Истинное проклятье для дракона (СИ)

Глава 9 Замок на краю

Проклятая магисса! Маркус знал, что с ними нельзя связываться, но любовница, не переставая, лила яд ему в уши.

Это несложно… просто убей ее до инициации… без магии она беспомощна, как ребенок…

Слова Исы все еще звучали в голове Маркуса. И бесили! Все оказалось совсем не так просто. Его жена каким-то чудом выжила и даже вернулась в Замок. Еще помощника себе нашла и какого. Мантикору! Правду, говорят, что от магисс можно ожидать, чего угодно.

Маркус видел жажду мести в невероятных фиолетовых глазах жены и испугался. Впервые в жизни. Страх был новой для него эмоцией. Крайне неприятной.

Еще и рука дико болела. Мараклея умудрилась его ранить! Лекарь заявил, что задеты важные мышцы. Возможно, к руке уже никогда не вернется нормальная подвижность. Преподнесла ему подарочек жена на свадьбу.

Собственная слабость выводила из себя. Все, чего Маркус хотел — найти Мару и отомстить. Он должен стать вдовцом! И желательно поскорее.

— Куда она пошла? Отвечай! — Маркус стиснул горло Исы здоровой рукой.

— Откуда мне знать? — прохрипела она. — Мара никогда не покидала Замок. Ей некуда идти.

Маркус только зубами скрипнул и оттолкнул любовницу. Она бесполезна. Едва представится возможность, надо избавиться от нее. Но пока рано. Сначала надо разобраться с женой.

Он осмотрел главный зал. После визита Мары остался погром. Одного Маркус не мог понять — зачем она приходила? С какой стати так рисковала? И ведь чуть не попалась. Не будь мантикоры, с Марой было бы уже покончено. Видимо, ей было что-то очень нужно.

Маркус пытался угадать, что именно, но Иса не затыкалась, мешая думать. До чего же у нее неприятный, визгливый голос. Как он раньше этого не замечал?

— Ты меня обвиняешь во всем? — говорила она. — А ничего, что это ты не справился? Тебе всего-то и надо было убить слабую девушку. Но ты даже этого не смог!

— Я сбросил ее с башни! — огрызнулся Маркус.

— И не убедился, что она мертва.

— Я что, должен был спуститься на Дно?

— А хоть бы и так! Размозжил бы ей для верности голову камнем, и не было бы проблем.

А ведь Иса — сестра Мары и всем ей обязана. Но, похоже, благодарность не ее конек.

— Она может еще как-то распечатать свой дар? — мрачно уточнил Маркус.

— Каким, интересно знать, образом? — фыркнула Иса. — Для этого ей нужен ты. Или…

— Или? Прежде ты не упоминала никаких «или». Рассказывай, — потребовал он.

Иса резко побледнела. То ли от ярости в его голосе, то ли вообразив возвращение Мары с распечатанной магией.

— Твоя кровь, — она шумно сглотнула, — для инициации ей нужен мужчина одной с тобой крови. Твой отец, сын…

— Брат, — выдохнул Маркус. — Вот зачем она поперлась в главный зал! Хотела взглянуть на портрет Дрэйка.

Маркус резко повернулся к стене, на которой висели портреты. Кто бы знал, что брат вернется в его жизнь вот так. Рассвирепев, Маркус сорвал портрет, оттащил к камину и бросил в огонь. Там ему место. А если Дрэйк попытается помешать его планам, с ним случится то же самое.

— Зачем ты его вообще повесил? — всплеснула руками Иса.

Маркус поморщился. Ну невозможно слушать, не голос, а визг поросенка.

— Мать настояла, — ответил он. — Старая дура верит, что ее ненаглядный старший сын однажды вернется. Только этому не бывать, я не допущу. Не после того, что он сделал. Может, она простила, но я — нет.

— И что теперь?

— Я отправил за Марой погоню. Есть шанс, что мои воины прикончат ее раньше. Но даже если нет, она вряд ли найдет Дрэйка.

— Почему? — Иса посмотрела на него с надеждой. — Умоляю, скажи, что он мертв?

— Хуже. Он — драконьер. Пожалуй, хорошо, что Мара видела портрет. Она будет искать не того, — усмехнулся Маркус.

