Мастерская "Кузня Благости"

Глава тринадцатая: «Ты сам пришёл, значит — это судьба»

Италия. Флоренция. Комплекс Сан-Марко. Конец марта. Нафаня.

Флоренция прекрасна историей — она лицо эпохи возрождения. Наша группа туристов перемещалась от одного памятника архитектуры к другому, попутно обедая в кафе и ресторанах. Плотно и с удовольствием, но внимательный человек заметил бы массу странностей глядя на нас.

Во-первых, что расплачивались мы исключительно серебряными монетами за еду в ресторанах и кафе, не ориентированных на туристов.

Во-вторых — маршрут. Он оказался далёк от классического, возможно только Собор Санта-Мария-дель-Фьоре вписывался в привычную картину, поражая огромным куполом. За проход необходимо было заплатить, но я пилигрим и святые места не имеет препятствий. Как и для моих спутников.

В-третьих — интерес небольшой, но хорошо вооружённой группы крутился вокруг производственного прошлого — ткацкого величия. Арте делла Лана — цех шерстяной ткани, после Арте ди Калимала с его прекрасным сукном в средневековье и наконец Арте делла Сета, куда мы зашли реально для общего развития. Производители шёлка не входили в братство Ткачей, справляясь самостоятельно без сверхъестественных покровителей имея огромные доходы.

К счастью, на нас обращали внимание, даже когда мы проводили тренировки и спарринги в помещениях. Короткие, жёсткие и без малейших правил. Кузьма погружался с головой в атмосферу прежнего величия братства. Даже красивейший собор построили на деньги от продажи сукна и шерстяной ткани. А интересы купцов защищали наёмные убийцы, помогая богоугодному делу.

Мы не обделили вниманием ни один сохранившийся объект текстильных гигантов Италии. Склады, конторы и порт с ангарами скрупулёзно исследовались с величайшим интересом. По дороге проводник изображал жуткую смесь диверсанта, ниндзя и промышленного альпиниста. В общем наёмного убийцу по-флорентийски, хладнокровного Брави.

И несмотря мощный отыгрыш Кузьме понадобилось шесть дней, чтобы привести в порядок духовный каркас под предстоящее возвышение. Мари трудилась не покладая рук, присутствуя на всех тренировках и спаррингах. Остальные гоняли проводника всем миром, начиная с меня и заканчивая хрупкой девушкой, успевавшей вносить правки по ходу боя.

Историческая родина второго и третьего возвышения в разы ускоряла развитие Кузьмы, помогая глубже погрузится в информационное поле былого величия братства Ткачей.

— Нафаня! А сколько мы должны за проживание монастырю? — поинтересовался наконец отдохнувший проводник.

— Нисколько, я же пилигрим. Для меня это встроенная опция — бесплатное пребывание в святых местах. Для моих спутников тоже, — спокойно оповестил проводника. — Значит и для тебя бесплатно, остальные не бедствуют.

Комплекс Сан-Марко состоял из самого собора, а также бывшего женского монастыря, превращённого сейчас в музей. Имелась библиотека, которую держал мудрый сфинкс. Идти туда я не стал — слишком много дел. Не хотелось устраивать очередное выяснение силы с очевидным исходом. Просто мы с напарником нашли место, где приткнуться. Остальное не имело значения, ведь спал он всего по три часа в сутки — даже для пробуждённого маловато. Впрочем, как и мы все.

— Понятно. Тогда второй вопрос — когда второе возвышение, Мари сказала, что каркас сформирован, тело подготовлено и времени на реализацию потенциала не больше месяца, — беспокоился о своём будущем Кузьма.

— Дома пойдём на охоту, здесь ты просто не найдёшь заказа, а это одно из обязательных условий.

— Второе убить гарротой? — меланхолично добавил проводник, показывая знание развития собственного пути.

— Точно, а третье — получить плату, — закончил за него я.

— Думаешь в Калининграде есть отель Континенталь? Прям как в Джонни Уике? — позволил себе редкую эмоции в последнее время Кузьма. Сказывалось влияния довлеющего дара, что желал наконец реализоваться.

— Нет, но там есть активное сообщество нечисти. А также лояльные члены Триумвирата, — успокоил я будущего Брави. — Найдётся достойная работа, вернее уже есть. Осталось найти заказчика под неё.

