Книга 1: Королева - вдова

Глава 20

— Сестрица, что-то случилось? Вы сегодня будто чем-то расстроены. Молчаливы, даже вроде держите меня на расстоянии.

Лания подняла на деверя удивленный взгляд.

— Помилуйте, братец, я в карете, вы на коне, в храме не до разговоров. Как же вы определили, что я держу вас на расстоянии? Уж не потому ли, что езда в карете и на лошади не подразумевают близости?

Канлин усмехнулся:

— Вы правы, совместить несовместимое невозможно. Однако мне показалось, что вы прохладны со мной. Вчера отказались меня принять, сослались на усталость. И утром поздоровались без улыбки. Да и сейчас, хоть и держите меня под руку, но будто далеки. Я хочу понять, что такого произошло между нами, что вы стали прохладны.

Королева остановилась на ступеньках, которые вели во дворец, развернулась к деверю и спросила:

— Как вы провели вчерашний день?

— Вы меня в чем-то подозреваете? — вопросом на вопрос ответил принц.

— Ваше Высочество, просто перечислите мне то, что вы делали вчера, — потребовала Лания.

Взгляд Канлина скользнул в сторону, однако быстро вернулся к лицу невестки, задержался на ее глазах и вновь устремился в сторону.

— Перечислите, — вновь потребовала Ее Величество.

— Ну хорошо, — почти с вызовом произнес принц. — После большого завтрака я отправился к себе и некоторое время продолжал чтение доклада военного министра. Делал пометки и собственные наброски возможных реформ. После, решив передохнуть от работы, прокатился верхом до загородных охотничьих угодий. Охоты пока запрещены, но скоро уже траур станет не таким строгим, и я намеревался поохотиться. Потому поговорил с егерем, проверил охотничий домик и вернулся во дворец. Далее был обед. После обеда ко мне зашел мой приближенный — граф Рохетт. Мы немного поиграли в мяч в парке, поговорили, и я вернулся к прерванной работе. Вечером отправился к вам, но вы отказались меня принять, и я вернулся к себе. Далее был ужин, беседа с моими приятелями, а после сон. Встаю я ныне рано, потому и не засиживаюсь долго.

— У вас был неплохой день, Ваше Высочество, — улыбнулась королева. — Теперь я расскажу вам, как прошел мой день. После большого завтрака я приняла барона Фуллика. После этого отправилась с визитом, который имел непосредственное отношение к тому, что передал мне его милость. Имела продолжительный и важный разговор, итогом которого стал сегодняшний Совет, который состоится сразу, как только я приведу себя в надлежащий вид и быстро позавтракаю. Настоятельно прошу и вас не медлить.

Но далее. Я вернулась во дворец, где меня уже ожидал представитель торговой гильдии. Потом мой секретарь доставил из канцелярии целую кипу прошений и донесений. Я занималась ими, пока из Лафаля ни прибыл гонец с депешей, которая требовала немедленного внимания. Изучив депешу, я написала ответ, и гонец помчался назад. Далее я приняла с докладами…

— Сестрица, я понял! — подняв руки, воскликнул Канлин. — Простите за сомнения. Просто… — он чуть помялся, бросил на невестку взгляд искоса и сознался: — Я знаю, куда вы ездили. После охотничьих угодий я встретил Фуллика и спросил, всё ли ладно. Он ответил, что волноваться не о чем. И тогда я задал вопрос о том, что привело его к вам, если это, конечно, не тайна. Он ответил, что тайны нет, и появился жених для герцогини Тридид. Я понял, что уехали вы к его светлости. Мне ведомо, что может наговорить обо мне старый х… мой дядя. Причина моих вопросов сегодня родилась из переживаний, вызванных вашим вечерним отказом принять меня.

— Удивительно, — фыркнула Ее Величество. — Беременна я, а мнительны вы, братец. Пустое, право слово.

— Я имею основания, — не согласился с ней Канлин. — Дядюшку я знаю всю мою жизнь, как и то, что он может наговорить. Потому прошу, сестрица, если вы желаете что-то знать обо мне, спросите, и я отвечу. Ничего скрывать от вас я не намерен.

— Правда? — живо заинтересовалась Лания. — Даже если стыдно и рассказывать не хочется?

— Он все-таки что-то сказал, — утвердительно произнес Его Высочество.

Королева сложила руки на животе, склонила голову к плечу и устремила на деверя насмешливый взгляд.

