Лживые боги

Глава 21. Мужская сила…

Стас глянул на часы, до прихода Ларисы оставалось всего ничего, и вдруг его охватило непонятное волнение, внутри как-то все завибрировало, затряслось, едва не переходя в неконтролируемую панику. Если иметь в виду, что человек прошел две войны, кучу различных экстремальных ситуаций, был контужен и двое суток после ранения провалялся без сознания, то он не без основания был уверен, что вообще ничего и никого в этом мире не боится. Но, похоже, Стас ошибался, и самое смешное, что он опасался непонятно чего. Неужели ему так важен ответ от этой девушки, что весь его крепкий организм сжался и приготовился к возможной непоправимой утрате? Видимо да — очень важен! Просто жизненно важен положительный ответ. И без него он отсюда никуда не уедет. После того, как пришло это понимание, острый горячий штырь, который буквально пронзил весь его организм, внезапно растворился и исчез без следа. Он глубоко вздохнул и вытер со лба капельки холодного пота.

— Ни фига себе приходы, — озвучил он вслух свое состояние, — Так можно и ласты подвернуть ненароком? Что это вообще было?

В это время брякнул брошенный на журнальный столик телефон. Он глянул на лаконичное входящее сообщение: “Выходи, я подъезжаю”, и уверенно покинул номер. Быстро спустившись вниз, Стас, не останавливаясь, пересек холл и вышел на крыльцо, серебристый Мерседес как раз заезжал на парковку гостиницы. Он почти бегом двинулся в его сторону и успел как раз открыть дверцу остановившейся машины и подать девушке руку. Лариса спокойно покинула салон и, выпрямившись, глаза в глаза уткнулась в парня. Они на какое-то время замерли, потом он моргнул и, не отстраняясь, тихо сказал:

— В этот раз я без тебя не уеду, можешь даже не надеяться.

— Я знаю, — неожиданно тихо и спокойно ответила она, — Но я не знаю, что мне на это ответить.

— А это уже не важно, я все равно без тебя не уеду, — так же тихо откликнулся Стас и аккуратно поцеловал её в краешек губ.

— На нас же люди смотрят, — засмущавшись, прошептала она.

— Конечно, смотрят. Завидуют. Я сам себе сейчас завидую, — он поцеловал её еще раз и немного отстранился, — Давай оставим машину здесь и прогуляемся пешечком до Модного Квартала.

— Давай, — согласилась девушка, не отводя от него взгляд.

Он аккуратно забрал у неё брелок, поставил машину на сигнализацию и прихватив под локоток, повел в сторону Музыкального театра имени Н. Загурского, от которого вел пешеходный виадук прямо в сторону набережной. Они дошли до открытой сцены, на которой давала концерт какая-то молодежная группа, немного покритиковали ярко и пестро одетых, излишне шумных зрителей, потом спустились по длинной лестнице и забрели в Иркутский Планетарий. Там немного потолкавшись и похихикав над слишком заумным сотрудником, перебрались в Суши Студию.

— Сто лет так не гуляла, вечно куда-то бежишь, высунув язык, торопишься и все равно опаздываешь, — сказала Лариса, расположившись на удобном диванчике и разглядывая разноцветное меню.

— Какая ты красивая, — Стас до того соскучился, что просто не мог отвести взгляд.

— Ну, Стас, ты меня смущаешь.

— Ты когда смущаешься, становишься ещё красивее, — ответил парень.

— Да ну тебя, — хихикнула девушка.

Три часа времени пролетели как одна секунда, потихонечку начало темнеть и со стороны Ангары потянуло вечерней прохладой. Стас вызвал такси и уже через пятнадцать минут они подъехали к гостинице.

— Пойдем, поднимемся ко мне, я тебе отдам посылочку от Алёны? — с надеждой проговорил парень.

— Нет, у меня другое предложение, — ответила Лариса, — Посылочку ты мне можешь отдать и завтра, тем более, у меня такое ощущение, что она у тебя с собой. Верно?