На его последних словах раздался протяжный стон. Словно старое больное животное испустило дух.

— Это еще что такое? Откуда звук? — Маркус оглянулся, но кроме них с Исой в зале никого не было.

— Мне кажется, — прошептала Иса, — это Замок. Мара говорила, что он живой…

— Чушь не неси, — отмахнулся Маркус. — Это лишь камни.

Иса согласно кивнула, но по-прежнему смотрела по сторонам с опаской. Только ненормальной под боком ему не хватало. Испугалась замка. Да что он им сделает? Это же просто стены и крыша!

Но, как вскоре выяснилось, и стены способны ненавидеть…

Первым делом меня повели на базар, чтобы купить необходимое снаряжение. Платила я сама, благо есть чем.

Смерч раскритиковал и мою одежду, и обувь:

— Наверху ты в своих красивых ботиночках и десяти шагов не пройдешь, — заявил он и указал на ближайший прилавок. — Вот эти лучше подойдут.

Я повернула голову и не сдержала вздоха. Это была не обувь, а кошмар. Они выглядели так, будто кто-то целиком содрал кожу с козла, вывернул ее мехом внутри и получились походные сапоги драконьеров.

— Не нравится? — усмехнулся Смерч.

— Что, не твой фасон? — хихикнул Бриз.

Я только зубами скрипнула. И купила жуткие сапоги. Пусть некрасиво, зато ногам тепло будет. В горах холодно и лежит снег.

Затем пришел черед одежды — платье из плотной ткани, плащ на меху и невыносимо колючие рейтузы из овечьей шерсти. Наверняка все себе ими натру, но особо выбора не было. Одежда драконьеров не отличалась дружелюбием к хозяину, у нее были другие задачи — практичность и тепло.

— Нежные девы не привыкли к грубым тканям, — произнес Смерч. — Пожалей свою бархатную кожу, Вихрь, возвращайся домой.

Он вроде хотел меня поддеть, но прозвучало это как комплимент. Даже Бриз понял и сник.

Смерч тоже осознал, что сболтнул лишнее, и мрачно добавил:

— Ты не выдержишь подъема.

Он явно жалел, что обещал взять меня с собой, но я не собиралась отказываться от цели и упрямо качнула головой:

— Посмотрим.

С закупками было покончено, и следующим утром мы выдвинулись в путь. Смерч торопился, что для меня только плюс. Люди Маркуса так просто не отстанут. Лучше поскорее убраться с перевала.

Путешествовать с драконьерами оказалось на удивление приятно. Мистраль помогал нести мне сумку, Сирокко развлекал историями. Смерч первое время поглядывал напряженно, но я не ныла, стойко снося все трудности пути, и его взгляд изменился. В нем появилось уважение. Моему присутствию в команде откровенно не рад был только Бриз.

Ночевали мы под открытым небом вокруг костра. Он и согревал, и отгонял хищников. В первый же вечер я отошла умыться к ручью, а когда вернулась, увидела, что мне приготовили лежанку из теплых шкур. Растрогавшись, я поблагодарила Сирокко.

— Да я ничего не делал, — пожал он плечами.

Неужели Мистраль? Но он ушел за дровами на костер. Если лежанку соорудил Бриз, то там точно будет неприятный сюрприз. Но проверка показала, что все в порядке. Выходит, обо мне позаботился Смерч. Это открытие так меня поразило, что я забыла сказать «спасибо». Но так с тех пор и повелось — каждый вечер меня ждала уютная лежанка.

На третий день пути появился первый снег. Белый и искристый, а еще холодный и мокрый. От взгляда на него слезились глаза, но я все равно смотрела. Ничего не могла с собой поделать. Я впервые в жизни видела снег.

С каждым часом пути снега становилось все больше. Вскоре мы уже шли прямо по нему, а он приятно хрустел под ногами. Тогда я и оценила свою обувь по достоинству. Сапоги драконьеров были созданы для прогулки по сугробам. Мало того, что в них тепло, так еще ноги не утопают в сугробах.

Но меня волновала мантикора. Чем она будет питаться в горах? С прожорливостью Манти это проблема.

