Заключение

Дойдя до этих слов, попугай обратился к Худжасте с такой речью:

«О хозяйка, я боюсь, как бы не вернулся неожиданно твой муж и не пришлось бы тебе предстать перед ним посрамленной, как предстала пред своим мужем жена отшельника. Пока не забрезжило утро, вставай и иди к своему другу!»

Худжасте хотела последовать его совету, но в это мгновенье в дом вошел ее муж и слуги и прислужники подняли крик: «Хозяин приехал! Маймун возвратился!»

Худжасте поневоле — ибо делать было нечего! — упала к ногам мужа. Некоторое время спустя Маймун подошел к клетке и начал расспрашивать попугая о том, что случилось за время его отсутствия.

«Слава Аллаху, — ответил попугай, — что ты вернулся домой целым и невредимым! В отсутствие твое я оказал тебе такую услугу, какой никто тебе не оказывал. Я защитил твой мед от наглой мухи, спас твою розу от руки прокаженного. Если ты в благодарность за это освободишь меня из клетки, я расскажу тебе, что случилось, и поведаю тебе о страшных событиях».

Маймун обещал выполнить эту просьбу. Тогда попугай рассказал, как Худжасте влюбилась, как бросила оземь шарак, и сказал:

«Пятьдесят две ночи я охранял ее хитростью и мудростью, сметливостью, рассудительностью и философией, ожидая твоего возвращения. Слава Аллаху, что труды стольких ночей не пропали понапрасну и я смог возвратить тебе жену в неприкосновенности. Береги ее теперь сам, как знаешь и умеешь, а меня освободи из клетки. Если люди таковы, не хочу я жить среди них!»

Маймун выпустил попугая, отрубил Худжасте голову, одел монашескую рясу, затворился в келье и предался молитве. С той поры он уже никогда не стремился к женщинам, никогда не упоминал о них и до конца своей жизни прожил, как то подобает мужчине.

Пусть Аллах, которому мы вознесли хвалу, поможет каждому из нас жить достойным образом и завершить свои дни в смирении и в молитвах к Аллаху, велик и славен да будет он!

В заключение же книги презренный раб говорит:

Весь божий мир, мой брат, ночная тьма сокрыла,

У ложа своего ты полог опусти!

Забудь про слезы, сном скорей забудься сладким,

Подобно мне, спокойно, мирно ты засни.

Но если наших дней нелепицы пустые

Томят тебя и сказки хочешь, чтоб заснуть,

Ко мне ступай! Я много знаю сказок

И много славных притч в уме своем храню.

Ты в ухо сердца вдень жемчужины такие,

Внимательно прослушай притчи все мои.

Стал нынче на копье похож калам[210] искусный,

Длинны и широки сказания мои.

Я мир весь покорил отвагою своею,

Я выдумку одну с другою сочетал,

Невесте в сказке дал я украшенье духа,

Друзьям моим казну богатую принес.

Поистине, стал мир теперь нелепой сказкой,

А у меня иссяк обильный мой запас.

Не помнит мир о том, что значит осторожность,

И бодрость ночь моя утратила свою.

Ступай же, эту ночь в покое проведи ты,

Покой и отдых сказка принесет тебе.

Да, тот, кто только сказку от меня услышит,

Проснется даже, если в сон он погружен.

Я сказок записал обилие большое,

Спокойно даже ангел может им внимать.

Коль хочешь, милый друг, понюхать эту розу,

То лучшим для тебя могу я другом стать.

Послушай же, тебе поведаю я сказки,

Жемчужинами ухо ты свое укрась!

О бдении совсем забыло наше время,

И бодрости теперь не сыщешь на земле.

Да, сон — наш мир! Итак, вставай скорее, спящий,

И бодрости одежды на себя накинь!

Кто бодрствует, того всегда гнетут заботы,

Хотя бы этот миг ты сладко подремли.

Есть гребень у меня для черных кудрей ночи,

А сказочки мои навеют сладкий сон.

Моих рассказов цепь увлечь способна сердце,

Подобных им, мой друг, не много ты найдешь!

Безумие когда моим владело сердцем,

Я сказкам постоянно ночи посвящал.

И если тот, кому расскажут эти сказки,

Безумцем назовет меня, он будет прав!

Себе в друзья избрал я в этом мире сказку,

О сказках сказку я обширную сложил,

Хоть ране мудрецы, владевшие словами,

Немало дивных сказок передали нам,

Но все ж не написал никто таких жемчужин,

Никто таких речей, как я, еще не вел.

В ту ночь семьсот и тридцать лет прошло от хиджры[211],

Когда я эти сказки вместе сочетал.

Зиййа-йе Нахшаби поведал эти сказки,

Слагая их, ни разу глаз он не смыкал

Конец книги «Тути-наме» с помощью царя-подателя.



Загрузка...