— Если вы думаете, что я не знаю о вашей… шаловливой юности, то ошибаетесь. Об этом мне известно, и не от вашего дядюшки. С ним мы обсуждали возможный брак его дочери. Но, судя по тому, как вы встревожились, возможно, на вашей совести есть нечто, что мне и вовсе не понравится. Однако смею вас заверить, братец, — она распрямилась, — сужу я вас не по тому, что вы делали ранее, а по тому, что делаете сейчас. Пока я не вижу причины, чтобы держаться от вас как можно дальше. И все-таки я услышала вас, потому жду покаяние в ваших ужасных тайнах, но потом. Сейчас я желаю наконец добраться до покоев. Совет уже совсем скоро.

— Да, разумеется, простите, — Канлин повинно склонил голову, а когда распрямился, снова подал руку и заверил: — Ужасных тайн нет. За прежние же шалости мне стыдно, поверьте. Я повзрослел. — Лания улыбнулась, и они продолжили путь.

Уже расставшись с принцем у парадной лестницы, до которой Его Высочество обычно провожал королеву, она поднялась на несколько ступеней, но вдруг остановилась. Повернув голову, Лания некоторое время смотрела в спину удалявшемуся деверю. Чуть сузив глаза, Ее Величество прошептала:

— Так, стало быть, вы следите за мной, братец. Мило.

Она была уверена, что Канлин не случайно встретил Фуллика, если вообще встречал его, а ни послал кого-то проследить за тем, куда отправилась его невестка. Да и ездил ли он в охотничьи угодья? Впрочем, с бароном принц мог поговорить, чтобы оправдать свои знания. Должен был подумать о том, что Лания может и сама уточнить, была ли встреча на самом деле.

— Или же я чересчур подозрительна? — вновь шепотом спросила саму себя королева.

Усмехнувшись, она покачала головой и продолжила подъем. Однако пройдя совсем немного, опять нахмурилась. И все-таки разговор с деверем ей не нравился. Что за чушь, право слово?! Поговорил с Фулликом и понял, куда она поехала! Да куда угодно! Выезды из дворца храмами не заканчиваются! В конце концов, она — королева, а не простая вдова! Министерства, департаменты, торговая гильдия — она везде бывает. Не всегда по надобности, но и ради того, чтобы увидеть, как устроена их работа. Королева училась, не только слушая объяснения сановников, но и вот так, наезжая в разные ведомства. Так понять, о чем ей рассказывали, было намного проще. И быстрей.

Так что поехать Лания могла, куда угодно. Даже навестить больную мать! Но Канлин так точно понял, что она отправилась к Тридиду, что в это верилось с трудом. Все-таки он следил за тем, что делает невестка. И объяснить это простой заботой было сложно. Более того! Он так встревожился, будто и вправду имелся некий грех, который мог отвратить от него королеву.

— Келла!

Лания сама стянула с головы покров и отбросила его на кушетку. Настроение ее вновь испортилось. Поведение Канлина насторожило королеву впервые за долгое время. Нет, она не думала, что он готов нанести удар, потому что прошла уже большая часть беременности, а пока ничего не произошло. Хотя именно ему было бы выгодно избавиться, если и не от нее самой, то от ребенка точно. Для Тридида препятствием был его племянник, потому, убирая младенца, он сталкивался со следующим претендентом. А вот деверю мешал именно ребенок, однако он продолжал бездействовать, хоть и мог устроить что-нибудь этакое, несмотря на все предосторожности.

Впрочем… Тогда бы подозрения пали именно на него, а это уже удобно герцогу.

— Ерунда какая-то, — сердито проворчала королева и обернулась на торопливый звук приближавшихся шагов.

— Госпожа, — Келла остановилась и согнулась в поклоне. В руках ее был поднос с завтраком. — Простите, я замешкалась.

— Пустое, — привычно отмахнулась Лания. — Накрывайте, дорогая, я хочу успеть переговорить с вами. Меня кое-что озадачило.

— Что-то произошло? — насторожилась верная камеристка.

— Накрывайте, — повторила королева.

— Как изволите, Ваше Величество, — не стала спорить женщина и направилась к столу.

Впрочем, особо накрывать было и нечего, завтрак был невелик. Королева ела утром дважды. Первый раз после сна, потому что пустой желудок изводил ее, и стоять в храме, издавая утробные трели, было стыдно. А второй раз завтракала после храма, потому что… опять была голодна. Но, сколько бы Ее Величество ни устраивала себе трапез, нисколько не полнела. И, несмотря на ее подрастающий живот, можно было сказать с уверенностью, к полноте государыня не склонна. Да и нынешняя жизнь не позволяла допустить ленной тучности.

