Идеальный мир для Химеролога 8

Глава 9

Крупнокалиберный пулемёт на крыше нашего броневика выплёвывал длинные очереди, разрывая ночную мглу трассирующими пулями. Горячие гильзы звонко сыпались на металлическую обшивку. Вокруг машины кипел ожесточённый бой. Мои ветераны, разбившись на двойки, истребляли наседающих со всех сторон тварей. Их химеры работали в идеальной связке со своими хозяевами.

Я сидел на корточках всего в каких-то десяти метрах от этого побоища и внимательно разглядывал небольшую кочку у корней старого дуба.

— А вот это, между прочим, уникальный экземпляр, — сказал я, доставая нож и аккуратно подрезая ножку растущего из земли гриба. — Потрясающая селекция… Изначально это был банальный зелёный мухомор. Споры попали в желудок крупного травоядного. Тварь не смогла переварить токсин и выплюнула споровую массу. Затем эту биомассу подобрал падальщик, потом процесс повторился с третьим существом, с четвёртым…

Я бережно очистил шляпку гриба от налипшей грязи.

— … и только на десятом носителе, спустя добрую сотню дней блуждания по пищеварительным трактам местной фауны, гриб смог перевариться и выйти естественным путём. В результате мы получили этого красавца. В его структуре запечатана эссенция десяти разных видов. Если правильно синтезировать экстракт, получится мощнейший стимулятор клеточного роста…

Мимо меня пролетел оторванный хвост какого-то ящера и шлёпнулся в кусты.

— Командир! — донёсся сдавленный рык Кабана, который в этот момент отбивался от двух покрытых роговыми пластинами волков. — Твоя лекция очень познавательна! Но давай мы дослушаем её чуть попозже! Нас тут сейчас сожрут!

Я аккуратно убрал гриб в контейнер и выпрямился.

— А что такого? Вы прекрасно справляетесь. Ничего страшного не происходит. Обычная рабочая обстановка…

— Ничего страшного⁈ — возмутился Беркут, перезаряжая свой карабин. — Шеф, и ещё одно… Очень тебя прошу. Никогда больше не нажимай на ту кнопку! Вообще забудь о её существовании!

Я мысленно вернулся на полчаса назад. Мы приехали на берег Чёрного озера, вышли из машин. Вокруг стояла абсолютная тишина. Никаких монстров, никаких засад… Ветераны уже начали расслабляться, доставать фонари и обсуждать план патрулирования. А я посмотрел на пустой лес и решил, что тратить всю ночь на поиски единичных особей — это контрпродуктивно.

Я подошёл к броневику и нажал на панели приборов специальную кнопку, которую предварительно попросил Агнессу установить. На крыше машины выдвинулась компактная цилиндрическая система. Из динамиков ударил мощный акустический вой, скомбинированный с сигналом агрессии. Звуковая волна прокатилась по лесу, и уже через пять минут к нам сбежалась вся активная фауна в радиусе нескольких километров.

— Зато нам не нужно никого искать в темноте, — ответил я Беркуту. — Они сами нас нашли. Идеальная экономия времени. К тому же, вам нужна была хорошая тренировка.

Боевое слаживание в условиях реального стресса под моим чутким руководством стоило десятка часов теории в безопасном подвале. Я видел прогресс. Люди учились доверять своим питомцам, а химеры привыкали защищать людей.

Сбоку хрустнули ветки. Из темноты на меня выпрыгнула химера. Её длинное сегментированное тело напоминало скорпиона. Тварь находилась в полёте и уже выбросила вперёд свой гибкий хвост. Массивный костяной шип, покрытый густой фиолетовой слизью, устремился мне прямо в лицо.

Я поднял правую руку, выставил ладонь навстречу удару, и шип вонзился в мою кожу. В этот же момент я активировал внутренний поглощающий контур. Острая кость начала стремительно терять плотность. Она растворялась, превращаясь в поток энергии, который вливался в мои каналы. Я расщеплял структуру шипа на базовые элементы, впитывая все заложенные в него свойства.

Скорпион упал на землю у моих ног. Тварь забилась в агонии, издавая булькающие звуки. Её биология была завязана на постоянной циркуляции яда через хвост. Обычно она выстреливала шипом, поражала жертву и возвращала кость на место для регенерации заряда. Потеряв свой главный атрибут, она утратила возможность сбрасывать токсин, и теперь её собственная кислота сжигала внутренние органы.

