но было у каждого. В основном стрелковое нолдовское. Понятно, что лучше нашего, но техники у них не было. Среди них я увидел женщин, как оказалось соотношение слабого пола у рейдеров было два к одну. Одну треть отряда составляли безбашенные амазонки, которые порой могли дать фору кому хочешь, не удивлюсь, что и Фельдшеру. Прямо как у Афродиты, хотя чему я удивляюсь. Женский организм скроен лучше, выносливее, возможно, не обладает большой физической силой, зато гибок, ловок и быстр. Когда надо женщины могут показывать чудеса. Сам видел, как одна хрупкая санитарка вынесла с поля боя пулемётчика ростом под стать Шторму.

Навстречу Шторму вышел худой парень среднего роста. В его походке угадывалась сила, но он её не афишировал. Из таких выходят отличные бойцы, времена рыцарей прошли и теперь не надо таскать с собой пудовые двуручные мечи. Намного больше ценится ловкость, выносливость и скорость. Этот был именно таким. Шторм поздоровался с ним вполне обыденно и никакого напряжения между ними не просматривалось. Это обстоятельство порадовало меня, не враги и то хорошо. Кислый, казалось, ждал нашего разговора и охотно проследовал за гигантом.

— Кислый, — представился молодой парень, обратившись к Папаше Кацу как к самому старшему. Он, несомненно, обладал харизмой, не с каждым люди согласятся постоянно торчать в рейдах вдали от стаба. Теперь я понял, как он увлёк за собой бойцов. Я не стал вмешиваться, желая посмотреть на него со стороны. Мы по очереди также представились.

— Откуда вы такие красивые заявились? — спросил Изя, сразу поняв меня.

— Из Пекла, дедушка, из Пекла, — весело отозвался Кислый.

— Очень интересно. И как вы там? Видать погнали вас злые заражённые, раз у нас под стенами оказались, — обрадовался Папаша Кац.

— Твоя правда, погнали. Но не заражённые. И не нолды, те вообще дурачки. Кстати, мы знаем, где их база, но без техники их не вскрыть. Они под землю закопались.

— Это их любимое занятие, — усмехнулась Лиана.

— А вы, как я погляжу заряженные, — он обвёл взглядом броневик. — Где отжали машинки?

— Взяли в лизинг, — сообщила Соня. — И перестали платить.

— Я слышал. Заодно и Шторма вместе со всеми спасли? Ваши челноки там побывали? — спросил Кислый.

— Наши, — ответил я. — Так что же вас так в Пекле напугало?

— Ирго? — произнёс сидевший до этого в полутьме Фельдшер. В последнее время ему перестало нравиться кататься на броне, и он забирался в общий салон. Лиана перед этим брызгала его духами, он кривился, но терпел. А потом ему это так понравился, что он обзавёлся своей мужской водой и пах теперь как солидный гражданин.

— О, бля! Это ещё кто? Меломан? — шарахнулся от него Кислый. — Вы вообще знаете кто он? — В голосе бравого рейдера сквозил ужас, неудивительно, находится в одном броневике с суперэлитой. У кого хочешь нервы сдадут.

— Это одно из его имён тоже. Но мы зовём его Фельдшер! — засмеялся Папаша Кац. — Он наш друг.

— Чёрт побери, да кто вы такие? — Кислый ошарашенно уставился на нас.

— Мы твои друзья, если, конечно, договоримся, — продолжил я. — Так что там в Пекле?

— Килдинги! — выпалил Кислый.

— Ирго, — проворчал Фельдшер.

— Он их знает? — удивился Кислый.

— Он всех знает. Лиана, помнишь? — я взглянул на жену.

— Как такое забудешь. Всё богов из себя корчат? — уточнила она.

— Нет, эти килдинги из Пекла наполовину в зверей превратились. Говорят главный жрец у них ещё в сознании, но остальные совсем с резьбы слетели. Но самое противное то, что у них дары сильнее наших, — признался Кислый. Спесь потихонечку сходила с него, и он обнажался перед нами как луковица, лишаясь своих слоёв. — Они стали людоедами.

— Они ими всегда были, в переносном смысле слова, — не согласилась с ним Лиана. — Дары у них сильны, здесь ничего не скажешь. Но и их можно убить.

— Вы, можно подумать убивали? — ехидно спросил Кислый.

— Начисто, вот он, — она показала на меня. — Взорвал всех на хрен и килдингов не стало.

— Ну не знаю. Эти окопались под землёй в катакомбах. До них трудно добраться и потом их хорошо охраняют. Очень хорошо!

