Лживые боги

Глава 19. Новая информация…

Стас вышел из здания аэропорта и вдохнул горячий, Иркутский полуденный воздух.

— Последний раз, когда я тут был, на градуснике тоже была тридцатка, только ниже нуля. Это что же за место такое? Как тут вообще люди живут?

— И не говори, брат, — ответил встречающий его крепкий парень, — Нам сибирякам по херу, что плюс, что минус, лишь бы с ног сшибало!

Они крепко обнялись, похлопав друг друга по плечам, и пошли в сторону большого, белого пикапа.

— Ну как лошадка, не подводит? — спросил Стас своего давнего приятеля Михаила.

— С чего бы ей подводить? Вот только овёс нынче дорог, а так все нормально, — рассмеялся тот.

— Ну это мы надеюсь поправим, тут как раз одно дельце нарисовалось, братья евреи платят, так что у нас с тобой теперь есть работа, как у тебя со временем?

— Для тебя, да ещё за деньги, я свободен даже ночью. Надеюсь в этот раз у меня машину не отберут? — заржал парень, вспоминая прошлую их совместную эпопею (роман «Большая медведица»))), — Против кого теперь дружим?

— Ищем женщину из прошлого, или её наследников.

— Ух, ты, круто. Как глубоко нырять придется?

— Восьмидесятый год прошлого века.

— Охренеть! Конкретика хоть есть, или всех переворачивать будем? — рассмеялся Михаил, — Мне так-то молодые больше нравятся, но… А сколько платят?

— Не бойся, не обидят, — тоже улыбнулся Стас, крутя головой на проходящих мимо девчонок в коротеньких юбочках или шортиках.

— Да уж, кого-кого, а девчонок у нас много, на любой вкус, замучаешься выбирать.

— Я как бы уже выбрал, так что просто глазею, по привычке видимо.

— Ха-ха, привычка — вторая натура. Хотя я тоже в душе не свободен, так что тебя понимаю.

— Неужели Полинка?

— Она!

— Ай да молодцы, а я не поверил, когда мне Алёнка намекнула, мол ты последний остался, даже вечная странница Полина приземлилась около Михаила.

— Ну, еще не приземлилась, но аэропорт готов и в ожидании. Она беременна, только тссс!

— Твою же мать! Ха — ха. И когда успели?

— Весной в Тибет гоняли, никто не знает пока, ты первый.

— Красавцы! Я сильно рад! Поздравляю! Какой срок?

— Восемь недель! Вчера звонила. Счастливая!

— Когда обозначиваться собираетесь?

— Я хоть завтра, но как скажет начальство, так и обозначимся.

— Ты даже не представляешь, как все обрадуются!

— Да ладно, — изумился Михаил, — Я наоборот побздехиваю.

— Чего побздехиваешь? — не понял Стас.

— Ну типа мы не пара, они реальные миллиардеры, а я просто мимо проезжал.

— Плюнь, Ольга Марковна Полинкино счастье не променяет ни на что. Поверь мне, это люди другого уровня, у них совершенно другие взгляды и приоритеты. Глеб вон Алёнку шесть лет искал, от миллионерши — дочки Кацеля отказался, а у Алёнки, как и у тебя, за душой ни гроша не было. Зато теперь она самая любимица для всех родственников, а уж про внуков я и не говорю.

— Ладно, успокоил, это я так, на всякий случай переживаю, для меня главное, чтобы Полина улыбалась. А там гори оно все синим пламенем.

— Вот это правильный ответ, — согласился с товарищем Стас.

— А ты кого нашел? Там в Москве?

— Нет, ваша местная, — ухмыльнулся Стас, — Но она ещё не знает, что в этот раз я не отступлюсь.

— Сопротивляется, значит? Ишь, ты, молодец девочка, — засмеялся парень, — А кто она?

— Подруга Алёны, Лариса. Знаешь?

— Нет, не встречались. Она сейчас в городе?

— Да.

— Знает, что ты прилетел?

— Нет, не успел позвонить, перед отлетом просто сумасшествие было, а с ней на бегу нельзя, сам понимаешь.

— Да, настоящих девочек беречь надо, их раз, два и обчелся. Значит, сюрприз будет?

— Надеюсь приятный, — улыбнулся Стас, — А мы, куда вообще едем?

