Измена леди Вайолет

Глава 8. Главный Сазеральд

Когда я вновь открыла глаза, то обнаружила себя привалившейся к спинке стула, точнее сидящей в центре какого-то помещения. Сквозь круглое отверстие в высоком потолке на меня лился лунный свет, а кругом стояла тьма, скрывающая от меня присутствующих.

То, что они там были, безусловно. Моя кожа так и зудела от их взглядов. Вот только поделать с этим ничего не могла. Пока не могла. Но интуиция, снова эта интуиция, подсказывала, что бояться мне нечего. С небольшой поправочной. Пока нечего. Им от меня нужна какая-то услуга. Какая именно — предстояло выяснить с минуты на минуту.

— И ты предлагаешь обучить эту женщину, чтобы она шпионила в нашу пользу? — за моей спиной прожурчал словно ручеек — мелодичный голос молодой женщины.

В ответ на эти слова кто-то зашипел в темноте, а кто-то даже громко зевнул. Чему была крайне удивлена. Аристократы так себя не ведут. Правда, и сама хороша, развалилась тут на стуле. Потому села ровнее и выгнула спину да развернула плечи. Придала лицу вид скучающего уныния.

Шипение смолкло и я услышала голос Льеса.

— Мне почему-то кажется, что это наша леди Орсхейм будет учить всех нас манерам, а не наоборот.

— Так она леди? — прозвучало удивленное старческим голосом прямо предо мной. В темноте же блеснули на мгновение красные точки, и так же быстро погасли, едва показавшись.

— Графиня, — подтвердила Инга. Узнала её голос, звучащий откуда-то слева от меня. Следующая же её реплика заставила невольно вздрогнуть: — Дражайшая соседка герцога Сабриса.

И вспомнила. Все вспомнила. И измену своего мужа, и отказ Сабриса в адюльтере. Покушение на убийство наемников в лесу, лусканца-оборотня. Деревенских, которые в итоге пристукнули меня по голове.

Жажда мести кровавой пеленой подернула мои веки, и я, не ведая что творю, поднесла руки к плечам в желании впиться в них когтями, до боли, чтобы хоть как-то заглушить душевные муки испытанные в один миг. Но в этот раз я хотела не просто ранить себя, а спровоцировать на укус! Стать одной из них! Сильной, быстрой, чтобы нести кару своему мужу и всем тем людям, которые так со мной поступили! И наказание мое будет страшным...

— Не двигайся, — приказала между тем Инга, а её брат успел перехватить за запястье. Когда это произошло, солнечный свет померк и помещение погрузилось во тьму. Ненадолго, пока в факелах на стенах не зажглись магические огоньки. Следом я услышала от него: — Месть — сладкое чувство, не спорю. Однако учти, твоей крови вряд ли хватит для всех желающих на этом сборище, и тебя попросту выпьют, а не обратят...

И тут слово взял другой вампир, до сих пор молчавший. Очутившись подле Льеса, он оттеснил его в сторону и перехватил мою руку, заставляя встать.

Высокий, он был очень высокий, а его грозное лицо на секунду смягчилось, являя миру самую очаровательную улыбку, которую мне довелось видеть на мужских лицах. Его тонкие губы слегка изогнулись, а взгляд цвета красного дерева, слегка даже карих немного потеплел, стоило мне запрокинуть к нему голову.

А его слова невероятно удивили:

— Решено! Я беру её под свою опеку.

После недолгой паузы добавил: — Хвалю, дети мои. Продвигаю вас в очереди на престолонаследование моего клана.

— А как же проклятье? — напомнил Льес. Однако острый, как бритва, взгляд моего нового владельца, заставил его лишь молча склонить голову. Меня при этом обдало холодом от испытанного в тот момент страха. Ведь я вспомнила про матушку!

— Ну... ну же, не бойся, — увещевал меня этот глава клана (судя по всему), который выглядел даже моложе своих подчиненных. И я расслабилась в его руках. Словно начала таять под этим внимательным взглядом. Его светлые волосы словно платиновым каскадом лились по обе стороны плеч. Челка же заправлена за заостренные на концах уши. Так он эльф-вампир? Все в нем буквально кричало о связи с ненавистной людям расой древних, и мелодичный голос, и высокая утонченная фигура. Невероятная ловкость с которой он сократил расстояние между нами, не вызывая во мне реакции отторжения.

Обычно, я сторонилась мужчин. Даже своего мужа, который чаще всего вызывал во мне ощущение полного омерзения. Каким бы красивым ни было его лицо. Но я то знала, что за фасадом внешнего лоска аристократичного профиля жгучего брюнета и утонченных манер скрывалась гнилая натура властолюбца-садиста.

