Игры Валхаллы

Глава 9

Глава девятая

Игровая зона «Мидгард». Уровень один

«Он пришел за тобой»

Санек не испугался. Даже разделять потоки не потребовалось. Мозг тут же принялся перебирать варианты противодействия…

Они были. Например, скинуть глубинную бомбу. Возможно, торпеда тоже помогла бы.

Увы, ни торпед, ни бомб в арсенале викингов не было. Рубить такую тушу холодным оружием — это как вековой дуб столовым ножом пилить. Даже с учетом безумной храбрости викингов затея нереальная. Кракен не только в разы крупней хищного динозавра, но вдобавок — в собственной среде. Разве что в уязвимое место попасть.

«А есть ли у него уязвимые места?» — думал Санек, глядя на живую подводную лодку, обгоняющую драккар.

На суше у любой твари самыми уязвимым местами были головной мозг и сердце. Ну и позвоночник, пожалуй. Еще можно было по конечностям работать, снижая подвижность и возможность атаковать.

А что у этого?

Кое-какие знания о головоногих у Санька имелись. Спасибо замечательной памяти. Например, он помнил, что сердец у головоногих несколько. Что головной мозг у них крохотный, а большая часть нервных тканей распределена по тушке и щупальцам. Ожидаемо. Санек по себе знал, как трудно управлять четырьмя конечностями одновременно. Даже асинхронная работа двумя руками требует серьезных навыков. А тут конечностей целых восемь. Еще у кальмаров самые толстые и длинные нервные клетки. И что дает это ценная информация? Да ни фига. Даже размер мозга сам по себе ничего не значит. Вон у кота мозг тоже крохотный, а до чего ж продуманная скотинка. Значит что? Поразить в сердце невозможно. В мозг? Попробуй попади и не факт, что будет толк. Что еще? Ну кровь у них аристократическая, голубая, но это вообще лишняя информация. Еще кашалоты на них охотятся. К сожалению кашалотов поблизости не наблюдается. Еще супероктопусы плавают быстро. Чуть ли не до пятидесяти километров в час. Ну хоть из этого можно сделать полезный вывод: гонку пора прекращать.

Единственный ее результат — умрешь уставшим. Так в аналогичных случаях говорит Федрыч, цитируя мудрость, почерпнутую в начале армейской карьеры у кого-то из сержантов.

Кстати, где он сам?

Федрыч был на месте. Вернее, на руме. Греб. И уже устал. Подготовка у него отличная, но — с кем сравнивать. Викинг на веслах вообще не человек — биологический двигатель.

— Келль! Сбрасываем ход! — крикнул Санек. — На румах! Весла внутрь! Идем под ветром!

Удивил. Но спорить кормчий не стал. Повторил зычно команду, и гребцы принялись убирать весла.

Но Санек все же пояснил:

— За смертью не угонишься. Он уже впереди!

— Кто он? — спросил кто-то, ухитрившийся упустить явление хозяина глубин.

Ему объяснили.

Спросивший высказался кратко и емко. Общее мнение выразил.

А драккар Кетильфаста уже был далеко впереди. И третий драккар от него почти не отставал. Спустя некоторое время вперед ушел и кораблик Рыжебородого.

А вот второй драккар Альва последовал примеру «Восьминогого» — сбросил ход.

— Я встану, — сказал Санек, перехватывая румпель. — А ты людям оружие раздай. Копья и секиры. Броню пусть не надевают. Против этого никакая броня не спасет, а на воде продержатся подольше, если что.

— И что это была за хрень, Сандар? — к Саньку подошел Тамир.

— Не была, а есть. К сожалению. Спрут. Гигантский. Не видел, что ли?

— Видел. Но откуда он тут взялся? — озадаченно проговорил игрок. — Здесь же нет таких глубин.

Санек глянул вниз. Вода была удивительно прозрачная. В ней скользили какие-то тени. Рыбки, наверное.

— Спроси, что попроще. Я здешний шельф не изучал.

— При чем тут шельф? — мотнул головой Тамир. — Мы в открытом море.

— Тамир, не грузи, — попросил Санек. — Сказал же: не разбираюсь. Не мешай.

Игрок отошел. Обиделся?

Пофиг. Не до политесов.

Хирдманы деловито распределялись вдоль бортов, вглядываясь в воду, держа наготове оружие.

Подошел Федрыч.

Взмыленный, но бодрый.

— Что думаешь делать с этой заправкой для салата?

— Надеяться, что он не по наши души! — искренне ответил Санек.

