Истинное проклятье для дракона (СИ)

Глава 20 Изгой

— Из-за тебя мы упустили пернатого дракона и не выполнили заказ! — обвинила Бриз, едва мы добрались обратно до нашей пещеры.

— Дракончик все равно бы проснулся от сети и закричал, — возразила я.

— Сеть должна была усилить его сон, но она не сработала, так как он очнулся раньше, — пояснил Сирокко.

— Из-за меня вы все выжили, — напомнила я.

Но Бриз будто не слышала:

— Знаешь, как тяжело было найти это гнездо? Пернатые драконы — редкость. Но теперь мать, конечно, переместит детеныша. Нам придется начать все заново!

— Вот именно — редкость, — буркнула я. — А вы их уничтожаете.

— А ты, значит, на стороне драконов? — Смерч впервые подал голос.

Я поежилась под его взглядом, не зная, что ответить. Как можно выбрать, когда с одной стороны твоя команда, а с другой — ни в чем неповинный малыш? Да, дракон. Но они же никого не трогают. Это люди охотятся на них, а не они на людей.

Смерч понял мои сомнения без слов.

— Ты должна покинуть Горизонт, — заявил он. — Тебе здесь не место, Вихрь. Драконьеры не любят, когда кто-то мешает охоте. У нас такое не прощают. Твоя оплошность могла стоить нам жизни.

— Но я же вас и спасла! — повторила я. Почему-то никто не брал это в расчет.

— Нам всем просто повезло. Мать переключилась на детеныша, и у нас появилась фора.

Бриз победно улыбнулась. Сирокко вздохнул, а Мистраль ободряюще похлопал меня по плечу. Но никто не заступился за меня. Похоже, они думали так же.

— Завтра же я провожу тебя до Последнего приюта. Там ты найдешь команду, идущую вниз, и присоединишься к ним, — вынес приговор Смерч.

От обиды щипало глаза, и я прикусила нижнюю губу, сдерживая слезы. Это несправедливо! Не ему решать, где мне быть. Но я прекрасно понимала, что в одиночку в Горизонте не выживу. Я даже свою пещеру не смогу найти. Да и нет у меня здесь ничего своего.

Высказавшись, Смерч ушел к себе, и остальные тоже разбрелись. Последним задержался Сирокко.

— Отдохни, — сказал он. — Сегодня был тяжелый день.

— Я ничего плохого не сделала, — заверила я.

— Знаю, — кивнул он. — Но ты очень рисковала, Вихрь.

Сирокко всегда меня поддерживал, его осуждение ударило больнее всего. В своей пещере я рухнула лицом в шкуру и все же дала волю слезам. Все потеряно!

— Чего ревем? — недовольно поинтересовался Манти, которого я разбудила.

— Не видать мне магии, — всхлипнула я. — И родных не спасти…

— Да что случилось-то?

Икая от слез, я пересказала все, что произошло на охоте. Я ожидала, что мантикора меня поддержит. Мне бы не помешало доброе слово, но реакция у нее была странная.

Манти хохотал до слез:

— Ой, не могу, сорвала всю охоту.

А Кора вовсе довольно протянула:

— Хорош-ш-шо.

— Чего хорошего? — всплеснула я руками. — Меня выгоняют, Смерч отказался распечатывать магию. Все пропало!

Кора, загадочно сверкнув глазами, свернулась в хвост-бублик и спрятала голову. Вот и как это понимать? Если она хотела меня успокоить, это не сработало!

Зато Манти, сонно зевнув, сказал кое-что дельное:

— У тебя еще целый вечер и ночь впереди. Используй их, что ли.

И правда. Я встряхнулась. Время еще есть. К дракону под хвост слезы! Я вытерла лицо рукавом рубашки. Надо провести оставшиеся часы с умом.

Смерч вроде упоминал, что после охоты планирует окунуться в горячий источник. Он бьет где-то здесь, в пещерах. Это же идеальное место для соблазнения! Тепло, влажно, капли воды стекают по коже… не знаю, как Смерч, а я уже завелась.

Решено! Срочно совращаю драконьера. Уверена, он не устоит.

У задачи были две сложности — добраться до источника, а это непросто, учитывая, что я не знаю пещер. А главное — подгадать все так, чтобы остаться наедине со Смерчем.