— А у тебя всё просчитано?

— Многое, не волнуйся — тебя не кину. Всё ровно так, как говорю, — ответил я. — Моя натура не позволяет использовать никого в тёмную.

— Хорошо, я почти поверил, — согласился Кузьма. — Домой выезжаем сегодня?

Я задумался на несколько минут обдумывая лучшие варианты. За время работы проводника над собой и тренировки владения основным оружием — стилетом с хитрой рукоятью со встроенным тросом, я успел забрать посылку от Хорхе.

Объёмный свёрток получился — шесть книг Ратника, шкатулка с лунным серебром — пятьсот монет, а также набор бумажных печатей. В своё время Архонт успел поймать в капкан не одну энергетическую сущность — но припрятал всего десяток.

Остальное использовал без жалости — большую часть времени мы работали в одиночку. А я так себе боец, больше нужен для медицинской помощи в случае неприятностей. Вот и баловался Ратник призывами. Мастер печатей удачная вариация обычного мага — боевая версия с меньшим запасом Живы, но с большей вариативностью в схватках.

Вопрос только в подготовке — без неё не сильнее обычного воина в рукопашной схватке.

Использовать бумажные печати может каждый, а вот подготовить и изловить нужную сущность — целое искусство. Не один трактат об этом написан, причём толково. Ратник даже ничего не смог добавить — знатоки дела описывали трудную работу Мастера печатей.

— Да. Поезд до Рима, потом летим в Варшаву, а после на машине домой, — я озвучил маршрут поездки.

Джон Смит действительно оценил перспективу отомстить Аспидам в целом и Мирославе в частности. Поэтому подсуетился и нашёл Шершня и Жало, сообщив им место встреч с нами. Они поедут в Калининград, отрабатывать долг Ратника за своё спасение. Только Кузьме не стоит знать об этом — требуется научить его самостоятельности. Настоящий Брави Ткачей — одиночка. По этой же причине я не стал ему показывать два АС «Вала» с боезапасом четыреста освещённых выстрелов любезно предоставленных Хорхе. Просто кофра с оборудованием.

Сущность проводника не способствует полному усвоению принципов возвышения специфического дара, но имелся мастер принудительного сглаживать углов. Лекарь высочайшего класса — Мари Кудесница. Её услуги по возвышению стоят дорого, но окупаются мгновенно. Очередь на годы вперёд, причём на выезде обычно она не работает.

Но у нас особый случай, отказать она не могла. Всё продумано до мелочей — причём не мной. Ратник развивал множество людей при всём своём нежелании работать в паре ни с кем. Архонт передал лишь малую часть обязательств — иначе я сгорел бы щепкой в жарком пламени.

— Логично, пойду покупать билеты. Раз проживание бесплатное, значит оплата пути на мне, — благодушно вызвался решить проблему возвращения Кузьма.

Я же задумался ненадолго, вспоминая интересный разговор двухдневной давности перед спаррингом Шершня с проводником. Он очень толково и просто объяснил суть существования и развития по законам Яви. Современный мир — новый взгляд на старые принципы.

— Слушай внимательно — для успешного развития нужно чётко понимать, кто ты, — вещал двухметровый амбал, загоревший до черноты небрежно поигрывая кинжалом с изогнутым лезвием из современных материалов, но с богатыми традициями. Джамбия — личное оружие бедуинов. — Наверное Нафаня все мозги тебе промыл деревьями, ростками и ветками. Ретрограды вечно усложняют объяснения простых принципов.

— А как иначе? — хладнокровно спросил Кузьма.

— Мы вещи Яви. Её игрушки, только с мозгами, — дал пояснение стрелок. — Я, например автомат Калашникова. Это моя суть — стрелять на среднюю дистанцию. Очередями.

— И всё? Не выйдешь за рамки?

— Почему. Без проблем, — продолжил Шершень. — Меня можно изменить, но желательно не противореча сути. Добавить прибор бесшумной и беспламенной стрельбы и электронный оптический прицел — изобразив городскую снайперскую винтовку.

— Лесной рейнджер народов Сид в кельтской культуре, — выбрал я подходящее возвышение под озвученные стрелком дополнения к АК. — Только ты не захотел идти этим путём.