— А если по наши?

Санек хмыкнул.

— Будет хватать, будем рубить.

— Думаешь, сработает? — с сомнением проговорил Федрыч. — У него щупальца в три меня толщиной.

— У тебя есть другие предложения? — осведомился Санек, глядя через борт в воду.

— Я тут стану, — вместо ответа заявил Федрыч. — Буду вниз смотреть. А ты рули пока.

И Санек рулил. Драккар уверенно держал курс. Ветер уже который час был просто идеальный.

Второй корабль союзников шел параллельно, держа интервал метров пятьдесят. Но там работал не только ветер, гребцы помогали.

А вот три лидера оторвались уже на добрый километр. И судя по тому, как ровно они шли, никто на них не нападал. Что не могло не радовать.

Неужели миновало?

На носу заорали:

— Слева! Он слева!

Стоявший справа Федрыч ринулся к другому борту, а Санек рефлекторно толкнул румпель от себя, вправо, забыв, что надо — к себе.

Драккар послушно взял на пол-румба влево…

И повезло.

Потому что тварь вынырнула как раз справа, едва не задев борт. Задела бы, но возникшей от всплытия такой туши волной драккар отшвырнуло еще левее.

Сильный крен на левый борт, потом на правый. Морская вода хлынула через борт, к счастью, немного, ведер десять.

Он что, боднуть их пытался?

В следующий момент все лишние мысли вымело из головы.

Огромная склизкая серо-зеленая голова вылезла из воды в каких-то двадцати метрах.

И он не просто вылез, кракен, он еще и плыл, причем вровень, не отставая и не обгоняя, хотя драккар выдавал узлов десять минимум.

Санек крепче сжал в румпель, удерживая курс, потому что драккар вовсю мотало и подбрасывало на поднимаемой кракеном волне.

Хирдманы у правого борта замерли в готовности. С топорами и копьями.

Но швыряться острым никто не спешил. Это только дебил Рыжебородый мог по собственной инициативе атаковать живую гору.

А он так и выглядел, кракен. Живая гора. Рассекающая воду башка возвышалась над поверхностью метров на пять.

Саньку казалось, что полуметрового диаметра глаз смотрит прямо на него. Гипнотизирует?

Левую руку обдало теплом.

Оторвавшись от ужаса глубин, Санек глянул на руку.

Однако! Мозг-артефакт на левой руке залило красным.

Вот только этого не хватало! Если эта тварь взяла под контроль кого-то из экипажа…

Санек сосредоточился и «просканировал» последовательно всех, кого мог видеть из своей кормовой «раковины».

Признаков зомбирования не подавал никто. Никто не бросался на товарищей. Никто не вел себя странно. Все дружно уставились на рассекающую волны здоровенную башку, торчащую из воды.

Если не считать Тамира, который крепко обнимал мачту, ткнувшись в нее лицом. Тактика страуса в действии?

Память тут же услужливо подсказала: не прячут страусы голову в песок. Кто-то вроде такого вот Тамира соврал, другие поверили.

Почти десять секунд понадобилось Саньку, чтобы сделать правильный вывод.

Сигнал артефакта не относится к кому-то из его команды.

Такая куча времени потребовалась из-за того, что пришлось допустить невозможное.

Метальный контроль шел не от кракена.

Сам кракен находился под ментальным контролем!

И, черт всех дери, это была мысль, которая объясняла, на фига подводной громадине охотиться за кораблями.

В то, что умная глубоководная тварь, а она, блин, охрененно умная, раз не завязалась узлами во всех своих щупальцах, могла спутать корабль, например, с китом, не верилось от слова совсем. И на кой ему такая охота? Просмоленной древесиной перекусить? Биомассы всех хирдманов тридцатиметровому монстру даже на легкий перекус не хватит.

Кто-то контролирует кракена! Да охренеть! Нет, ну это вообще сверх всяких правил! Взять под контроль такую зверюгу и натравить ее… На кого?

Угадаем с трех раз.

Санек хмыкнул.

Если у тебя паранойя, это не значит…

А если он. Санек, прав, что тогда делать?

Мозг с предельной скоростью перебирал варианты. Время снова замедлилось. Как в бою.

Кто на такое способен?

Какой-то колдун из местных?

Маловероятно. Колдуны в этой Зоне попадались. И забредали. Шкура одного такого до сих пор в длинном доме Хрогни-фьёрда висит.

Неслабого уровня игрок? Вот это возможно.

Но что сказал Илья? Чем выше уровень, тем меньше у игрока возможностей вмешательства.