— Здесь найдется что-то съедобное для тебя? — спросила я.

— Да, найдется, — откликнулся Манти. — Вы.

Больше я на тему еды с ним не заговаривала, а во время привалов отдавала ему добрую половину своей порции. Сытая мантикора — залог того, что мы все доберемся до Неба живыми и с целыми конечностями.

По вечерам мы сидели вокруг костра, и я, пользуясь случаем, расспрашивала Сирокко обо всем. Он оказался еще тем болтуном. От него я узнала много нового о драконьерах вообще и о своих спутниках в частности.

— Как тебе удалось сберечь лицо? — спросила я как-то.

— Я надеваю защиту, — ответил Сирокко.

— А Смерч?

— Он ее не носит. Он даже как будто хочет стереть свое лицо… знаю, звучит странно, — усмехнулся он, — но как есть.

Я нахмурилась. Очевидно, что в драконьеры идут не от хорошей жизни. Например, беглые преступники часто выбирают именно эту работу. А что, платят отлично, и всем плевать, кто ты такой. Даже имени не спрашивают, достаточно клички. Так, может, и Смерч один из них?

Следующим утром я проснулась раньше всех. Сходила умыться, а на обратном пути, проходя мимо спящего Смерча, остановилась. Его глаза были закрыты, он спал, и я поддалась искушению изучить его.

Во время сна его лицо расслабилось, складки между бровей и вокруг рта исчезли. Сейчас он казался даже красивым. Если бы не эти ожоги… То, как он их дополнял, превращая в рисунки, выглядело так, будто он ими гордится. А, может, он просто добивался, чтобы тату покрыли все лицо?

Я, прикусив губу, попыталась представить его без этих отметин. Возникло странное ощущение, что уже где-то видела этот волевой подбородок с ямочкой, прямой нос. Я почти вспомнила, еще немного — и…

— Нравится? — спросил Смерч, не открывая глаз.

Я подпрыгнула на месте. Так же и помереть можно! До чего неловко вышло, я-то думала, что Смерч спит. А он затаился, пока я нагло его разглядывала.

— Вот еще! — фыркнула я.

Смерч все-таки открыл глаза и глянул на меня остро и насмешливо.

— Лгунья, — усмехнулся он.

— Я просто изучала шрамы, — объяснила я. — Не понимаю, почему Сирокко использует защиту, а ты нет?

Мой вопрос испортил Смерчу настроение.

— Потому что ему важна внешность, — мрачно ответил он. — Он дорожит ею, как самовлюбленная девица.

— А тебе не важна?

— А я хочу стереть ее, а вместе ней и прошлое.

Что это означает, я так и не выяснила. Смерч резко встал и направился к ручью умываться, давая понять, что разговор окончен. А я подумала: моя догадка о том, что он из беглых преступников, скорее всего верна.

Пожалуй, стоит держаться настороже с главарем нашей команды. Я так и не поняла, с какой стати он передумал и взял меня с собой. Уж явно не за красивые глаза магиссы, они как раз его не особо впечатлили.

К вечеру того же дня мы добрались до грота с горячим источником. Всем не терпелось искупаться, особенно мне. Я привыкла принимать ванну каждый день, а тут уже несколько дней не мылась.

Но пришлось уступить очередь мужчинам, они банально взяли числом. Когда чистые и довольные драконьеры вернулись к костру, настал мой черед отправиться в грот. Его своды задерживали пар, поднимающийся от горячей воды, и я не сразу заметила, что внутри кто-то есть. А когда пар немного рассеялся, я с удивлением увидела… девушку.

Сомнений быть не могло, женскую грудь сложно перепутать с мужской. Одна беда — у девушки было лицо Бриза.

— Какого дракона ты врываешься, не видишь, занято? — возмутился или, точнее, возмутилась Бриз, прикрываясь рубахой.

Но поздно, я уже все видела. И сразу стало понятно, почему Бриз меня недолюбливает. Да она же ревнует! Смерча ко мне. Вот ведь дурочка. Меня не интересует Смерч. Мне нужен другой мужчина. И только он.