— Что вы знаете об истории трактирщицы и ее дочери? Они как-то связаны с Канлином, — произнесла Лания.

Келла как раз закончила расставлять приборы, распрямилась и, обернувшись, воззрилась на госпожу с удивлением.

— Я ничего не слышала ни про какую трактирщицу, — сказала она. Королева нахмурилась, и камеристка продолжила: — Я непременно разузнаю, Ваше Величество.

— Почему вы знаете множество иных историй про принца, но ничего про то, о чем я спрашиваю? — склонив голову к плечу, спросила королева. — Или этого вам рассказывать не хочется?

Камеристка изумленно округлила глаза.

— Вы думаете, я буду что-то утаивать от вас? — даже неверяще спросила она в ответ и тут же с горячностью воскликнула: — Клянусь, государыня, мне неведомо то, о чем вы спрашиваете! — После вытащила из-под платья знак богинь и прижалась к нему губами. — Я появилась во дворце, когда ваш покойный супруг уже стал королем, вы это знаете, Ваше Величество. Про разные дурости Его Высочества я наслышана от прислуги, потом и в городе слыхала от людей. Но, клянусь, ничего про трактирщицу не знаю. Значит, это произошло ранее, или же дело было таким, что ему не позволили стать известным. Но я узнаю, обязательно узнаю! — И она вновь поцеловала знак богинь.

Лания рассеянно улыбнулась. Она сжала плечо Келлы:

— Я верю вам, — сказала королева. — Более того, не особо верю тому, кто намекнул о некоем деле трактирщицы. И все-таки решила в этом разобраться. А подтолкнул меня к такому решению сам Его Высочество.

— Что он сделал? — с явным любопытством спросила камеристка. — Простите, если сую свой нос…

Королева устроилась за столом, взялась за вилку и ответила:

— От вас у меня секретов нет, потому что и ближе вас, у меня никого нет. Канлин, похоже, следит за мной…

Она кивнула Келле на стул, и когда та послушно уселась, рассказала о состоявшемся разговоре с деверем. Камеристка по-простецки подперла щеку кулаком, широко распахнула глаза и слушала с вниманием и чувством, которое выражалось то в возмущенном качании головой, а то и в шлепке ладонью по столешнице.

— Ну вы поглядите! — наконец воскликнула женщина и потрясла кулаком: — Вот я ему!

— Канлину? — с недоумением спросила королева.

— Трису! — рубанув рукой по воздуху, ответила Келла.

— Кому? — озадачилась Лания.

— Да лакей это, — пояснила камеристка. — Он у принца прислуживает, много чего слышит, а потом рассказывает… — Она вдруг оборвала себя, округлила глаза, а после протянула: — А-ах о-о-он… А не привирает ли мой шпион? Что если верно служит господину? Ведь ни разу же ничего этакого не рассказал. Только про тех, кто приходил, и что говорили. Да только вроде как ничего важного и не говорят. А тут вон оно как выходит. Видать, не говорит правды-то. Или вовсе говорит, что принц позволит… Как думаете, Ваше Величество? — Келла посмотрела на госпожу.

Королева отодвинула опустевшую тарелку, отпила из чашки ягодный отвар и откинулась на спинку стула. Она задумалась. Могло быть и так, что некий Трис не скрывал от господина, чего хочет от него камеристка королевы. Тогда принц знал о том, что и невестка следит за ним. Мог в ответ начать следить за Ланией? Мог. А мог и не в ответ. Но могло быть и иначе. Канлин попросту был осторожен и что-то действительно важное поручал только особо доверенным людям и без посторонних ушей. Тогда лакей и вправду доносил, чему стал свидетелем, но не знал того, что творится без него.

— Вот что, дорогая, — в задумчивости произнесла Лания, — ничего не говорите этому Трису. Не требуйте объяснений и не разрывайте связи. Пусть делает, что делал. Если и вправду он передает то, что угодно принцу, то не стоит показывать, что мы разгадали замысел. Если же нечто происходит вне глаз Триса, и он попросту не знает об этом, то обвинение окажется несправедливо. А поручу гвардейцам примечать, нет ли за мной слежки. Они обучены этому.