Следующие же слова эльфа-вампира, увы, заставили его испугаться.

— Кандидатура принята. А теперь, оставьте нас!

Невольно вздрогнула, когда услышала за нашими спинами дверной хлопок. Не успела даже моргнуть, как в следующий миг ощутила своими губами его трепетный, нежных поцелуй. Но, увы, холодный поцелуй.

Не знаю, что на меня нашло, но тело мое прошило мелкими разрядами до самых пальчиков ног. Странная дрожь сродни ознобу охватила всё моё тело. А стоило ему прикоснуться своей ладонью к моей талии, как я ощутила поистине сладостное предвкушение, подогнувшее колени в один миг. Казалось, его рука вела по моей голой коже, нежели ткани, ведь прикосновение одновременно и прохладное и обжигающее чувствовалось таким... таким осязаемым и зверски приятным!

Мой рот исторг самый настоящий стон, прежде чем предательская слеза скатилась по щеке. Увы, мысль о моей больной матушке не покидала меня ни на секунду. А запоздалое чувство неправильности наконец оформилось и дало выход эмоциям, позволяя вырваться из этого гипнотического плена.

— Мама... — проронила я подрагивающими губами, едва он отстранился. Запоздало ощутила легкое покалывание в уголке губ, к тому же почувствовала слегка солоноватый вкус крови во рту.

— Я все увидел, что мне потребовалось. — Произнес мой чувственный мучитель, если можно так выразиться, или иначе просто покровитель. И вновь склонился к моим устам, залечивая маленькую ранку-трещину своим языком. — Да уж, дело не требует отлагательства. Я помогу. Но взамен.

Договаривать он не стал. Многозначительно изогнув бровь и усмехнувшись каким-то своим мыслям. При этом его голос действительно звучал уверенно, невольно заставляя ему верить.

— Но?.. — мой здравый смысл возобладал. И я попыталась узнать детали.

— Ты свершишь то, что задумала в начале своего пути, Вайолет. Только и всего, — проронил он загадочно. Однако в этот раз твоим компаньоном будет другой. Адюльтер, или иными словами измена — это по моей части...

Глаза главного Сазеральда не секунду сверкнули ярко алым, прежде чем он промычал словно от удовольствия: — Мм-м, обожаю замужних!

В ответ на его слова лишь несмело кивнула, ведь действительно жизнь матушки важнее, чем плотские утехи и месть! Как вдруг этот безумно обаятельный вампир, возраста неподдающегося определения, снова крепко стиснул меня в своих объятьях и тот же миг взмыл в воздух, как стрела, спущенная с тетивы охотничьего лука!

Ох! Глазом моргнуть не успела, холодный ветер обдал лицо, заставляя ёжиться. От неожиданности и скорости заложило уши. Но лишь на миг! Краткий миг, в который вампир совершил небольшой маневр в воздухе, пролетая вместе со мной в своих объятьях буквально мимо луны, затем уже кинулся камнем вниз с еще большей скоростью.

От испуга я закрыла глаза и теснее прижалась к черному кожаному костюму, который, увы, не отдавал мне абсолютно никакого тепла. В какой-то миг мне даже показалось, что я вот-вот застучу зубами друг об друга. Но, нет. Не довелось.

Ведь следом я почувствовала удивительное тепло и то, что меня отпускают из рук куда-то. Завопить не успела, когда встала полной стопой на пол. К слову, довольно теплый. Что удивительно. А еще со вздохом осознала, что туфли мои обретались ныне неизвестно где. Благо Инга в свое время поделилась чулками. Иначе стоять мне и вовсе босиком.

— Приветствую вас, Разиус Ди Сазеральд, глава клана Сазеральдов, — поздоровался некий высокий силуэт в плаще из под надвинутого на глаза капюшона.

Сам же мой опекун здороваться не стал. В ответ лишь слегка кивнул. После чего страж отошел, и дверь на крыше эдакой плоской каменной коробки-дома открылась. И мы стали спускаться по узкой каменной лестнице подсвеченной местами тусклыми магическими огоньками холодного-белого цвета. Разиус шел впереди, вопреки общепринятым правилам. И сейчас я была ему за это очень благодарна.

Правда, не дойдя и последней ступеньки с нами вновь поздоровались, и вновь по той же заученной наверняка формулировке, но с небольшим отличием:

— Приветствую вас, Разиус Ди Сазеральд, глава клана Сазеральдов и вас, его спутница, кем бы вы ни были.

В этот раз вампир соизволил ответить:

— Я инкогнито к Гоинсу Эн’Скалле.