Смерч тоже не смотрит в мою сторону. Ну ладно, иногда смотрит, когда думает, что я не вижу. Долго так, задумчиво и тяжело. Но это вовсе не приятный взгляд, а скорее пугающий. Мне от него точно не по себе. Он будто прикидывает, что со мной делать — позволить идти дальше или прямо сейчас столкнуть со скалы.

— Смерч знает? — спросила я, раздеваясь. А чего стесняться? Тут одни девочки.

— Он — да, остальные — нет, — буркнула Бриз.

Я усомнилась. Девушка не догадывается, но Сирокко тоже в курсе. Сам понял или случайно подсмотрел, как я, но Бриз ему явно нравится. Я замечала, что, болтая со мной, он то и дело поглядывает на нее. Как будто ждет ее реакции. Видимо, так он хочет вызвать ее ревность. Но Бриз ревнует другого.

Как же у них все сложно! Мне эти любовные перипетии казались странными и непонятными. Меня с детства учили, что мой главный долг — распечатать магию. Буду я при этом любить мужчину, с которым разделю брачное ложе, или нет — дело десятое.

Я была уверена, что любовь не для меня, и запретила себе даже думать о ней. Что попусту бередить сердце? Потому мне удивительно видеть, как много места любовь занимает в жизни других. Она буквально краеугольный камень их бытия.

— Как ты попала в команду Смерча? — спросила я, погружаясь в горячую воду.

— Он спас меня от отчима, — буркнула Бриз. — Он хотел меня…

Она не закончила фразу, но я догадалась, о чем речь. Живя в Замке на краю, я редко сталкивалась с подлостью. Меня оберегали с детства. Но я знала, что жизнь далеко не так сказочна, и в ней бывает всякое.

— Мне было четырнадцать, когда Смерч отбил меня у пьяного отчима. С тех пор я путешествую с ним и во всем ему помогаю. Пойти мне все равно некуда.

Я слушала и кивала. Естественно, Бриз влюбилась в своего спасителя без оглядки. Вот только для Смерча она, похоже, так и осталась маленькой девочкой, которую он однажды спас.

Наспех одевшись, Бриз покинула грот. Откровенничать со мной ей было неприятно. Впрочем, я не настаивала и с удовольствием помылась в одиночестве.

Вечер прошел как обычно. Поужинав, мы легли спать, а вот побудка получилась ранней и нервной.

— Вставай! — кто-то, не церемонясь, тряхнул меня за плечо.

Я распахнула веки и увидела нависающего надо мной Сирокко. Вид у него был встревоженный.

— Что случилось? — спросила я, садясь.

— Надвигается пурга. Надо найти укрытие и поскорее.

Ветер уносил слова, я едва понимала, что Сирокко говорит, но уже сама видела — происходит что-то жуткое. Завывание метели, снег в лицо — стихия разыгралась не на шутку. Если это только начало, то нам действительно лучше убраться подальше.

Я подскочила и кинулась собирать вещи, но Сирокко махнул рукой:

— Оставь вещи, не до них сейчас.

Ого, все настолько серьезно? Бросив лежак и поклажу, я поспешила за другими. Идти было тяжело, ветер бил в грудь, норовя опрокинуть навзничь. Он кусал за нос и щеки, точно голодный пес. Сыпал в глаза снег, окончательно дезориентируя.

Я заслонила лицо рукой в тщетной попытке укрыться от снега. Силуэты идущих впереди драконьеров все сильнее размывались, но я упорно двигалась за ними, как вдруг поняла — кого-то не хватает.

Я резко встала. Где мантикора? Была же рядом, а сейчас нет. Видимо, отстала. Лапы Манти увязают в снегу, они не созданы для подобных прогулок.

Я даже подумать не успела, как развернулась обратно.

— Ты куда? — крикнул мне в спину Сирокко.

— Мой кот, он потерялся, — ответила я на ходу. — Наверное, застрял в снегу.

— Брось его, — Сирокко догнал меня и дернул за руку. — Ему уже не помочь, а сама сгинешь.

Бросить мантикору? После всего, что Манти и Кора для меня сделали? Нет, я так поступить не могу. А потому, вырвав руку из ладони драконьера, поспешила на поиски друга.