— Вы правы, государыня, — кивнула камеристка. — Ничего ему не скажу. Если только спрошу, куда ездил Его Высочество. Вдруг что другое скажет.

— Д-да, — протянула королева, обдумав слова Келлы. — Это спросите.

— И про трактирщицу с дочкой разузнаю, — заверила женщина.

— Только будьте осторожны, — посмотрев на нее, ответила Лания. — Если здесь и вправду тайна, которую решили скрыть, то это может повлечь за собой некие последствия. Особенно, если сам Канлин не желает, чтобы это дошло до меня.

Келла, охнув, прикрыла рот кончиками пальцев. После кивнула и пообещала:

— Я буду очень осторожна, госпожа.

— Ну и я сама спрошу Радкиса или отца, уж им-то это должно быть известно, — произнесла королева. — А если все промолчат, я знаю, кто точно откроет мне эту тайну. Но к нему я обращусь за пояснениями в крайнем случае. Сомнения он уже посеял, но я не могу ручаться, что они правдивы. Будем осторожны обе, — подвела итог Лания и поднялась на ноги. — Нужно переодеться. До Совета почти не осталось времени.

— Да, Ваше Величество, — поклонилась Келла, и женщины поспешили привести королеву в надлежащий вид.

Вскоре она уже шествовала к своему кабинету, возле которого должны были ожидать ее советники. В эту минуту Лания заставила себя выкинуть из головы Канлина и истории, связанные с ним. Дело, по которому собирался Совет, был сейчас важней домыслов и догадок о тайнах деверя. Однако, как бы там ни было, королева намеревалась и дальше держаться с принцем дружелюбно, ничем не показывая своей настороженности.

— Доброго утра, Ваше Величество, — советники склонились при приближении Лании.

— И вам доброго утра, господа, — ответила она. — Прошу вас, проходите, — и первой вошла в кабинет.

Приглашенных советников было немного, только те, от кого Ее Величество ожидала здравых рассуждений, касавшихся союза с Восточным королевством. И когда устроилась в своем кресле, заскользила взглядом по мужчинам, подходившим к столу. Герцог Тридид первым шествовал за королевой. Сейчас он был единственным, кто принадлежал королевскому роду, потому что Канлин пока не появился, иначе его светлость оказался бы вторым.

Далее следовал герцог Виллен. После высших аристократов шли графы Радкис, Нимус и Аролог — глава Тайного кабинета, за ними бароны Фуллик и Баротт. Его милостьявлялся одним из служащих министерства финансов и заведовал кабинетом, который работал с торговой гильдией.

Последним в кабинет государыни ворвался Канлин.

— Прошу прощения за задержку, Ваше Величество, — чуть запыхавшись, произнес принц. — Доброго утра, господа, — кивнул он собравшимся и прошел на свое место.

— Вы не опоздали, Ваше Высочество, — ответила ему Лания и, чуть помедлив, заговорила: — Я собрала вас, господа советники, по важному делу. А насколько это дело важное для нашего королевства, я и хочу от вас услышать. Итак, не далее как вчера его милость барон Фуллик сообщил мне, что Его Высочество ненаследный принц Улиг Маграндский овдовел. Как это ни прискорбно, но Ее Высочество умерла в родах. Пусть богини будут милостивы к ней.

— Пусть богини будут милостивы, — в разнобой отозвались мужчины, и Лания продолжила:

— Улиг желает найти жену, не дожидаясь окончания траура. У нас в свою очередь есть невеста — ее светлость Эдилия Тридид. Мы можем предложить Востоку брачный союз, однако… — она обвела взглядом собравшихся, ее внимательно слушали. — Однако есть несколько вопросов, которые родились, вследствие, размышлений. Первый: какую выгоду мы можем извлечь из этого союза, если предлагаем его мы сами? Второй: его светлость является вторым наследником, и после моих родов может стать первым. В этом случае ее светлость займет более высокое положение, а значит, и условия брачного союза могут стать иными. Мы можем затянуть переговоры или же отложить сватовство до родин, но тогда, я полагаю, мы вовсе потеряем этого жениха. Потому я желаю понять, насколько важен нам союз с Востоком, и какую выгоду для королевства вы в нем видите. Прошу вас высказаться, кому что думается.

В кабинете повисла тишина. Королева не торопила, она вновь обводила взглядом лица советников. Фуллик сейчас не спешил высказать свои соображения, которые уже привел Ее Величеству. Кажется, он даже не раздумывал, потому что так же, как и Лания, поглядывал на других.