На что приветствующий нас мужчина спустился с последней ступеньки и отошел в сторону, сказав лишь: — Сюда.

Еще через несколько коридоров, украшенных разве что дверьми, мы очутились перед входом в комнату, у которой стоял другой страж. Высокий в шерстяной сутане с надвинутым на глаза капюшоном. Сазеральд не преминул съязвить:

— Что же вы тут? Своих охраняете от собственного монстра клана?

— Кто это там такой смелый? — отчетливо послышалось из-за закрытой двери, сквозь которую тот же миг пролетела пара призванных призрачных ножей, оставляя дырки в и без того побитой двери. Страж взмахнул рукой и рассеял магию. Поклонился со словами:

— Прошу не понять превратно. Но это защита посетителей... Он сегодня не в духе. Пару визитов назад умудрился.

Вот только страж договаривать не стал, а вместо этого побагровел, будто его душили.

— Старина Гоинс, это лишь я, Разиус, — сжалился Сазеральд над молодым еще, судя по голосу, магом.

В ответ проскрипело бойко, хоть и старческим голосом:

— Аа-а, ну раз Сази, тогда ладно. Заходи.

И стража отпустило. Тот перестал задыхаться. Второй, который провожающий, поскорее открыл нам дверь, чтобы спешно вернуться на свой пост у лестницы. Магия возле замка полыхнула и развеялась. Дверь протяжно скрипнула. И нашему взору предстал он, хилый, высушенный словно до костей, лысый старик, голый по пояс.

Так называемый монстр клана кровавых магов, Гоинс Эн’Скалле восседал в высоком бардовом обитым бархатом кресле и даже не пытался встать, согласно этикету. А на его лице была надета без всяких узоров сплошь белая маска, отражающая мерцающие под потолком тусклые огоньки.

Причем, глаза его в прорезях артефакта, светились непередаваемым цветом — розовым с фиолетовым оттенком, а временами даже каким-то сине-зеленым. И если бы не это, то мне и вовсе показалось, будто перед нами сидит самый настоящий скелет, затянутый кожей.

Однако в следующее мгновение эдакий сидячий труп слегка повернул к нам голову, вещая громко и на всю комнату.

— Кого же ты ко мне привел, а? Сази?

— Ту, которая перешла дорожку самой Ренки Мора. — Сразу приступил к делу глава Сазеральдов. — Как видишь по темному следу на её ауре, знатные чары её преследуют.

— Вижу, а так же и то, что вашу человечку отчаянно ищут, несколько источников.

И вот тут Разиус впервые оглядел меня удивленным и даже каким-то недоуменным взглядом.

— Где? Где смотреть? Не вижу.

— Ха, расскажи тебе всё. — хохотнул старик, а после закашлялся, не двигаясь.

— Ох уж эта мне магическая лихорадка! — посетовал тот громко. А мне вдруг стало не по себе. И по коже прошелся неприятный озноб. Ведь сидящий перед нами старик по прежнему не двигался! Вот совсем-совсем. Но слышно-то было его даже лучше, чем стоящего рядом вампира.

— И что же ты предлагаешь?

— Провести ритуал разрыва проклятийной связи, конечно, — вначале пробормотал дедок, затем слегка стукнул пальцем по подлокотнику кресла.

Последним, что я увидела глазами своего тела, так это засветившееся магией кресло. По всей тканевой поверхности словно цветы стали распускаться, увеличиваясь в размерах, разноцветные пентаграммы, плавно переползая к грудной клетке сидящего, да так там и остановились.

После этого меня изрядно тряхнуло, и я бы непременно упала бы, но Сазеральд меня поддержал.

И странное дело, теперь я смотрела на все происходящее словно со стороны, наблюдая, как мое тело иссушается буквально до костей.

— Так, а теперь подождем, — с усмешкой добавил этот шутник!

Чему Сазеральд ничуть не сопротивлялся. Вот совсем. А лишь молча стоял и ни разу не дрогнул и мускулом лица.

При этом мое тело стало трясти, сильно, словно в конвульсиях. Голова дергалась туда-сюда. Руки заламывались за спину, и... осознание пришло само собой! Я-я бы никогда не приняла таких убийственных решений! Ведь это же какое-то странное помешательство, толкающее меня от одной опасности к другой, то спица в карете, то езда на распряженной лошади, а еще желание изменить мужу, адюльтер — за который казнят!

Все эти поступки обусловлены подсознательным стремлением к одному единственному итогу.

— А девчушка-то поняла наконец, — прокомментировал прочитавший мои мысли Гоинс. Да только мне от этого легче, увы, не стало.

