Лживые боги

Глава 13. Поход к тетке…

Ия с удивлением поняла, что она внутренне изменилась и изменилась сильно. Она не могла понять причины, но когда готовилась к походу в логово родной тетки, то практически не волновалась, а наоборот, спокойно продумывала свое поведение. Основной своей задачей девушка считала защиту малышей и недопущение их переезда в детский дом, а на счет себя она почему-то не волновалась совершенно. Ну что она может со мной сделать? Отобрать квартиру? Так она, по сути, и так её уже забрала. А больше у нее ничегошеньки и нету. К чему тогда переживать и волноваться? В последние дни она впряглась в напряженный и тяжеленный тренировочный процесс, который отодвинул на второй план все дела и эмоции. Еще она не могла решить, что одеть для похода в гости, но потом решила не удивлять родственницу, а облачиться в привычный спортивный костюм и кроссовки.

Утром покормив близнецов и заняв их делом, заставив убираться в квартире, она выскочила на улицу и побежала в сторону центра. Через тридцать минут девушка уже вошла в подъезд и позвонила в бывшую свою дверь. Она не могла видеть, что за всеми её действиями через дверной глазок внимательно наблюдал бдительный сосед, бывший декан Института Народного Хозяйства, Ильговский Роман Гдальевич, добровольный информатор Ларисы Андреевны. Дверь в квартиру открыл молодой муж тетки, который мерзко и похотливо ухмыльнулся.

— Здравствуйте, Альберт Евгеньевич, — спокойно поздоровалась Ия, никак не отреагировав на его ужимки и кривляния, — Тетя Галя дома?

— Тетя Галя, ты дома? — глумливо крикнул он в глубину помещения.

Через несколько мгновений оттуда выплыла бочкообразная двоюродная тетка девушки. Ия её давно не видела и про себя сильно удивилась, что почти на голову выше её.

— Нихрена ты колонча вымахала? — без всяких условностей озвучила та очевидный факт, — Надеюсь, мозги в рост не ушли?

И не дождавшись ответа, развернулась, молча исчезая за дверным проемом. Ия спокойно пошла за ней. Сзади неё, подхихикивая, топал Альбертик.

Вся процессия свернула на кухню, где тетка тут же плюхнулась на край мягкого дивана, и даже не предложив девушке присесть, с наезда начала разговор:

— Чё та не особо ты похудела, наверное племянников голодом моришь?

Ия вспыхнула, но сумела промолчать. От греха подальше.

Не дождавшись нужной для неё реакции, женщина хмыкнула и продолжила:

— Что за прятки, почему я тебя должна искать?

— Какие прятки? — поразилась такой наглости девушка, — Вы написали, я сразу пришла.

— А самой зайти не судьба?

— Зачем? — искренне удивилась Ия.

— Вот же сучка наглая, — окончательно сбросила маску тетка, — Тебе что, особый повод нужен родную тетю по проведывать?

— Двоюродную, — еле слышно прошептала девушка.

Но та услышала:

— Вот тварь неблагодарная, — понесло её по кочкам, — Мразь малолетняя, совсем от безнаказанности охренела…

Ия перестала вникать в этот словесный понос и вдруг подумала, что если сделать шаг вперед и с ходу долбануть пяткой прямо в шевелящийся рот, то скорее всего это тело умрет, потом резко развернуться и …

Внезапно наступила тишина, тетка то ли увидела выражение глаз девушки, то ли вспомнила, что квартира ещё не переписана, но она чуть не подавилась очередным ругательством. Немного помолчав, продолжила свой монолог уже спокойным и тихим голосом:

— В следующую среду тебе исполняется восемнадцать лет и мы, как и договаривались, идем к нотариусу. Все верно?

— Мне нужны гарантии, — внезапно произнесла Ия, сама удивившись своей смелости.

На кухне опять стало очень тихо. Тетка распахнула глаза и широко разинула ярно накрашенный рот. Потом захлопнула и почти шепотом спросила, впившись в девушку какими-то, совершенно бешенными глазами:

— Гарантии чего?

— Что близнецы останутся со мной, а не отправятся в детский дом.

Та видимо ожидала каких-то других условий и еле заметно выдохнула:

— Мы же договорились, какие тебе ещё нужны гарантии?

Ия хоть и готовилась к разговору, но драться у неё получалось определенно лучше, чем доказывать и обосновывать свою позицию словами, поэтому она слегка зависла, но потом взяла себя в руки и продолжила:

— Мне нужны письменные гарантии.

Теперь уже зависла тетка.

— Что ты имеешь в виду?

— Я не знаю, — честно ответила девушка.

— Иди туда, не знаю куда, найди то, не знаю что. Ты издеваешься?

— Мне нужна бумага, в которой было бы написано, что вы не откажетесь от опеки близнецов. Вам же за них деньги платят.

— Хорошо, — внезапно согласилась тетка, — Но за тебя мне уже не заплатят.

— Я буду за себя сама вам платить. Сколько там было?

— Хм. Я подумаю. А где вы собираетесь жить? Ты уже взрослая и сама должна позаботиться о жилье.

— А как же та квартира, где мы сейчас живем?

— А кто, по твоему, сейчас за неё платит? — спросила тетка, судорожно вспоминая, не проговорился ли раньше кто-то из них, что эта халупа досталась Альбертику в наследство от пьяницы матери.

— Я не знаю, — растерялась девушка.

— Вот видишь, как у тебя все просто. Живешь на всем готовом, а поинтересоваться не судьба.

— Я буду платить аренду, — насупилась девушка.

— А где ты собралась брать столько денег?

— Я договорилась с работой, — не стала вдаваться в подробности Ия.

— Что за работа?