Тридид тоже ждал. Вчера он высказался, пришел с королевой к одному и тому же итогу, похоже, добавить ему было нечего. Во-первых, было непонятно, возможен ли вообще этот союз. А во-вторых, как опять же озвучила государыня, предлагали невесту северяне, потому нужно было иметь, что предложить ради того, чтобы получить нечто важное Северному королевству. Герцог это уже озвучил, и теперь хотел послушать, что думают советники.

Радкис думал. Он потер подбородок, постучал кончиками пальцев по столу и пожал плечами, а после вновь потер подбородок. Виллен тоже размышлял. Он то и дело поджимал губы, перебирался взглядом с одного представителя королевского семейства на другого, остановил его на дочери, но та никак не отреагировала.

— Дозвольте сказать, Ваше Величество, — произнес глава Тайного кабинета.

— Да, ваше сиятельство, — кивнула королева, — мы вас слушаем.

Аролог склонил голову, благодаря, а после заговорил:

— Я хотел бы начать со второго вопроса, потому что он мне кажется проще остального. Будем ли мы ждать ваших родов или же отправим портрет невесты прямо сейчас, ничего не изменится. В любом случае, это мы предлагаем союз, и потому одобрять и отказывать станет Восток, нам же придется соглашаться. И выдаем ли мы замуж дочь герцога без права на престол или же дочь наследного принца, особо ничего стребовать в этом союзе мы не сможем.

— Верно, — кивнул герцог Виллен. — Не Эдилия нужна Улигу, а Улиг Эдилии… точнее Восточное королевство нужно Северному, иначе бы мы не предлагали нашей невесты.

— Тогда есть ли вообще смысл этого брака? — спросила Лания.

— Смысл, разумеется, есть, — улыбнулся Аролог. — Хотя бы в том, что ее светлости нужен подходящий жених.

Тридид усмехнулся и согласно кивнул:

— Да уж, тут не поспоришь, жених Эди нужен.

— Женихов, хвала богиням хватает, — отмахнулся Виллен. — Как бы там ни было, но за монарха или наследного принца ее светлость выйти не может, это бы нарушило закон. А родственников мужского пола у правителей сыскать можно. И не только в частях бывшего Гантара. К примеру, в Варгензе имеется подходящий жених…

— Да он брачного возраста достигнет только через год! — воскликнул Фуллик.

— Зато сколько времени для заключения договоренностей, — усмехнулся Канлин. — И Ее Величество успеет родить, и диктовать наши условия больше возможностей, чем с Востоком.

— С этим сложно не согласиться, — заметил Аролог. — Варгенза нуждается в помощи, и мы можем ее оказать.

— И товарам там нашим тоже будут рады, — в задумчивости произнес Баротт. — Да и у них есть, что мы могли бы приобрести, обработать и продать дальше по большей стоимости. Весьма примечательное направление.

Лания переводила взгляд с одного говорившего на другого, после посмотрела на Тридида. Тот казался задумчивым.

— Ваша светлость, а вы что думаете? — спросила герцога королева.

Лекар приподнял брови и, встрепенувшись, повернул голову к государыне.

— Я думаю, Ваше Величество, что у меня две дочери, и каждой нужен жених, — ответил он. — Эди уже вошла в пору, и Улиг ей вполне подходит. Марилина же достигнет брачного возраста через два с небольшим года. Исходя из того, что Варгенза будет рада помощи прямо сейчас, то переговоры уже можно начать и даже получить от будущего союза пользу. Впрочем, и свадьбу можно сыграть, не дожидаясь взросления жениха и невесты, разве что их первая ночь состоится, когда Мари достигнет положенного для этого возраста.

— Хм… — Аролог потер подбородок, — дельно.

— Ваша светлость, — заговорил молчавший до этого Радкис, — вы говорите разумно… как отец. Только что вы устроили судьбу ваших дочерей, однако Ее Величество ставила вопрос о пользе для Северного королевства. И если с браком младшей дочери всё понятно, то что получит государство от замужества старшей?

Все взоры обратились на Тридида, а следом послышалась усмешка принца. Его светлость посмотрел на племянника. Губы его поджались, и выражение лица стало непроницаемым. Канлин же, напротив, откинулся на спинку стула, принял вальяжную позу и, приподняв брови, ответил дяде ироничным взглядом.

— В чем дело, ваша светлость? Чем я вновь вызвал ваше неодобрение?

