Измена леди Вайолет

Глава 15. Маленькая надежда

Возвращение в поместье Сазеральдов длилось недолго. Вновь укутанная в теплый плащ я была на руках доставлена в карету, и даже спрыгивая в грязь по прибытию, Сазеральд и не подумал меня отпускать.

— Вы так и планируете держать меня всё оставшееся время до решения Легара Ди Авеля?

— вопросила я, когда мне это порядком надоело. Вынужденная улыбка украсила моё лицо. Ведь больше всего на свете не хотелось показаться грубой, чтобы спровоцировать единственного союзника.

Да, в определенной степени это было именно так. Мне пришлось признаться себе, что я полностью зависела от воли Сазеральда и, находясь под его защитой, могла чувствовать хоть какую-то видимую свободу.

— Мне кажется, я ясно дал понять, каким именно образом закончится эта ночь, — его глубокий мягкий и такой приятный голос ласкал слух. Легкое возбуждение разлилось по телу, когда смысл сказанного добрался до разумной части моего мозга.

— Вы хотите меня наказать за что-то? — я изумилась, припоминая наш предыдущий «разговор», который был прерван его прислужником.

— Отнюдь, я хочу продолжить твое, Вайолет, обучение.

— Но герцог же.

— Шш-ш, — перебил меня эльф-вампир. — Больше ни слово о твоём любимчике Шеноре, иначе я передумаю обучать и действительно займусь твоим наказанием.

Немного помолчав, он ухмыльнулся и добавил:

— В подвале. С цепями на руках.

В ответ широко раскрыла глаза от изумления и прикусила губу, чтобы не охнуть в голос. И снова потупила взгляд, уткнувшись в его шелковый шейный платок, идеально завязанный на горле.

Меж тем мы подошли к двери его поместья, массивная, окованная металлом с обеих сторон, она еле слышно отворилась, являя нашему взору темноту коридоров.

— Что со мной будет? — спросила я робко.

Сейчас, припомнив пророчество ведьмы одной, и второй, той в борделе, поняла, что нечего хорошего, если Легара Ди Авеля предадут дважды.

— Всё зависит от твоей сговорчивости, — вампир многозначительно улыбнулся в темноте. Почему-то я была в этом более чем уверена. — В худшем случае и самом вероятном ты станешь или вампирессой, или прислужницей.

— А в чём разница?

— В жажде жизни, — ответил Разиус, не задумываясь. — Чем больше в человеке силы воли, тем выше шанс обратиться в вампира, испив крови своего хозяина, который обратил укусом.

— То есть, даже укус — не гарантия выжить и остаться разумным существом?

— Именно так, ведь прислужникам, чтобы не стать безвольными монстрами, упырями вечно голодными и жаждущими испить крови, приходится пить кровь своего хозяина, если он это позволяет. Если же нет, то выход один: избавиться от этого бесполезного куска мяса раз и навсегда, пока он не наплодил себе подобных из всех людей вокруг и не лишил вампиров еды.

— Вот еще одна загадка, — поддержала я разговор. В то время как Разиус вышел к лестнице и стал подниматься.

— Мм-м?

— Насколько могу судить, в вашей Дитрии живут и простые смертные, люди, помимо вампирской знати и магов Кровавого Ордена. Как они с вами уживаются?

— Всё просто... — Разиус сделал небольшую паузу, когда вышел на площадку и устремился дальше по коридору. — Законы. В нашем обществе существуют законы, которые оберегают людей от нас, вампиров, и как ни странно, вампиров от людей. Ведь, например, когда мы спим в своих склепах, могут найтись такие смельчаки, которые решат нам за что-то отомстить.

— Можно сказать, вам не за что мстить?

Разиус хохотнул.

— Скажи, если к тебе в постель заберется поросенок и начнет обиженно визжать из-за убитой мамочки, которую ты недавно съела на ужин. Тебе это понравится?

Да уж, если так ставить вопрос, то, конечно, не понравится.

— Но ведь, это же люди.