В итоге я решила не искать самостоятельно дорогу, а проследить за Смерчем. На этот раз мантикора пошла со мной. Вдвоем мы незаметно на отдалении следовали за драконьером.

Вот только к источнику я должна попасть до Смерча. А как это сделать, если он идет впереди?

Когда влажность в пещере повысилась, я поняла, что мы близки к цели.

— Я отвлеку Смерча, а ты проберись к источнику, — заявил Манти.

— А если внутри кто-то есть?

— Скажи ему, чтобы он уходил. У тебя свидание. Романтическое.

Лев умчался вперед, догонять Смерча, а я прошмыгнула через боковой коридор. У источника никого не было, и я, наспех раздевшись прошла к каменной чаше, наполненной горячей водой. Погрузившись в нее, я практически сразу разомлела. Какое блаженство! Как мне этого не хватало. Обтирание снегом в холодной пещере все же мало походило на мытье.

Я приготовилась ждать, но первой вошла мантикора.

— Идет, — сообщил Манти.

— Точно он? — заволновалась я.

А то сейчас, как появится незнакомый драконьер и решит, что это все ему. Замучаюсь отбиваться.

— Я что, Смерча не в состоянии узнать? — обиделся Манти.

— Не дуйся, — попросила я миролюбиво. — Я просто волнуюсь.

— Вс-с-се будет хорошо. Он не ус-с-стоит, — подбодрила Кора.

Я улыбнулась ей в знак признательности, а потом замахала руками на обоих:

— Все, уходите. Мы должны остаться наедине.

Не хватало еще, чтобы мантикора подглядывала! К счастью, Манти послушно потрусил на выход. Кора, покачиваясь сзади, подмигнула мне напоследок. Мол, не подведи, девочка!

Я поправила волосы и удобнее устроилась на теплом камне, спустившись по шею в воду. Пар довершал картину. Плотной завесой он собирался над поверхностью воды, скрывая мое обнаженное тело. Сквозь него угадывались лишь смутные очертания.

Когда Смерч вошел в пещеру с источником, я задержала дыхание. Врать не буду, волновалась. Сердце колотилось о ребра, губы пересохли. Все же опыта в соблазнении у меня ноль, но я рассчитывала на самого мужчину. Я нравлюсь ему, а значит, причин для отказа нет.

Драконьер не сразу меня заметил за пеленой пара. Сперва он скинул куртку с рубашкой и стянул сапоги, оставшись в одних штанах. Лишь после этого повернулся к источнику и замер, разглядев меня.

— Вихрь? — брови Смерча удивленно приподнялись. — Прости, я не знал, что ты здесь. Приду позже.

Он попятился, намереваясь прихватить одежду и уйти, но я, призывно улыбаясь, подвинулась на камне:

— Оставайся. Здесь хватит места на двоих.

Смерч снова застыл с непередаваемым выражением лица. Он хотел что-то сказать, рот уже приоткрыл, только забыл слова.

Если его тело не двигалось, то взгляд — очень даже. Он начал с моего лица и честно пытался задержаться там. Увы, задача оказалась непосильной. Скользнув по шее, взгляд опустился на грудь. На ней Смерч и застрял.

Вряд ли он что-то разглядел из-за пара, но мужская фантазия сработала. А главное — он знал, что я абсолютно голая. Всего в шаге от него, подойди и возьми. Но драконьер почему-то медлил.

Тогда я решила, ему помочь. Вздохнула поглубже и с силой выдохнула. От движения воздуха пар развеялся, открывая интересный вид на мои формы. Прозрачная вода ничего не скрывала.

Смерч шумно сглотнул, но с места не сдвинулся. Если он не проявит инициативу, мы застрянем здесь надолго. Придется его поторопить. Я призывно облизнула губы и провела рукой от шеи вниз, вроде как моясь.

На виске Смерча бешено забилась венка, а глаза потемнели, снова став штормовыми. Пар капельками оседал на его коже, стекая по торсу. Я тоже невольно им залюбовалась. Вдруг захотелось подойти и слизнуть влагу.

Я вздрогнула от порочности собственных желаний. Прежде при взгляде на мужчин ничего подобного не приходило мне в голову. Это все Смерч. Рядом с ним мое целомудрие превращалось в дым и улетучивалось. А в мыслях были только смятые простыни, стоны и мужские губы на моей коже. Сплошной грех.