— Верно, — со вздохом согласился Стас.

— Но если ты думаешь, что сегодня вот так легко от меня отделаешься, то ты очень ошибаешься.

— Я и не… — ничего не понимая, промямлил парень, но его перебили.

— Я затеяла ремонт, и мне срочно сегодня нужна грубая мужская сила, поэтому едем ко мне.

— Ой, — вскрикнул Стас, скорчив рожу и схватившись за поясницу, но получив тут же небольшую затрещину расплылся в улыбке, и не удержавшись, опять порадовал зевак на стоянке крепким поцелуем.

— Ну поехали уже, — прошептала ему в ухо раскрасневшаяся Лариса, — Не будем показывать народу третью серию, это перебор.

— Поехали солнышко, — ответил Стас, сняв машину с сигнализации и открывая девушке дверь, — Командуй, куда ехать.

По дороге они заехали, ну кто бы сомневался, сначала в цветочный, а потом в довольно таки приличный, даже по московским меркам, огромный супермаркет. Перед входной дверью Лариса передала парню букет, поколдовала над замками и они вошли внутрь.

— Подожди минутку, — сказала девушка, забрав сначала цветы, а потом вернулась за пакетом.

Это было её большой стратегической ошибкой, потому что парень тут же сгреб её в охапку и впился в горячие, податливые губы. До кровати они не добрались… не успели…

— Ну как тебе грубая мужская сила? — спросил Стас, завернувшись после душа в огромное цветное полотенце.

Лариса, развалившись на соседнем кресле в коротеньком шелковом халатике и с бокалом мартини в руке, удивленно подняла бровь:

— Вы что мужчина, думаете вот так быстренько отлынить от своих обязанностей? Я еще даже не начинала ей пользоваться.

— Я что, попал в рабство?

— Да!

— Ура, за это надо выпить, — приподнял он пузатый фужер с коньяком, чокаясь с протянутым ему бокалом Ларисы.

— Стас, расскажи, что за расследование вы ведете?

— Расскажу, конечно, только ответь мне на один вопрос?

— Хорошо, давай!

— Ты выйдешь за меня замуж?

В комнате наступила оглушительная тишина. Потом девушка поставила недопитый фужер на журнальный столик и перебралась к парню на колени, практически уперевшись своим носом в его лицо.

— Стас, ну как ты себе это представляешь? Я в Иркутске, у меня тут работа, жилье, а ты за пять тысяч километров…

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Он прервал этот взволнованный монолог девушки поцелуем, а когда оторвался от таких сладких и манящих губ, тихо сказал:

— Ты просто ответь, да или нет. А потом будем решать, где жить, с кем дружить, что делать и прочую ерунду, потому это не важно. Важно только да или нет!

— Тогда да! — выпалила девушка, — Но …

— Никаких но, — опять прервал её Стас, — Потому что с этой секунды я буду делать только так, чтобы ты улыбалась, поэтому на все твои но я буду отвечать согласием.

Теперь уже она впилась в его губы, и они опять выпали из жизни на довольно продолжительное время.

— Черт, мы до кровати когда-нибудь доберемся? — проворчала Лариса, поднимая брошенный на пол халат и убегая в душ.

Через некоторое время они вышли на балкон и, взявшись за руки, молча уставились на огни ночного города.

— Сколько время? — спохватилась девушка.

— Полдвенадцатого, — ответил Стас, глянув на швейцарский хронометр.

— Блин, мне надо позвонить, — она зашла в квартиру и вернулась с телефоном.

Набрав номер, и не дождавшись ответа, написала эсэмэску.

— Спит уже наверно, — прокомментировала она.

— Кто спит? — приподнял бровь Стас.

— Вот дура! — оценила она свои действия, — Ты же ничего не знаешь.

— Чего это я не знаю?