— Не люблю в чаще сидеть безвылазно, — усмехнулся Шершень. — Только я проиграю любому стандартному снайперскому оружию — ведь оно изначально делалось под конкретную задачу.

— Это понятно — основной дар нужно развивать линейно для большей эффективности, — озвучил очевидное Кузьма.

— Или, например могу взять коробку на семьдесят пять патронов, сошки и стать имитацией пулемёта, — не остановился в описании стрелок.

— Возвышение Импа из Инферналеса. Мощный огонь и иммунитет против многих видов излучения, — автоматически выдал по памяти аналогию с новой комплектацией.

— Точно. Рога в придачу со слепым поклонениям демоническим правителям, — усмехнулся невольный лектор. — И всё равно проиграю штатному пулемёту — ствол потечёт от перегрева, коробку на двести патронов не используешь. Поэтому мне пришлось деликатно искать свой путь.

— Нашёл? — уже с интересом уточнил Кузьма.

— Пятнадцать лет понадобилось, — не разочаровал Шершень. — Воин солнца. Если переходить на технический язык к автомату я прикрепил коллиматор, дульный тормоз-компенсатор, использую зажигательные патроны с фосфором и планирую добавить подствольный гранатомёт.

— Я не знаю такого развития, — удивился уже я. — Расскажешь?

— Ничего странного, Ратник не любил пустыню, — развёл руками стрелок. — Не могу открыть подробностей — тайна ордена. Буду болтать — не стану жрецом Ра. Могу только прославлять светило и его мощь, а оно есть везде.

— Толково, значит добился своего, — я искренне поздравил Шершня, порадовавшись увеличению боевой мощи. — Впечатлён.

— Спасибо. Но бывает и по-другому, — не остановил стрелок предварительный урок перед схваткой с проводником. — Например превратить автомат в лопату. Поставить широченный штык-нож, добавив дополнительные рукояти и заниматься непотребствами. Тогда оружие просто сломается окончательно, оставив тебя с голыми руками.

— Ээээ? — не понял Кузьма.

— Если не отыгрываешь долго основу, а погружаешься в неправильные возвышения — дар угасает, теряется часть души Прави или Нави, а носитель сходит с ума, — я расшифровал совершенно правильную аналогию. — Поэтому всегда соблюдается баланс между развитием и основой. Чем больше расхождения — тем меньше у тебя сил, но больше контроля своих действий. Яви ты не так интересен, раз не в полную силу работаешь по основному направлению. Только есть границы, за которые она не отпускает.

— Теперь понял — мне нужно как можно быстрее добраться до третьего возвышения, чтобы стать нормальным проводником, — сделал правильные выводы подопечный. — Иначе начну терять себя.

— Так точно, — произнёс Шершень, одновременно атакуя Кузьму Джамбией, окутанной золотистым солнечным свечением.

— Принял, — коротко парировал Кузьма устно и блокировал атаку стилетом, покрытым энергией Живы более глубокого золотого цвета.

Клинки встретились в метре от проводника, ведь он использовал трос, чтобы удерживать дистанцию между собой и противником. Наставления братства Ткачей приучили не давать преимущества цели, а значит не подпускать близко.

Кузьма всё больше становился похож на настоящую тень, отбрасывая сомнения на пути к свободе. Значит и мне не стоит отставать от него.

Россия. Калининград. Студия «Кузня Благости». Начало апреля. Два часа ночи. Нафаня.

— Вы вурдалак — этого не изменишь. Не будешь оборачиваться раз в пару месяцев — придётся страдать, — терпеливо объяснял местному главе общины странных созданий Нави. — Человеческая форма для Вас — всего лишь прикрытие. Оно накапливает дефекты, не рассчитанное на длительное использование.

— Раньше я мог держаться дольше, — недоумевал клиент. — А сейчас вынужден прибегать к посторонней помощи.

Вольф Варгович Кровавов лидер вурдалаков — странного гибрида оборотня и вампира, склонного развиваться по этим двум путям. При этом сам глава не желал иметь ничего общего ни с кем из них.