— Командир! — крикнул Глазок, заметив нападение.

— Я в порядке, — сказал я, демонстрируя целую ладонь. Место удара уже полностью затянулось. — Она промазала.

Я опустил взгляд на умирающего скорпиона и проанализировал полученную энергию. Атрибут оказался весьма мощным. Он совмещал в себе свойства концентрированного растворителя и агрессивного вируса. Поражённая цель получала сильные химические ожоги и погибала от заражения крови в течение нескольких минут.

Создатель этой химеры оказался явным дилетантом. Духовная связь между атрибутом и носителем практически отсутствовала. Качественная работа подразумевает наличие двух гармонирующих атрибутов, поддерживающих друг друга. Здесь же присутствовал десяток разнородных свойств, спаянных в один нестабильный ком. Они держались вместе только за счёт грубой магической силы, напоминая мешок с инструментами, перевязанный гнилой верёвкой.

Сражение на поляне продолжалось. Ветераны держали периметр, но количество тварей не уменьшалось. Тогда я решил немного ускорить процесс зачистки.

Шагнул навстречу крупному ящеру, который пытался обойти Торквемаду со спины. Я уклонился от щёлкающих челюстей, перехватил тварь за толстую шею и заглянул ей прямо в глаза. Выпустил тонкий направленный импульс чистого страха. Зрачки ящера расширились до предела, сердце не выдержало перегрузки нервной системы, и монстр свалился на землю мёртвым грузом.

Следующим оказался покрытый шипами волк. Я пропустил энергию через свои мышцы, усиливая физическую плотность тела. Принял удар лапы на предплечье, шагнул вперёд, перебросил тварь через бедро и с хрустом сломал ей переднюю конечность.

— Добивайте, — бросил я, отступая в сторону.

Алабай Седого мгновенно вцепился волку в глотку, заканчивая дело.

— Давайте, бойцы! — подбодрил я отряд, наблюдая за их действиями. — Освобождайте моё озеро. Мы тут такой пансионат забабахаем, всем пансионатам пансионат. Лечебные грязи, чистый воздух, отсутствие надоедливых соседей…

Бой продолжался ещё около часа. Наконец, последний монстр пал под ударом кувалды Шквала. Ветераны тяжело опустились на землю рядом с броневиком. Они тяжело дышали, вытирая пот со лбов. Пыж достал флягу и сделал большой глоток, передав её Молчуну.

— Отличная работа, — я подошёл к машинам.

Костыль снял свой рюкзак, достал портативную горелку и принялся разводить огонь. Через несколько минут в котелке забулькала вода.

— Знаете, а я даже рад, что мы сюда выбрались, — произнёс Кабан, вытягивая гудящие ноги. — В городе стены давят. А тут простор. Вон, Косолапый тоже доволен.

Его медведь действительно выглядел умиротворённым, лёжа на боку и обгладывая кость какого-то мутанта.

— Ага, простор, — усмехнулся Глазок, проверяя заряд своего арбалета. — Особенно когда этот простор пытается тебя на части разорвать. Но адреналин бодрит, этого не отнять.

Я сел на ящик с боеприпасами, слушая их разговоры. Они обсуждали удачные удары, спорили о тактике и делились впечатлениями от работы своих питомцев. Дикобраз забрался на колени к Булату и подставил колючую спину для почёсываний.

— Слушайте, — вдруг подал голос Булат, вглядываясь в темноту леса. — А вам не кажется, что тварей в округе как-то меньше становится? Раньше они тут кишмя кишели, а сейчас даже шороха не слышно.

— Да ну, вам это кажется, — спокойно ответил я.

— Да нет, командир, — поддержал его Ржавый. — Я тоже заметил. А ещё я видел какую-то птицу, огромную такую… Она подлетела к краю поляны и спёрла труп ящера. Просто схватила когтями и утащила в небо.

— Это вам тоже кажется, — я откинулся на холодный металл броневика. — Что вы всё время выдумываете? В последнее время то боевые хомяки-ниндзя мерещатся, теперь вот у вас аисты пошли. Усталость сказывается на восприятии.

— Я же не говорил, что это был аист, — нахмурился Ржавый.

— Ну и не надо, — отрезал я. — Как там у вас говорят, молчание — золото. Лишняя информация только перегружает мозг.

Семён Петрович подошёл к броневику и пнул спущенное колесо.

— У нас сил нет вообще. И машина накрылась. Подвеску пробило, гидравлика течёт… Мы на ней до города не дотянем.