— Я не вижу причин для веселья, Ваше Высочество, — сухо ответил Тридид.

— Да разве же я веселился? — вопросил принц.

— К чему был этот смешок? — в ответном вопросе герцога ясно читалось высокомерие.

— Мне думалось, что Совет собрался для обсуждения возможного брачного союза герцогини Тридид-Мелибранд с принцем Магранд-Валигаром, — постукивая кончиками пальцев по столу, ни к кому не обращаясь, произнес Радкис. — Пока об этом толком не было сказано ни слова. Мы нашли выгоду в ином браке, однако для него была предложена и иная невеста. Что же до поставленного государыней вопроса, то он так и остался без ответа.

Лания, уже ощутившая тревогу от того, что ее новые родственники, кажется, готовы затеять ссору, облегченно вздохнула и устремила на советника полный благодарности взор. Скандалов она не желала.

— И что же вы можете сказать по делу, собравшему нас, ваше сиятельство? — спросила королева.

— Я мыслю так, Ваше Величество, — с почтением начал граф. — Пока мы предлагаем им невесту, ничего дельного получить от Востока не сможем. Этот союз не имеет ни политического, ни иного значения. То, что нам интересно, Восток не даст, но может стребовать, чего хотят они. Не думаю, что его светлость желает, чтобы его дочь отвергли, если мы продолжим настаивать на собственных интересах.

Тридид промолчал, ответ и так был очевиден.

— Так что же вы предлагаете? — спросила Лания.

— То, что было озвучено выше. Это разумно. Варгенза нам подходит больше, чем Восточное королевство. Да и время играет на нас, чего нет в браке с Улигом. Если мы будем ждать родин, то вдовец успеет найти новую жену. Если поспешим, то отдадим себя в угоду Востоку, ну и… — Радкис бросил взгляд на герцога, — поможем отцу найти для дочери недурную партию. Пусть двоюродный племянник, но любимчик царственного дяди. К тому же потомок императоров.

— Я не пытаюсь сбыть дочь с рук, — резко ответил Лекар. — Эди у меня не калека и не уродина. Она потомок королей и, кстати, императоров, как вчера справедливо напомнила Ее Величество. Мелибранды тянутся ветвью с древа императорской династии, управлявшей Гантаром еще до Валигаров. В общем-то, оба наших рода идут от одних корней. Эдилия не какая-то там герцогиня, она потомок древнего рода! — в явной запальчивости воскликнул Тридид и, опомнившись, на миг застыл, глядя на королеву.

И если Виллен после последних слов герцога нахмурился, то на губах Канлина мелькнула кривоватая усмешка, и она хлопнул в ладоши.

— Браво, дядюшка, вы превзошли самого себя.

Лекар метнул в племянника сердитый взгляд и произнес высокомерно:

— Не стоит переворачивать моих слов, я вовсе не желал оскорбить Ее Величество…

— Которая была рождена какой-то там герцогиней? — с издевкой вопросил Виллен.

— Довольно, — прервал их негромкий голос королевы. — Успокойтесь, дорогие родственники. Меня не задели слова его светлости, потому что я родилась в не менее древнем и славном роду герцогов Вилленских. Земли этого рода составляют немалую часть Северного королевства. И с Мелибрандами, а, следовательно, и с императорским родом мы тоже имеем некоторую связь. Так что я не могу отнести себя к неким герцогиням, о которых поминал его светлость. А раз он говорил не обо мне, стало быть, оскорбления не было. Потому в этом кабинете некому обижаться, как некому и обижать.

Тридид поднялся на ноги, после прижал ладонь к груди и склонил голову перед Ланией.

— Именно так, Ваше Величество, — с почтением произнес он. — Вы всё верно поняли, в отличие от менее прозорливых людей, присутствующих здесь.

Канлин едва слышно фыркнул, и дядюшка, бросив на него насмешливый взгляд, вновь уселся. Только что пошатнувшееся равновесие, кажется, было восстановлено. Лания обвела взглядом своих советников, остановила его на графе Нимусе и спросила:

— Ваше сиятельство, вы еще не сказали ни слова. Откройте нам, что вы думаете о брачном союзе с Востоком.

Министр финансов кивнул. После потер переносицу и прочистил горло. Все взоры обратились на него.