Вампиры высокомерные и холодные твари, что не ценят жизнь, а оборотни во всех своих проявлениях дикие импульсивные создания, следующие инстинктам и приказам вожака. Вурдалаки умудрялись за счёт умелого использования обеих крайностей удачно влиться в человеческое общество, трудясь в основном в правоохранительных структурах и юридических фирмах.

Вольф Варгович известный в городе адвокат, помогающий многим бесплатно. Тем и живёт, получая огромное количество лунного серебра за благотворительные услуги, иногда работая по громким и денежным делам. Для видимого заработка и конспирации.

— Регрессия — вы не подпитываете изначальный дар ни кровью, ни охотой, — вмешался Кузьма, собирая даосские чаши. — Мы выровняли ауру, устранив энергетический перекос. Так же на ПравИле поправили тело поработав с мышечным каркасом. Сейчас вы в порядке, но лучше не идти против основы. Хотя бы раз в полгода устраивайте себе перезагрузку.

— В остальном можно приходить к нам, ставка стандартная — две меры серебра, — подвёл итог я. — Явь не обманешь, подумайте об этом, уважаемый.

Адвокат серьёзно кивнул, отдавая стандартную плату. Сегодня он первый в списке многочисленных посетителей. Реклама от Харона и Водяного заработала в полную силу.

— Приемлемо, — согласился с рецептом вурдалак. — Спасибо за оказанные услуги, обязательно рекомендую собратьям вашу студию.

Накинув кашемировое пальто, седовласый высокий широкоплечий мужчина средних лет величественно двинулся к своей машине. Лексус последней модели, значит редкие прибыльные дела отлично окупаются.

— Нафаня! Кто дальше по списку? — уточнил Кузьма, чтобы заранее подготовить инвентарь.

— Неси инструменты, что мы использовали на Йоко, — огорошил его. — Я пока плёнку постелю — придёт кощей Василевс — главный по нежите в области. Там серьёзная проблема — крови море придётся выпустить.

— А ты справишься? — поинтересовался проводник, помня горячую любовь одной моей ипостаси к созданиям Нави.

— После большого паломничества я обрёл стабильность — десяток мест силы за неделю, — успокоил напарника, любуясь переливающимися татуировками на предплечьях — Даже по дороге домой не пришлось придумывать ничего — в сознании доехал.

— Если не считать странных молитв на латыни в полу трансовом состоянии, то да — в сознании, — напомнил об очередной уловке проводник.

— Ты лучше неси инструмент и переоденься. Нет, вообще разденься. Предстоит грязная работа.

Главная нежить пожаловал через десять минут в сопровождении трёх упырей. От обычных людей почти не отличались с виду, кроме непривычной бледности.

Сам хозяин кладбища хромал на обе ноги и неловко двигал левой рукой, словно попал под грузовик и долго кувыркался под его колёсами.

— Потрепало меня, как видишь. Говаривают хозяин чудеса творит, с того света понимает и увечья страшные залечивает, — приятным баритоном проговорил невысокий худощавый нежить с лысой головой и длинным носом.

Его чёрные глаза глубоко прятались в глазницах, выстреливая непроглядной мглой. Сам он ощутимо давил аурой мощи и власти, хотя тон его казался просительным.

— Будешь гостем дорогим, поможем всеми силами, да вреда не учиним, ежели сам не задумал худого, — несколько сковано пригласил по старой формуле Кузьма.

— Да будет так, помощь окажешь — награжу по-царски, — сразу не поскупился на обещания Василевс.

— Раздевайтесь тогда и милости прошу в тренажёр, процедура неприятная. Могу попросить оставить охрану в раздевалке. Место силы проводника защищает мастерскую, — попросил я сразу во избежание проблем.

Следующие полтора часа Кузьма вырезал раздробленные кости, создавал заготовки из лунного серебра и проводил имплантацию. В это время кощей вещал, не обращая внимания на сгустки крови, перерубленные мышцы и сухожилия. Мёртвая плоть существовала непостижимой не-жизнью, умело подражая оригиналу, таковой не являясь.

— Отчаянный шатун напал на меня и двух упырей, — объяснил глава всея неживых Калининграда. — Мелочи жилы подрезал, меня врасплох застал. Повредил знатно, пить энергию начал — ядом травить. Но слабоват оказался. Я подмогу вызвал экстренной кнопкой.