Следующий миг с тоненьким протяжным криком из моего тела отделилась черная призрачная субстанция, сворачиваясь следом в овальный комок.

— Вот она, проклятая частичка Нешзрагатма! — выдал дед, глядя на сие мерзкое, пульсирующее нечто, даже чуть придвинулся вперед, чтобы лучше разглядеть. Потому как кресло скрипнуло, маска качнулась.

А субстанция при этом лишь сильнее завизжала, завращалась и стала пульсировать пуще прежнего, предпринимая попытку за попыткой добраться до кого-нибудь из присутствующих. Однако призванная вампиром магическая клетка, красной паутинкой опутавшая эту сущность, не позволила ей ничего сделать.

— А теперь вернем всю кровушку обратно. — прокомментировал старый маг, возвращая моему телу жизненные краски. Буквально.

Вновь по мановению пальца я закрыла глаза и очутилась в собственном теле, ощущая небывалую легкость и огромный, просто невероятный прилив сил! Еще немного, и смогла бы парить над полом, уж наверняка.

— Вот так-так э-это же... — проронил кровавый маг по завершению заклинания. Пентаграмма на его груди постепенно угасла, а голос стал каким-то глухим и слабым. Затем он и вовсе попросил: — Отдай мне её...

— Нет. — Вампир был неумолим и лишь сильнее сжал меня в своих объятьях. — Как сосуд она тебе не подойдет.

Когда же до меня дошел смысл сказанного, то я чуть было не стала вырываться, чему мешала стальная хватка, удерживающего меня очередного монстра. Который, казалось, и вовсе считал меня, как какую-то вещь.

— Вижу, ворожба вытянула из тебя последние силы, — голос Сазеральда зазвучал, если не надменно, то близко к тому. — У меня есть другое к тебе предложение.

Я даже удивиться не успела, как вдруг меня отпустили, и вампир метнулся к старику, сдирая маску с его лица столь же высушенного, как и тело, со впалым носом.

Бр-р. Да только мой покровитель следом взял и надкусил свое запястье. Залил брызнувшую оттуда голубую кровь Гоинсу в глотку. Так вот откуда выражение?! Разве это не сказки? И, конечно же, зачем ему это?!

Ведь старик, почти захлебывался, потому был вынужден делать глоток за глотком. Пока Разиус наконец не отстранился и чему-то удовлетворенно кивнул.

За дверью между тем взволнованно закричало сразу несколько человек. И судя по грохоту, они пытались вломиться в это помещение. Следом и вовсе раздалось многоголосное:

— Мастер Гоинс?

Но старик в ответ лишь завопил словно от боли, костяшками пальцев впиваясь в кресло. А его безумный взгляд полыхнул алым светом и. Глава кровавых магов стих, безжизненно откинувшись на спинку кресла.

— Он жив, — выкрикнул Сазеральд стражникам, все как один чем-то гремящих там в коридоре.

Но ответом ему послужило лишь гневное:

— Т-ты!

— Пр-редатель!

— Мы сожжем твоих последователей! Всех до единого!

А Разиус даже не поморщился, продолжая стоять ровно, а самое главное — молча. Лишь глаза его светились. Не поняла, как такое случилось, но я вдруг увидела словно сон наяву. Глаза подернулись прозрачной дымкой, и в сером тумане проступила неясная картина, обретающая с каждым мгновением более четкие очертания. Глава Сазеральдов жал руку обращенному в вампира Гоинсу, блеснувшему в темноте внушительными клыками. И лицо его как будто стало более живым чем при жизни. Таким... таким контурным, хоть и по-прежнему заостренным, но первым делом бросился в глаза вернувшийся на положенное место нос. При этом всём за спинами этих двоих пятеро кровавых магов стояли и не двигались, с отвращением наблюдая за происходящим, судя по сомкнутым губам. Глаза их, увы, все так же скрывались за капюшонами плащей.

Затем картина перед глазами померкла и я снова вернулась в комнату, приобретшую для меня материальные очертания.

— Ты умрешь! — прокричал один из магов. И в этот раз очередной удар кровавой плетью по магическому барьеру выставленному Сазеральдом заставил его магию разлететься на мелкие капли. Прежняя дверь, видимо, осела золой под ногами магов, открывая нашему взору нападавших.

— Гоинс жив, — повторился как ни в чем не бывало Разиус. — Спросите лучше у графини, что она увидела.

— Обращение в вампира! — воскликнул другой, влетая в комнату, чтобы тут же попасть в спеленавшую того по рукам и ногам кровавую ловушку, словно паутиной. — Это ты называешь, жив?