— Кто же? — прогудел Шторм.

— А вот такие же, как он, — Кислый кивнул на Фельдшера.

— Здец! Ирго ыц! Мырг! — зашипел Фельдшер.

— Он знает жреца, Лесник! — перевела Соня.

— Мырго рец, ыргл!

— Возможно я ошибаюсь, но жрец переподчинил себе стаю Фельдшера! — ужаснулась Соня.

— Чё? — проблеял Папаша Кац.

— Плохо слышал, дедушка? — Кислый достал флягу и отпил из неё вызвав приступ ярости у знахаря.

— Ты как разговариваешь, сопляк! — взвился Папаша Кац и тут же выхватил фляжку из рук Кислого. — А ну-ка дай, попробую. Чую, что-то новое!

— Да, пожалуйста. Ты сам-то кто по жизни? — рассмеялся Кислый.

— Знахарь!

— О, со знахарями надо дружить. Бери, у меня ещё есть. Я такие рецепты могу составлять, обзавидуешься.

— Не смешите меня, молодой человек. Здесь не хватает кардамона, а так ничего! — резюмировал Изя Кац. — Вам ещё надо учиться. Могу дать несколько уроков. — Важно заметил знахарь.

— Слышь, ты с темы не съезжай, — Соня щёлкнула пальцами перед лицом Кислого. — Кто килдингов охраняет?

— Вы типа собрались их приручить? Ну ладно. Кошка с зеркальной бронёй. Паучок там есть, всё растворяет до чего дотянется. Волки. Типа волки, а на самом деле монстры какие-то.

— И огромный удав, — закончил я. — Так вот они где!

— Здец! — мне послышалось в его голосе обида и зависть одновременно.

— Отлично. То, что нужно! Они нам очень пригодятся. Фельдшер, будем освобождать их.

— Здец! — на этот раз он обрадовался.

— Вы оптимисты, — Кислый не сводил глаз с Фельдшера и щупал себя.

— Покажешь, где они засели? — спросил я Кислого.

— А вы нас на постой примете?

— Да, но есть одно условие. В стабе командую я. Точка, — чего-то такого Кислый уже ждал. — Твоих людей перемешаем с нашими. У нас также все выполняют одну задачу. И для твоих талантов найдётся применение.

— Чем вы здесь занимаетесь вообще?

— Так сразу не объяснишь, — не будем сразу грузить его про будущее. — Гранитный, так зовут это место будет перевалочной базой для освоения стаба Вавилон в ста двадцати километрах отсюда.

— На берегу моря, между прочим. Курортная зона, — вставил Папаша Кац.

— Что-то слышал, но не бывал в тех краях. Там какая-то жёсткая война шла не так давно.

— Ну так… самую малость, — я вспомнил о наших потерях и вздохнул. — Сейчас там чисто, немного фонит на пляже, но это быстро выветрится.

— Ваша работа? — догадался Кислый. — Я понял, как смешно выгляжу со своими рейдами. Отлично, я согласен на все условия. Вы нас берёте? У меня все люди проверенные.

— У нас, Кислый, у нас, — напомнил Шторм. — Твоих людей больше нет, не забывай.

— Как скажете. Я и сам устал лямку тянуть.

— А мне ты думаешь нравится? — улыбнулся я. — Нам надо минимум собрать пару тысяч человек и тогда уже можно будет начинать колонизацию Вавилона. Только, где их взять?

— За этим дело не станет. Мы доходили до северных районов Пекла, там есть несколько больших стабов. Человек по триста в каждом. Можно за ними сходить или слетать. Ваши часовые пугали нас четырьмя челноками, обещали разбомбить.

— Посмотрим, может и слетаем. У нас организовалась одна проблема под боком. Жуткие твари в неограниченном количестве, а вот стая нам очень даже поможет в этом деле. У нас и её бывший командир здесь. Разделаемся с ними и потом уже приступим вплотную к заселению Вавилона.

— Здец! Ирго рец, Ирго! — с ненавистью прошипел Фельдшер.

— Он очень хочет добраться до жреца, — перевела Соня. — Буквально — я сожру его печень!

— Сейчас мы точно не узнаем, что у них произошло. Но людоеды нам здесь меньше всего нужны. Удивительно, как до них нолды не добрались, — произнесла Лиана, услышав о печени. — Поехали? Жрать хочется.

— Да. Кислый, ты своих людей всё равно через ментата проведи. Всякое бывает, — напомнил ему Шторм.