— Не даром? — удивился Кузьма.

— Чай не лаптем щи хлебаем, в ногу со временем живём. У меня нежить продвинутая, молодая. Бизнес наладили похоронный, да в сети нечисти подключились, — откровенно издевался Кащей. — Тревожные кнопки по всем кладбищам. Охрана от вандалов — дело благое, заодно и хозяева погостов друг другу помогать успевают.

— А упырей не нужно латать? — спросил я между делом.

— Да что с ними станет, полежат в сырой земле с месяц и снова в строю, — усмехнулся мудрый руководитель. — Это мне некогда, а вас рекомендовали серьёзные тени.

— И правильно сделали, что пришли, — профессионально подтвердил проводник, собирая окровавленный полиэтиленовый передник, зашив последний разрез. — С вас семь мер серебра возмещения расходов и три в награду. Сложная операция вышла.

Кощей щёлкнул пальцами, и охрана внесла сундучок. Он извлёк из него килограммовый слиток серебра, а также серьгу-гвоздик из лунного свинца.

— Лекарь ты знатный, награды не простой достоен. Серебро для дел благих оставляю, а сам подойди поближе, — потребовал Василевс.

Я знал, что будет дальше, но смолчал. Пусть учится Кузьма Игоревич на своих ошибках и успехах.

Проводник без опасений встал рядом с пациентом, принимая награду. Только пока он любовался слитком, Кощей с размаха воткнул в мочку уха гвоздик, защёлкнув его. От неожиданности Кузьма разорвал дистанцию, приняв боевую стойку, но я его остановил жестом.

— Благодарствую за доверие, хозяину моему оказанное. Защитой своей ограждаете от раны смертельной, — поклонился я, заставив то же самое сделать и проводника. — Молод и неопытен лекарь, не распознал чести великой.

— Знаю, потому и учу его. Защита дома не всегда работает, — подтвердил догадки мертвец. — Вещи якобы с добром принесённые — ядом смертельным оказаться могут. Дарю право на ошибку — часть силы своей на один раз хватит.

— Приму в награду, но попрошу об ответной услуге. Заказ на обидчика Вашего, — включился неожиданно Кузьма. — Выследить хочу и наказать, чтобы не повадно своевольничать и покой нарушать теней правильных.

— Если найдёшь раньше меня — знай, не поскуплюсь на вещи редкие. Выберешь сам нужное. Слово моё крепкое, — хладнокровно согласился Кащей. — Правь запомнит, Явь увидит, а Навь покарает, ежели отступлю от обещания.

Василевс протянул холодную руку Кузьме, а тот её пожал без сомнений. Первый контракт он выбил сам, без моего участия — растёт.

Никто не успел насладится моментом. В открытое окно ПравИла влетел огромный ворон.

— Кааар! Кар! Креший! — возвестила птица.

— Не части, сейчас настроюсь, живность ты полевая, — запричитал я, переключаясь на полевика.

— Карр! Карррр!

— Понял, общий сбор. Кузьма — бери инструменты и оружие, полная экипировка, — я быстро, но спокойно раздавал команды. — Василевс — мне понадобится твой лучший водитель, чтобы следовал за вороном. Мы не справимся — просто не увидим во тьме.

— Половина награды моя, что бы вы не затеяли, — включил бизнесмена мертвец. — По рукам?

— Все миры призываю в свидетели — половина награды за помощь уйдёт Кащею Василевсу, — без сожаления принял контракт.

— Что случилось? — наконец вернулся Кузьма в обновке из баллистической ткани и жилете из висящих десятисантиметровых кевларовых нитей. Две сотни серебряных монет ушла флорентийскому братству за стандартный боевой костюм современного наёмника.

— Едем лечить Лешего, а после охотится на Шатуна, — обрадовал проводника. — Сегодня твой день.

— Продешевил, однако, — усмехнулся кощей, глядя на Кузьму. — Я давно хотел вернуть один клинок. Если справишься — награжу. Нож из цельного чёрного камня, на алтаре Мораны найденный.

— Посмотрим, Василевс, — я успокоил его. — Обещать не будем, но постараемся сделать всё возможное. Приоритет на лечение.