Девушка не произнесла ни звука, просто продолжая смотреть в глаза родственнице.

— Ну не хочешь, не говори, дело твое. Мне все равно, — хмыкнула тетка.

— Сколько будет стоить аренда квартиры? — еще раз спросила девушка.

— Я не знаю, — наконец ответила она, — Цены постоянно растут, сейчас одна цена, завтра другая. Мне узнавать? Ты будешь её арендовать?

— Да, узнайте пожалуйста.

— Хорошо. К моменту нашей сделки у меня будет вся информация и мы подпишем соответствующие бумаги. Договорились?

— Договорились, — согласилась девушка, не веря почему-то ни единому слову родственницы.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍- А раз договорились, можешь быть свободна, а то нам пора обедать.

Ия молча кивнула головой и тут же покинула бывшую свою жилплощадь. Практически бегом спустившись по лестнице, она выскочила во двор и чуть не запнулась о вытянутые женские ноги в модных лакированных туфельках. На скамеечке около подъезда, собственной персоной восседала Лариса Андреевна, мило беседующая с бывшим соседом Ии, Романом Гдальевичем Ильговским.

— Ой, тетя Лариса, а что вы здесь делаете?

— Как что? Разговариваю с очень интересным человеком.

— Здравствуйте, — тут же отреагировала девушка, глянув на соседа.

— Здравствуй Иточка. Как же ты выросла! Настоящей красавицей стала, — запел дифирамбы Роман Гдальевич, — Как же ты становишься похожа на Оленьку, просто поразительное сходство!

— На какую Оленьку? — не поняла девушка.

— На свою бабушку Олю, — пояснил сосед, и поворачиваясь к Ларисе добавил, — Я как будто вижу её живую!

— Я можно пойду тогда? — попыталась испариться девушка, даже не вникая в этот непонятный для нее разговор, потому что все ещё находилась под впечатлением только что прошедшей встречи.

— Подожди меня возле машины, — кивнула головой в сторону парковки Лариса, — Я буквально пять минут.

Через некоторое время серебристая немецкая капля плавно вывернули из двора и понеслась в сторону предместья Марата.

— Ничего не хочешь рассказать? — первая не выдержала Лариса.

Девушка отрицательно помотала головой. Лариса про себя улыбнулась и продолжила:

— Даже не побила никого?

Ия повторила движения, но теперь уже с полуулыбкой.

— Значит одной проблемой меньше, — с удовлетворением констатировала Лариса.

— С какой? — девушка, наконец победила немоту.

— Не нужно тебя из милиции вызволять, — теперь уже открыто улыбалась женщина, — Трудно было сдержаться?

— Очень! — вдруг совершенно серьезно ответила Ия.

Лариса быстро взглянула на неё и с удивлением поняла, что та не шутит. Что же там было? Врач я или не врач, неужели это труднее, чем разговорить пациента о симптомах, чтобы верно определить диагноз?

— У меня как то был случай, еще в институте, — издалека начала она, — Мою подругу затащили в подвал два придурка…

Через полчаса Лариса знала все подробности разговора в квартире у тетки. Они уже минут пять как стояли около подъезда девушки, но расходиться не торопились.

— Редкостная сука, — коротко, но емко оценила Лариса родственницу девушки. У неё родные дети есть?

— Неа, я не слышала, хотя может и есть. Я вообще про неё мало знаю, мы же совсем не общались, пока мама была жива.

— А сколько ей лет?

— Я точно не знаю, но она старше мамы, значит ей больше сорока.

— Ясно, значит теоретически, дети возможны. У тебя есть её установочные данные?

— Какие данные? — не поняла девушка.

— Паспортные данные.

— Эти есть, мы же договор составляли.

— Это хорошо, найдешь и отправишь мне эсэмэской. А квартира кому принадлежит, в которой вы живете?

— Я не знаю, она не сказала. Сказала только, что платит за аренду.

— Хорошо, это тоже надо выяснить. Какой тут адрес?

Девушка продиктовала данные, которые Лариса тут же записала в телефоне.

— А зачем вам это?

— Да не верю я ни одному её слову. Судя по её нереальной любви к деньгам, вряд ли она хоть за что-нибудь платила. А где она раньше жила?

— Я не знаю.

— Ия, ну нельзя же так все отпускать на самотек. Эта дамочка хоть местная, или откуда-то приехала?

Девушка надолго задумалась, пытаясь выудить из памяти хоть какие-то крупицы информации о своей, внезапно появившейся родственнице.

— Мне кажется, она откуда-то приехала, хотя это не точно. Мама как-то говорила тёте Свете, мол той очень повезло, что этот монстр живет довольно таки далеко. И говорили они об её сестре. А у тети Светы только одна сестра, старшая, тетя Галя. Там ещё были какие-то судебные тяжбы, но про это я вообще не помню.

— Не удивительно, при таких жизненных принципах. Точнее при их полном отсутствии. Ладно, это все фигня, как день варенья праздновать будем?

Девушка непонимающе вылупила глаза на собеседницу.

— Какой день варенья? Я не люблю варенье.

— Я про твое восемнадцатилетние, — пояснила Лариса.

У Ийки непроизвольно защипало глаза, так как она даже, и думать забыла про такие непозволительные вещи, но женщина её тут же обняла и сказала:

— В среду ничего не планируй после тренировки, до скольки, кстати, ты в клубе?

— До пяти примерно.

— Вот и чудненько. Я за тобой заеду.

— Зачем?

— Затем, мать твою! — не сдержалась Лариса, — Надо. И не спорь.

— Хорошо, — тут же согласилась Ия, уступив напору женщины.

— Вот и славненько, — довольно потерла та руки, — Вот и договорились…