Для нас люди — как для вас свиньи. Еда.

— А вот и нет. В отличие от вас, мы не спим со свиньями! — выпалила я обижено. А вампир только еще больше развеселился.

— Ты в этом уверена? А как же твой граф Орсхейм?

Хорошо, что мы вроде бы пришли, потому как перед моим взором вновь отворилась дверь, и впереди ожидала слабоосвещенная комната, пустая, если не считать огромной деревянной лохани.

— Мой прислужник верен моему распорядку ночи, — пояснил вампир. — Каждый раз возвращаясь с улицы я люблю принимать ванную. — С этими словами он опустил меня на ноги, которые чудом не подогнулись из-за непонятной слабости.

— Что же, тогда я вас оставлю, — вопреки самочувствию, я попыталась выйти наружу, но была остановлена его объятьями.

— А кто сказал, что в этот раз я буду один. Я тебя не отпускал.

— Посмотрела в его глаза. Во взгляде вампира плескалось самое настоящее вожделение. — Поверь мне, водные процедуры бывают очень и очень приятным времяпрепровождением.

Приятная дрожь пробежала по коже, когда вместе со словами услышала треск ткани моего, между прочим, платья. Начиная от ворота и до живота корсаж был нещадно порван. Вампир при этом добрался до моей груди, стиснул её пальцами, слегка прикусывая моё ушко.

— Ужасный выбор, — Разиус таким образом оправдал своё вопиющие поведение. — Голой ты мне нравилась больше.

— А я себе нравлюсь одетой, — возразила еле слышно. И поджала губы, стараясь не стонать от невероятного ощущения. Теплая волна захлестнула с головой и я попыталась развернуться к Разиусу, чтобы

— Что же, когда мы закончим, я предоставлю тебе возможность вновь принять пристойный вид, — шептал он на ушко.

А я повела плечом, ведь было щекотно и... возбуждающе приятно. Грязное порочное чувство проснулось во мне, а совесть и стыд капитулировали, едва Сазеральд провел ладонью вдоль ложбинки, шеи, скулы, останавливаясь на щеке, более того повернул мою голову к себе и наградил страстным поцелуем.

Где-то на задворках сознания металась мысль — нельзя этого допускать. Нельзя ему позволять подобное. Но она была настолько далеко и не имела никакой силы при принятии решения. Я отдалась на волю чувствам тела, решила позволить себе это безумство.

Обернулась в его объятьях, руками обвила его шею. Прильнула всем телом к вампиру и была вознаграждена его улыбкой.

Меж тем Разиус шагнул вперед, заставляя меня пятиться, пока я буквально не села на край лохани, наполненной до краёв горячей водой.

— Мм-м! — воскликнула в его губы.

И снова послышался треск ткани, еще более громкий. В этот раз пострадала юбка. И моё платье в один миг превратилось в самый настоящий халат.

Мою исподнюю эльф рвать не стал. Словно насытившись легким аперитивом, он помог мне снять остатки верхнего одеяния и потянул за края рубашки, стаскивая её через голову.

После этого решил раздеться сам. Одно смазанное движение, и я узрела его белую, точнее даже серую при тусклом освещении, кожу.

— У тебя удивительные черты лица, — похвалил меня любовник. — благородные, эффектные, сексуальные.

Смущению моему не было предела. Не хотя отвела взгляд и ссутулила плечи.

Правда, тут же услышала недовольный возглас:

— Нет-нет и нет! Не закрывайся от меня в своей раковине, смотри на меня. Я хочу увидеть твою душу, читать твой стыд и пить твоё возбуждение, Вайолет...

Почувствовав себя особенной, я вдруг услышала слова, заставившие окончательно пасть духом.

— Тем люди и хороши, их эмоции такие настоящие! Такие... словами не описать... — продолжал восхищаться Разиус.

Осознание, будто я просто одна из множества опробованных любовниц, ударило хуже хлесткой пощечины. Сразу стало как-то зябко, и я закрылась от его взгляда руками.