Еще артефакт возможен. Такой, как у самого Санька, только с другим назначением. Не защищать, а наоборот.

Но если артефакт, то все равно игрок.

Игроков на драккаре трое.

За себя и Федрыча Санек готов поручиться. Тамир?

Может он не просто мачту, словно бабу, облапил. Может он сейчас чудовищем страшным рулит?

Возможно, но маловероятно. На первом-то уровне. Хотя артефакт…

Нет, стоп. Санек уже видел, как здесь карают за применение высокоуровневых артефактов. А тут явно не второй и даже не третий. С такой-то тварью управляться.

И снова стоп. А почему он решил, что у Тамира настоящий первый уровень?

Вспомнился перстень, подарок Жидкого Металла. Да, уровень перстень не менял. Но вполне можно допустить, что есть, который меняет.

Кстати, перстень!

Санек выхватил его из кармашка и надел на палец.

Ничего не изменилось.

Во всяком случае для него самого.

Кракен держался вровень с драккаром. Не отставал.

И не нападал.

Санек чувствовал себя водителем грузовика, который едет рядом с танком. Который ведет пьяный тракторист.

Так, похоже, грузовик начал медленно отставать от танка.

Нет, это кракен немного разогнался. Все же отвратительная тварь. Противоестественная. Солнце светило слева, так что Санек видел мегаоктопуса во всех подробностях. Особенно когда тот вышел из отбрасываемой парусом тени. Десятисантиметровый зрачок в огромном глазу мгновенно сузился, многометровое щупальце приподнялось, закрывая глаз от прямых солнечных лучей…

И над ним что-то вспыхнуло. Словно сработало защитное поле скафа.

И началось.

Тварь вскинулась, еще метра на три высунувшись из воды.

Волна ударила в доски, сильно качнув драккар, а потом, когда правый борт снова пошел вниз, сразу три щупальца столбами вскинулись вверх из пенящейся воды и буквально выстрелили в корму драккара.

Попади они в цель, Санька, несмотря на его повышенные параметры и второй уровень, скорее всего превратило бы в сочную кровяную лепешку.

Но он успел выпустить румпель и прыгнуть вперед, попутно сбив с ног спешившего к нему Келля. Санек тут же ухватился за скамью, чтобы не покатиться назад, к корме, по резко наклонившейся палубе, одновременно второй рукой он удержал оглушенного Келля и уже ногой запихнул его между скамей…

И включился боевой режим.

Пространство сгустилось, время замедлилось, соединив в единое целое Санька, хирдманов, задравший нос драккар, серо-зеленое, уже пробитое двумя копьями щупальце, мотнувшееся в сторону Санька и по пути смахнувшее в воду одного из хирдманов, но зато не задевшее Келля, который тихо лежал между скамей.

… Санек вскочил, уклонился от покрытого ямами присосок бревна, и едва не словил грудью копье.

Не словил. Тоже уклонился, перехватил древко и с разворотом метнул копье вверх, в башку кракена.

Санек хотел попасть в глаз. Что было непросто. Кракен, подтверждая предположение о своем немалом интеллекте, довольно ловко прикрывал глаз щупальцами, в которых уже торчали копья, казавшиеся в сравнении с этакими бревнами мелкими булавками.

Но шанс у Санька был. Вполне мог бы попасть.

Если бы в последнее мгновение его левую руку окатило уже не жаром, а холодом, и сбоку и немного позади от уродливой огромной башки прорисовался в обрамленный мелкими водяными брызгами расплывчатый, почти прозрачный силуэт…

В котором сознание Санька тотчас опознало девку.

Молодую голую девку с внушительной качественной грудью, сильными бедрами тяжелоатлетки и безупречным лицом античной статуи.

Идеальный типаж из тех, которые нравятся Федрычу.

Но имелся один нюанс. Вернее, два.

Полусложенные крылья у девки за спиной.

Внимание Санька сфокусировалось на ее лице. Точнее на стремительной смене его выражений: азарт, потом удивление, испуг…

Все это произошло за те доли секунды, пока рука Санька запускала пойманное копье по новой траектории. В новую цель. Санек не собирался ее убивать. Он вообще ничего не собирался и ни о чем не думал. Это был рефлекс. Враг опознан — враг поражен.

Санек видел, как летит копье, как вместо массивной груди и искаженного паникой лица внезапно проявляется грива светлых волос, а прозрачные искрящиеся крылья, распахиваются огромными веерами…

…И копье Санька, втыкается прямо посередине.