— На набережную, там кафешка одна офигительная, я с утра позавтракать не успел, ты как на счет покушать?

— Не отказался бы, я весь полет проспал как сурок, тоже голодный.

Они выехали на бульвар Гагарина, и вышли из машины, наслаждаясь прохладой, которую пригоняло не большим ветерком от Ангары, искрящейся какой-то нереальной зеленью на летнем солнце. Утолив голод в открытом ресторанчике, парни приступили к обсуждению насущных проблем.

— Где решил остановиться? — спросил Михаил, — Сейчас летом попасть в гостиницу реальная проблема.

— У меня оплачен номер в Европе, все нормально.

— Не меняешь привычек, — улыбнулся Михаил, вспоминая прошлые приключения.

— А зачем? Меня там все устраивает, центр города, любой транспорт, кормят неплохо.

— Ясно, тогда поехали, заселим тебя, ну и заодно введешь меня в курс дела.

От набережной до гостиницы максимум десять минут езды, поэтому через полчаса они уже сидели на мягких диванах одного из двух люксов гостиницы, обсуждая имеющуюся у Стаса информацию.

— Она могла быть студенткой либо Госа либо Педа, — уверенно заявил Михаил.

— Ты можешь по-русски, — перебил его Стас.

— Судя по имеющейся информации, она готовилась стать учителем в школе, а учителей у нас как тогда, так и сейчас готовит два ВУЗа, это Государственный Университет и Педагогический Институт. Хотя наверно могли быть и другие варианты. Но начать надо однозначно с них.

— Согласен, с какого предлагаешь?

— Я бы начал с Педа, он наиболее профильный. А как мы, кстати, получим доступ к архивам?

— Я знаю волшебное слово, — засмеялся Стас.

— А если серьезно?

— А если серьезно, то у нас официальное расследование, которое курирует Московский ДВКР, потому что к ним соответственно обратился Моссад, с просьбой оказать содействие. С местным управлением уже связались, они в курсе и нам помогут.

— Ни фига себе евреи! Это что за крутизна такая?

— Я и сам толком не знаю, наше дело найти человека, а там они пускай разбираются.

— Круто. Не слабый видимо этот парень, Давид Гройсман!

— Да, там похоже уровень запредельный, он, кстати, сейчас в Новосибирске?

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍- А там он чего ищет?

— Там он пытается выжить.

— Не понял?

— Ему делают какую-то уникальную операцию.

— Да ну нафиг! В Израиле же самая лучшая медицина?

— Значит не самая лучшая. Наши тоже не лаптем щи хлебают.

— Чудеса! А если помрет, поиски прекращаем?

— Нет, поиски от этого не зависят.

— А кто же тогда нам заплатит? — неожиданно озаботился Михаил.

— Заплатят, уже заплатили, — рассмеялся Стас, глядя на встревоженную физиономию товарища.

Они проговорили ещё какое-то время, наметили встречу на девять утра, и Стас, проводив Михаила до машины, тут же набрал заветный номер.

— Слушаю, только говорите быстро, у меня много дел, — рявкнула в трубку Лариса, даже не глянув на аватарку входящего звонка. День на работе выдался тяжеленным.

После не большой паузы ей ответили:

— Здравствуйте, крупная Московская фирма предлагает вам рассмотреть образовавшуюся вакансию водителя, который хорошо ориентируется в городе Иркутске, а также имеет возможности и желание сопровождать нашего лучшего сотрудника по вашему городу.

Лариса на автомате хотела сразу сбросить звонок, но быстро сообразив, чей это голос, натурально взвизгнула и затарахтела в трубку:

— Уии, ну скажи, пожалуйста, что ты прилетел, и если случится чудо и ты действительно прилетел, то я вся твоя!

Стас реально опять завис, не ожидая такой бурной реакции, но потом отмер и быстро ответил:

— Ты сама это сказала. И да! Я в Иркутске, и я тоже весь твой!

Девушка счастливо засмеялась, несколько раз смачно поцеловала динамик, а потом сказала:

— Я только что усиленно искала достаточную причину, чтобы сегодня послать все нафиг и свалить наконец с этой работы и вдруг такое чудо!

— Гм, значит я достаточная причина?

— Более чем, говори лучше куда подъехать, ты, где остановился, небось, опять в Европе?

— В ней родимой, через сколько подъедешь?