— То есть, лучше было бы, чтобы он испустил дух в моем присутствии? Не так ли? Эсмер.

— С этими словами мой опекун повернул голову к стоящему поодаль не участвующему магу. Тот в ответ лишь усмехнулся:

— Пока обращение не завершилось, мы просто убьем вас всех, и дело с концом.

Его старческий голос, как и морщинистый подбородок выдавал в нем очередного старожила клана Эн’Скалле.

— Да уж. Если бы не твой сын, который спутался...

— Молчать! — прикрикнул тот в ответ. Да так, что стены всего здания содрогнулись, На пол мгновение спустя осыпалась песчаная крошка. — Чего вы ждете, убейте их!

Мне, увы, осталось лишь наблюдать, как из ладоней магов вновь заструилась кровь, соединяясь в тонкие жгуты, готовая наверняка причинить существенный урон Сазеральду, а возможно, и мне. Но этому не суждено было сбыться, ведь я видела исход. Но несмотря на это, белые магические иголки, словно нанизанные на кровавую нитку, бросились в нашу сторону, чтобы прошить тело насквозь тысячами стежков.

Однако магию отвели, не позволив ей даже пробраться в комнату. А за нашими спинами раздался протяжный скрип кресла.

— Поздно, — произнес Гоинс своим старческим голосом.

Уверенно прошествовав мимо нас, он стал в дверях, там, где остановились тысячи иголок и прикоснулся к одной из них. — Эсмер, Эсмер. Не ты ли сам отказался от своего сына, отослав его к метаморфам полномочным послом в искупление своего поступка?

— Он опорочил имя Эн’Скалле! — возмутился тот в ответ.

— Он не сделал ничего дурного, они поженились перед тем, хоть и тайно, не поставив в известность клан. И только лишь ты углядел в этом слабость.

— Кровавые маги должны усиливать друг друга, браки с иномирянками строго запрещены!

— Так, да? А знаешь ли ты, что сам основатель клана Эн’Скалле был иномирянином?

Следующий миг старик хлопнул себя свободной ладонью по лбу и громко усмехнулся со словами: — Ах, да... Кажется, я никому об этом не сообщал.

Затем он полуобернулся к нам и улыбнулся так, словно забавлялся от происходящего. А за его плечами, изумленные маги тот же миг скинули свои капюшоны и уставились на Гоинса во все глаза. И даже Эсмер.

— Но-но. — начал было один из них, однако тут же умолк, побагровев.

Вскинутый вверх палец старика позволил понять причину такого поведения. После чего Гоинс и вовсе приказал всем, вернув свой взор к магам: — Войдите, и перестаньте уже смотреть на меня как побитые собаки.

Кивнув, все четверо нехотя кивнули и отменили чары. А после секундной заминки накинули вновь капюшоны на свои лысые головы, украшенные разными татуировками. Какими именно — разобрать было сложно.

Между тем все пятеро миновали старшего Эн’Скалле, отступившего назад на несколько шагов и выстроились в ряд напротив нас за исключением одного, угодившего в ловушку, то Г оинс усмехнулся и обратился уже к Разиусу:

— Что ж, дружище, может, отпустишь уже Сиелла?

— Как пожелаешь, — не стал препираться Сазеральд и отменил чары тот же миг.

После этого я вновь узрела ту самую картину из моего сна. Один в один! Рукопожатие вампиров и мерзкие выражения частей лиц кровавых магов. А Гоинс продолжал:

— Умный ход, Сази, не ожидал от тебя столь щедрого подарка. Подарить силу, но не сделать своим подчиненным или слугой. Вот действительно от кого-кого, а от тебя, главы клана вампиров, третьего по значимости в нашем королевстве — сей поступок поистине великодушен.

— Мне нужна твоя помощь, а не слепое подчинение, — не стал скрывать своих планов Разиус, однако и продолжать не стал, намекая взглядом на лишние уши.

— Ах, вот как? Значит, теперь я твой должник, да? — понял хитрость вновь обращенный, сверкнув белозубым оскалом с выступившими клыками. — Что ж.

С этими словами он повернулся к своим подчиненным и приказал:

— Созывайте совет клана! У меня будет объявление.

Присутствующие маги нехотя кивнули и, не сговариваясь, двинулись к выходу. Замыкал цепочку тот самый недовольный старожил.

— Да как ты можешь после всего продолжать управлять... — проворчал Эсмер, пере уходом, стоя в дверях.

На удивление спокойный Гоинс и бровью не повел, а лишь добавил для уходящих:

— Прежде чем покинуть клан, я назначу нового главу. На этом всё. Свободны!