Глазок поднялся с земли и осмотрел повреждения.

— Я её отремонтировать смогу, — сказал техник, вытирая руки ветошью. — Но мне надо хотя бы два-три часа для этого. Сейчас я даже гаечный ключ не подниму, руки дрожат.

— Ну раз так, то ложитесь спать, — предложил я.

Ветераны в шоке уставились на меня.

— Спать? В Диких Землях? Рядом с горой свежего мяса? — переспросил Беркут. — Командир, при всём уважении, но это нужно быть сумасшедшими. Да нас же тут через уже десять минут сожрут вместе с машинами.

— Не переживайте, — я встал и поправил воротник куртки. — Даю вам слово, что этой ночью нас здесь никто не тронет. Вы можете спокойно отдыхать.

Я подошёл к краю поляны и активировал свою ауру — сформировал плотный ментальный купол над нашим лагерем. Для любой дикой химеры эта поляна теперь ощущалась как логово самого крупного и смертоносного хищника в регионе. Ни один инстинкт самосохранения не позволит им приблизиться к этому месту.

— А поутру у вас будет время всем заняться, — добавил я, возвращаясь к костру. — Глазок починит транспорт, остальные соберут ценные образцы. А я пока отлучусь на некоторое время…

Ветеринарная клиника «Добрый Доктор»

Приёмная

Валерия зажала телефон между ухом и плечом, освобождая руки для сортировки утренней корреспонденции. В трубке щебетала её давняя знакомая, активно расспрашивая о новой работе и требуя пикантных подробностей о суровых буднях администратора в опасном районе.

— Да говорю же тебе, абсолютно спокойная работа, — ответила Валерия, просматривая накладную на поставку медикаментов. — У меня тут сплошная рутина. Сижу за стойкой, скучаю, заполняю карточки клиентов… Вообще ничего интересного не происходит, день сурка какой-то.

Она потянулась к своей чашке с горячим кофе. В этот момент потолочная панель над её рабочим местом сдвинулась в сторону. Сверху спустилась тонкая чёрная верёвочка. По ней, перебирая лапками с невероятной скоростью, съехал вниз пухлый хомяк в тактической разгрузке. Он мягко приземлился на край фарфорового блюдца, деловито огляделся и ухватился за чайную ложку.

Следом за ним из вентиляционного отверстия выпрыгнул второй грызун. Он приземлился точно рядом с сахарницей, принял боевую стойку и нанёс молниеносные удары задней лапой, отправляя три кубика рафинада по идеальной дуге в воздух. Первый хомяк ухватил их и с ловкостью жонглёра с тихим плеском опустил в кофейную чашку, а затем тут же принялся интенсивно размешивать напиток, создавая внутри водоворот.

— Нет, серьёзно, никаких приключений, — продолжала Валерия, даже не моргнув глазом и наблюдая за работой своего пушистого спецназа. — График удобный, начальник адекватный…

Хомяк закончил перемешивать кофе, аккуратно положил ложку на салфетку, зацепился за свою веревку и пулей улетел обратно под потолок. Его напарник подпрыгнул, ухватился за край отъезжающей панели и скрылся в темноте вентиляционной шахты.

Над входной дверью звякнул колокольчик. В клинику вошёл мужчина в дорогом кашемировом пальто, с явными признаками сильного переутомления на лице. Он с трудом удерживал натянутый брезентовый поводок, на другом конце которого упиралось нечто крупное и очень нелепое.

Собака напоминала гибрид кавказской овчарки и болонки. Огромное мускулистое туловище покоилось на коротких кривых лапах, а массивная голова утопала в облаке белой кудрявой шерсти. Зверь постоянно принюхивался, смешно дёргая мокрым носом.

— Добрый день, — Валерия положила телефон на стол и переключилась в профессиональный режим. — Чем могу помочь вашему питомцу?

— Девушка, спасайте, — взмолился клиент, наматывая поводок на руку. — Мне нужно с ней разобраться. Вколите ей все прививки от бешенства, от чумки, от агрессии… да от всего, что у вас есть.

Валерия открыла электронный журнал регистрации в компьютере.

— У животного наблюдались признаки бешенства? Повышенное слюноотделение, светобоязнь, водоотрыжка?

— Вроде бы бешенством она не болеет, — мужчина устало потёр переносицу свободной рукой. — Но фиг его знает, я уже все методы перепробовал, ничего не помогает. Она у меня какая-то слишком злая стала в последнее время.