Все, хватит. Нужны более решительные меры! Тряхнув волосами, я поднялась из воды. Прямо так, в чем мать родила, я предстала перед мужчиной.

Шаг, другой. Я неотвратимо приближалась к Смерчу, но он помогать мне не спешил. Кажется, он вовсе потерял способность двигаться. Вид моего обнаженного тела его парализовал. Дышит и то хорошо. Сердце-то выдержит? Не дай скалы, сейчас прикончу драконьера, и все, плакала моя инициация.

Видя, что он медлит, я усилила напор — начала соблазнительно покачивать бедрами. Это было нелегко! Камни-то скользкие. Плюс с моих волос и кожи текла вода. Каждый шаг грозил мне падением и свернутой шеей, но чего не сделаешь ради магии! И ради мужчины, который нравится…

Пауза затянулась. Я уже почти добралась до цели, но реакции так и не получила. Надо было как-то привести Смерча в чувства, и я попросила:

— Подашь мне полотно? Хочу вытереться.

От звука моего голоса драконьер вздрогнул и отмер. Ура, он живой! Даже поднял полотенце и протянул мне, но я не могла позволить, чтобы все закончилось настолько банально. Завернуться в кусок ткани и уйти? Ну уж нет! Зря я, что ли, расхаживала голой.

Так что я оступилась. Абсолютно случайно. А что, камни скользкие. Но упала я не на них, а прямиком в мужские объятия. К счастью, реакция у Смерча что надо, он меня поддержал, не дав свалиться и разбить нос.

А что мне было делать, кричать: «Возьми меня!»? Я и так уже всячески дала понять, что не против. Не знаю, что нужно этому непрошибаемому драконьеру! Еще немного — и все будет выглядеть так, словно я применяю насилие.

На Смерче не было рубашки, и прикосновение к его разгоряченной коже отозвалось сладким спазмом внизу моего живота. Он тоже не остался равнодушным. Я ощутила это по короткому, судорожному вздоху. Ему будто не хватало воздуха. Крылья его носа подрагивали, от лица отхлынула кровь. Я надеялась, она устремилась туда, куда мне надо.

Я не стала извиняться за свою неуклюжесть. По-моему, нам обоим очевидно, что случайность не была случайной. А если кто-то этого не понял, то он явно тугодум.

Я запрокинула голову, чтобы заглянуть Смерчу в лицо. Надеюсь, мне не придется его целовать. Должен же он хоть что-то сделать сам!

И он сделал. Рвано вздохнул с каким-то болезненным отчаянием, словно сдаваясь на милость победителя, протянул руку и коснулся моего лица. Провел по щеке, очертил скулу.

Затем место пальцев заняли губы. Осторожный поцелуй. Движение языка. Влажное и порочное. К первой присоединилась вторая рука, но ниже. Коснулась невесомо живота и опустилась. Я порывисто выдохнула, когда мужские пальцы скользнули между моих ног. Тело стало невероятно чувствительным, кожу аж покалывало от напряжения.

Оторвавшись от губ, Смерч проложил дорожку из поцелуев по моей щеке. При этом он не переставал высекать искры из моего тела. Каждое движение его пальцев доставляло нереальное удовольствие. Я едва сдерживала… нет, даже не стон. Крик! Он хрипом клокотал в горле. Еще немного — и сорвусь. Но не раньше, чем пальцы Смерча закончат свой танец на самой чувствительной точке моего тела.

А затем возле уха раздался шепот:

— Это ты рыскала в моем рюкзаке?

Мне было так хорошо, что я даже не вникла в суть вопроса, а просто кивнула. Я бы рассказала Смерчу все, что он пожелал узнать. Только, умоляю, пусть не останавливается.

В следующий миг я все-таки вскрикнула, и эхо пещеры подхватило мой голос. Но кричала я не от наслаждения, а от горького разочарования. Смерч убрал руку! Затем он сделал шаг назад, а на мои плечи лег обрывок ткани.

От обиды и досады на глазах выступили слезы, и я часто заморгала. Великие скалы, что на него нашло? Хорошо же было. Мне уж точно.

— Что ты делаешь? — спросила я и удивилась, насколько хрипло прозвучал мой голос.

