Измена леди Вайолет

Финова Ева-Измена леди Вайолет

Глава 1. Граф Орсхейм или герцог Сабрис?

Злость застилала глаза. Сердце, разбитое на осколки, рвалось из груди, выстукивая бешеные ритмы до дыхательных спазмов. Мой муж, граф Орсхейм, какой-то там в очереди наследник на престол Истмарка, сейчас в своей спальне развлекался сразу с тремя служанками, вольготно пользуясь моим отъездом к матушке.

Полагаю по причине: я так и не смогла родить. Ведь три года супружества миновали, и все мои три сестры, выскочившие замуж вперед меня, старшей из них, уже были на сносях. А я, хоть и низкородная баронесса, добившаяся выгодной партии, ныне вынуждена влачить муки супружества с нелюбимым мужчиной.

Да, интуиция мне подсказывала, что он мне изменяет, точнее я догадывалась об этом, перехватывая недвусмысленные взгляды мужа на нашу прислугу, которую потому и меняла каждый сезон. Но на этот раз мой суженный превзошел все мои самые страшные кошмары. Он пользовал чужую прислугу, служанок военачальника королевской гвардии, третьего герцога Сабриса!

А этот ГоШенор, конечно, был хорош. Красивая внешность, военная выправка, жесткий нрав и справедливый характер притягивали к нему людей словно приворотом.

Наверное, еще и поэтому в тот злополучный вечер я решилась на смертельный грех, измену мужу с нашим соседом.

Кто бы мог подумать, что вынужденная вернуться верхом на распряженной лошади из любимой тройки в графской карете, раненная, я совершу еще один марш бросок до Сохтхейма.

Всему виной обычная спица, которая неожиданно лопнула в колесе и чудом не опрокинула мою карету в бездну с обрыва, мимо которого была вынуждена проезжать каждую поездку к моей матушке, ныне требующей к себе особого внимания.

И вот я грязная, окровавленная, верхом на взмыленной лошади прибыла в замок герцога уже ближе к ночи, тарабаня кулаками в двери крепостной стены.

— Кто там? — отозвался дозорный с вышки, судя по звукам, натягивая тетиву.

— Это я, графиня Орсхейм! — крикнула в ответ, ничуть не испугавшись.

Если вдруг пристрелит, так мне же будет легче. Наконец мир покинет еще одна окаянная душа, так и не нашедшая свою половину, потому как выбрала благополучие чувствам.

Но нет, чуда не произошло. Удивлённый стражник все-таки не выстрелил, а лишь сбежал по каменной лестнице, бряцая кольчугой и стуча мечем о ножные щитки, прикрепленные к поясу — облегченный вариант доспехов.

— Вы по какому делу? — упорствовал он, приоткрыв дозорное окошко на уровне моих глаз.

Тогда вместо ответа я продемонстрировала ему свои окровавленные руки, слыша следом скрежет отворяемого засова. Узкая дверца приоткрылась, и стражник еще раз выглянул. Убедившись, что я одна, поманил войти.

— Доносчика уже послали к герцогу, и вам нужно пройти в общую залу и дождаться его аудиенции, ведь наш лекарь недавно отбыл в мир иной, если не знаете.

Желания отвечать ему на это не было никакого, ровно как и ворочать языком просто так, в подтверждение светского воспитания. Мужчина тем временем, идя впереди, то и дело озирался назад на мой обтянутый замшей стан в походном костюме для езды верхом, жаль, разодранный в плечах.

Поднявшись по одной каменной лестнице, затем, минуя холл, преодолев верхние ступени и коридор, воин впустил меня в приемную гостиную, обставленную со вкусом, однако без лишнего лоска.

Увы, единственные элементы роскоши в комнате представлял из себя диван с мягкой обивкой да обитые шелком серебристые панели. А возможно, еще и деревянная тумба, неаккуратно-сбитая из крупных досок.

— Вы бы это... поспали? Не то господин может и повременить до утра... — проронил стражник между тем.

— То есть вы хотите сказать, что мое нынешнее состояние и положение графини не дозволит ждать немедленной аудиенции?

— Но он же герцог... — начал оправдываться вояка, пятясь спиной к выходу.

— И наш сосед, — прибавила я. А вспомнив ученые трактаты по этикету, скривилась. Ведь и правда ночные визиты строго запрещены, только лишь по делам королевской важности. А тут...

— Я-я лучше пойду, — сдался мужчина, выходя из комнаты.

Только лишь порадовалась этому, глядя на кровоточащие руки, ныне безумно саднящие.

Дверь же почти сразу распахнулась, а я раздраженно произнесла: — Не утруждайте себя объяснениями... — И встретила в ответ жесткий взгляд дворянина.

— Наоборот. Будьте так добры объяснить, — приказал сам Го'Шенор строго. А когда заметил мое состояние, затаенная ярость, сгущающая тени в комнате, полыхнула в глубине его глаз.

— Кто? — губы герцога недовольно изогнулись.