— Понимаю, но жду, — принял правила игры мертвец, жестом оставляя одного упыря нам. Сам вышел с оставшимся, весело пританцовывая.

— Йоко, возьми остальных клиентов на себя, — на бегу дал я указание Кумо, не глядя на ответ. Она точно справится.

Поездка на окраину леса выдалась чудовищной. Упырь мчал с невиданной скоростью, не включая фар и не соблюдая вообще никаких правил дорожного движения, чётко следуя за птицей. Машина Кузьмы — добротный внедорожник, скрипела и стонала, но держала марку. Пока мы неожиданно не оказались на опушке леса.

— Приветствую тебя, лесной царь, — выскочил я первым, сообразив, что произошло.

— И я рад видеть нечисть … кх…и пробуждённого…., что не оставили в беде… уаррр! — не договорил большой бурый медведь, сорвавшись на рёв, схватившись за колотую рану на груди, недалеко от сердца.

— Молчи и ложись, — я всё понял, готовя оборудование. — Даю слово, что действием или бездействием не нанесу вреда. Правь, Явь и Навь свидетели.

— Аргр…

— Нежить подождёт на окраине леса, Кузьма — с тебя клятва, — потребовал я, обнажая деревянный меч.

Видимо Шатун надеялся на свой яд, не добивая жертв. Так больше выход энергии значит. Уже которое нападение оставляет недобитков, рассчитывая на медленную смерть.

Кузьма что-то говорил, но чаща содрогнулась от рёва дикой боли, когда я выжигал скверну из медведя. Души Прави и Нави порой находят странные сосуды для жизни.

Встряхнул вынутый меч, почувствовав прилив сил. Хорошо, что лешего до удара Кузьма надёжно зафиксировал стальными тросами за деревья. Звериная натура могла взять вверх и пришлось бы уворачиваться.

— Дальше сам по схеме, — уступил место напарнику. — Контракт на шатуна выбить не забудь. Оплата за лечение и ликвидацию — два клинка на выбор.

— Сам понял! Работаем, — кивнул проводник. — Закрепи троса нормально, чтобы я не отвлекался. У медведя не внутренности, а фарш.

Сорок минут и полкилограмма серебра — итог экстренной реанимации лешего. Вылеченный хозяин леса благоразумно собрал собственную кровь с нас, очистив одежду. Очень своевременно для предстоящей охоты.

— За лечение клинок и компенсация серебра, плюс хотим контракт на шатуна с доставкой до него, — быстро поставил условия Кузьма, всё больше вживаясь в роль хладнокровного убийцы. — И не говори, что выпустил его из своих владений. Убить его сейчас тебе сил не хватит, не жадничай. Всего ещё один клинок и ты отомщён.

— Не царское это дело, — добавил я, надавив на гордость.

— Пусть будет так, — устало присел медведь, забавно шевеля пастью.

— Веди нас, хозяин лесных троп, — я обратился к лешему традиционно.

— Лёгкой дороги и пусть вы найдёте, что искали, — ответил по старинке мишка, хлопнув лапами.

Мы выстроились в боевой порядок не задумываясь. Я спереди, обнажив клинок — Кузьма позади, неся на плече четыре троса, но готовый в любой момент выхватить стилет. Проводник использовал сказителя, вычисляя опасность, пока тропа причудливо петляя несла нас к цели.

Хитрой и опасной цели, загнанной в угол — не рассчитывал шатун, что леший выживет. Значит нужно ловить и убивать сейчас — дальше он сменит тактику, устав от голода. Пока он видимо в относительном сознании, раз гурманствует.

— На семь часов, — выдал предупреждение проводник, разматывая ловким движением все четыре троса.

Я интуитивно оценил линию атаки до предупреждения, но знать точно гораздо удобнее. Поэтому я легко парировал быстрый выпад в сердце противника из засады. Марево вокруг невысокого мощного человека с серыми глазами усилилось, начав разделять силуэт на два. Но успеть ему не суждено — я атаковал с разворота клинком, выпустив стрелу изгнания.

Только долететь до цели ей оказалось сложно — марево возникло перед нечистью, поглотив выстрел.

— Морок, — озвучил очевидное Кузьма мыслеречью. — Я его заблокирую, если отвлечёшь в ближнем бою. Не дай ему задвоиться — замучаемся ловить.