— Мне надо немного времени закончить дела на работе, потом заскочу домой переодеться и к тебе.

— Звучит не очень обнадеживающе, до завтра успеешь?

— Не волнуйся, к шести буду, — рассмеялась Лариса.

— Тогда жду не дождусь, — ответил Стас и тоже чмокнул трубку.

Отключившись, он разделся и принял душ. До прихода девушки время ещё было, и парень решил набросать на листочке схему поисков. Он разложил на большом столе все документы, которые привёз из Москвы и задумался. От размышлений его отвлек входящий звонок от Глеба, голос у товарища был явно уставший.

— Привет Стас, ты добрался? Как у тебя дела?

— Да, я в Иркутске, меня встретил Михаил, все нормально.

— Где поселился?

— Хм, евреи оплатили шикарный люкс, гостиница называется Европа, практически в центре города, я в ней постоянно останавливаюсь. У вас там как? Что-то голос у тебя уставший? Как Гройсман? Прооперировали?

— Прооперировали, вчера ещё.

— Что-то не слышу оптимизма.

— Слишком сложная операция, да и возраст у пациента. Пришлось делать все намного медленнее, девять часов у стола, думали, не выдержит. Но пока все обошлось.

— Что значит обошлось? Успешно?

— Операция прошла штатно, но Гройсман не вышел из наркоза. Сейчас пока в коме, на приборах. Сегодня ждем специалистов из Германии и Израиля.

— Ни фига себе, прогнозы то хоть какие?

— Врать не буду, не знаю. Сегодня вечером, когда все соберутся, будет ясность. Или не будет. Поживем, увидим. Наши оптимизма не теряют, говорят, что все в норме и если организм справится, то все будет хорошо. По крайней мере, оборудование отработало так, как надо.

— Понятно, — протянул задумчиво Стас, и добавил, — Что ничего не понятно.

— Ларисе звонил?

— Да, и мне показалось, что она искренне обрадовалась моему приезду.

— Показалось ему! Ты давай там без показалось, забирай дело в свои мужские руки, а то девушки сами не знаю, чего хотят, а даже если и знают, то не этому верят, а если верят, то боятся. Короче не жди милости от природы, а прояви настойчивость.

— Ну ладно, включил учителя, разберусь как-нибудь.

— Ну-ну, ты уже, сколько лет разбираешься, а воз и ныне там. Или у тебя принцип: баба с возу — кобыле легче?

— Завел шарманку, давай иди уже, оживляй Гройсмана, у меня тут все под контролем.

— Ладно, брат, удачи тебе. От звонись завтра, когда сходишь в местное управление, с чего решили начать?

— Начнем с ВУЗов, сначала Пединститут, потом Универ, а там видно будет.

— Хорошо, проблемы будут, звони. Да, чуть не забыл, вчера разговаривал с Левицким, это помощник Гройсмана и его давний друг, так вот он сказал, что Давид забыл упомянуть ещё один эпизод, про который рассказывал лично ему.

— Какой ещё эпизод?

— Он сетовал, что продал свою любовь, как последний торгаш, мол я тупо откупился от своей Оленьки, даже не попытался побороться, испугавшись навлечь на неё своих конкурентов. В разговоре потом выяснилось, что когда Гройсман окончательно определился в этом вопросе и выбрал безопасность, то попросил какого-то там своего друга из тогдашнего ЦК нашей партии уделить девушке внимание, и передал о ней все информацию, которую знал. Потом ему доложили, что просьба была выполнена.

— А ещё есть какие-то подробности? Фамилия этого друга, как он её нашел, и в чем заключалось внимание?

— Левицкий больше ничего не помнит, а Гройсман в коме, пока не спросишь.

— Блин жаль, это была бы реальная зацепка, — посетовал Стас, пытаясь ухватиться за какую-то мысль, которая молнией проскользнула в его голове.

— Будем надеяться, что Давид Соломонович скоро придет в себя, мужик он крепкий. А ты пока действуй по своему плану. Звони чаще, ведь полторы головы всяко лучше, чем ее половина, — улыбнулся на прощанье Глеб.

— Не хочу загружать твою половинку лишними заботами, у тебя и так голос уставший — не остался в долгу Стас.

Они распрощались, Стас положил трубку и глянул на часы, пора было готовиться к встрече с Ларисой…