— Даю тебе полотно, как ты и просила, — пожал он плечами.

Такой спокойный, равнодушный… даже не верится. Как это у него получается? Он же хочет меня, я знаю. Должен хотеть! Еще пару дней назад точно хотел…

— Но мы… я думала… — я не могла подобрать слов, чтобы выразить всю бездну своего разочарования.

Нельзя же так, в самом деле! Сначала пообещать, а потом не дать. Низ живота ныл, требуя продолжения и разрядки. В конце концов, это жестоко.

— Теперь я достаточно хорош для тебя, магисса? — горько усмехнулся Смерч.

Он понял. Догадался обо всем, как и я недавно. Поэтому остановился?

— Не хочу, чтобы мной пользовались словно вещью, — заявил он. — Кто я для тебя, ключик, открывающий дверь к твоей магии? Поищи другой.

— К моему замку подходишь только ты! — в отчаянии призналась я.

— Это вряд ли. Есть еще Маркус.

Когда он произнес это имя, я вздрогнула. Скрывать правду не имело смысла, и я сказала:

— Он хочет моей смерти.

— Тогда ты обратилась за помощью не к тому. Моей смерти Маркус хочет еще сильнее.

— Но вместе мы могли бы…

— Нет никаких «мы», — резко перебил Смерч. Или правильнее сказать, Дрэйк. — Я выполнил свою часть сделки — отвел тебя к Небу. На этом все, наши пути расходятся.

Подхватив намокшую от пара одежду, Смерч пошел к выходу. Я не могла позволить ему уйти вот так и крикнула вслед:

— От этого зависит жизнь моих родных! Помоги мне их спасти!

— Я давал тебе шанс, — ответил он, не оборачиваясь.

Шанс⁈ Тот поцелуй над обрывом был моим шансом? Высокие скалы, как я должна была догадаться, что это он? Или это было для него важно — чтобы я отдалась драконьеру Смерчу, сама, по желанию, а не берегла себя для Дрэйка Глостера? Смерч хотел доказательств, что мне нужен он, а не инициация.

Неужели он не понимает, что я не могу рисковать? Никакие чувства не оправдают потерю магии. Хотя сегодня именно Смерч заставил меня в этом усомниться.

Нельзя было сдаваться, и я попыталась достучаться до драконьера, пока он не ушел:

— Маркус сбросил меня с башни моего собственного Замка в нашу брачную ночь!

Смерч споткнулся на ровном месте, но не остановился. Разве что немного замедлился. Я сочла это хорошим знаком. Он меня слушает, надо продолжать.

— Все так, Дрэйк, — я впервые назвала его настоящим именем. — Твой брат хочет избавиться от меня и отобрать все, что мне принадлежит. Поэтому я сбежала и искала тебя.

Смерч все-таки остановился, но не обернулся.

— Сомневаюсь, — произнес он. — Маркус, конечно, не подарок, но в нашей семье всего одно чудовище. Я.

— Мои родные еле спаслись, — гнула я свое. — Они прячутся на Дне. Я — их последняя надежда на выживание. Мне необходимо распечатать магию, вернуться и спасти их!

— Почему я должен верить тебе на слово? — Смерч резко повернулся ко мне. — Может, это ты пыталась убить Маркуса? Но не вышло. И магия тебе нужна, чтобы окончательно его уничтожить.

Я вздрогнула. Такого поворота разговора точно не ожидала. Но Смерча можно понять. Маркус — его брат, а я ему никто. Впрочем, у меня есть веский аргумент в свою защиту.

— Подумай вот о чем, — сказала я, — какая магисса откажется распечатывать магию и сбежит от мужа?

Смерч прикрыл глаза и тряхнул головой, словно отрицая собственные мысли. Мои слова дали ему повод для неприятных раздумий. Его плечи опустились под весом моих аргументов.

В конце концов, он, открыв веки, нехотя произнес:

— Я должен подумать, — а после развернулся и ушел.

Невыносимый! Сколько он будет думать? У меня нет времени на его сомнения! Порой мне кажется, что мужчины нарочно не спешат распечатывать женский дар, чтобы наш род вовсе исчез. И тогда мир будет принадлежать только им.

Как он вообще мог так со мной поступить? Собственно, так же, как и я с ним…