Тактика верная — не давать особо вредной нечисти путать себя фальшивками. Пять шагов и я наношу один рубящий удар за другим, пытаясь обездвижить хитрого противника.

Оба кинжала Морока порхают, словно бабочки, пытаясь жалить, как пчёлы. Пожалуй, со мной фокус с ядом не пройдёт — но неприятностей получу массу.

Десять секунд мы не двигались с места в бешенном ритме отбивая атаки друг друга. Для этого я не постеснялся использовать ножны, сводя на нет преимущество двух клинков нечисти.

В бою десять секунд — целая вечность, которой Кузьма воспользовался сполна. Три троса в одно мгновенье зафиксировали руки Морока. Дальше три моих колющих удара в локти и коленную чашечку надёжно выводят из боя противника.

— Вяжи его нормально, мне понадобится время на подготовку ритуала, — дал указание будущему Брави. — Потом выполнишь контракт и наконец перейдёшь на второе возвышение.

Он молча кивнул, сделав всё идеально. Смертельная схватка не место споров, а только доверия напарнику. Мне неловко в такие моменты, но по-другому нельзя.

Я начал зачитывать в быстром темпе текст Confíteor, естественно на латыни.

«Исповедую перед Богом Всемогущим и перед вами, братья и сёстры,

Что я много согрешил мыслью, словом, делом

И неисполнением долга: моя вина, моя вина, моя великая вина.

Поэтому прошу Блаженную Приснодеву Марию,

Всех ангелов и святых и вас, братья и сёстры,

Молиться обо мне Господу Богу нашему».

Морок успокоился, обретя нормальный цвет глаз, сбросив пелену Шатуна на миг.

— Неужели мне хоть раз в жизни повезло? Кто ты, брат? — впервые за долгое время к нечисти вернулось сознание.

— Меня зовут Нафаня, пилигрим веры святой. Пришёл отпустить твои грехи и вернуть в цикл перерождения, — не разочаровал его я. — Много зла ты натворил, но обитель святая примет каждого. Склони голову и повторяй за мной.

Среди предрассветного леса понеслись мощные слова Misereatur:

«Misereatur nostri omnipotens Deus et, dimissis peccatis nostris, perducat nos ad vitam aeternam. Amen»

Пленник окончательно расслабился, а у меня словно корова языком слизала пять татуировок, причём две из них — великие храмы древности. Накопил действительно немало прегрешений охотник за собратьями.

После я кивком разрешил завершить начатое Кузьме. Он подошёл и произнёс по-русски: «Да помилует нас Всемогущий Бог и, простив нам грехи наши, приведёт нас к жизни вечной. Аминь»

Нашёл перевод в моей голове, отыграв до конца сцену, резким движением троса из своего стилета срезая голову Мороку, обрывая мучения шатуна.

Тут же мы оба опустились на колени и почувствовали преображение. Я небольшое, что дополнит Пилигрима, связав его с духом меча, добавив стабильности для многогранной личности. Духовник, что способен в милости к врагу простить грехи и отпустить с миром.

Кузьма же перешёл на качественно иной уровень — став Ткачом, что управляет пространством вокруг для защиты собственных интересов, делая это не столь разнообразно, как проводник. Зато мощнее в разы — специализация решает во многих вопросах.

Через час мы принесли тело обидчика лешему для похорон — традиции нельзя нарушать. Это понимали даже животные. Медведь отдал нам два клинка, причём ритуальный нож вынес сам, понимая откуда ноги растут. Обиды при этом не испытывал — оба кинжала Морока мы отдали хозяину леса для его коллекции.

«… Порой стоит пожертвовать частью добычи, пойдя навстречу союзнику, чем польстится на сиюминутную выгоду, потеряв в лучшем случае доверие. В худшем — нажить врага, но границы уступок должны быть взаимны …»

Процитировал Кузьма, принимая в дар от лешего цепочку из лунного свинца. Медведь глухо прорычал, изображая одобрительный смех.

— Удача тебя любит, пробуждённый, — пророкотал оправившийся от ранения леший.

— Много и часто, — ответил холодно новоиспечённый Брави. — Много и часто…