— Помнишь, я тебе говорила, что обзавелась детьми. Тут такая история, закачаешься. Но сначала ты расскажешь про свое расследование. Ты обещал. Я же ответила на твой вопрос.

— Ответила, солнышко ты моё, да как ответила!!!

— Ага, я могу, — согласилась с ним девушка, прижимаясь щекой к его плечу.

— Помнишь Кацеля?

— Это где Алёнку оперировали?

— Да. Так вот, его родной дядя Давид Гройсман, очень не простой человечек, посетил олимпиаду в Москве в восьмидесятом году прошлого века. Там у него случилась большая прибольшая любовь с девочкой Олей, предположительно студенткой-волонтером из Иркутска. Или откуда-то рядом, где есть ВУЗы, которые в то время готовили будущих педагогов. Наша задача найти её, если она жива, или её наследников.

— Прикольно, любовь не имеет границ и национальностей.

— Это точно.

— А есть какие-нибудь точные данные или документы?

— Есть её фотография, имя Ольга, есть вещи, которые по его утверждению она сразу узнает.

— Это все? Да и фотография вряд ли поможет, столько лет прошло.

— К сожалению да.

— И как вы собираетесь её найти?

— Поднимем архивы ВУЗов, узнаем, кого в восьмидесятом году отправляли в Москву волонтерами.

— А если она сама туда поехала, без всякой командировки.

— Исключено. Тогда все строго было. Москва на время проведения Олимпиады была закрыта для въезда, наоборот, все нежелательные элементы были высланы на периферию.

— Ничего себе, порядочки были, — удивилась Лариса.

— Это да, коммунисты вату не катали, чуть что, сразу на нары.

— Слушай, а с какой целью он её ищет через столько лет?

— Я правды не знаю, но по его словам, она любовь всей его жизни.

— Да ладно! А где же он раньше был? Как же, любовь, — не поверила Лариса.

— Говорю же, не простой типок, говорит боялся за ее жизнь. Представляешь, наше расследование патронирует основное Московское Управление ФСБ. А знаешь почему?

— Почему? — от удивления выпучила глаза Лариса.

— Потому что к ним с этой просьбой! Представляешь ‘с просьбой’! обратился израильский Моссад!!!

— Офигеть! Он шпионом, что ли, был?

— Бог его знает, может и шпионом, но это вряд ли. Больше похож на мафиози.

— А разве есть разница?

— Это ты, верно, подметила, — рассмеялся Стас, — Ну давай, теперь твоя очередь. Рассказывай, откуда у тебя взялись дети?

— У меня совершенно удивительная история, в которую трудно поверить.

— Уже интересно, — потер руки парень.

— Интересно, но грустно. Так вот, к нам в больницу после аварии привезли семнадцатилетнюю девочку. Она была без сознания. Провели обследование и выяснилось, что никаких травм у нее не обнаружилось, сознание она потеряла от голода и испуга, когда чуть не попала под машину. Ну, мы её витаминами откапали, она очухалась, и тут же попыталась из больницы сбежать, мотивируя, что у нее дома остались без присмотра дети. Я при фигела и постепенно выяснила, что с ней живут два пятилетних племянника. У меня конечно первое желание было тут же позвонить в опеку, но она взмолилась, что тогда их всех отправят по разным детдомам. Ну, ты меня знаешь, я если вцеплюсь, то есть и спать не буду, пока не докопаюсь до истины.

— Ничего себе интрига. И что ты выяснила?

— Все, — просто ответила девушка, — Теперь вот думаю, что со всем этим делать.

— Расскажешь подробности.

— Расскажу, конечно, но давай в другой раз. Поздно уже, да и прохладно, пошли в квартиру.

— Как скажешь, любимая, — тут же согласился Стас.

— Хм, в это начинает мне нравиться, — хохотнула Лариса, волоком таща за собой притворно упирающегося парня, — Пошли, пошли, у нас еще куча дел сегодня …