Прямо в ложбину позвоночника крылатой девки.

Вокруг гремела битва: орали хирдманы, что-то трещало и ломалось, оглушительно лупили по воде щупальца кракена… Но Саньку все равно показалось, что он услышал хруст сломанной кости.

И все кончилось.

Девка и копье канули в небе, кракен вышел из боя.

Разогнанное сознание Санька зафиксировало погружение гигантского кальмара. Он видел, как уползают-утягиваются с драккара истыканные копьями щупальца, как вместо безобразной башки вздувается водяной бугор.

И затем расходящееся по морю черное пятно.

Восприятие замедлилось, возвращаясь к обычному уровню, а через пару секунд, словно сквозь вату, дружный ликующий вопль хирдманов.

К которому Санек не присоединился.

Он сидел на палубе, обессиленный, и глупо улыбался.

Хотя радоваться было нечему.

Да, кракен до него не добрался.

Но что-то подсказывало: девка, которую он случайно (а может и не случайно) насадил на копье, опасней любого кракена.

И она явно играла против него. Вопреки всем правилам, о которых распинался Илья.

И тревогой Санька сейчас было: не дай Бог он ее убил!

Потому что игрок или кто она там такого уровня крутости наверняка имеет таких же, если не еще более крутых друзей. И им, блин, не понравится, если какой-то двойка прикончил их подругу.

Очень хотелось выйти из Зоны. Выйти, вернуться на Свободу, чтобы больше сюда не возвращаться.

Кто он такой, чтобы бодаться с титанами?

Но то было неправильное желание.

Разум говорил другое. Он говорил: ничего особо нового ты не узнал. То, что против тебя играет какая-то суперсила, ты знал и раньше. И если тебе сейчас кажется, что игра пошла не по правилам, то это значит, что ты просто не знаешь всех правил. И вообще… Если проанализировать происходящее, то неизвестные тебе правила так же регулярно срабатывают и за тебя. Уже второй раз срабатывают. Первый случился, когда Володя Власть свалил, вместо того чтобы тебя прикончить. А второй вот прямо сейчас, когда крылатая девка, способная подчинить тридцатиметровую закуску к пиву и проигнорировать (хочется в это верить) два дециметра внутри позвоночника, дала деру, едва ты ее обнаружил.

Короче, если происходит хрен знает что, то самое важное: не впадать в панику, а определиться, что тебе следует делать дальше. А тут как раз все ясно. Делать то, зачем ты пришел в эту Игровую Зону. Дойти до гарда Сигурда-конунга и навести там шороху. Не факт, что удастся что-то конкретное выяснить. Не факт, что в процессе выяснения не окажется, что за безобразиями стоит еще один супергерой. Причем десять в одному что именно так и будет. Но какие еще варианты? Слиться и ждать, когда очередная валькирия придет к тебе, чтобы открутить голову уже не с помощью спрута, а собственноручно?

— Ты меня выручил, — сказал Келль, присаживаясь рядом. — Люди говорят: если бы ты не прыгнул и не свалил меня на палубу, то живое бревно расплющило бы меня, как Хьёрва и Миткольва.

— Много у нас потерь? — безэмоционально поинтересовался Санек.

— Корабль почти не пострадал. Конечно, на земле надо будет все осмотреть как следует, но течи нет. Рулевое весло сломано и один шкотов порван. Трое ушли в Валхаллу. Пятеро крепко побито, но лекарь уверяет, что они поправятся. Правильно ты сказал, чтоб броню не надевали. Тех двух, что в море снесло, сейчас выловят.

И, глянув на Санька в упор, спросил:

— Кто его отогнал? Ты?

— Какая теперь разница, — тем же равнодушным голосом произнес Санек. — Важнее узнать, кто его натравил.

— Вот как, значит… — пробормотал Келль. — Ну, Сандар, ты лучше знаешь, что делать. Пойду распоряжусь, чтоб новую рукоять для рулевого весла сладили.

Он ушел и на его место тут же уселся Федрыч.

— За тобой, да? — спросил он вполголоса.

— Угадал, — подтвердил Санек. — Может тебе лучше выйти из игры, майор?

— Издеваешься? Только-только интересное началось. Нет, друг, я в этой истории с тобой до конца, не отвяжешься!

— Да я и не пытаюсь, — пробормотал Санек. — Что там остальные?

— Возвращаются, — сказал Федрыч. — Кетильфаст не из тех, кто бросает своих.

— Как и мы, — сказал Санек.

— Как и мы, — эхом отозвался майор.