— И в чём конкретно проявляется её злость?

— Ну… она долбанутая просто, — честно признался хозяин, с укором глядя на свою питомицу.

— Понятие весьма растяжимое, — Валерия приготовилась записывать симптомы. — А в чём именно проявляется эта самая долбанутость?

В этот момент собака, уставшая стоять на месте, заинтересовалась пластиковым стулом для посетителей. Она подошла к нему, широко раскрыла пасть и с хрустом перекусила спинку пополам. Выплюнув кусок пластика, зверюга радостно завиляла коротким хвостом, подхватила оставшуюся часть стула зубами и начала носиться с ней по приёмной, подбрасывая свою добычу в воздух.

Хозяин только тяжело вздохнул, наблюдая за этим погромом.

— Вот видите? Она всё в рот тащит, всё грызёт на своём пути, я уже задолбался мебель дома менять…

Собака бросила остатки стула, подбежала к стойке администратора, примерилась и откусила солидный кусок от ламинированной столешницы. С громким чавканьем она пережевала дерево, выплюнула щепки на пол и побежала исследовать дальний угол коридора.

— Я всё возмещу, запишите в счёт, — привычно произнёс мужчина, доставая толстый бумажник. — Я к такому уже привык. Мне просто нужны прививки, которые там идут по возрасту. Но если ваш доктор сможет ей пасть зашить или хотя бы заблокировать, то я тоже совершенно не против.

Валерия спокойно смахнула древесные крошки с клавиатуры.

— Хорошо, мы подберём для неё комплексную терапию. Давайте вашу собачку сюда, я проведу её в смотровой кабинет к специалисту…

— Девушка, вы не сможете её удержать, — покачал головой клиент. — Я же вам русским языком говорю, она кусает вообще всё живое и неживое.

В подтверждение его слов пушистая химера вернулась из коридора, подошла к своему хозяину и без малейшего предупреждения сомкнула челюсти на его икре. Мужчина даже не поморщился, продолжая стоять с абсолютно спокойным лицом, пока зверь висел на его ноге.

Валерия удивлённо приподняла бровь, глядя на эту странную картину.

— Ну, если бы я не был Одарённым с высоким уровнем физического укрепления, то она бы меня уже давно переломала пополам, — буднично пояснил клиент, глядя на вцепившуюся в него собаку. — А так ей просто играться хочется, зубки чешет…

— Понимаю вашу проблему, — кивнула Валерия. — У нас есть специалист по работе с гиперактивными пациентами, подождите минутку…

Она нажала кнопку, вызывая подмогу.

Из коридора вышел Радик. Маленький примат был одет в специально сшитый для него ярко-оранжевый комбинезон пожарного с капюшоном, полностью скрывающим его кристаллическую броню. Костюм сидел мешковато, делая обезьянку похожей на забавного гнома-переростка.

— Радик, проведи пациента во вторую смотровую, — распорядилась Валерия.

Обезьянка послушно подошла к клиенту, протягивая лапку к поводку. Собака мгновенно отпустила ногу хозяина, переключив внимание на новую, более интересную цель, раскрыла пасть и с агрессивным рыком вцепилась Радику прямо в бок, подняв маленького примата над полом.

Радик повис в зубах огромной собаки. Он медленно повернул голову к Валерии, тяжело вздохнул, а затем спокойно опустил ноги на плитку и выпрямился. Собака, намертво сцепившая челюсти на его комбинезоне, оказалась висящей в воздухе боком. Её короткие лапы смешно заболтались в пространстве.

Примат невозмутимо поправил капюшон свободной лапой и зашагал по коридору в сторону кабинета, унося на своём боку брыкающуюся и рычащую тушу.

Мужчина удивлённо проводил их взглядом, уважительно присвистнув.

— Да, вижу, у вас тут тоже сильные Одарённые работают, вообще клёво устроились. Но вы там скажите врачу, чтобы поосторожнее были, а то этого мелкого пацана ещё перекусят напополам в кабинете.

Валерия вспомнила недавние тренировки в подвале, где Радик выдерживал удары пудовых молотов благодаря своему алмазному панцирю, и снисходительно улыбнулась клиенту.

— Вы можете совершенно не переживать за здоровье нашего сотрудника. Если в этом городе вдруг случится глобальный конец света, то, скорее всего, этот пацан будет единственным, кто его благополучно переживёт.