— Я согласен с общим мнением, — заговорил Нимус. — Больше выгоды можно сыскать с Варгензой. Это небольшое королевство имеет в своей земле залежи несметных богатств, а мы имеем отважных хорошо обученных воинов, в которых нуждаются варгензийцы, точнее их государь. А еще некоторое влияние. И значит, с брачным союзом мы можем получить доступ и к серебру и прочим богатствам. Нам это и вправду выгодней, чем союз потомков императоров без особо важных преференций. А важные можно получить только при браке монарших особ, а не их родственников. Но! — он поднял кверху указательный палец. — Я не стану называть брак с Улигом совсем бесполезным. Он может еще усилить нашу позицию как раз для более выгодного союза. А так как у нас есть две невесты, то первая свадьба станет фундаментом для второй. И в обратную сторону: брак с Варгензой поможет нам стребовать большие преференции с Востока.

Лания откинулась на спинку кресла и устремила взор к окну. Слова Нимуса легли ей на душу. Кто-то из советников хмыкнул и негромко произнес: «Дельно».

— Стало быть, чтобы получить выгоду с Востока, нам нужна хотя бы договоренность с Варгензой, — в задумчивости произнесла она. — Но старшая сестра более подходит по возрасту Улигу, младшая же еще не готова к браку, как и жених. И если предложить Эдилию в жены варгензийцу, то ей придется ждать, пока он будет готов жениться, в то время как Улигу придется ждать Марилину, в чем уже не заинтересован принц. Он желает жену сейчас, а это Эдилия. Однако толк от этого брака будет только после заключения брачного соглашения с Варгензой.

— И лучше с последующим за договором браком, который будет консумирован с достижением новобрачными положенного возраста, — произнес Нимус.

— Да, так и нам не придется ждать, — согласился Аролог.

— Да, если союз окажется возможен, то и свадьбу оттягивать на два года незачем, — добавил Баротт.

— Разумно, — поддержал Радкис.

— И как же быть? — спросил Тридид. — Отправить два посольства разом?

— Лучше прежде в Варгензу, — в задумчивости сказал Виллен. — Иначе с Восточным королевством мы окажемся на той же позиции, с которой начали.

— За это время Улиг может и сыскать жену, — заметил Фуллик.

— Так какое же решение вы примите, Ваше Величество? — спросил Канлин, глядя на невестку, и взоры вновь обратились на королеву.

Лания коротко вздохнула, после вновь выпрямилась и, умесив руки на столешнице, ответила:

— Мне думается, что стоит отправить одно посольство. В Варгензу. Предложить им брачный союз с Марилиной Тридидской Мелибранд. Потому прошу вас продумать и подготовить наши условия. После этого можно будет отправить эти условия и портрет младшей герцогини Тридид с брачным посольством.

— Но Улиг вряд ли будет долго выбирать… — неуверенно начал Фуллик, и Виллен посмотрел на него внимательным взглядом.

— У вас есть какая-то личная выгода? — спросил он министра. — Отчего вы так вцепились в Улига? Я могу вам назвать еще несколько женихов, которые с радостью породнятся с нами. К примеру, младший брат западного короля. Он четвертый по счету, и трона ему не видать, как своих ушей, потому что у самого монарха уже трое сыновей. Есть сыновья и двух других старших братьев. Ханник будет только рад нашему предложению.

— Вот уж вовсе не выгода, — отмахнулся Тридид.

Тут с ним согласился даже племянник, да и не только он. Ханник Западный добрым малым не был. Вспыльчивый и воинственный нрав этого государя сулил больше неприятностей, чем пользы, потому Лания и не спешила заключать с ним соглашений, понимая, что он может втянуть Север в одну из своих авантюр.

— Это к слову, — покривился герцог Вилленский. — Я просто хочу понять, зачем его милости нужен союз с Востоком? Какая-то личная выгода?

— Да что вы такое говорите, ваша светлость?! — возмутился Фуллик. — Я всегда был верен Северному королевству, и его интересы ставил превыше собственных. Что до Востока, то, как верно было отмечено, с его поддержкой мы имеет дополнительный вес, что вовсе не лишне в нынешних условиях. Если Ее Величество родит сына, то государыне придется править до совершеннолетия нашего монарха, которому, в свою очередь, еще нужно вырасти и окрепнуть. И если на это время у нас в ближайших союзниках будет Восток, то это только укрепит наши позиции в глазах охотников, жадных до чужих земель и богатств. В конце концов, женщину и младенца не каждый воспримет всерьез, пока не будет доказана их сила, а это время. Но если оно у нас?