Ответить однозначно было сложно, но попытаться стоило.

— Я сама, — сказала ровно.

Про якобы «несчастный случай» с каретой промолчала, ни к чему ему знать. По крайней мере сейчас.

Кивнув каким-то своим думам, мужчина прошел и, наплевав на все правила приличия, сел рядом со мной, перехватывая аккуратно мои ладони в свои сухие и жесткие руки.

— Сейчас я остановлю кровь, а позже схожу за пинцетом.

На что лишь признательно кивнула, позволяя ему щупать мои пальцы запястья и прикоснуться к моему плечу, дабы отодвинуть в сторону порванную ткань, обнажая царапины и там.

— Думаю, сейчас расспросы излишни. Однако завтра я потребую от вас объяснений.

И после этого он вышел, оставляя меня недоумевать причинам, побудившим приехать именно сюда.

Не успев как следует раздумать, я увидела его вновь, загадочный взгляд герцога, входящего в комнату с драгоценным сундучком в руках. Поставив тот подле меня, он выудил из его недр металлические тонкие щипцы, что иголки, прошел к камину в котором оказывается горел самый обычный огонь.

А все дело в моратории. Закрытое королевство защищено магическим куполом, дестабилизировать который может любое возмущение энергетического фона, потому действовало строжайшее табу, с одним единственным исключением — некромантией. Опытный маг, не помню его имени, умудрился доказать магическому консилиуму Истмарка в отсутствии влияния той на защитный купол.

— Ай, — невольно вымолвила я. Ранее огонь в камине поглотил все моё внимание.

— Терпите, графиня. — вымолвил лорд Ив Го’Шенор.

Затем он перехватил мой безымянный палец, с которого успела в припадке злости стянуть кольцо и выкинуть его где-то там, в коридорах Орсхейма.

— Вы овдовели? — спросил герцог Сабрис, разглядывая полоску светлой кожи, натертой мозолями от жмущего кольца, увы, неподобранного мужем по размерам моего пальца.

Нет, — ответила я.

Ив нахмурился.

— Тогда я действительно вынужден спросить у вас ранее, чем планировал. Что вы здесь делаете?

В ответ лишь взяла и выпалила слово, то и дело всплывающее в уме.

— Измена.

Ничуть не смутившись, герцог лишь перешел к другому пальцу, методично вытаскивая занозы из под моих ногтей. Я же то и дело закусывала губу, но терпела. Иначе нельзя. Нельзя показывать свою слабость.

Покончив с моими пальцами, он достал из распахнутого сундучка, даже не так, скорее большой шкатулочки какую-то маленькую скляночку и, макнув туда палец, стал размазывать смесь на мои ранки.

— Мне прискорбно об этом говорить, но вам придется снять ваш жакет и вытянуть рубашку из корсета.

— Возможно, стоит лучше оборвать рукава?

— Хм, а как же измена? Или вы решили переспать с моим конюхом?

— Не приведи, Трарк! — в ужасе воскликнула я, чем вызвала у герцога непроизвольную улыбку.

А услышав его ворчливое подтрунивание, залилась краской стыда, тем более умелые руки мужчины все-таки продолжили меня раздевать со словами:

— Да уж, сколько лет жил без скандальной славы, обходя стороной замужних, и столько бы еще прожил, если б не одна очаровательная графиня.

— Мне пойти найти конюха? — осмелилась пошутить, выжимая из герцога смешок.

И оставив меня в одном корсете, не считая штанов, Сабрис принялся наносить состав на мои царапины на плечах да опять на пальцы, облегчая болезненное жжение в тот же миг.

— Чудо скляночка! — не удержалась от похвалы я, стараясь не смотреть ему в глаза. А когда сам Ив Го'Шенор поднялся с дивана, забирая с собой лекарскую шкатулку, то я совсем растерялась и бросила ему в спину.

— А-а-а как же?

— Выздоравливайте, графиня, — жестко оборвал меня он, и глядя на мои моментально увлажнившиеся глаза, немного смягчившись, прибавил: — Завтра я вас выслушаю. А сейчас — сон.

— Но-но, — мой голос все-таки дрогнул и слезы хлынули из глаз.

Но герцог был неумолим:

— Вы мне завтра спасибо скажите, что не воспользовался вашей уязвимостью. Правда, если, переспав с этой мыслью, вы все еще будете убеждены изменить своему мужу, то я вас обязательно выслушаю. Но положительного ответа не обещаю.

Не знаю, как сдержалась от более колкого ответа. Но увы, вместо этого плечи дрогнули, слезы хлынули из глаз, а руки потянулись к плечам, где еще саднили свежие раны.

Будто бы почуяв неладное, герцог метнулся ко мне, зачем-то перехватывая ладони.

— Спите! — с нажимом выдавил он, целуя меня в губы.

И я действительно уснула под действием сонных чар.

«Неужели я заставила его нарушить запрет?!» — последняя мыль промелькнула в моей голове, прежде чем я повалилась в оздоровительный сон.