— Нет, — голос вампира зазвучал угрожающе и довольно зло. — Лускан меня раздери! Я не это имел ввиду!

— Сказанного не воротишь, — сорвалось с моих губ против жгучего желания промолчать. Вампир схватил меня за плечи и вновь притиснул к себе.

— Напоминаю тебе, что у тебя есть альтернатива. Подвал, цепи.

Я прикусила губу. Секунда на раздумье. Горький вздох, и я опустила руки к панталонам, чтобы спустить их вначале на колени, а после нагнуться и снять.

— Что ж, хороший выбор, но не самый. — Голос Разиуса смягчился и как-то даже подобрел.

— Тогда приступим к процедурам. Залезай в воду.

Казалось, в его взгляде я увидела нечто большее чем возбуждение. Напряженное ожидание

— да, определенно, ближе к правде.

Отвернулась и попробовала рукой горячую почти обжигающую воду. Легкий пар поднимался с зеркальной поверхности, заставляя переживать. Легкое покалывающее жжение в кончиках пальцев подсказывало, что температура терпима. И потому я с легкостью преодолела нежелание, первым делом окунула правую ногу.

Да, в моем поведении явно не хватало той пластичности и грациозности, как у Инги Сазеральд. Однако мне сейчас было, откровенно говоря, не до манер.

Шикнула и подождала, пока тело привыкнет к жару горячей воды, залезла второй ногой и быстро села в лохани, притянув к себе колени, чтобы спрятаться от прожигающего похотливого взора вампира.

— Доволен? — Я усмехнулась его кислой гримасе.

— Не так уж, однако испытание ты прошла. А значит, можем приступать к приятной части нашего купания.

Эльф присел на корточки и достал откуда-то губку с мылом.

— Испытание? — поинтересовалась я.

— Да. Испытание на боязнь воды.

В ответ на мой вопросительный взгляд вампир стал намыливать мою руку. И начал с кончиков пальцев.

— Банши, души утопленниц, которых держит в этом мире жгучая жажда мести, — одно предложение. И я всё поняла.

— Думал, меня подослали?

— Вообще-то в тебя вселили частицу Нешзрагатмы, а обе эти сущности друг с другом уживаются плохо. Одна старается подавить другую. Вследствие этого носитель, как правило погибает.

— Но Ренки же...

— Да, Ренки Мора единственная в своём роде. Однако, если у неё получилось, то почему бы подобному не произойти вновь?

Отвечать не стала и мысленно порадовалась прохождению испытания, и прикрыла глаза, блаженствуя.

Заметить не успела, как задремала. Ведь только что перед глазами стояла улыбка Разиуса. А в следующий миг я увидела вначале какой-то смутный образ, словно в тумане.

И не смотря на это, слышимый голос звучал отчетливо. Это был герцог Сабрис. Он говорил со своим подручным лусканцем. Дело происходило в темной гостиной. Огарок зажжённой свечи слабо освещал комнату, выхватывая из темноты пару кресел, стоящих по обе стороны от столика с канделябром.

— Союз с метаморфами заключен, — поделился новостью Ив Го’Шенор.

— Вас можно поздравить? — лусканец хмыкнул. Рот его гадко искривился.

— Нет, ты не так понял. Там такое произошло, королевская дочка спуталась с демоном. Но нам это пришлось только на руку. Она напрочь отказалась от брака, и отец был вынужден уступить, — голос герцога звучал и без тени сожаления, а даже наоборот.

— Теперь остались вампиры?

— Да, нам очень нужен этот союз, иначе даже с морфами эту заразу не одолеть. Ведь ведьмы теперь правят и в Лускании. А король Дитрии даже не собирается это обсуждать.

— Откуда такая уверенность?

— Посол категоричен к моим обращениям. При всех моих титулах, меня даже на порог не пускают.

— А может, ты сцедишь им на крыльцо пару ведер своей крови, чтобы тебя выслушали? — лусканец оскалился.

Однако герцог его тут же осадил:

— Не забывайся!

На этом мой сон и оборвался.