В кабинете повисла тишина, даже отец Лании не нашелся, что ответить. Фуллик был во всем прав. Как бы то ни было, но управляла сейчас государством не просто женщина, а совсем юная, еще мало что понимавшая вдова. И если родится мальчик, то эта молоденькая королева будет сидеть на троне еще долгие годы, пока не передаст власть такому же, как она сейчас, королю.

Правда, он к этому возрасту будет уже обучен всем премудростям, но возраст! Каким будет этот юноша, который наденет корону Северного королевства? И пусть были Совет и наследники, однако последние не выносили друг друга, а советники, как сказал когда-то Радкис, каждый по-своему понимал благо для государства. Виллен и Фуллик показали этому живой пример.

Да, страна была ослаблена, а если и нет, то еще нужно было доказать обратное. Так что Восточное королевство и вправду становилось некой подпоркой и даже щитом, потому что авторитет наследников императоров и их крепкое государство, пользовались авторитетом среди остальных частей бывшего Гантара, да и среди иных соседей тоже.

— Почему вы не сказали об этом прежде? — спросила Лания.

— Ваше Величество желали видеть более существенную пользу, чем некая поддержка и защита. К тому же вы правы, государыня. Северному королевству мало заручиться соглашением на заступничество. Нужна и та выгода, которую можно не только почувствовать, но и взять в руки. А если выгодно обоим, то и связь становится крепче.

— Это уж точно, — усмехнулся Баротт. — За пустые посулы только дурак с себя последнюю рубашку снимет.

Королева улыбнулась и произнесла:

— И потому в Восточное королевство мы брачного посольства отправлять не будем, — и вновь на нее обратились все взоры, и Лания продолжила: — Вместо него мы отправим портрет Эдилии. Но прежде пусть наши послы распространят слухи о договоренности с Варгензой. И что у младшей сестры есть старшая, еще не просватанная. И если Улигу и его родне станет любопытно взглянуть на девушку, тогда портрет и будет предъявлен. Но не раньше, чем мы получим согласие варгензийцев. Кроме того, стоит также намекнуть Востоку, что Эдилия имеет уже предложения, но пока в раздумьях. И если Восток заглотит наживку, то они сами начнут сватовство. Вот тогда и выставим наши условия, и эти условия тоже должны быть к тому времени продуманы и записаны.

— А если Восток не проглотит наживку? — в задумчивости спросил Тридид.

— Значит, у Эдилии будет иной достойный жених, а у Востока не будет преимуществ от союза с нами, — ответила королева. — Однако распалить воображение и аппетит Валигаров наши послы смогут, я уверена. Что скажете, господа советники, о моем решении?

Тишину в кабинете разорвал смех. Был он заливистым и легким, без толики издевки. А затем раздались аплодисменты.

— Браво, Ваше Величество! — воскликнул Лекар Тридид. — Прекрасное решение!

— Согласен, — улыбнулся Виллен. — Решение и вправду хорошее. При условии, что Восток сам будет желать союза с нами, и наши требования уже могут быть не столь скромны, как при предложении невесты жениху.

— Поддерживаю, — кивнул Канлин. — Сестрица, вы рассудили мудро.

Радкис улыбнулся и склонил голову, воздавая должное королеве. Не нашли что возразить и остальные советники. Лания постаралась не обращать внимания на то, что щеки обдало жаром смущения, удовольствие она тоже испытала.

— Тогда прошу вас приступить сегодня же к разработке договора с Варгензой. Учтите их потребности, мы должны удовлетворить их в немалой степени, чтобы они удовлетворили наши. Сколько времени вам понадобится?

Советники ненадолго задумались, и первым заговорил Нимус:

— Немного, на самом деле. Вы, несомненно, помните, государыня, что мы уже обсуждали просьбу варгензийцев о помощи. Работа начата, так что мы только расширим перечень того, что можем предоставить им, и что хотим получить сами.

Лания вновь улыбнулась:

— Замечательно. Значит, следующий Совет соберется для обсуждения и утверждения условий договора с Варгензой. Военного министра приобщите к обсуждению, он тоже будет приглашен. Благодарю вас, господа советники, за ваше бесценное мнение и советы.

— Пусть хранят богини Северное королевство и его королеву, — ответили мужчины и поднялись со своих мест.

Лания задержала взгляд на Радкисе, тот прикрыл веки, показав, что понял ее немой призыв. Ее Величество желала разобраться с тайнами Мелибрандов, и откладывать расспросы не собиралась.